Жертва

12 июля. Вечер. Годрикова Лощина. - Ты меня достал, мальчик, - прошипел Волдеморт, нависая над Поттером. – Я. Ненавижу. Упрямых. Детей! Гарри изловчился, согнул ноги в коленях и со всей силы ударил ими в грудь Лорда, тот отлетел в сторону и зашарил по земле рукой, нащупывая выроненную палочку. Тем временем Поттер вскочил на ноги и огляделся. Место, куда его забросило, оказалось знакомым – развалины родительского дома. Но думать о причудах судьбы было некогда: заметив, что его враг отвлекся на поиски, мальчик со всех ног бросился к деревьям. - Ступефай! – взревел Лорд, и Гарри опять швырнуло на землю. – Ты не убежишь на этот раз, Поттер! Гарри застонал. Руки и ноги отказывались повиноваться, видимо, удар был слишком сильным. Сдерживая злые слезы, мальчик упрямо пытался ползти вперед. - Повернись ко мне и прими смерть, как подобает гриффиндорцу, - раздался над головой насмешливый голос. Ничего не оставалось, как перевернуться на спину и с ненавистью посмотреть на Волдеморта. - Хороший мальчик. Скоро ты встретишь своих родителей… - Том! Новое действующее лицо появилось столь неожиданно, что у Гарри перехватило дыхание. Директор, а это оказался именно он, был как нельзя кстати. - Экспеллиармус! Палочка Дамблдора влетела в ладонь Волдеморта быстрее, чем Поттер успел моргнуть. - Ты пришел посмотреть, как твой щенок умрет, старик? Очень вовремя! - Отпусти мальчика, Том. Это между нами, - несмотря на отсутствие оружия, старик оставался на удивление спокоен. С трудом Гарри наконец-то удалось снова встать на ноги. - Профессор, - мальчик, прихрамывая, бросился к директору. Теперь все будет хорошо. Все обязано быть хорошо! Ведь Дамблдор здесь! - Поттер, скажи до свидания Дамблдору. Не расстраивайся, он последует за тобой сразу же. Может, вы еще там встретитесь. - Том! - Авада Кедавра! Зеленый луч ударил в спину мальчику, и тот упал ничком, зарывшись лицом в густую и мягкую траву. Дамблдор вздрогнул и невольно шагнул к нему. - Гарри, - присев на корточки, директор перевернул своего ученика на спину. Удивительно живые зеленые глаза продолжали с надеждой смотреть на того, кому безоговорочно верил их хозяин. - Мерлин мой, Гарри, прости меня. - Что же ты, плачешь? – издевательски хохотнул Волдеморт, поигрывая палочкой в руке. – Ты же сам этого хотел! Ты сам выставил против меня этого ребенка! А теперь ты плачешь?! Ты слаб, старик! Твой Поттер мертв! Дамблдор не слушал. Сев прямо на землю, он перетащил тело мальчика себе на колени, баюкая его, как уснувшего ребенка. Поддерживая одной рукой его голову, второй он ласково перебирал непослушные черные прядки, даже после смерти продолжавшие проявлять свой непокорный характер. С бесконечной нежностью он снял с мальчика очки и вгляделся в не утратившие яркости глаза. - Все будет хорошо, - шептал он, прижимаясь щекой к еще теплому лбу. – Ты молодец. Скоро все будет хорошо. - Слышишь, старик? – все говорил Риддл, кажется, не замечая, что его игнорируют. – Ты проиграл! Поставил на Поттера и проиграл! Это не я убил его! Это ты! На что ты рассчитывал? Возможно, я даже не стану тебя убивать. Чтобы ты жил и мучился от осознания собственной вины! Хотя, о чем я говорю - ведь для этого нужна совесть! У тебя она есть, старик? Мы с тобой похожи, не находишь? Нам не нужна совесть, нам нужна власть! Но я честнее тебя! Я не обещал никому того, чего не смогу дать! А ты предал мальчишку, и теперь он мертв! Наплел ему о любви и выпустил против меня! Что ты знаешь о любви, старик? - Ты ошибаешься, Том, - Дамблдор с улыбкой поднял голову, прижимая к себе мальчика. – Я люблю Гарри. Люблю как сына, которого у меня никогда не было. Как внука, которого никогда не будет. Как ученика, которым я по праву могу гордиться. Как младшего брата, которого буду защищать. Как мир, в котором не будет тебя. С каждым словом глаза Дамблдора словно бы затухали. - Нет! Что ты делаешь? Что ты задумал, старик?! Остановись! - Я очень люблю его, Том. Как человека, за которого отдам свою жизнь. Ты проиграл. Мне жаль тебя, Том. Прощай, мой мальчик. Может быть, мы еще встретимся, и я объясню тебе твою ошибку. - Хватит! Заткнись! Авада Кедавра! Директор мягко опустился на траву еще до того, как заклинание его достигло. Поднявшийся ветер подхватил седые волосы и бросил их в лицо хозяину. Рука, обнимавшая Гарри за плечи, бессильно упала на землю, другая так и осталась лежать на голове мальчика, запутавшись в волосах. Дамблдор был мертв. 12 июля. Вечер. Нигде. Гарри Поттер оглядывался по сторонам, пытаясь определить, где он. Но занятие было совершенно бесполезным, потому что здесь, где бы это «здесь» ни находилось, не было ничего. Молочно-серая пустота простиралась так далеко, насколько хватало глаз. Облизав пересохшие губы, Гарри на пробу сделал несколько шагов вперед. Создавалось впечатление, что он совсем не движется, зависнув в пространстве. Это и есть смерть? Он представлял ее себе несколько иначе. В душу закрался страх, которого он не испытывал и перед Волдемортом. Вдруг он останется здесь навсегда? Один! Судорожно вздохнув, Гарри снова сделал несколько шагов, молясь, чтобы это место сменилось чем-нибудь другим. И вдруг в ноги ударила земля, из которой вверх потянулись могучие стволы деревьев. Ойкнув, Поттер отпрыгнул в сторону, но все равно успел получить по лицу развернувшимися разлапистыми ветвями пушистой ели. Зашипев от обжигающей боли, он закрыл лицо руками и отступил еще на несколько шагов назад. - Гарри, вот ты где, - ласковый и знакомый голос заставил обернуться. Близоруко щурясь - видимо, очки сбило с лица веткой, - мальчик уставился на Дамблдора. - Директор, вы здесь! Но как? Вы что, тоже… - Нет, мой мальчик, - директор подошел к Поттеру, подобрал с земли его очки и протянул их хозяину. – Не «тоже». - То есть, вы не умерли? – гриффиндорец испытал облегчение. И только после этого он почувствовал сожаление, что сам уже не сможет… - Я умер, - загадочно улыбнувшись, сообщил Дамблдор. – Но ты еще нет. - Но… То есть… Я жив? - Ты можешь стать живым, - поправил его директор. - Я… не понимаю, - Гарри беспомощно посмотрел на наставника. – Как это произошло? - Тебе Сириус рассказал о хоркруксах, верно? - Да. Но мы уничтожили медальон! - Увы, он был не единственный, мой мальчик. Присядем? Прямо из воздуха появилось поваленное дерево, на чей ствол и указал директор. Поттер осторожно присел, не сводя вопросительного взгляда с Дамблдора. - Видишь ли, Гарри, я должен был сам поговорить с тобой. Прости старика, мальчик мой, но я побоялся, что ты не вынесешь этой правды. - К-какой правды? – Гарри сглотнул. – Вы хотите сказать… - Часть души Тома Риддла оказалась в тебе. Это произошло в ту ночь, когда он впервые пытался тебя убить. - То есть… Волдеморт скрывался во мне? Как в Квиррелле? – поперхнулся воздухом мальчик. - Нет, Гарри, конечно же, нет! Это была маленькая частичка его души, и повлиять на тебя она никак не могла. - Но неужели нельзя было избавиться от нее раньше? Директор грустно улыбнулся и покачал головой. - Нельзя. Я ведь и сам не сразу понял, с чем мы имеем дело. А потом до последнего надеялся, что ошибаюсь. Как я уже сказал, хоркруксов было несколько, и почти все я уничтожил сам, надеясь найти способ оставить тебя в живых. Увы, у меня не получилось. Зато Северус нашел… - Снейп предатель! – перебил его Поттер, внезапно вспомнив обстоятельства, благодаря которым он и встретился с Волдемортом. – Вы там ему верили, а он!.. - Я ему и сейчас верю, Гарри. - Но это же он привел меня к Волдеморту! - директор отвел взгляд. Поттер побледнел, внезапно осознав всю правду. – Это вы, да? Он ведь не сам. Он… Вы? - Прости, мой мальчик. Поттер постарался взять себя в руки, хотя ему очень хотелось броситься на директора с кулаками. - Почему? - Так было надо, Гарри. Только Том мог убить в тебе свою душу. - Вы знали, что он нападет на дом Дурслей? - Догадывался. Северус был там и должен был подстраховать тебя. - Так же, как сделали вы? – хрипло спросил Поттер. – Вы… как вы умерли? Ведь вас не убил Волдеморт, да? - Да, Гарри. Я умер, потому что сам захотел этого. - Ради меня? - Нет, мальчик мой, не ради тебя. Ради всех нас. Я послал тебя на смерть, я же и должен был за это ответить. Это справедливо. - Постойте, вы сказали, что Снейп… Это он должен был… Он знал? - Гарри, этот ритуал невозможно провести без согласия жертвующего. Добровольного согласия. Северус сам нашел упоминания об этом ритуале, сам же и предложил себя в жертву. - Но откуда он знал, что все получится? - Мы до последнего не знали, сработает ли он так, как надо, или умрут оба, но проверять было некогда, да и не на ком. Прости, но мы вынуждены были действовать вслепую. Другого выхода все равно не было. - То есть, ни вы, ни он не знали, что ваша смерть может быть не напрасной? Директор кивнул. - Мы думали об этом, мой мальчик. Но Северус убедил себя, да и меня заодно, что все получится. Он заранее подготовился к этой жертве, привел в порядок свои дела, ты понимаешь… Поттер отвернулся. Привычная картина мира рушилась прямо на глазах. Ублюдок Снейп собирался отдать жизнь за Гарри Поттера – своего ненавистного студента. Хотел этого! Разве такое может быть правдой? Как оно может быть правдой? - Зачем? – вслух спросил мальчик, ни к кому не обращаясь. Но Дамблдор все же ответил: - А разве он мог поступить иначе? Будь на твоем месте кто-то из твоих друзей, например, мистер Уизли, ты бы сам поступил по-другому? - Я… не знаю, - честно ответил Гарри. – Но ведь это мои друзья, я люблю их! Дамблдор улыбнулся и промолчал. - То есть, вы хотите сказать, что Снейп… - под осуждающим взглядом Гарри исправил себя, - профессор Снейп, он же… терпеть меня не может. Разве не так? - Спроси у него сам при случае, - подмигнул директор. – Если он пожелает, то ответит на твой вопрос. Я не намерен обсуждать мотивы поступков Северуса. - Он не ответит, - вздохнул Гарри. Потом огляделся. – И что теперь? - Теперь мы расстанемся, Гарри. Тебе пора возвращаться. Но пока у нас есть немного времени, и я могу сказать, что горжусь тобой, мой мальчик. Я очень тобой горжусь. И я рад, что у меня была возможность узнать тебя по-настоящему. - Мы… больше никогда не увидимся? – голос Поттера внезапно осип. - Почему же. Всему свое время. И твое время еще не пришло. Но когда-нибудь мы обязательно встретимся, - пообещал старик. – А теперь тебе действительно пора. Он театрально хлопнул в ладоши, и деревья расступились, уступив место утоптанной тропинке. Взгляду Гарри открылось широкое озеро, над которым возвышался величественный замок, освещенный яркими огнями. На волнах у самого берега покачивалась небольшая лодочка. Точно такая же, как те, в которых они плыли в школу в начале первого курса. Поттер заворожено вздохнул и сделал к ней шаг. - Мне туда? - Нет, Гарри, это мне туда. А тебе в обратную сторону, - директор с улыбкой подтолкнул мальчика в другом направлении. – Иди, тропинка выведет тебя отсюда. - Сэр, - окликнул собравшегося уходить Дамблдора гриффиндорец. Тот остановился, и Гарри порывисто обнял старика. – Я тоже горжусь знакомством с вами, профессор. Спасибо вам за все. Я вас никогда не забуду! - И я тебя, Гарри Поттер. Иди. Проводив удаляющуюся лодку взглядом, Гарри направился по тропинке в другую сторону. Очень скоро в просвете между деревьями замаячили огни железнодорожной станции Хогсмида. Гарри со всех ног бросился туда. У маленького вокзала пыхтел и нетерпеливо подрагивал знакомый поезд, издавая пронзительные гудки. Гарри заторопился к нему. - Ты ведь Гарри? Постой! Ты ведь Гарри Поттер? Мальчик остановился и, обернувшись, увидел спешившую к нему немолодую женщину. - Да. Мы знакомы? Женщина наконец подошла к нему и тепло улыбнулась. - Нет, мы не знакомы, но я тебя знаю. - А вы… - Меропа. Мое имя Меропа. Ты, наверное, обо мне не слышал, - добавила она, заметив, как Гарри морщит лоб в попытке припомнить это имя. – Ты знаешь моего сына. Томми. Поттер не сразу понял, что «Томми», о котором говорит эта женщина, и есть Волдеморт. - Д-да, мы с ним знакомы. Мы… - Я знаю, Гарри, - успокаивающе улыбнулась Меропа. – Я хочу попросить тебя кое-что передать моему сыну. Ты ведь сделаешь это? Мальчик кивнул…