Квартирант

Торин ушел к себе в кабинет, эльф мирно задремал, тиская в руке свой вычурный кулон - ни дать ни взять любимый плюшевый мишка! Бильбо убедился, что его помощь больше не нужна и можно спокойно идти к себе наверх. Метель уже добралась и до этой части города, а в такую погоду нет ничего лучше горячего душа. – Прости, милая, я знаю, что ванна была бы тебе больше по вкусу, – извинился он, оставив на унитазе шорты, футболку и полотенце. – Придется немного пошуметь. Кошка тут же запрыгнула сверху на стопку вещей и улеглась, свесив хвост. Ей очень нравилось сидеть на бортике ванны и ловить сидящих в ней людей за коленки. Лобелии, которая любила понежиться в горячей воде с пеной, такие заигрывания ужасно не нравились, но из-за щели под дверью выдворять кошку из ванной было бессмысленно. Она просачивалась обратно, как осьминог. Сперва просовывала любопытный нос, пробовала лапкой. Оглянуться не успеешь, а она опять на бортике. Кузина поднимала визг, чтобы Бильбо немедля забрал грязное животное, а потом из-за того, что Бильбо вломился к ней в ванную, когда она не одета. Бильбо совершенно не смущал внимательный взгляд голубых глаз. Он зашел за стеклянную ширму и включил воду, которая хлынула из большого смесителя под потолком, как летний ливень. Очень приятное ощущение! Он уже успел помыть голову и просто грелся, наслаждаясь ощущением, как горячие струи стекают по спине и ниже. Пожалуй, не следовало заниматься тем, чем он собирался заняться, на глазах у кошки. Он уже хотел повернуться к ней спиной и проверить, безопасно ли опираться на стеклянную загородку, как вдруг Нэсса взмякнула и соскочила на пол. – Все хорошо, я не утонул, – рассеянно заверил он. Однако на сей раз бдительного пушистого стража совершенно не волновала сохранность хозяина – она скреблась, пытаясь выбраться из ванной комнаты, и продолжала взволнованно мяукать. Бильбо быстро выключил воду - сперва горячую, чтобы отогнать приятные фантазии. Снизу доносился грохот и голос Торина – Бильбо и подумать не мог, что такой джентльмен может орать на кого-то, да еще в подобных выражениях. Бильбо торопливо натянул белую майку, тут же прилипшую к телу, и кое-как влез в шорты на голое тело, хорошо, они были до середины бедра. Подхватив Нэссу под мышки, он заглянул ей в мордочку и велел: «Сиди тут, я проверю, что там случилось!» После чего водрузил кошку на крышку унитаза. Спустившись на первый этаж, Бильбо заглянул в гостиную. Торин слегка разгромил ее и тряс практически бесчувственное тело бывшего сослуживца так, что подвеска на шее громко стукалась о ключицы, пытаясь вынуть из пьяницы больше информации о делах Смога, причастности к ним Азога и – хуже всего – о трупах, которые с попустительства Трандуила невозбранно перевозились в рефрижераторах вместе с продуктами для ресторанов. – Азог… Никакой не водитель!.. Он кил-лер… – промямлил эльф, ненадолго разбуженный шумом и тряской, и пустил слезу. – Он же меня… Он точно меня убьет… Смог… Убьет… Шелковая ткань треснула под пальцами, и полураздетый блондин осел на пол. Бильбо обошел Торина, стараясь если не отвести, то хотя бы развернуть спиной к беспомощной жертве, обещая: «Мы что-нибудь придумаем, мистер Оукеншильд, обязательно, обратимся в полицию и…» Он только скривил губы в горькой усмешке и вдруг толкнул молодого человека на диван. Это было очень странно - видеть мужчину в таких растрепанных чувствах. Что успел наговорить ему этот Трандуил? Торин спрятал лицо у него на коленях, комкая влажную ткань футболки на спине и бормоча: «Вот почему мерзавец так легко отделался… Все это время за ним стоял Смог… Нет, я не доставлю Азогу такого удовольствия! Сам придушу этого двуличного гаденыша!» Торин дернулся, но Бильбо крепко вцепился в его волосы и плечо, принуждая остаться на месте. Мужчина мог бы вырваться, но отчего-то замер, позабыв о Трандуиле, и продолжал зло шептать: «Вот откуда взялись те заключения технических экспертиз. И судья… Все было куплено… А может быть, Смог с самого начала все рассчитал… сколько он мог отвалить за убийство моей семьи?» Бильбо не мог, да и не хотел отвечать. Он просто гладил мужчину по волосам, слегка расчесывая их пальцами, осторожно касался шеи и плеч, стараясь выгнать из мышц напряжение и чувствуя, что это получается. – Что бы ни случилось, я буду рядом с тобой, – старался отвлечь мужчину от мрачных мыслей, которые и так терзали его без остановки последние два года, Бэггинс сам не заметил, как перешел на «ты». – Мы проведем вместе это Рождество, пригласим ваших родных, а я приготовлю огромного гуся с яблоками и эгг-ног,* – пришлось запрокинуть голову, чтобы не дать выкатиться подступающим слезам. – И еще я подарю тебе самый нелепый синий свитер с оленями, какой только смогу найти, и чтобы меня не обидеть, тебе придется делать вид, что он тебе понравился. Бильбо решил, что во что бы то ни стало вернет Торину уверенность и душевное спокойствие и уж точно не позволит снова упечь его в лечебницу. Кажется, он нашел верный подход, мужчина вскоре расслабился и задышал ровно, совсем беззвучно – только спина мерно приподнималась. Большие ладони теперь лежали на пояснице под футболкой, приятно согревая. Увы, этот момент покоя нарушил сухой щелчок. Торин распрямился, прижал палец к губам, быстро стащил ничего не понимающего Бильбо за диван, заставив спрятаться в пространство между наклонной спинкой и стеной. Бэггинс ничего не знал и не чувствовал опасности, он не запер дверь, а только прикрыл ее, а Торин не удосужился проверить. Дверь снова щелкнула, провернулся ключ в замке. Торин по возможности бесшумно подошел к арочному проему, прихватив гипсовый бюст, подаренный кем-то из коллег – сейф с пистолетом находился в кабинете, он бы просто не успел за ним сходить. Впрочем, пистолет и не понадобился. Азог, больше не таясь, вошел в гостиную и уже прикидывал, как станет приводить картинно распростершегося на полу Трандуила в чувство. Судя по его ухмылке, мерзавец хотел, чтобы жертва в полной мере осознала, что ее собираются убить. Возможно, не просто пристрелить, а сперва долго и с упоением пытать, наслаждаясь ее беспомощностью и страданиями. Бильбо из своего укрытия видел перед собой не человека, а лютого зверя с иссеченной шрамами мордой, раскосыми глазами и чудовищным оскалом. Торин шагнул вперед, раздался глухой удар, на пол посыпались черепки, блеклые глаза киллера остекленели и сошлись на переносице. Торин перехватил руку с пистолетом, вывернул ее, разоружая оглушенного преступника. После чего сунул оружие себе за пояс и дожал. Раздался жуткий хруст, боль привела Азога в чувство, но справиться с противником одной левой тот уже не мог. – Скотч на моем столе, быстро! – приказал Торин, пытаясь свалить убийцу на пол. Бильбо пулей метнулся в кабинет, позабыв о том, что не должен знать, где тот находится, и принес моток широкой клейкой ленты, которой они и скрутили негодяя, залепив ему вдобавок рот. Торин обшарил его карманы и осклабился: «Да ты совсем зарвался!..» – Что там? – Бильбо заглянул мужчине под руку. – Он был так уверен в своей безнаказанности, что не удосужился даже пароль на разблокировку поставить. Бильбо увидел на экране переписку. «Мистер Смог, Трандуил что-то знает. Я видел, как он шнырял у рефрижератора и звонил кому-то. Можно, я убью этого педика?» Ответ, судя по указанному рядом времени, пришел меньше чем через две минуты: «Делай с ним что хочешь, но чтобы тело не нашли. И позаботься о свидетелях!» После чего киллер пообещал скормить блондина своим любимым собачкам и, по всей видимости, пошел проваливать ответственное задание. Оукеншильд достал свой смартфон и набрал чей-то номер. После трех гудков ему ответил заботливый мужской голос: «Торин, рад тебя слышать! Надеюсь, ничего серьезного? Панические атаки в транспорте не повторялись?» – Была пара, но терпимые, – неохотно ответил мужчина, виновато глянув на Бильбо. – Я не по этому поводу звоню. Скажите, вы все еще играете в преферанс с господином Элрондом? Мне очень нужно с ним поговорить. – Я все устрою, – пообещал психотерапевт, как догадался Бильбо. – Через пару минут он тебе позвонит. Торин успел пояснить, что Элронд работает в полиции на руководящей должности и не упустит шанса прижать Смога и Азога. Телефон зазвонил меньше чем через минуту, перекинувшись с полицейским приветствиями, Торин предупредил: «У меня неопровержимые улики против нашего общего друга, и я знаю, как инсценировать самоубийство его верного пса так, чтобы ваши эксперты не нашли следов пороховых газов, так что советую поторапливаться, пока я не передумал оставлять вам живого преступника. И еще – мерзавец здорово помял моего коллегу, ему, возможно, нужна медицинская помощь». Сбросив звонок, Торин нагнулся за чем-то на полу, переступил через ни о чем не подозревающего Трандуила, сладко причмокивающего во сне, и потом потянул взволнованного квартиранта на кухню. После таких переживаний стоило выпить еще по чашечке чая, не забывая, впрочем, приглядывать за извивающимся в попытках освободиться киллером. – Я не успел сказать, что буду рад любому подарку от тебя, – Торин улыбнулся той самой искренней и светлой улыбкой, протягивая зардевшемуся Бэггинсу записку, выпавшую из разбитого гипса. – Даже паре носков! Предсказание на пыльном листочке гласило: «Если недавно Вы встретили свою любовь, самое время признаться ему в своих чувствах».