Квартирант

Бэггинс сидел на краю крыши, обнимая гитару, Нэсса грелась в потоках теплого воздуха, поднимающегося из люка, и внимательно прислушивалась, как хозяин перебирает медные струны. Пушистая красавица явно чувствовала себя покорительницей вершины мира… Было так хорошо… Просто потому, что есть это дивное, прихваченное легким морозцем зимнее утро, потому что взошедшее солнце недавно пригасило желтые глазищи фонарей и именно сегодня светило как-то по-особому. Бильбо затушил струны о кожаную перчатку без пальцев, когда ветер своевольно перелистнул тетрадь с аккордами, а кошка мурлыкнула себе на уме. Они уже умылись – Нэсса лапой, а ее хозяин из-под крана, к которому у кошки не было доверия. Они уже успели устроить настоящий концерт на крыше, а глупые люди еще спят или только-только думают вставать. Тут Бэггинс ошибся. Внизу хлопнула дверь и послышались быстрые шаги. Кили взбежал по ступеням и крикнул: «Бильбо, тебе какой-то хрен с горы звонил!» Бильбо переглянулся с Нэссой и хихикнул. Он сам не знал, почему занес телефон Торина в память под именем «Король-под-Горой». Ему просто нравилось, как это звучит. – Дядя опять не ночевал дома? – полюбопытствовал юноша, протягивая ему трубку. – Не без этого, – признался Бильбо с некоторой досадой. Из-за каких-то проблем он уже третий раз за месяц ночевал на работе - и это в канун Рождества. – Не боишься, что он у тебя гуляет? – подмигнул Кили, которому просто нравилось в шутку поддразнивать Бильбо. – Пусть гуляет, он тепло одет, – улыбнулся Бильбо, невозмутимо направившись в кухню. – А тебе разве не надо к брату? – Я обещал маме помочь, мы ведь еще не нарядили елку, – Кили снял со шкафа нарядно упакованный подарок, который Фили и Кили приготовили матушке. – Спасибо, что сохранили в целости! Бильбо проводил юношу и перезвонил Торину: «Ты сегодня – ранняя пташка! К своему стыду, я еще не успел приготовить тебе завтрак». Оказалось, Торин вообще не ложился, улаживая какие-то дела, чтобы не вспоминать о них все рождественские каникулы. – Мы с Фили случайно поменялись ноутбуками, – пожаловался мистер Оукеншильд, собственными руками купивший четыре совершенно одинаковых устройства себе, сестре и племянникам. – Тебя не затруднит съездить к Ори и привезти его мне? Заодно перекусим где-нибудь. – С удовольствием, знаешь, как я по тебе соскучился? – обрадовался Бильбо. – Прямо сейчас и поеду. – Что бы я без тебя делал, Бэггинс, – несмотря на помехи связи, можно было разобрать в голосе собеседника искреннюю благодарность. Бильбо улыбнулся. Он знал, что скоро проблемы с путаницей уйдут в прошлое. Ори решил заказать четыре виниловые наклейки и перерыл все свои фотоальбомы, отобрав для этого пейзажи, на которых были запечатлены разные времена года. Бильбо почти не сомневался, что Торин выберет солнечную осень с пожаром кленов и россыпью синевато-фиолетовых осенних крокусов. Молодой человек вышел на улицу через Эребор, прихватив кофе на вынос, который выпил по дороге к подземке. Немного прогуляться, любуясь наряженными к празднику улочками, было просто здорово. Он уже пару раз бывал у Ори в гостях и прекрасно знал дорогу. Очень скоро Бэггинс очутился у дверей квартиры с небольшой домашней фотостудией. – Прошу прощения, что прервал, – повинился Бильбо, когда ему открыл Фили, снова наряженный гномом. – Торин просил забрать его ноутбук. – Ту диковинную светящуюся книгу с нажимными пластинами, – догадался вошедший в образ юноша, сверкая белозубой улыбкой. Бэггинс еще раз поразился тому, как меняется Фили, перевоплощаясь. В этот раз он ради забавы надел цветные линзы, сделавшие взгляд еще более пронзительным, и накинул на бедра шкуру, да так небрежно, словно и вовсе не собирался прикрываться. Бильбо почувствовал, что краснеет. – Наверное, я все-таки не вовремя, – промямлил Бэггинс, но юноша втянул его в дверной проем и подтолкнул вглубь уютной прихожей. К величайшему облегчению, ноутбук покоился здесь же на полочке, по соседству с ключницей и мисочкой мелочи. – Надеюсь, ты не собираешься фотографироваться в таком виде? – Поклянитесь честью, сквайр Бэггинс, что сия тайна уйдет с вами в могилу, – высокопарно потребовал Фили. – Ни одна живая душа вовек не увидит тех неблагочестивых вещей и темных дел, которые творим здесь мы с Ори сейчас и раньше, под покровом темноты. – Фили, – голос Ори почему-то раздался из спальни в конце коридора. Бильбо покраснел еще больше, догадавшись, что гномов в квартире, вероятно, было двое и речь шла не о фото, а о видеосъемке. Так уж вышло, что их с Торином отношения пока не зашли настолько далеко, хотя они уже довольно долго жили под одной крышей. Бэггинс совершенно не представлял себя в подобной ситуации. Промямлив что-то маловразумительное, Бэггинс цапнул ноутбук, прижал к себе и прошмыгнул в незапертую дверь. Фили откровенно веселила его реакция. Бильбо даже подозревал, что ряженый гном ведет себя так нарочно, надеясь подтолкнуть к чему-то посерьезнее поцелуев. Бильбо мечтательно обнял ноутбук и заулыбался. От одного воспоминания о том, как Торин целуется, у него по спине пробегали мурашки. Ну до того приятно! Недавно Торин купил пару билетов на вечерний сеанс, Бильбо ждал его с ужасом – фильм был ну очень скучным! Как выяснилось, они пришли в пустой зал вовсе не для того, чтобы его смотреть. Благо, Торин не торопил события и понимал, что Бильбо не из тех, кто радостно прыгнет в постель после пары дней знакомства. Молодой человек не следил за числами, но вроде бы сегодняшний поход в ресторан можно было считать шестым их свиданием. Охваченный радостным предвкушением, он сбежал по ступеням, с разбегу ворвавшись в настоящую метель. Пушистые хлопья снега повалили на город, намереваясь к вечеру засыпать его сплошным белым ковром. Редкие порывы прохладного ветра засыпали цепочку следов позади. То впереди, то по бокам из мельтешащего белесого марева выныривали дома и машины, алое пылающее око светофора прорезало метель – самое время свернуть к метро. Входя в подземку, невысокий сугроб на ножках встряхнулся, снова явив миру весело посмеивающегося Бильбо. Он вообразил, как будет выглядеть Торин, которого наверняка заметет точно так же. Снег превратит его строгое черное пальто в подобие пушистой шубки Трандуила. Эта изящная, украшенная серебряной вышивкой деталь гардероба, полы которой едва не волочились по земле, сама по себе производила неизгладимое впечатление. А уж дополненная белоснежными кожаными сапогами и такими же перчатками, поверх которых «дивный эльф» надевал аляповатые перстни, – и вовсе сражала наповал. Бильбо потер ладонь о ладонь и замерзшими пальцами набрал сообщение: «Еду, любовь моя!» Через четверть часа Торин встретил его у метро. Бильбо с готовностью бросился в запорошенные снегом объятья и ткнулся носом куда-то под воротник, где пока еще было бесснежно: «Почему ты не надел шарф? Не хватало, чтобы ты простыл в канун Рождества!» – Я закажу себе глинтвейн, чтобы ты не волновался, – пообещал Торин, прежде чем поцеловать Бэггинса прямо у всех на виду, посреди площади рядом с нарядной елкой. Бильбо захихикал, подпихивая Торина в грудь: «Мокрая борода! Пойдем скорее!» Торин не поддался на провокацию и, ничуть не обидевшись, отряхнул бородку, чтобы беспрепятственно поцеловать своего квартиранта еще раз, более убедительно. Только после этого он позволил Бэггинсу взять себя за руку и потянуть в сторону ресторана Мирквуд, уже практически возвращенного в состав холдинга. Именно этим Торин и занимался в последние дни перед каникулами, чтобы не дать Трандуилу передумать или снова во что-то вляпаться. Это заведение было оформлено совсем не так, как Эребор. В зале было много света, чтобы посетители могли оценить игру теней от затейливых светильников и фрески с изображениями серебряных водопадов, срывающихся в утопающих в зелени горных склонах. Бильбо не мог не отметить, с каким самодовольством Торин обозревает свои владения. Все это они с Трандуилом создавали когда-то вместе. Одетая в этническом стиле рыжеволосая девушка встретила их и с легким поклоном представилась: «Меня зовут Тауриэль, сегодня я буду вашим официантом!» Девушка проводила гостей к свободному столику, который будто парил над полом, поддерживаемый ажурным кованным подстольем. – Прошу обратить особое внимание на наши королевские креветки и морского лиса от шефа, – посоветовала она, подавая меню. – Одно мгновенье, сейчас я принесу третий стул! Торин закатил глаза, увидев, что к ним приближается блудный деловой партнер. Высокая белая фигура, вероятно, с самого начала следовала за ним хвостом, невидимая в снежной пелене.