Тяжесть в твоих руках

Спустя месяц.       Я едва не подскочила на месте, услышав звонок в дверь. И это несмотря на то, что я постоянно прислушивалась к шагам в подъезде! И почему постоянно так происходит?..       Поднявшись с дивана, я пошла открывать. Предусмотрительно проверила глазок, хотя и так знала, кто ко мне пришёл, и отперла замки. — Привет, Фейт, — моё сердце растаяло, когда я услышала этот привычный, полный усталости голос. Нет, беременность слишком сильно повлияла на меня, я стала излишне сентиментальной и романтичной...       Втащив через порог большой чемодан, Джаред зашёл и первым делом обнял меня. — Привет, — мои руки крепко обвили его шею, прижимая крепче. Его куртка и волосы были мокрыми и прохладными от дождя. Мы стояли так довольно долго, пока он не отнял мои руки от себя. — Ну всё, хватит. Замёрзнешь и, не дай бог, заболеешь, — предостерегающе сказал он. — Дай мне переодеться, ладно? — Конечно. — Кстати, у тебя есть, что перекусить? Я со вчера не ел. — Омлет? — уточняю я. Несмотря на то, что Лето, по его собственному заявлению, вегетарианец, но от рыбы, яичницы или макарон с сыром порой не отказывается. — Можно.       Покатив чемодан за собой, он направляется в сторону спальни, а я — на кухню. Готовить для Джареда нетрудно, потому что он не требует каких-либо изысков или экзотики. Главное, его самого только к плите не пускать... Я готовлю не идеально, а он в тысячу раз хуже. Как-то раз ему пришло в голову сделать горячие бутерброды, в то время как я крепко спала после одной из наших сессий, и он решил осуществить это без моей помощи. И в итоге через какое-то время меня разбудил сильный запах гари. Добежав до места происшествия, я увидела, что из сковороды валил тёмный дым, а сам Лето поспешно выключал конфорку. К слову, Джаред так и не объяснил, как это получилось.       Не спеша нарезаю помидоры, перец и кабачки кубиками и ставлю их на огонь, а потом взбиваю яйца с молоком и специями, добавляю их к уже подрумянившимся овощам. Через двадцать минут, когда я перекладывала готовое блюдо на тарелки и заваривала чай, появился Джаред. Длинные волосы, влажные после душа, были собраны в хвост, а его спортивный костюм выглядел замятым, будто долгое время пролежал кое-как сложенный на дне чемодана. Он молча усаживается за барной стойкой и ждёт, когда я поставлю перед ним завтрак и не усядусь сама. — Как прошёл тур? — спросила я, откусывая кусок яблока. — Столько успели за это время, даже отсняли материалы для нового клипа. А вообще, всё отлично, как обычно суматошно... Я очень рад, что наконец-то могу отдохнуть, — отправив в рот омлет, ответил он. - А ты чего не ешь? Вкусно получилось, попробуй. — Меня немного подташнивает, - объяснила я. — Я потом поем, после полудня. — С тобой что-то не так? — видимо, он совсем ничего не знает о беременности. Придётся разъяснять, что в этот период всё ненормальное нормально. — Нет, я в порядке.       Он окинул меня каким-то странным взглядом и уткнулся в свою тарелку. Обычно, когда он приезжал раньше, мы обговаривали детали предстоящей сессии, ну а в этот раз слова не шли ни у меня, ни у него. Потому что обсуждать нам было нечего.       Неловкое молчание нарушила короткая мелодия бытовой техники, сообщая о том, что очередной цикл стирки кончился. Посему я поспешила оставить Джареда и отправилась в прачечную, расположенную по соседству с ванной.       Напряжение между мной и Джаредом не почувствует только мертвец. Мы оба чувствовали себя очень неловко: он не знал, как себя вести со мной, а я мучилась от вновь нахлынувшего чувства вины. Ведь если бы я не забеременела, то всё было бы иначе, мы бы общались как раньше, но... Ведь ничего уже не изменишь. Мы добровольно согласились родить и воспитывать ребёнка. Однако я тогда ещё не понимала, насколько трудным это окажется.       Всё-таки люди женятся и заводят семьи не просто так. Наверное, пару должно связывать нечто большее, чем секс и материальное обеспечение. У нас, к сожалению, нет этой эмоциональной связи, и сейчас мы оба в тупике. Он бросил из-за меня свою девушку, возможно, ему приходится врать близким, чтобы быть со мной, девушкой, которая большую часть своей сознательной жизни была дешёвой шлюхой. И уйти я не могу, потому что вновь окажусь в той же кабале. У меня нет ни денег, ни образования, нет влиятельных родственников как и семьи в принципе. Я сама себе помочь не могу, не то что некоторые... А Джаред даёт мне огромные возможности, фактически он дарит мне жизнь.       Выключив стиральную машину, я выложила вещи в тазик и стала развешивать их на сушилке. Я старалась делать это медленно, чтобы было время привести мысли в порядок. Чего мне совсем не хотелось, так это того, чтобы Лето увидел моё замешательство. По-хорошему нам надо было поговорить, но я не знала, что сказать. Ещё я ужасно боялась того, что разнервничаюсь, и мне станет плохо. Ведь теперь я несу ответственность не только за себя, и нужно думать, какие последствия для организма повлечёт то или иное действие.       Одежда закончилась и пришлось вернуться. Джаред уже поел и даже убрал за собой посуду, и я застала его в гостиной. — Ты изменилась, — сказал он, когда я села рядом с ним. — Очень сильно. — Что, всё так плохо? — Нет, наоборот. Ты немного поправилась, стала выглядеть здоровее, у тебя появился румянец... Фейт, а можно живот потрогать? — вдруг попросил он.       Я расплылась в улыбке, услышав это. Такая необъяснимая радость возникла на душе... Мне казалось, что он не хочет сейчас становиться отцом, но это показывает обратное.       Я приподнимаю майку, и Джаред устраивает свою ладонь на моём животе. За несколько недель он ещё подрос, даже джинсы уже не сходятся, не говоря уже о белье. До магазинов всё никак не могу дойти: то плохо себя чувствую, то хочу есть. А заняться этим надо, иначе вообще не смогу на улицу выйти... Мне показалось, Лето буквально замер, пытаясь что-то почувствовать. Для шевелений ещё рано, но не хочу портить этим момент, поэтому молчу. — А кто будет, мальчик или девочка? — спросил Джаред после долгого молчания. — Я пока не знаю, врач сказал, что пока не получается рассмотреть... Ты знаешь, что малыш сейчас размером со сливу? — сказала я, накрыв его ладонь своей. — Серьёзно? Такой маленький? — Да... Но уже слышно сердцебиение.       Неожиданно он наклонился, и его губы коснулись живота. Господи... Я вздрогнула, по всей коже побежали мурашки, выдав моё волнение, и Джаред это почувствовал. — Тебе неприятно? — Нет. Просто после всего того, что у нас было... — я замялась. — В смысле? - он нахмурился. — Просто я считала, что тебе не нужен этот ребёнок, что ты не воспримешь это так... ответственно. — Мне кажется, мы уже говорили об этом, Фейт. Решение обоюдное, уже поздно что-то менять... Скажу сразу, что я хочу быть отцом этого ребёнка, и это значит не только поддерживать деньгами, но и участвовать в его или её жизни. Надеюсь, вопросов больше нет?       Я едва не упомянула о том, что он хотел сделать тест на отцовство, но всё же смолчала и отрицательно покачала головой. Ведь он даже не уверен, что это его ребёнок... Или Джаред передумал? — Ты неправильно изворачиваешь ситуацию, — сказал он. — Я знаю. — И зачем? Только себе делаешь хуже. — Прости меня. — Тебе не за что извиняться, Фейт, — он убрал руку с моего живота и придвинулся ближе ко мне, обнимая за плечи. — Возможно, у нас не самая обычная ситуация, да, но суть-то одна - всё ради малыша. — Верно... — Так что давай сделаем вид, что этого разговора не было? — Хорошо.       Я положила голову на его плечо. Джаред прав, я сама себе всё усложняю... Но как тут не усложнять? Я лишь пытаюсь понять ситуацию и сделать как лучше для всех. — Наверное, нам стоит начать искать новую квартиру, — задумчиво проговорил Лето, глядя куда-то в потолок. — Зачем? — Здесь мало места. Эта квартира рассчитана на двоих. Вот ты думала, где сделаешь детскую? — Немного... Я планировала оборудовать угол в спальне. Ведь в первые несколько месяцев будет очень неудобно бегать из комнаты в комнату. — А потом что? — Наверное, стоит ещё дожить до этого, Джаред, — я улыбнулась. И всё-таки он очень внимателен... - Но если ты хочешь переехать, я не буду против, правда район этот мне нравится. — Это не проблема.       И всё-таки меня удивляет его внимание. Не ожидала, что он будет интересоваться таким. Скорее, я предполагала, что он будет лишь давать деньги, а о самом ребёнке забудет, словно его и нет вовсе. Но такое мнение оказалось ошибочным. Лето действительно хочет стать отцом...

***

      Остаток дня прошёл спокойно. Я в основном спала или смотрела телевизор, а Джаред вёл с кем-то бурные обсуждения по телефону. Периодически просыпаясь, я слышала, как он ходит по дому. Между нами всё ещё витало некое напряжение, чувство недосказанности, однако никто не решался высказать его.       Я боялась признаться ему в том, что боюсь. Мой страх касается всего: что я могу навредить ребёнку, что я сама меняюсь до неузнаваемости, что он меня бросит, что не смогу быть хорошей матерью, и мне было необходимо выплеснуть эти эмоции. Смена Эльзы кончилась уже давно, поэтому я не могла прийти к ней и высказать хоть что-то.       Немного успокоилась я только после тёплой ванны и травяного чая перед сном. Переодевшись в пижаму, я устроилась рядом с Джаредом, уткнувшись в его тёплую грудь. Почему-то с ним я чувствовала себя защищённой, совершенно неуязвимой для всего мира. Даже несмотря на то, что наши отношения престранные, я ценила их, потому что никто другой не будет обращаться со мной так, как делает это он. — Спокойной ночи, — зевнув, сказала я. — Сладких снов, — он запустил руку под подушку, удобнее подложив её под голову, и вдруг вытащил оттуда что-то.       Как же я могла забыть... Та ночь не была единственной, желание возникало ещё не раз, и однажды я попробовала делать это не пальцами, а вибратором из нашей, так сказать, коллекции. А положить на место забыла... Вот дура! — Фейт? - хитро глядя на меня, обратился он. — Объяснишься?       Я чувствовала, как от смущения горят щёки. Я попыталась даже что-то сказать, однако членораздельной речи всё равно не вышло. Он отложил вещь на прикроватную тумбу. Видно, что находка его не только удивила, но и порадовала. — Ты хочешь поговорить об этом утром? — поинтересовался он.       Я кивнула, перевернувшись на бок спиной к нему. Кажется, завтра мне та штучка уже не понадобится, судя по тому, как его член упирается мне в поясницу...