Новый восход Вонголы

— Шин! Молчание. — Шин! К тебе пришли! Ноль реакции. Маленькая старушка с некогда выразительным лицом, с тихим вздохом покачав головой, пригласила гостя в дом и отправилась вверх по лестнице, где ее любимый внук наверняка опять занят какими-то делами, в которые не считал нужным посвящать свою бабушку. Впрочем, она никогда не жаловалась на такое поведение единственного оставшегося у нее родного человека, никогда не пыталась вызнать что-либо о том, что там, за закрытой дверью своей комнаты со смешной табличкой, нарисованной на ней неуверенным детским почерком надписью «Не стучать. Здесь мысли улетают к звездам». Эту фразу Шину когда-то подсказала мать. Вместе с ней он и написал те слова на куске синего картона, разрисовал серебристыми кляксами — звездами. Эту табличку Шин никогда не снимал с того момента, как повесил на дверь. И каждый раз, поднимаясь по лестнице к комнате внука, старушка скользила взглядом по темной поверхности картона и, подавляя грустные нотки в голосе, нарушала написанное правило — тихонько, осторожно стучалась и звала Шина. В этот раз все было ровно так же, как и всегда. За исключением, пожалуй, того, что внизу, в небольшой светлой гостиной Шина ждал особый гость. На столе благоухали свежие орхидеи, аромат которых поминутно втягивал нос посетителя. Гокудера никогда раньше не выбирал цветы для прекрасного пола, поэтому немного волновался насчет того, понравится ли этот скромный букет пожилой госпоже Сано. Шин, обогнав бабушку, скачками спустился с лестницы и влетел в гостиную, а в следующий миг, тут же узнав, кто посетил его, согнулся в почтительном поклоне. Хаято улыбнулся парню. — Гокудера-сан! — радостно воскликнул мальчик, приземляясь рядом на большую подушку. Его глаза светились от удовольствия и счастья. За тот недолгий период их знакомства Шин успел сблизиться с Хранителем Урагана Десятого и даже подружиться. Для парнишки Хаято стал наставником и старшим товарищем, с которым ему не удавалось проводить столько времени, сколько хотелось. — Но мы же виделись совсем недавно… — У меня к тебе дело, Шин, — прервал Гокудера, не дав мальчику продолжать свою восхищенно-удивленную речь. Тот сразу же замолчал и принял серьезный вид, но его наставник начал говорить не сразу. — Шин, дорогой, я ушла в магазин. Предложи гостю чай, — пожилая женщина скромно улыбнулась мужчине и, склонив голову, произнесла: — Спасибо большое за цветы. — Это бабушкины любимые, — заметил Шин, разглядывая нежно-розовые лепестки орхидей. Вдохнув пару-тройку раз воздух с витающим вокруг тонким ароматом, мальчишка повернулся к Хаято: — Гокудера-сан, так с каким делом Вы ко мне пришли? Тот не стал больше медлить и, вынув из потайного кармана пиджака небольшую коробочку красноватого цвета, показал парню. — Знаешь, что это? — Догадываюсь, — с придыханием ответил Шин, в восторге глядя на необыкновенную вещицу. Он подался вперед, чтобы получше разглядеть. — Она теперь твоя, — с усмешкой сказал Гокудера и протянул коробочку парнишке. Тот с ошарашенным видом посмотрел на Хранителя Урагана. Рука, протянутая за коробочкой, дрогнула. — Вы же сами говорили, что пока что нам не дадут коробочки… — Я украл ее у Джудайме, — тихо перебил Гокудера. — Чтобы ты смог тренироваться с ней. Тот листок, что я дал тебе, где он? — Надежно спрятан, — с оттенком гордости ответил мальчик, поднимаясь, чтобы принести бумажку. Накануне он тщательно изучил все, что там написано, и пришел к определенным выводам. Конечно, имей он саму коробочку, можно было проверить пару теорий, но тогда у Шина его оружия еще не было, так что он расписал все на бумаге, обозначив ключевые пункты, которые мысленным экспериментом не проверятся. Однако сейчас, сейчас у него в руках та самая коробочка Вонголы! И его наставник хочет, чтобы Шин тренировался с ней, чтобы смог открыть ее. И он твердо решил оправдать ожидания Десятого Хранителя. — Смотри, — Гокудера ткнул захваченной Шином ручкой в «инструкцию», — это, как ты уже, надеюсь, понял, оружие под названием система CAI. Ты должен с помощью коробочки Вонголы разобраться в принципе работы этой хреновины. — Я уже почти… почти разобрался, — почесав затылок, ответил Шин. Хаято сначала с некоторым недоверием, с каждой секундой все больше переходящим в какую-то странную радость, глядел на парня. — Получается… — Шин надел очки и, скомуниздив обратно свою ручку, указал ей на рисунок. Гокудера вдруг изумленно застыл, уставившись на мальчика. Словно смотрел в зеркало на самого себя много лет назад. Имея дело с Двадцатым поколением, он был готов, наверное, на все, но такого сходства Хаято не ожидал. — Гокудера-сан? Гокудера-сан, Вы меня слушаете? Хаято тряхнул головой и опустил глаза на схему, но мысли об их невероятном с Шином сходстве все равно не отпускали его, несмотря на попытки полностью сосредоточиться на разговоре. — Да-да, Шин, продолжай. — Вы ведь задумались? Значит, ничего не услышали, — паренек вздохнул еле слышно, тем не менее не выказывая никакой разочарованности или чего-то подобного. — Я повторю еще раз. Шин вернул кончик ручки к надписи «Tempesta» и начал заново. — Изучив этот рисунок, я понял, что всего коробочек шестнадцать. Отец когда-то учил меня итальянскому, так что я понял, что здесь написано, — Шин переставлял кончик ручки с одного слова на другое, переводя их. — «Ураган», «Дождь», «Гроза», «Солнце», «Облако». Судя по всему, это атрибуты, привязанные к коробочкам. Так как они пронумерованы, значит, есть либо какая-то последовательность в открытии, либо это уровень их сил, но я больше склоняюсь к первому варианту. Дальше: здесь и здесь, — парень провел ручкой по ломаным линиям на бумаге, — коробочки соединены линиями и стрелочками. Я думаю, основные — первые четыре коробочки, а из тех, что под номерами 8 и 9 появляются остальные, тут все видно на рисунке. Выходит, что из четырех коробочек Урагана появляются еще двенадцать, и так далее — пока всего не окажется шестнадцать. Один вопрос, Гокудера-сан: как Вы с ними ходили? — На поясе носил, — кратко ответил Хаято. — Продолжай. — Так как здесь мы видим коробочки с разными атрибутами, значит, у их владельца должны иметься кольца с несколькими видами пламени. Рисунок дает подсказку: здесь всего пять видов из семи. Понятно, что пламя Неба очень редкое и им обладает лишь босс, а пламя Тумана подвластно лишь иллюзионистам. Следовательно, тот, у кого есть эти четыре коробочки, обладает помимо пламени Урагана, еще и пламенем Солнца, Дождя, Облака и Грозы. Но встает вопрос, откуда взять кольца для открытия остальных коробочек? Тут я тоже впал в ступор: либо дополнительные кольца идут в комплекте с основным кольцом Вонголы, либо они находятся в коробочках, — Шин заметно подустал рассказывать, но по его лицу было видно, что это доставляет ему определенное удовольствие. — Поразительно, — выдохнул Гокудера. — Ну и наконец, самое таинственное: эту загадку я решить не смог, но надеялся, что Вы, Гокудера-сан, просветите меня. Что за оружие скрывается в этой коробочке?.. Десятый Хранитель Урагана замялся немного, в затем помрачнел, вспоминая в первую очередь то несносное животное, что явилось ему после открытия коробочек. — Увидишь, — бросил он, потягиваясь. — Завтра вас ждет важная встреча. — Встреча? — перебил Шин, отвлекаясь от сворачивания листка. — С кем? — С Первым поколением семьи Вонгола. Не волнуйся, никто не запрещал разглашать эту информацию, так что, думаю, от вас это вряд ли нужно держать в секрете. — А что… зачем нам встречаться с Первыми? — удивленно спросил Шин, размышляя над предстоящей встречей. — Ну, — Гокудера почесал затылок, — скажут несколько напутственных слов, отдадут вам кольца и все такое. Шин пытался казаться спокойным, хотя на самом деле волновался. Какие они — Первые? И что скажут им, новым наследникам колец Вонголы? К тому же… — Гокудера-сан! — окликнул, опомнившись, парень, когда Хаято уже поднимался, чтобы уйти. — Там же будут все Хранители? — Ну да. Все до единого. А что, не терпится увидеть их? — усмехнулся Гокудера. Шин неуверенно кивнул и отправился провожать наставника. Как только он ушел, Шин заперся в своей комнате и улегся на полу, чтобы лучше думалось. Он размышлял о встрече с Первыми и остальными Хранителями. — Интересно, какие они?.. — прошептал он, поднимая руку вверх и сквозь пальцы разглядывая потолок, сделанный в виде звездного неба. Он думал и о появлении Орфео. В голове тут же возник образ иллюзиониста. Его беспросветно черные глаза затягивали в молчаливую бездну, а губы были все так же искривлены в холодной и хитрой усмешке. Савада-сан беспокоился не напрасно: этот человек очень опасен, и неизвестно, что он придумает. Шин стиснул руку в кулак: в любом случае, он защитит Тоши, что бы ни случилось. Даже ценой собственной жизни. Впрочем, не один Шин беспокоился о завтрашней встрече. Тоши тоже мучился без сна, одолеваемый мыслями. Тсуна и Реборн, после того, как все ушли, остались ненадолго, чтобы тоже рассказать парню о том, что ждет его и остальных Хранителей. — Прежде всего вы встретитесь с Первым поколением, — говорил Тсуна Тоши. — Они дадут вам несколько советов и официально откажутся от права хранить Волю колец. Раньше такого никогда не делали, но и обстановка сейчас в клане не самая благополучная, поэтому лететь в Италию нам крайне нежелательно и неудобно. Да и, в принципе, не нужно. Де-факто я сейчас являюсь боссом клана, потому что все те боссы, кто принимал эту должность после меня, делали это без соблюдения всех традиций клана, однако де-юре — Девятнадцатый Вонгола сейчас босс. Может, я объяснил не слишком внятно, но тебе в данный момент этим голову забивать не нужно, у тебя другая задача. Скажу лишь, что традиции для семьи Вонгола — одно из ключевых звеньев, без которых этот клан существовать не может. Еще и поэтому сейчас там царят разруха и хаос. Тоши напряженно слушал Саваду, ощущая всю значимость той роли, которую ему придется вскоре выполнять. Он чувствовал, как груз ответственности, еще больший, чем когда он только узнал о том, что он — кандидат в Двадцатые боссы клана Вонгола, давит на его мальчишеские плечи. Он всего лишь подросток, а уже затянут в опасные дела, связанные с мафией. В страшном сне не приснится, а с ним это происходит наяву. Но он уже дал согласие занять место босса, дал обещание вернуть Вонголе прежние величие и мощь. Он не мог отступить. Да и… уже, наверное, не хотел. Прошла всего, кажется, неделя с тех пор, как он познакомился со странным типом в черном костюме и шляпе, который представился как киллер Реборн. Но за это время (Тоши отчетливо ощущал это) он как будто вырос на пару лет, в нем прибавилось мужества и стойкости. А еще он познакомился с такими интересными и необычными людьми. Он вспоминал себя раньше и не мог поверить, что сейчас ведет себя иначе, думает совершенно по-другому и видит, как меняются люди вокруг него. Пока что Тоши не знал, благодать это или небесная кара, рок, который будет преследовать его всю жизнь. Вроде бы было очень неплохо, и хотелось бы, чтобы так все и оставалось. — Эй, Тоши! Ты здесь? — Тсуна помахал ладонью перед лицом парня, чтобы тот вернулся к реальности. — Простите, Савада-сан, я немного задумался, — тряхнув головой, Тоши снова поднял внимательный взгляд на Десятого. Реборн же молча сидел на подоконнике, бесцельно глядя в окно. — Тоши, еще кое-что о завтрашнем дне, — немного обеспокоенно заметил Тсуна. — Помимо того, что вам отдадут кольца, всем семи Хранителям придется присутствовать при так называемом обряде перехода. Первые покинут их, а мы, Десятые, займем их место. Далее все будет держаться на вас. Конечно, мы будем наблюдать за вами, но пока не обретем полностью связь с Волей колец, вряд ли сможем чем-то действительно помочь. Не знаю, сколько это займет времени, но, пожалуйста, не подведите. Реборн останется с вами в качестве наставника, однако по большей части успех дела будет зависеть от вас самих. На тебе, как на боссе, лежит основная ответственность за своих Хранителей и весь клан, ты понимаешь? Если будет трудно, обратись к Реборну — он поможет. Тоши пытался унять дрожь в руках и нарастающее по мере продолжения рассказа волнение. Внимательный и в то же время обеспокоенный взгляд Тсуны создавал неопределенные эмоции у Тоши, однако парень понимал, что Десятый всецело на него рассчитывает. — Спасибо, Савада-сан. Я приложу все усилия, чтобы получилось хорошо. Уже лежа в кровати, Тоши думал и о сказанном вечером, и о Хранителях (в первую очередь об Орфео и Нико, с которым они расстались совсем недавно). Этого несносного паренька он определил на роль Хранителя Грозы. Тсуна тогда сильно удивился, ведь ни на Ламбо, ни на Лампо Алигьери похож не был. Ни внешностью, ни характером. Хотя, пожалуй, капризность стала единственной чертой, объединяющей всех троих Хранителей, как заявил Савада. Но по мнению Тоши, Нико оказался довольно приятным в общении и милым мальчиком. Он очень ждал завтрашнего дня. Каким бы волнительным и важным он ни был, Тоши жаждал проснуться и отправиться на встречу с не менее таинственным Первым поколением. Парню предстояло предстать перед их грозными (почему-то он вообразил их себе очень строгими и серьезными) лицами и держать ответ за все свои сказанные слова и пока несовершенные поступки. Заснуть не получалось. Тоши подумал, что Шину наверняка тоже не спится. Он было хотел позвонить другу, несмотря на поздний час, но за стеной тихо разговаривали родители, думающие, что их сын уже спит. Пришлось завернуться посильнее в тонкое одеяло и попытаться хотя бы подремать, чтобы наутро не выглядеть как восставший из могилы зомби, каких показывают в фильмах ужасов.

***

Следующий день у Орфео не задался с самого утра. Мало того, что вчера ему угрожали убийством, он врезался в стену, упал с облака, помял любимый плащ и не смог отомстить своему обидчику (хотя иллюзионист твердо решил завербовать его в качестве личного раба), так еще и этим утром к нему явился Десятый Хранитель Тумана Вонголы. Конечно, Буджардини был несказанно тронут такой заботой о себе и уже было подумал, а не завербовать ли этого Мукуро, но тот сначала разбудил его самым варварским способом, а затем сказал, что ему надо через час явиться на встречу с боссом. Орфео красиво и далеко послал «коллегу», продолжая спать в уютной и огромной постельке, которая больше напоминала жертвенный алтарь с подушками, стоящий посреди темного склепа. Вкус у Буджардини был явно дичайший, особенно учитывая то, что все это было создано с помощью иллюзий. — Орфео Буджардини, — прошипел Мукуро, запуская в храпящего парочку уменьшенных копий своего трезубца, — я здесь не по своей прихоти, поэтому если через час ты не будешь у Храма Намимори, я сдам тебя тому малышу киллеру, а он уже будет решать, что приготовить из тебя на обед — омлет или отбивные. После чего Мукуро исчез, оставив сонного Орфео с двумя мини-трезубцами в филейной части и очень плохим настроением. Хотя угроза подействовала (несмотря на свою силу, которой он так гордился, связываться с проклятым младенцем не очень-то хотелось), иллюзионист все равно продолжал сидеть на кровати, размышляя о том, зачем ему именно сегодня, к тому же, в такую рань, понадобилось встречаться с боссом. Когда он все-таки примчался на своем облачке к храму Намимори, на площадке уже собрались все Хранители. Хотя, пожалуй, было бы правильнее сказать: ВСЕ Хранители. Здесь были и те два паренька, один из которых являлся его боссом, а второй его другом, и тот рыжий мелкий, которому Орфео все желал отомстить, еще несколько незнакомых парней, Десятое поколение, которых иллюзионист также встречал ранее. А вот знаменитых Первых, о которых ходило так много слухов и легенд, не наблюдалось. Однако судя по убийственным взглядам и недовольным лицам, Буджардини все же опоздал. Возмущенно фыркнув, иллюзионист деловито сошел с облачка и сложил руки на груди. Но сказать ему ничего не дали. Реборн оглядел присутствующих и, запрыгнув на плечо Ямамото, громко заявил: — Раз все собрались, надо начинать. Как только прозвучало последнее слово, словно из ниоткуда возникли еще семеро Хранителей. Это и были те самые легендарные Первые Вонголы, наследие которых предстояло получить их очередным преемникам. Тоши в восхищении забыл, как дышать. От этих незнакомцев веяло непонятной, но сильной, чистой и благородной аурой. Они оказались почти такими, как и представлял себе парень. Шин, стоящий рядом, кажется, полностью разделял ощущения друга. Ему было немного не по себе, но он ждал, когда эти люди что-нибудь скажут им. Кто бы мог подумать, что именно он, простой ученик непримечательной школы Намимори, из маленького городка Японии, удостоится чести и возможности лицезреть столь невероятных личностей. И не только лицезреть! Все это было так невероятно, что поначалу Шин не мог поверить в происходящее. Он забыл даже, что с самого прихода изучал незнакомых Хранителей. Общаться они не спешили, хотя один выглядел гораздо более дружелюбным, чем двое других. Все трое были парни. Так как в Десятом поколении была девушка, Шин почему-то решил, что и у них она тоже должна быть. Но сложилось иначе, поэтому жаловаться было глупо и бессмысленно. Первый — парень со спокойным и строгим лицом. По нему сложно было определить возраст, но Шину показалось, что ему не больше восемнадцати. Он был довольно красив, хотя за привлекательной внешностью, судя по его глазам, скрывалась жестокая и мрачная личность. Но во всяком случае, таких интересных людей Шин встречал мало: светлые, с желтизной, короткие волосы говорили о том, что один из родителей точно европеец, а узкие ярко-зеленые глаза поражали своей мистичностью и вселяли какое-то неприятное ощущение в душу. Парень был высок и худ, хотя в нем чувствовалась скрытая внутренняя сила. Он стоял в тени и презрительно щурился на солнце — видимо, терпеть его не мог, что отразилось на полном отсутствии загара. Одет он был просто — в обычную белую рубашку с аккуратно закатанными рукавами и темные штаны, так что внимание почти не привлекал. Второй Хранитель, с которым ни Шин, ни Тоши еще не были знакомы, оказался едва ли не еще более мрачным, чем предыдущий. В темно-серых глазах читалась агрессия и неприязнь ко всем присутствующим. Особенно, кажется, она усилилась к опоздавшему Орфео. Парня аж передернуло, когда это чудо без перьев на полной скорости вылетело из-за крыши храма, а потом чинно спустилось с облачка, видимо, заменявшего иллюзионисту транспорт. Этот Хранитель был чем-то похож на Ямамото: такие же короткие волосы, правда глубокого темно-синего, почти черного цвета, рост выше среднего, идеальная осанка и крепкие руки, явно не раз державшие мечи, торчавшие крест-накрест из-за спины парня. Под недлинным плащом, который, несмотря на теплую погоду, был надет на Хранителе, Шин заметил пару коротких кинжалов. Этот парень тоже приехал из далека, так как помимо плаща на нем красовались темные высокие сапоги и свитер, хотя сейчас на улице было очень тепло, если даже не жарко. Шин про себя назвал его странным. Третьим был тот самый дружелюбно выглядящий паренек, который, к слову, едва сам не опоздал, а потом, когда извинялся перед Реборном и Десятыми, долго смеялся и чесал затылок. У него был приятный баритон и чистый смех. Этот парень тоже был очень красив и, судя по всему пользовался популярностью у девушек. Идеально отглаженная светлая рубашка с парой расстегнутых верхних пуговиц неплохо сочеталась с коричневыми брюками, в карманах которых парень держал руки. Он пытался флиртовать с Хром, сверкая ослепительной улыбкой, но та посмотрела на него сначала несколько испуганно, потом странно, так что он быстро отстал от нее. Шин отметил хорошее телосложение парня — тот явно долго занимался спортом, нарастил себе крепкую мускулатуру и гордился ей. Хотя его голубого цвета глаза были полны доброты, преданности и целеустремленности. В целом, этот Хранитель пока что нравился Шину больше остальных. Тем временем, пока Первые приветствовали всех собравшихся, Орфео пытался подобраться поближе к Нико. Мелкий, ничего не подозревая, во все глаза смотрел на вещающего Джотто. Буджардини, скрытый иллюзией, медленно пробирался к рыжему пакостнику, как он его про себя назвал. — Помните: вы наследуете не просто кольца, — говорил Примо, — а силу Вонголы, ее историю и будущее. На вас лежит ответственность за семью и босса. Вы должны честно исполнять долг Хранителя. А в этом вам и помогут кольца. Орфео незаметно усмехнулся, на мгновение опустив глаза в землю. Когда же он их снова поднял, тот встретился взглядом с одним из Первых. Иллюзионист тут же почувствовал его силу — темную и беспощадную, почувствовал вынужденность его пребывания здесь, а затем услышал в своей голове тихий голос: «Сделай Вонголу сильнее. Кольцо дарует тебе мощь. Не упусти возможность…». Полуулыбка искривила лицо Буджардини. «Первый Хранитель Тумана, я тебя услышал», — мысленно прошептал он. Деймон Спейд, довольный и гордый, отвел взгляд. Никто так ничего и не заметил. — Сейчас мы проведем церемонию передачи Воли колец Десятому поколению семьи Вонгола, а затем вы, Двадцатое поколение, унаследуете сами кольца. Не забудьте сказанные слова. Исполните свой долг Хранителей, — Примо закончил свою речь, а затем добавил: — Фукуи Тоширо, ты должен пойти с нами и Десятым поколением. Аркобалено Реборн, ты действуешь по своему желанию и воле. Тоши ободряюще улыбнулся Шину, сжав на секунду его напряженные плечи. — Все будет хорошо, я скоро вернусь. Не волнуйся, — прошептал он другу и поспешил за старшими. Шин проводил его обеспокоенным взглядом и уселся на ступени храма, в который зашли Первые, Десятые и Тоши. Реборн задержался на секунду: — Ждите здесь, — приказал он и скрылся за дверями храма. Они вернулись достаточно скоро. Тоши находился под глубоким впечатлением от увиденного. Реборн сидел у него на плече и держал в руках шкатулку с эмблемой Вонголы на верхней крышке. Как только они спустились со ступенек, киллер спрыгнул на землю, а к Тоши подбежал Шин. — Все в порядке, — слабо улыбнулся парень, успокаивающе хлопая друга ладонью по плечу. — Я просто немного в шоке. Некоторые Хранители заметно напряглись, а вот Орфео усмехался в предвкушении. Тем временем Реборн открыл шкатулку. В ней, сверкая, лежали семь колец Вонголы — бесценное наследие семьи. Вдруг они засияли легким серебристым светом, а затем рядом с аркобалено материализовались Десятые. Они почти ничем не отличались от прежних себя — разве что сейчас они были полупрозрачные и сохранили неяркое сияние от колец. Однако все согласились на это добровольно. Даже Хибари и Мукуро, решения и мысли которых оставались по большей части тайной для остальных, не выглядели так, будто их принудили. Тсуна в последний раз убедился в преданности своих Хранителей. — Настало время отдать вам кольца Вонголы, — заявил Реборн и достал из шкатулки первое. — Маэда Теруо, ты получаешь кольцо Солнца, — громогласно заявил Рёхей, сделав шаг вперед. — Уничтожать проблемы семьи с помощью своего тела и сиять, словно яркое солнце — это обязанность Хранителя Солнца. И, как говорил мой учитель: «Ты тот, кто делает день ясным, беря на себя любых противников, угрожающих семье. Будь Солнцем!». Тряхнув длинными волосами, шатен-ловелас, который пытался добиться Хром, со счастливой улыбкой забрал у Реборна кольцо и вернулся на свое место. — Кубо Каташи, — холодно продолжил Хибари, в голосе которого послышались металлические нотки, — возьми кольцо Облака. Запомни: ты стоящее в стороне, плывущее над всеми облако, независимо защищающее семью. Твоя задача — охранять Семью в стороне ото всех и без чьего-либо контроля. Парень с изумрудно-зелеными глазами, не отрывая взгляда от Кёи, расположившегося позади Реборна, забрал предназначавшееся ему кольцо и, заняв свое место, все продолжал внимательно и заинтересованно смотреть на бывшего главу Дисциплинарного комитета. — Нико Алигьери, — протянул Ламбо, — тебе достается кольцо Грозы. Впредь ты должен всегда принимать удар на себя и отводить его от семьи, как громоотвод. Мелкий как-то скованно и неуверенно прошел мимо Ламбо, который поддержал того, хмыкнув, полным дружелюбия взглядом. Нико забрал кольцо и бегом вернулся назад, тут же пряча его, чтобы не отобрали. — Сáно Шин, — как можно более серьезно позвал Гокудера, хотя он, как и его ученик, был воодушевлен, и ему хотелось улыбаться, но он сдерживался, — вручаю тебе кольцо Урагана. Твой долг — побеждать врагов нескончаемым потоком атак, что никогда не прекращаются. Другими словами, защищать друзей всем, что у тебя есть. Быть всегда в центре атаки. Бушующий ураган, что никогда не стихает. Шин почувствовал эмоции своего наставника и широко улыбнулся ему, забрав кольцо. — Неро Джентиле, — произнес Ямамото, наблюдая, как парень с мечами сдвинулся с места, — твое — кольцо Дождя. Тебе предстоит стать успокаивающим дождем. Дождем памяти, что очищает поле боя и смывает все в сторону. Парень еще больше напрягся на этих словах и, возвращаясь, сжал кольцо в кулаке. — Наконец Фукуи Тоширо, — возвестил Тсунаёши с плохо скрываемой гордостью, — я передаю тебе кольцо Неба. Твой долг — всегда думать о своих товарищах и, исходя из этого, действовать. Не предавать свои принципы, иметь решимость защитить своих друзей и семью. Тоши с сильно бьющимся сердцем подошел к киллеру, чтобы забрать кольцо. Этот момент, которого он так долго ждал, все-таки наступил. Парень был невероятно счастлив. Внезапно раздался сорванный в фальцет голос: — А про меня, значит, забыли?! — в руке возмущенного несправедливостью Орфео материализовался посох, вокруг которого начала формироваться темная аура. Но тут вперед выступил Мукуро. — Орфео Буджардини, — с усмешкой произнес он, — ты являешься именно таким Хранителем, какого требует это кольцо, — не выдающий себя призрачный туман. Притворяться, что существует что-то, когда его нет, и наоборот. Делая это, он обманывает врагов и не позволяет им увидеть истинный облик семьи. Обман иллюзией — такова работа Хранителя Тумана. Я сам видел, как ты справляешься с ней. Ты силен, но в этой силе и твоя опасность. Десятый Вонгола не может принять решение отдать тебе кольцо Тумана прямо сейчас. В этом с ним солидарен и твой босс… Орфео метнул на Тоши гневный взгляд, но его тут же закрыл плечом Шин. — Правильно-правильно, еще потеряет, — послышалось со стороны тихое бормотание баюкающего свое кольцо Нико. — Ку-фу-фу, — рассмеялся Мукуро. — У тебя есть шанс доказать, что ты достоин этого кольца, Орфео Буджардини. Справишься — получишь свое наследство. Если нет — ты будешь изгнан из клана, а кольцо — уничтожено. Темная бездна глаз Орфео наполнилась непонятным блеском. Был ли это гнев или отчаяние — осталось неясным, но аура вокруг посоха развеялась, а сам он исчез. — Хорошо, — сквозь зубы процедил задетый за живое иллюзионист. — Я докажу. Докажу, что достоин называться Хранителем кольца Вонголы и наследовать его силу. Вы все увидите!.. Орфео исчез. Но как только он пропал из виду, пространство вокруг словно начало искажаться. Новоиспеченные Хранители не понимали, что происходит. Десятые исчезли против своего желания. Двадцатые, как по принуждению, упали на колени. Некоторые схватились за головы, чувствуя невероятную боль. Через минуту все закончилось. — Цирк, — злобно выплюнул вновь появившийся Хибари. — Ку-фу-фу, а он хорош, — прокомментировал с улыбкой Мукуро и обернулся к Саваде, который коснулся его плеча. — Зачем ты сказал ему про уничтожение кольца? — Это ему поможет. Пока его будет мучить эта мысль, он сможет раскрыть свои силы, — коварно ответил иллюзионист, поднимая взгляд в покрытое легкими облачками небо. — Тоши, ты в порядке? — Шин бросился к другу, который все еще сжимал руками виски. — Вполне, — прошептал парень, поднимаясь с помощью Шина на ноги. — Он еще слишком чувствителен к иллюзиям, — заметил Мукуро. — Ну да пока моя роль выполнена. Ку-фу-фу, прощайте! Остальные Десятые тоже попрощались и исчезли следом. Савада задержался еще на миг. — Вам все расскажет Реборн. Не подведите, ребята. Тоши проследил, как серебристая дымка окутала его кольцо и растворилась в нем. Парень только что понял, насколько слаб, раз не смог выстоять против иллюзии, которую он тем не менее сумел распознать. Он ощущал всю злость Орфео, вложенную в нее. Придется нелегко, но он должен стать сильнее. Ведь он, Фукуи Тоширо, новый босс семьи Вонгола.