Наше будущее в прошлом

— Ну, хорошо, я расскажу, — обречённо вздохнула Грэйс. — Только ты мне тоже расскажешь о неком Тёмном Лорде.       Почему-то Северус заранее знал, что девушка предложит ему какую-нибудь сделку, прежде чем поведать о своих секретах. Хотя, это было немного и не честно — он просил рассказать всё в обмен на помощь, какая уж тут сделка? Но он всё равно ждал этих слов. Правда, не таких, которые были произнесены. Молодого человека в тот же миг бросило сначала в жар, затем в холод. Откуда бы эта странная девчонка могла знать о неком тёмном волшебнике, который проповедовал весьма занимательные вещи. Ему это нравилось, хоть порой вызывало некоторые опасения. — Тёмный Лорд? — скептически приподняв бровь, сказал Снейп, стараясь, чтобы все его жесты были точно такими же, как до вопроса. — Ты начиталась каких-то маггловских сказок? — Не надо прикидываться, — совершенно спокойно проговорила Раймонд, внимательно наблюдая за сменой выражений на его лице. Особо похвастаться различием мимики он не мог, поэтому ничего такого она не могла заприметить.       Северус молчал, и Грэйс потихоньку начинала огорчаться. Она-то надеялась, что смогла уцепиться за тонкую ниточку, что, возможно, могла связать её с Волан-де-мортом. Но давить тоже не стоило, можно было отпугнуть этого и без того недоверчивого молодого человека. К тому же она не могла рисковать зарождающейся дружбой, как бы этого не отрицал сам Снейп. — Ладно, — несколько сухо отозвалась девушка, на пару шагов отступая от молодого человека, дабы не давить своим присутствием и дать тому подумать. — Раз наши маленькие секретики остаются при нас, то сотрудничества, думаю, не получится. Ступай Северус. Увидимся завтра в лаборатории.       Раймонд поспешила к башне Гриффиндора, стараясь не оглядываться, чтобы не передумать и не вернуться. Ведь ей так много хотелось спросить, прижать парня к стенке и вызнать все подробности его тесного знакомства с тёмным волшебником. Но никак нельзя было поступать именно так. Поэтому девушка лишь прибавила шагу, оставляя слизеринца в некотором недоумении и даже растерянности. Чего-чего, а подобного он не ожидал.

***

      Палочка, лежавшая у Грэйс под боком, резко нагрелась, от чего та быстро распахнула глаза, уставившись в темноту. Пора было вставать и отправляться на вызволение Карты Мародёров из заточения в каморке Аргуса Филча. Она специально установила на палочку пробуждающие чары на определённое время, чтобы не проспать если что. Правда она так и не смогла сомкнуть глаз, в волнении лёжа с закрытыми глазами. Она старалась не ворочаться, чтобы не разбудить своих соседок по спальне, от чего совсем потеряла покой. Отдых провалился, и самочувствие не радовало глубокой усталостью и ломотой во всём теле, отдаваясь при этом ещё и головной болью.       Прислушавшись к звукам в комнате, Раймонд поняла, что кроме неё никого бодрствующим замечено не было. Это порадовало, так как медлить было нельзя, а искать оправдания и лгать она не любила. Наступал ответственный момент, когда нужно было решиться, но что-то заставляло девушку продолжать лежать в тишине. Возможно, она просто боялась. Ведь в прошлом через все испытания ей приходилось проходить вместе со своими друзьями, которые могли и поддержать, и прикрыть. Сейчас же она была совершенно одна. Нельзя было ни на полшага отступить от намеченного плана, иначе придётся худо. Иначе проблем может быть только больше.       Ещё пара секунд и Грэйс медленно, стараясь не производить шума, поднялась с кровати, выбираясь из-под полога. На ней всё ещё была повседневная одежда, которую она не стала снимать, чтобы не тратить время на переодевание. Правда, попадись она, никак отвертеться уже не получится. Вытащив маленькую холщовую сумочку из тумбочки возле кровати, девушка беспрепятственно покинула спальню для семикурсниц. Эта сумочка была вроде той, которую она зачаровала в прошлом во время войны, когда им долго пришлось с Гарри и Роном путешествовать в поисках крестражей Волан-де-морта.       Через проём, закрываемый Полной дамой, девушке вполне свободно удалось пройти. Она даже проверила на месте ли та, прежде чем закрыть за собой проход. А как же иначе, а то потом она просто напросто не смогла бы попасть в свою спальню. А там и до поимки недалеко. Но та спокойно посапывала, сладко пошлёпывая губами, словно видя пирог со взбитыми сливками. Девушка закатила глаза от таких своих ассоциаций, и пошла прочь. И всё же, не смотря на то, как всё гладко пока складывалось, ей было не по себе. Да, она знала каждый закоулочек этого замка, который они с Гарри и Роном облазили вдоль и поперёк благодаря Карте Мародёров. Но это не могло помочь ей, окажись она перед лицом завхоза или какого-либо учителя, совершающего обход. Мантия невидимка сейчас была бы как нельзя кстати, но она сейчас находилась в руках Джеймса Поттера, у которого она уж точно не сможет её попросить.       Сдерживая непонятную дрожь, что окутывала все её внутренности, Грэйс осторожно ступала по тёмным коридорам, что петляли лабиринтом. В какой-то момент девушке показалось, что это вовсе не тот самый замок, который был ей знаком с первого курса. Словно кто-то неведомый дёргает за ниточки, ведя её по незнакомым помещениям туда, где её ждала расплата. Она не понимала, почему именно эти чувства и эти навязчивые мысли сгустились в её мозгу, но до замирания сердца боялась. Боялась, словно глупая первокурсница. Да она тогда, когда в туалетную комнату для девочек вломился тролль, не была так перепугана. Похоже, что-то надломилось в ней с тех пор, делая совершенно другой, дерганой и совершенно трусливой Гермионой Грейнджер. Или, быть может, виной тому то, что она тут лишняя? Да и находится не под своим именем, а под чужой личиной, являя миру иного человека, нежели представляла себя до этого. Но и они не могли её знать той, кем она являлась. Какая-то нелепица из всего этого выходила. Тем не менее, что-то в этом было.       Несколько поворотов, за которые ей приходилось заглядывать затаив дыхание, привели Раймонд к вращающимся лестницам. Миг страха наполнил сознание её до краёв. Зияющая чернота, под парящими ступенями не могла внушить позитивных мыслей. А что, если она сейчас сорвётся? Упадёт в эту пропасть и разобьётся насмерть. Что скажут о ней? Будет ли кому-нибудь дело до неизвестной девицы без роду, без племени? А ведь она никогда раньше не рассматривала эти помещения и их перемещения в таком ключе, погружаясь в пугающую пустоту. Она всегда бывала здесь ребёнком, порой одна, а порой с друзьями. Но много раз на грани опасности. И никогда, никогда не боялась оказаться там внизу, где берут начало первые ступени магически зачарованных лестниц.       Сцепив до боли пальцы, вонзая ногти в ладони, Грэйс шагнула на верхнюю ступень, которая вместе со своими близняшками тут же двинулась прочь от твёрдого камня пролёта между пятым и четвёртым этажами. Девушка едва успела ухватиться за перила, чувствуя, как ноги подкосились слегка, и тяжесть тела потянула её вниз, туда, где за спиной клубилась непроглядная тьма. Как ей хотелось выхватить волшебную палочку и наколдовать элементарный люмос, чтобы осветить всё вокруг и прогнать эту липкую чернь, влекущую за собой страх. Но делать этого было нельзя, а иначе она с лёгкостью могла бы себя обнаружить, тогда уж точно никак не выкрасть Карту Мародёров, которая была необходима ей, как воздух. Никто не должен был узнать правды, а уж тем более ни один из четвёрки тех, кем она была изобретена.       Наконец, с глухим стуком нижняя ступенька примкнула к следующему пролёту и на некоторое время замерла на месте, давая Раймонд неслышно спуститься и сойти. Впереди её ждали ещё несколько широких и один очень узкий коридоры, всё так же погружённые в тихую, глухую темноту. И пусть глаза девушки немного попривыкли к ней, и она могла различать лёгкие контуры предметов и некоторые тени на картинах, она с уверенностью не могла сказать, что это хоть как-то ей помогало. Она опиралась лишь на свои память и чутьё, которые и вели её в каморку завхоза, в которой она была лишь раз, но путь, к которой был знаком ей при неприятных обстоятельствах, что повлекло за собой такую поразительную значимость.       Совершив несколько поворотов и оказавшись в самом последнем коридорчике, стены которого почти касались её плеч, она достала-таки волшебную палочку, крепко стиснув в ладони, с намерением при любой опасности использовать её. Почему-то она была уверена, что Мародёры именно сегодня тоже будут тут. Почему к ней пришла подобная уверенность, она сказать не могла, но что-то в глубине её живота взывало к крайней осторожности. А своей интуиции она прислушивалась всегда, доверяя ей почти на сто процентов. Грэйс сосредоточилась, прикладывая палочку к макушке, и невербально произнесла дезиллюминационное заклинание. Она не была уверена, что оно подействует хорошо, так как раньше не пользовалась им без применения голоса. Она активно практиковалась в невербальной магии, насколько позволяло время и окружение, но всё же не была настолько в этом подкована, чтобы использовать столь продвинутые и сложные заклинания.       Девушка, конечно же, могла бы проверить действие чар, но отсутствие света не позволяло ей рассмотреть свои руки даже в обычном её состоянии, чего уж говорить о другом. Прислушавшись к шорохам и прочим, едва слышным звукам, Раймонд сделала несколько неуверенных шагов к простой неприглядной двери. Если бы она не была уверена, что за ней скрывается, то, скорее всего, просто прошла бы мимо неё, такой она была неприметной. Но она-то была точно уверена, что именно там Филч хранил всякие штучки, которые отбирал у студентов, и именно там запугивал оных, когда удавалось обойти профессоров. Что-то неприятно, липко пробежалось по позвоночнику, и Грэйс даже оглянулась. И не зря. Позади в нескольких шагах от неё кто-то стоял. Она в ужасе зажала себе рот руками, сдерживая крик. Как давно он был там, этот некто в чёрном с накинутым на голову капюшоном?       Гриффиндорка затаила дыхание, пристально глядя на фигуру в балахоне, стараясь определить, видит ли он её. И хоть до чесотки хотелось пошевелиться, проверяя свою невидимость, она неподвижно замерла. Некто тоже пребывал в неподвижности, явно стараясь всеми возможными способами слиться со стеной. А ведь, если бы Грэйс до паранойи не всматривалась в окружающее пространство и не двигалась с поразительной медленностью, она могла бы его просмотреть. И никакое привыкание к темноте её глазам бы не помогло. Волнение заставило кровь стучать в висках. Она не понимала, кому могло понадобиться находиться здесь, ведь это совершенно непримечательный аппендикс хозяйственной части замка. И это определённо не могли быть мародёры, потому, как они обязательно воспользовались бы мантией-невидимкой, и им не зачем было бы рядиться в такой вот странно-ужасающий наряд.       Палочка девушки была прижата к её щеке, ведь до этого она воспользовалась обеими руками, чтобы не завопить от неожиданности и ужаса одновременно. Она хотела ею воспользоваться, даже несколько заклинаний проговаривала в своей голове, но, тем не менее, оставалась полностью неподвижно. Она ждала, когда фигура в чёрном плаще начнёт проявлять себя, начнёт двигаться. Но та тоже оставалась недвижима, чем повергала Грэйс почти в отчаяние. Она не могла не признаться себе, что была напугана, да так, что едва держалась на ногах. А ведь ей никак нельзя волноваться, это вредно для её ребёнка.       Наконец, незнакомец едва заметно качнулся и сделал несколько незаметных шагов, повергнув девушку в ещё большую панику. Он целенаправленно направлялся в её сторону. Но не это так перепугало Раймонд. Этот некто до ужаса, леденящего душу, напоминал ей Пожирателей Смерти. Неужели они, в самом деле, могли тут сейчас оказаться? Как проникли? И ведь это уже не могло быть сном, как в прошлый раз. Ведь сегодня она не ложилась спать, она бодрствовала с самого утра. Но как иначе всё происходящее объяснить?       Закусив до боли губу, Грэйс сумела оторвать от лица руки и, дрожа, выставила палочку вперёд. Она не видела себя, но это ещё ничего не могло значить, может всё кругом до такой степени погружено во мрак. Хотя странным тогда было то, что она смогла рассмотреть фигуру в балахоне, что упорно приближалась к ней. Это могло значить только одно, что он видит её так же, как и она его. Захотелось закричать и в испуге броситься бежать. Но она не могла себе ничего подобного позволить. Во-первых, как только она себя обнаружит, её песенка будет спета. Равно как и в тот момент, когда она повернётся к нему спиной, дабы убежать — пожирателям не привыкать палить заклятиями в спину. Гриффиндорка крепко сжала древко, чувствуя лёгкую боль в напряжённых пальцах. Это слегка отрезвило её, хоть тревога и не отпускала до конца. Она же не просто студентка, ведь так? Она Героиня Войны! Она сражалась с Пожирателями Смерти и почти всегда выходила победительницей. Лишь однажды она смогла пропустить заклинание, но тогда ей было лишь шестнадцать. Сейчас ей гораздо больше, да и заклинаний она знает гораздо больше. Что уж и говорить, что магическая сила значительно возросла. Так что никакой одинокостоящий приспешник Волан-де-морта не сможет пройти мимо неё.       Остолбеней! — мысленно воскликнула Грэйс, делая выпад, чем конечно же обнаружила себя, но уже не обращая на это внимания, так как яркий луч заклинания молнией проскочил между ней и незнакомцем, ударяя того в грудь. Она молодец! Она снова смогла повергнуть своих врагов.       Но что-то взволновало девушку. Она не могла не заметить того, что сияние от магии осветило лицо противника. Человек под капюшоном определённо был ей знаком, она не могла себе врать — перед ней сейчас навзничь лежал её будущий профессор Зельеварения, ныне студент семикурсник Северус Снейп. Могло ли это значить, что он уже примкнул к тёмному волшебнику и творил бесчинства в стенах школы? В это верить не хотелось. Но что тогда он мог здесь делать?       Грэйс оглянулась, пристально исследуя местность на присутствие кого-нибудь ещё, ведь определённо они выдали бы себя хоть как-то в подобной ситуации. Она резко переместилась к другой стене, замирая. Но никого рядом не было. Только после того, как полностью уверовав в том, что они тут со Снейпом одни, — по крайней мере, в данный момент, — девушка подошла к слизеринцу, склоняясь к его лицу.       Что же тебе здесь понадобилось? — сокрушённо подумала Раймонд, опускаясь на колени. — Оглохни! — Их словно окутало каким-то куполом, который тут же стал невидим и неосязаем. Теперь, пожалуй, можно было поговорить с этим субъектом о произошедшем. — Сейчас я сниму заклинание, — тихо проговорила Грэйс, на всякий случай, вдруг невербальное заклинание не очень хорошо подействовало. То, что она могла сейчас быть невидимой, думать не хотелось, да и было не таким уж важным на данный момент. — Но ты не двигаешься и молчишь, пока я тебе не разрешу заговорить. — Кончик волшебной палочки девушки упёрся слизеринцу в шею. — Фините.       В тот же самый момент молодой человек дёрнулся и глубоко вдохнул. Раймонд продолжала прижимать палочку к горлу парня, отчётливо видя недоумение в его глазах. По всему выходило, что её он не видел, но прекрасно ощущал. Если бы она не была так перепугана до этого, то девушка, пожалуй, даже довольно хмыкнула бы. Но, так как у неё всё ещё дрожали колени, она решила опустить подобное проявление эмоций, дабы не тратить время и силы зря. — Что ты здесь делал? — холодно спросила она Снейпа, который был напряжён словно струна, или готовый к спуску курок. Он молчал, и это не нравилось Грэйс, потому, как тот определённо что-то скрывал. — Если ты не заговоришь, я наложу заклинание вновь. И уж тогда отлеветирую тебя к Дамблдору и позволю ему самому разбираться с приспешником Волан-де-морта.       При последних словах что-то непонятное промелькнуло в чёрных глазах молодого человека, и тело стало каменным. Это не могло не настораживать ещё больше. А не отправить ли его, в самом деле, к директору? Глядишь, он раньше времени переметнётся на правильную сторону. Хотя, пожалуй, ещё не было стимула делать подобного. — Последний раз спрашиваю, — едва слышно проговорила Раймонд, — что тебе здесь надо было? Планировал захват какого-нибудь студента для своего господина? — Я не понимаю о чём ты, — просипел парень. По всей видимости, Грэйс слишком сильно надавила ему на горло. В тот же миг она слегка ослабила нажим, но не слишком, чтобы тот не расслаблялся. — Я пришёл, как ты и просила.       Она просила? Девушка взволновано сглотнула. Мог ли Снейп узнать её по голосу? Вполне — они очень много последнее время бывали вместе. Мог ли воспользоваться этим, чтобы скрыть истинную причину своего здесь нахождения? Вероятно, мог. Хотя всё могло быть именно так, как он и говорил. Девушка засомневалась в своих и его словах почти одинаково. Нужно было срочно брать себя в руки и разгребать сложившуюся ситуацию, потому как скоро здесь могли оказаться ещё и другие слушатели. — Зачем бы тебе это надо было? — Ты просила. Я не мог подвергнуть тебя и твоего ребёнка опасности, — слегка раздражённым голосом ответил Северус, тем не менее, лёжа неподвижно под гнётом волшебной палочки гриффиндорки. — Допустим, я поверила, — протянула Грэйс, стремительно проигрывая в голове все возможные исходы положения, чтобы ничего не упустить и не попасть впросак. — Докажи. — Раймонд ты спятила? — возмутился Снейп, и девушка почувствовала, как его тело задрожало от негодования. — Я помочь тебе хотел, а ты меня заклинанием. Как ты вообще тут оказалась, я не видел, как ты прошла мимо меня, а ведь я здесь уже около часа.       Что?! — чуть не воскликнула Раймонд вслух, но вовремя прикусила язык, так как совершенно не желала выдавать себя. — Это не суть. Отвечай на поставленный вопрос, — собственно он на него уже ответил, но Грэйс упрямо не желала верить ни единому его слову, хотя понимала, что врать ему сейчас совершенно ни к чему. Да и вообще раньше, будучи уже её профессором, он никогда не позволял себя кого-либо обманывать. Разве что Волан-де-морта, но это совершенно другая история. — Мне казалось, тебе нужна какая-то вещь из хлама Филча, — скривив тонкие губы, сказал слизеринец. — Если не поторопишься, то сюда может прийти кто-нибудь другой. Например, кто-то из твоих друзей-гриффиндорцев.       Девушка замерла, вглядываясь в слегка нагловатое лицо молодого человек. Он был, конечно же, прав, но так не хотелось оказаться в невыгодном положении, если убрать волшебную палочку от него. Поэтому она быстрым движением выхватила из его длинных тонких пальцев древко его палочки. Тот поражённо схватился за воздух, так как не успел ухватиться за принадлежащую ему вещь. Естественно всё это Грэйс удалось провернуть только лишь по той причине, что он не мог её видеть, а иначе ничему не суждено было бы случиться. И только после этого она поднялась на ноги и поспешила к заветной двери.       Раймонд медленно подкралась к обшарпанному дверному полотнищу, направляя на неё свою палочку. Простенькая Аллохомора с лёгкостью позволила ей отпереть коморку завхоза. Оттуда пахнула чем-то неприятным, как только девушка приоткрыла её. Голова вмиг закружилась, а рвотные позывы молниеносно подскочили к горлу. Ох, уж этот токсикоз. Но стало совершенно ясно, что войти внутрь это задачка не из лёгких в данный момент, и почти не осуществима для неё. Если только ей применить ещё несколько заклинаний, но тогда она рискует обратить на себя внимание, чего, естественно, ей совершенно не нужно. Она отступила на пару шагов назад, пытаясь вдохнуть свежий воздух, которого, конечно же, в этом узком коридорчике было крайне мало. Ещё пара секунд и её грозило вывернуть наизнанку прямо на холодные плиты пола перед дверью в хранилище Филча. Вот уж он тогда обрадуется подарочку. Девушка могла бы даже хихикнуть от забавности ситуации, только ей было не до смеха, тошнота не желала отпускать, а того дела, за которым она тут собственно оказалась, она не сделала. Захотелось завыть, ведь мародёрам уж точно удастся похитить свою собственность. У них была цель. И этой целью, как ни странно, была именно она. Нужно было срочно что-то делать. — А я предупреждал, — хмыкнул за её спиной Снейп, который оказался вполне себе здоровым и стоящим на своих двоих. А чего она ожидала, что он станет дожидаться, пока она тут шастает, спокойненько лёжа на холодном, грязном полу? Хотя странным было то, что он понял её состояние, ведь она до сих пор находилась под дезиллюминационным заклинанием. — Не волнуйся ты так, — шепнул Северус, и Грэйс могла поклясться, хоть и не видела сейчас его лица, что он усмехается своей холодной, чуть ехидной ухмылкой. — Тебя не видно, как и раньше. Просто ты говорила вслух.       Гриффиндорка, если бы ей так не было бы плохо, точно засомневалась бы в его словах, но сейчас была не в силах возразить. Она подумает об этом позже, когда очередные спазмы желудка успокоятся, и она сможет держаться достойно. Хотя краем сознания она всё же зацепилась за то, что совершенно точно не открывала своего рта. Она была в своём уме и ни за что не подставилась бы так легко. Иначе давным-давно сгинула бы в той войне, которую, к счастью, ей удалось пережить. — Так что ты там хотела стащить? — сухо спросил слизеринец, когда Раймонд отступила еще на пару-тройку шагов, оказываясь, наконец, достаточно далеко от того амбре, которое излучала маленькая комнатка сумасшедшего завхоза. А ведь он нисколько не изменился с этих пор, и в её времени оставаясь психом с манией к пыткам, а так же к явному отсутствию обоняния, по-другому никак нельзя было бы находиться в столь пропахших спёртых помещениях. Зря она об этом подумала, потому, как её в то же время чуть не вырвало. Надо держать своё богатое воображение подальше от себя, иначе показать себя в неприглядном свете очень даже просто в данный момент. — Северус, неужели ты хочешь мне помочь? — почти ехидно проговорила Грэйс, прикладывая к макушке палочку и снимая заклинание, делающее её невидимой. — Я же гриффиндорка, а ты слизеринец. — Ты же сама против этой вражды, разве нет? — спокойно прокомментировал тот, но по лёгким язвительным интонациям, девушка смогла уловить его истинный настрой — она его задела за живое. — Так что мне для тебя украсть? — Он глубоко вздохнул, наконец, узрев собеседницу, с которой было не просто общаться и в обычное-то время, а уж под действием заклинания и подавно. — Не могу поверить, что говорю это… — Он покачал головой, от чего его длинные чёрные пряди коснулись бледных щёк, чётко вырисовывающихся на фоне тёмной стены. — Надеюсь, ты разберёшься, потому что точного описания у меня нет, — проговорила, совладав с голосом, девушка. — Это свиток пергамента, сложенный несколько раз и зачарованный. На нём на первый взгляд совершенно ничего нет, но это не так. — Проявляющиеся чернила? — хмыкнул Снейп, поворачиваясь к двери и делая решающий шаг.       Грэйс не стала ему ничего рассказывать. В конце концов, не надо ему в будущем знать, с чем он может столкнуться, а иначе Гарри в некоторых ситуациях просто не выкрутиться будет. Она не могла этого допустить. Равно, как не могла допустить и того, чтобы сейчас всё провалилось. А оно именно так могло и случиться, если бы она вовремя не услышала лёгкие шаги за ближайшим поворотом. Вероятность, что это могли быть именно те, кого она больше всего боялась здесь встретить, больше даже самого владельца коморки, была велика.       Быстрее Северус! — мысленно прокричала она, так как голоса подать не могла иначе и «гости» могли услышать её. От волнения кровь запульсировала в висках, а перед глазами заплясали яркие пятна. — Выходи же! Сейчас!       И, словно услышав её, на пороге складилища Филча появился бледный слизеринец. Девушка вздохнула с облегчением, почти теряя сознание от отпустившего её напряжения. Стало не так уж и важно, нашёл ли он злосчастную карту или нет. Мародёры не должны были их тут увидеть, особенно её. Испуг испариной выступил на лбу, и скатился по позвоночнику липкой каплей. Срочно было необходимо покинуть коридор, или наложить дезиллюминационное. Но уходить было не куда, так как выход был лишь один, ведь каморка была тупиком узкого коридора. Оставалось надеяться на чудо, что они не столкнутся носами друг с другом, если все станут невидимыми. — Северус, — выдохнула Грэйс, указывая пальчиком на угол, из-за которого вот-вот должны были показаться друзья-гриффиндорцы. Он всё понял, бесшумно шагнув к ней. Она же вцепилась в его плечи, как в спасательный круг, лихорадочно дрожа. Казалось сознание уже готово покинуть её, потому что пылающие пятна быстро сменились чёрными, которые почти полностью закрывали собой бледнеющее лицо Снейпа. Похоже, им не выкрутиться, потому что она не способна сосредоточиться ни на одном заклинании, способном им помочь. — Прости, — прошептал тот, делая ещё один шаг к девушке и оказываясь непозволительно близко. Так, что она могла почувствовать, как пряди его волос касаются её щеки. За что он просил прощения, Раймонд не могла понять, решая в своих расплывающихся мыслях, что это, пожалуй, могло быть и за то, что он ничего не смог найти, и за то, что они оба оказались перед лицом мародёров и за что-то ещё, одному ему известное. Она уже хотела ему что-то ответить, как он быстро наклонился к ней и его холодные губы оказались на её.       От неожиданности Грэйс замерла, забыв как дышать. Всё произошедшее смешалось в её голове, заставляя биться одной единственной мысли — «Я сошла с ума!» Определённо такое могло произойти только в её воспалённом мозгу, что расплавился от беременности и в частности от ядрёного запаха, что стоял в том помещении, которое она имела несчастье открыть. Девушка сильнее вцепилась в плечи молодого человека, желая понять, на самом ли деле всё происходит. Но губы будущего профессора до сих пор находились на её, пусть и не предпринимали попытки надавить на них.       Когда от шока Раймонд почти потеряла сознание, их осветил слабый свет Люмоса, кем-то наколдованного. Возгласы, что раздавались где-то за гранью её слуховых возможностей, тоже не могли оторвать Снейпа от неё, который лишь сильнее склонился над ней, прижимая к себе. Наконец, кто-то силой возможно заклинанием, отшвырнул Северуса от Грэйс, и она смогла-таки увидеть тех, чьи шаги не так давно слышала. Это были именно те, кого она себе и надумала. Перед ней стояли Джеймс, Сириус и Римус. Первые двое направляли свои волшебные палочки на слизеринца, который распластался в неприглядной позе на каменном полу, явно с трудом приходя в себя после какого-то заклинания. Римус же освещал всё это действо. — Какого дьявола ты, в который уже раз подкатываешь к нашим девушкам? — пылал праведным гневом Блэк, по всей видимости, едва сдерживаясь, чтобы чем-нибудь не приложить Снейпа. Тот сверкал в его сторону чёрным, пронизывающим до костей, злым взглядом. — Ты мерзкое отродье! — воскликнул Поттер, и уже начал выводить в воздухе какие-то пасы, намереваясь применить какие-то заклятие. Это вывело Грэйс из ступора, и она смогла-таки собрать всю свою волю в кулак, выступая перед палочкой гриффиндорца и загораживая собой Северуса. — Опусти палочку Джеймс, — спокойно проговорила она, хоть в ней всё клокотало от раздражения. Кто они такие, чтобы так себя вести? — Постарайтесь-ка мне объяснить, что вы здесь делаете? В частности, почему это вам понадобилось мешать нам с Северусом? Зачем вы применили к нему магию, тогда, как он был безоружен? Да и вообще не знал о вашем присутствии и не ожидал нападения. Вы напали, бросив заклинание в спину! — Ты… — задохнулся Блэк, поворачивая голову к ней. Он явно не ожидал таких слов от неё. Кроме того, он вообще меньше всего ожидал увидеть её в объятиях слизеринца. Особенно, если учесть тот недавний случай, когда она ему почти отдалась в гостиной Гриффиндора. — А ты как могла? — Да! — вторил Поттер, явно разочарованно глядя на Раймонд. — Это вообще не вашего ума дело, — отрезала холодно Грэйс, из последних сил сдерживая дрожь в голосе. — Он мне нравится. — Она скрепя сердце, не вполне доверяя этим вспыльчивым господам, повернулась к Снейпу лицом и протянула ему руку. — Неужели не понятно? Для чего бы мы тогда уединились, по-вашему? — Тот схватился за её ледяные пальцы и быстро поднялся, оказываясь снова непозволительно близко. — Я… ты… вы... — хватая воздух ртом, и надуваясь от ярости, «загавкал» Сириус. В какой-то момент что-то холодное резануло по сердцу девушки. Ей, почему-то, показалось, что она сейчас совершает адюльтер. Захотелось кинуться любимому на шею и клясться в вечной любви и всё отрицать. Но ведь то был вовсе не её муж. Да и она ничего такого не делала. — Да ты прирождённый оратор, — хмыкнула лишь Раймонд, поведя плечом. Она едва держалась на ногах, чего не мог не почувствовать Северус. Именно по этой причине он твёрдой рукой обхватил её за талию, удерживая в вертикальном положении. Девушка благодарно ему улыбнулась. — Не смейте миловаться на наших глазах! — воскликнул Джеймс, всё так же, не опуская волшебной палочки, но, уже не решаясь колдовать. — А ты, козочка, — прошипел Блэк, подходя ближе на полшага. — Ты ещё пожалеешь о своём неверном решении.