Новый восход Вонголы

— Что значит «похитили»?! — лицо Тоши выражало непередаваемый ужас. Голос сорвался на последнем слове, разбившись в тихом всхлипе. Глаза заполнили слезы, но мальчик тут же вытер их сжатой в кулак рукой. Он начал мелко трястись, сам не зная, отчего больше — от переполняющего его страха или накатывающей злости. Маэда шокированно смотрел то на Тоши, то на серьезные и мрачные лица Реборна и Занзаса. Затем все же попытался слегка разрядить обстановку. — Почему вы решили, что его похитили и что он вообще был здесь? — спросил спортсмен, разводя руками. — Об этом мне сказала она, — Реборн поманил кого-то рукой, и из ближайших кустов медленно вышел большой леопард. Тоши и Маэда на мгновение остолбенели, Теруо инстинктивно прикрыл босса рукой, делая шаг вперед. — Это Ури, — Реборн указал на животное, которое устало прилегло рядом с ним. — Оружие из коробочки Урагана Вонголы. По всей видимости, Гокудера отдал свою раньше всех, а Шин открыл ее и выпустил Ури. «Коробочки Вонголы… Занзас-сан что-то упоминал про них», — промелькнуло в голове Тоши. — В коробочку можно влить любое количество пламени. Чем больше его будет, тем сильнее станет животное и тем дольше сможет продержаться вне коробочки. Шин закачал в коробочку недостаточно пламени, так что Ури решила сохранить силы для того, чтобы найти нас и рассказать, что Шина похитили, и не смогла его защитить, — Реборн поглаживал леопарда по мощной спине, пока говорил. Ури лежала тихо, закрыв глаза. На ее теле виднелось очень слабое пламя Посмертной Воли алого цвета, которое вот-вот грозило потухнуть. Маэда снова задал вопрос: — Неужели они и говорить умеют? — Нет, — отрезал Реборн, — просто я знаю звериный язык. Теруо озадаченно угукнул, но больше выступать не стал. Занзас стоял, не проронив ни слова, с таким лицом, как будто делал всем большое одолжение, находясь здесь. Его совершенно не занимала вся эта ерунда про зверей, поэтому с каждой минутой он становился мрачнее тучи. Добавляли масла в огонь и глупые вопросы Маэды. Тоши не отставал от своего наставника и только сильнее сжимал кулаки по ходу рассказа. — Интересно, почему тогда вы оба оказались здесь, а? — дыхание парнишки становилось все чаще, а страх в глазах сменился яростью. — Может, это вы все подстроили, чтобы устроить мне очередную проверку? Зачем вообще кому-то похищать моего лучшего друга?! Тоши уже кричал. Его трясло все сильнее, по лицу спускались влажные дорожки слез. Он пытался сдерживать их, сжимая кулаки все сильнее, пока ногти не начали впиваться в кожу, но все оказалось бесполезно. На секунду мальчишка зажмурился, а в следующий момент почувствовал, как щеку обожгло нестерпимой болью, будто к ней приложили раскаленное клеймо. Когда мальчик разлепил веки, то увидел уже опустившуюся руку Занзаса. — Хватит ныть, мусор, — злобно рыкнул босс Варии, глядя на нерадивого ученика сверху вниз таким уничтожающим взглядом, что даже Теруо, стоящему рядом, стало не по себе. И хотя спортсмен был ненамного ниже Занзаса, он вдруг ощутил себя маленьким беззащитным котенком перед разинувшим пасть львом. Тоши не смел даже поднять глаза. Весь гнев, всю злость внезапно остудил этот леденящий душу взгляд. Мальчишка остолбенело смотрел впереди себя, но ничего не видел и не понимал. Он и не подозревал, что его наставник может быть настолько жутким. Если Занзас такой в обычном конфликте, то каков же он в настоящем бою? Тоши передернуло, и он не стал представлять это. И как только мальчик, казалось бы, начал успокаиваться, ему снова прилетело, но уже в другую щеку. На этот раз от Реборна. — Мы что, по-твоему, похожи на маньяков? — спросил аркобалено, глядя прямо в глаза Тоши. Тот буркнул: «Вы и есть маньяки», зажмурился, ожидая, что получит и в третий раз. Но удара не последовало. — Ситуация слишком серьезна, чтобы рыдать и принимать это за плохую шутку. — Нам необходимо выручить твоего дружка не потому, что ты тут льешь слезы и ругаешь себя, что не смог его уберечь. У него кольцо Вонголы и коробочка в придачу. И если это попадет в руки какому-нибудь мусору, проблемы будут не только у него и у нас, но и у Вонголы в целом, — Занзас преодолел свою немногословность, но это случалось крайне редко, а сейчас он был крайне зол. — Лично мне плевать на вашу дружбу, я тотчас же уйду, если окажется, что Вонгола в серьезной опасности. А ты, — прервал он только открывшего рот, чтобы что-то добавить, Тоши, — будешь только мешаться. И даже Реборн не уговорит меня остаться. Фукуи стоял, снова опустив голову и сознавая свою бесполезность и беспомощность. Все, что говорил босс Варии действительно было так. Он мог отправиться в Италию в любой момент. На его месте Тоши поступил бы в точности так же. Но сейчас ему и не нужно было занимать чье-либо место, потому что существовало то, за чем хотелось прямо в тот же момент сорваться с места и бежать на помощь. Шин находился в опасности, и неизвестно, жив он еще или нет. Это одновременно беспокоило и пугало Тоши. — А где же мы будем искать его? — прервал размышления своего босса Маэда. — Ведь киска оставалась же здесь, да? А значит, она не знает, куда утащили ее хозяина. — Я знаю, как его найти, — вдруг решительно заявил Фукуи. — Дайте мне карту… Его прервал звук множества шагов. С противоположной входу в храм стороны показались несколько человек, одетых в одинаковые черные костюмы и солнцезащитные очки. Впереди них шел мужчина, выделявшийся тем, что пиджак он нес за плечом, подцепив пальцем петельку под воротником, а из кармана черной жилетки торчала серебряная цепочка. Светлые до плеч волосы и бледная морщинистая кожа резко контрастировали с его темным костюмом и рубашкой, а серые глаза казались сделанными из стекла. — Кто бы мог подумать, какая встреча! — его резкий голос насквозь был пропитан высокомерием и ядом. — Столь знаменитые лица, и все в одном месте. Босс Варии Занзас и аркобалено Реборн. А почему Вы в таком виде? До меня доходили слухи, что один из семерки, Верде, кажется, смог избавить вас от проклятья, разве нет? — Однако он не дал никому вставить и слова и затараторил дальше. — Прошу прощения, я сам не представился. Я Альберто, первый советник Девятнадцатого босса семьи Вонгола. Мужчина сделал наигранно вежливый, но изящный жест рукой, представляясь, при этом его пиджак не съехал ни на сантиметр, пока его хозяин кривлялся. — Рад приветствовать и Вас, Двадцатый, — последнее слово Альберто почти что прошипел, вложив в него столько презрения, что противно стало всем присутствующим, кроме, разумеется, самого советника. — Мы к вам, собственно, по делу. Пришлось лететь из самой Италии и потом очень долго вас искать. Но, к счастью, вы здесь, да и к тому же в весьма занимательном и как раз необходимом составе. Альберто то ли не замечал нахмурившегося Маэду и напрягшуюся Ури, которая открыла глаза и замерла рядом с Реборном. Сам аркобалено, а вместе с ним и Занзас стояли чернее грозовой тучи. Все были напряжены, и только Тоши ошарашенно смотрел на появившихся почти что из ниоткуда незнакомцев. Парнишка озадаченно пялился на мужчину, тот в свою очередь, смерив мальчика презрительным взглядом, а потом вновь затараторил: — Мы хотели предложить вам сделку, — он не обращался ни к кому конкретно, но глядел почему-то только на Тоши. — Вы отдаете нам кольца Вонголы, а мы отпускаем вашего друга, согласны? — Так это вы похитили Шина?! — настроение Двадцатого изменилось в один короткий миг. Растерянность испарилась, будто бы ее и не было. Парнишка почувствовал, как его заполняют жгучая ненависть и гнев. Боль в щеках уже практически не ощущалась на фоне вскипающей ярости. Сила внутри него всколыхнулась, отвечая на зов эмоций. Внутри все сдавливало лишь от одной мысли о том, что с Шином что-то могли сделать. Тепло разрасталось, приливая все новыми новыми волнами, готовая в любой момент выплеснуться наружу неконтролируемым потоком и снести все на своем пути. Занзас, кажется, почувствовал намерения ученика и его расплавляющую воздух вокруг ауру, сделал шаг вперед и положил руку на плечо мальчика. — Угомонись, — тихо сказал он Тоши, стискивая пальцы сильнее. — Послушаем, что еще скажет этот мусор. — Я бы посоветовал вам не применять силу, Двадцатый, — по голосу было слышно, что он слегка занервничал, увидев грозное лицо Занзаса и ощутив совершенно не подходящее ребенку его возраста желание Тоши разобраться со всеми поскорее и как можно более жестоко. Но тут же к Альберто вернулись его ехидное выражение и тон. — Иначе я отдам приказ немедленно закончить все разговоры с Вашим другом и отправить его кормить рыбу в реке. — Ты блефуешь, — бросил Реборн, материализуя Леона в пистолет. — Хотите испытать судьбу? — поинтересовался советник, на этот раз обращаясь напрямую к Тоши. Тот опустил сжатые в кулаки руки и покачал головой. Рисковать в данной ситуации было опасно, и он решил повиноваться Занзасу, рука которого грозила вот-вот сломать ему плечо. Пламя внутри на время утихло, не успев прилить к рукам и подпитать кольцо Вонголы. — Замечательно, — похвалил Альберто решение мальчика. — Так вот, повторюсь, вы должны отдать нам кольца Вонголы как можно скорее, потому что они вам не принадлежат. — То есть как это — не принадлежат? — возмутился до этого молча стоявший в стороне и внимательно следивший за ситуацией Маэда. Он всерьез испугался за Тоши, когда тот начал выходить из себя, но не успел ничего предпринять, как Занзас возник рядом с юным боссом. Альберто медленно перевел взгляд на подавшего голос Теруо, оглядел его критично, а потом расплылся в наипротивнейшей улыбке. — А Вы, я полагаю, — мужчина на секунду замялся, отыскивая взглядом кольцо Вонголы, но не сумел, поэтому просто продолжил, — один из Хранителей молодого босса? — Точно так, — отозвался спортсмен. — Хранитель кольца Солнца, Маэда Теруо. — Да-а, — продолжая улыбаться, закивал Альберто. — Я вспомнил. Читал про всех вас в отчете моих подчиненных. Рад знакомству. Хочу сразу ответить на Ваш вопрос, господин Маэда. Кольца Вонголы — бесценный дар нашей семьи, который передавался от босса к боссу. Однако после ухода Десятого кольца внезапно исчезли, и последующие главы семьи занимали свой пост лишь номинально. Потому и произошло столько переворотов, так как им нечем было защитить себя и семью. Враги со стороны не преминули воспользоваться нашей временной слабостью. Вот значит как Десятый босс позаботился о своем клане? А затем вернулся спустя годы и передал кольца вам в обход действующего босса. В данный момент кольца Вонголы должны принадлежать Девятнадцатому. Вы, уважаемый Двадцатый, незаконно вступили в должность босса, и мы вынуждены конфисковать у Вас наследие семьи. — Почему незаконно? — удивился Тоши, морщась от возвращающейся боли в лице и разрастающейся еще и в плече из-за железной хватки Занзаса. — Церемония наследования, насколько я знаю, проходила при участии Первого и Десятого боссов. Однако Первый уже давно умер, а Десятый добровольно отказался от должности. А значит, не имел никаких прав передавать Вам кольца и пост босса, так как по традиции это делает предыдущий глава семьи, — советник развел руками, отчего пиджак соскользнул с его плеча и закачался в воздухе, повиснув на петельке на пальце мужчины. Тому, видимо, надоело его держать, и он накинул пиджак на плечи, а сам сложил руки на груди. Альберто выглядел крайне довольным и гордым собой и уже, кажется, предвкушал свою победу, осматривая беспомощное лицо Тоши и серьезное лицо задумавшегося Занзаса, ничего не понимающего Маэду, которому хотелось схватиться за голову от слишком большого потока непонятной информации, но тут слово взял Реборн. — Мало того, что твои люди следили за нами все это время, так ты еще упустил один важный момент, — киллер безнаказанно «тыкал» всем врагам, нимало не смущаясь. Альберто это немного задевало и даже обижало, но он старался сильно не выказывать свое недовольство такой манерой обращения. — Существует исключение, которое дает право провести церемонию наследования поста и колец любому предыдущему боссу или его советнику. Это исключение работает только в экстренных ситуациях, например, как та, которая сложилась сейчас в клане. — Все это — бред, чушь, выдуманная только что, — прошипел Альберто. — Просто отдайте нам кольца, и никто не пострадает. — Вы можете взять их силой, но только в честном бою. Например, в новом Конфликте колец, — предложил Реборн. Занзас при упоминании Конфликта поморщился, вспоминая не самый приятный период своей жизни и чувство стыда и позора, преследовавшие его долгое время. — Вынуждены отказать, — процедил сквозь зубы советник, стараясь не морщиться от презрения. — Через три дня мы ждем шкатулку с кольцами здесь. И вы должны благодарить нас за доброту и терпение. Альберто посмотрел на босса Варии, ядовито ухмыльнулся и развернулся, чтобы уходить. — Занзас, — позвал Реборн мужчину. Тот тряхнул головой и погасил пламя Ярости в своих руках. — Ты стал слишком нервным. На тебя не похоже. Занзас поправил закатанные рукава рубашки, сунул руки в карманы брюк и медленно пошел к ступенькам храма. Ему не хватало его кресла, которое осталось в Италии. Он приказал Луссурии доставить его в Японию даже если случится мировая война, на крайний случай отправить вместе с креслом Леви. Но оба придурка, видимо, даже не пошевелились, и Занзас был из-за этого разгневан едва ли не больше, чем от слов Альберто. Мужчина устало приземлился на деревянные ступени и прислонился спиной к перилам. — Если бы я знал, что сейчас во главе клана стоят такие ублюдки, убил бы всех сразу, не задумываясь о последствиях. Вонгола не должна прогибаться под таким мусором, — выплюнул Занзас. — И чем там только эти идиоты занимаются? — злобно буркнул он, поминая Варию. Они не выходили на связь уже пару дней точно, и это раздражало их босса. — Реборн-сан! Что мы будем делать? — спросил Маэда, подходя к аркобалено. Спортсмен был готов к любым действиям прямо сейчас. — Спасать Шина, разумеется, — киллер посадил трансформировавшегося обратно Леона на полу шляпы. В потускневших глазах Тоши мелькнула было слабая надежда, но тут же погасла. Он бессильно опустился на землю и подтянул колени к себе. — Я такой жалкий, — мальчик глубоко вздохнул. — Такой глупый… Если бы я в это не ввязался, то сейчас гулял бы с Шином как ни в чем ни бывало, не думая о том, что мне надо будет идти неизвестно куда и проходить через такие сложности и опасности. Я даже не знаю, зачем согласился… Хотя вряд ли у меня был выбор. — Тоши горько усмехнулся. — Хватит уже ныть, мусор, — послышался злобный оклик Занзаса. — Ты ведь прекрасно знаешь, зачем сказал «да», так чего теперь ноешь? — не обратив внимания на босса Варии, спросил Реборн. Он подманил Маэду, и пока парень отмечал что-то на неизвестно откуда взявшейся карте, аркобалено задал этот вопрос Двадцатому. — Знаю, — Тоши плюнул на чистоту вещей и возможную простуду как следствие, и лег на землю. На удивление, она была почти что горячей, впитавшей все солнечное тепло за день. Такое же приятное тепло он чувствовал и внутри себя, когда пытался пробудить силу. Пламя распалялось из одной искорки в зависимости от воли и эмоций Тоши. Это одновременно поражало и радовало паренька. — Я просто хотел помочь. Не умею отказывать людям, пусть Ваше появление тогда, Реборн-сан, и было чересчур неожиданным. Я даже испугался, когда Вы сказали, что я следующий кандидат в боссы мафии. Я знал, что у моих родителей есть какие-то дальние родственники в Италии, но кто бы мог подумать, что мне придется стать главой огромной мафиозной семьи. Я ведь подумал, что удастся пролететь, раз я всего лишь кандидат. А потом начал убеждать себя в том, что иного выбора нет. Мне придется бросить семью и уехать за границу. Мама часто рассказывала о том, что у каждого человека есть свое предназначение, роль, которую надо исполнить в этой жизни, и в следующей это обязательно зачтется. Тоши вел свой монолог, даже не задумываясь, слушает его кто-то или нет. В какой-то момент он забыл, что не один и что говорит вслух. Он завороженно смотрел на облака, проплывающие по бесконечным просторам неба. В глазах застыли слезы, он чувствовал, что вымотался за день — больше морально, нежели физически. История Маэды, новость о похищении Шина, пережитый стресс, встреча с Альберто… Столько событий за день, пожалуй, в тихой жизни Тоши никогда не было. И он не знал, хорошо это или плохо, не мог понять, хотя спрашивал себя. Его пугали не столько сами возможные опасности, в которые он или кто-то из его новообретенных друзей могут ввязаться или уже ввязались, сколько то, что любой из них может пострадать, а он, тот, кого назвали и сделали боссом, не сумеет ничего предпринять для их спасения. Тоши просто был такой по натуре. Он помогал всем, кто его об этом просил или кто явно нуждался в поддержке. Его любили и терпеть не могли именно за такой мягкий характер, за его альтруистическую сущность. — Мне всегда хотелось стать сильным. Чтобы помогать еще большим, множеству людей. Я просто знаю, насколько слаб, и порой ввязываюсь в то, что мне не по силам. Как и сейчас. Я совершенно запутался в своих чувствах. И не знаю, что делать. — Мы здесь как раз для этого, — глухо и немного раздраженно отозвался Занзас. Он подумал, что сегодня и впрямь слишком разговорчивый для своего обычного состояния. Видимо, сказывалось отсутствие кресла. И, наверное, крепкого алкоголя. А еще белобрысой бошки безмозглого капитана, которого можно садануть чем-нибудь посильнее и отвести душу. — Чтобы направить вас, тупых детишек, на путь истинный. Чтобы вы не разнесли нашу Вонголу до основания. Сейчас там сидят еще тупицы похуже вашего, а всякие ублюдки вроде того мусора вертят ими как хотят. И вы нужны как раз затем, чтобы убрать их оттуда. Старики вроде нас будут сражаться за семью до последнего, но изменить что-то мы уже вряд ли сможем. Нужны свежие мозги и люди, а не гнилье вроде нас. Тоши приподнялся, наверное, слишком резко, когда Занзас заговорил, и сейчас у него слегка кружилась голова. Но даже так он все равно жадно ловил каждое слово своего наставника, впитывал и старался крепко запомнить, потому что что-то подсказывало ему, — он бесконечно прав, и этому нужно верить. — Ты совершенно больной, раз бежишь помогать всем, кому не лень. Но, видимо, в этом твое призвание. — Занзас-сан, почему все считают меня особенным? Я пытался думать об этом, но ничего не понимаю. Я совершенно обычный подросток, каких миллионы. Так почему же я не вижу в себе ничего особенного? — Тоши говорил так, как будто они были здесь одни. Диалог наставника и ученика. Пытающийся разобраться в себе Фукуи, и непривычно разговорчивый сегодня Занзас. — Слушай один раз, потому что больше я такого никогда не скажу. Ты закрыт. Закрыт для самого себя. Ты открываешься другим, заставляя открываться тебе, впитываешь их эмоции и неосознанно отдаешь то, чего им больше всего хотелось и чего сильно не хватало. Но как только начинаешь думать о себе, рефлексировать — бам! — закрываешься. Как будто сидишь перед закрытой дверью и болтаешь сам с собой. Ты слишком привык к этому и воспринимаешь как что-то нормальное. Думаешь, что ты обычный? Обычных кольцо Вонголы не выбирает, пойми ты наконец. В тебе есть внутренняя сила, о которой ты даже не подозреваешь, потому что она скрыта за этой самой закрытой дверью, перед которой ты жалко ноешь, а затем идешь творить добрые дела для других. Они тянутся к тебе именно поэтому, потому что каждый в своей степени этого был лишен и жил только ради себя. Я терпеть не могу таких, как ты. Но им ты нужен. Нужен своим Хранителям, а они нужны тебе. — Босс раскрывает свой потенциал отдавая всего себя ради подчиненных, а те в свою очередь становятся сильнее, защищая босса. Он направляет свою семью, а она помогает пройти сложный путь жизни, — Реборн подошел к Двадцатому и заглянул ему в глаза. — Пока ты ныл, мы с Маэдой разработали план спасения Шина. Но твоя роль там первоочередная, так что не подведи. — Я все понял, Реборн-сан, — мальчик покорно склонил голову, украдкой вытирая слезы. Когда он поднял взгляд, чувствуя на себе внимательный взор еще одной пары глаз, то мог уже спокойно смотреть вперед, чувствуя себя гораздо уверенней. — Ну что, еще не передумал быть Двадцатым Вонголой? — с легким сарказмом в голосе спросил босс Варии, поднимаясь со ступеней храма. — Нет, Занзас-сан. Спасибо Вам, — Тоши тоже поднялся, но тут же согнулся в поклоне перед своим наставником. А затем и перед аркобалено. — И Вам тоже, Реборн-сан. Маэда… — Теруо замахал руками на босса, подошел к нему и взял за плечи. — Передо мной извиняться, кланяться и благодарить за что-то не нужно. Давай просто спасем Шина, хорошо? — Теруо осветил Двадцатого лучезарной улыбкой — такой же, с какой началась их утренняя встреча. Тоши на пару секунд показалось, что его будто дотронулись солнечные лучи, отдавая свое тепло. Мальчик улыбнулся в ответ и вновь повернулся к киллеру. — Какой план, Реборн-сан?

***

-…мы разделимся на две команды: Неро и Кубо в первой, я и Маэда во второй. Мы проберемся в дом, вырубим охрану и проберемся до места, где держат Шина. Враги не знают, что мы будем совершать вылазку, поэтому надеемся на успех. Количество человек нам неизвестно, но не думаю, что они привели с собой целую армию, — Тоши объяснял разработанный Реборном план Хранителям. — Это моя миссия, но я прошу вас о помощи. Занзас-сан и Реборн-сан будут обеспечивать нам внешнюю поддержку на случай, если что-то пойдет совсем не так. — Мне обязательно в этом участвовать? — босс Варии презрительно фыркнул, глядя на «скопище детишек». — Да, — аркобалено ухмыльнулся. — Наставник должен наблюдать за успехами своего ученика. — Этот мусор только и умеет, что ныть и злиться, а силу высвобождает кое-как. И совершенно не старается чему-то научиться, — Реборн многозначительно хмыкнул. Занзас отвернулся, прошагал вперед и опустился в кресло. Не такое удобное, как его, но это было лучше, чем просто стоять или сидеть на татами. Они находились дома у Тоши, пока его родители культурно просвещались в местном театре, даже не подозревая о том, что их квартиру оборудовали под «секретный штаб семьи Вонгола», а их сын будет возглавлять операцию по атаке особняка с итальянской мафией и спасению лучшего друга. Фукуи старался не думать о том, какова была бы их реакция, если бы они обо всем узнали. Поначалу Тоши думал, что сама миссия будет сложной, однако трудности начались еще до ее старта. Первым делом необходимо было собрать Хранителей, потому что провернуть такое дело вдвоем тяжело, а в одиночку так вообще не представлялось возможным. Маэду уговаривать вообще не пришлось, парень сам проявил инициативу в спасении Шина. Но нужно было как-то разобраться с остальными и попытаться привлечь и их к столь опасному и полному рисков мероприятию. Кубо нашли в книжном магазине, в котором тот работал и по совместительству жил. Реборн указал на это место на обмулеванной Маэдой по просьбе киллера карте. Тоши этот магазинчик показался немного отдающим стариной, но в целом выглядел очень достойно. И, судя по всему, сюда частенько заходили покупатели. Каташи удивился, увидев в своей обители босса, но потом даже обрадовался, пусть и не показывал этого. Он внимательно выслушал Тоши, помялся минутку, мысленно попросил прощения у Лар Милч, которая на последней тренировке растолковывала ему про предназначение Хранителя кольца Облака. Сейчас Кубо чувствовал, что ему придется быть на передовой, но, возможно, ему представится случай попробовать все то, что он изучил. Таким образом, второй союзник был найден. С Неро получилось еще проще. В то время как Тоши добрался до ее жилища, туда, где в предыдущий раз мечница рассказывала боссу про свое непростое прошлое (когда еще никто не знал, что на самом деле Неро девушка), Колонелло спорил с ученицей о том, кто из них разобрался с большим числом врагов. Либо бывший аркобалено привирал, либо действительно было так, но он явно лидировал. Неро всем своим видом выказывала свое недовольство. К тому же у мечницы сильно чесались руки наконец поучаствовать в настоящем бою. Так что согласие девушки Тоши получил практически сразу, как только начал объяснять суть миссии. Колонелло поделился своими мыслями насчет Альберто. — Я видел его несколько раз, эй. Будьте с ним осторожны, этот человек не совсем тот, за кого себя выдает. Он хитер и опасен, эй. И он не успокоится, пока не получит то, что ему нужно, эй. Неро сощурила глаза, но Тоши не смог разобрать выражение ее лица. Девушка лишь поднялась, оперевшись на меч, и спросила: — Когда выступаем, босс? Уходя, Двадцатый отметил, что Неро все больше привыкает к тому, что ей не приходится скрывать того, что она девушка. Со стороны даже казалось, что ей так свободнее, комфортнее. Возможно, это благодаря взаимодействию с Колонелло, который, Фукуи был уверен в этом, занимался не только тренировочными боями со своей ученицей, но и оказывал ей психологическую поддержку, насколько позволяли его способности. Но явно ощущалось, что этот дуэт слился в единое целое и их взаимодействие во много раз превосходило то, что было на тренировках Тоши и Занзаса. Несмотря на то что босс Варии восхищал ученица своей силой, Двадцатый сильно уважал его, но отношение мужчины к нему порой угнетало и злило мальчика, так что он ставил в этой миссии еще одну цель: заставить наставника признать ученика, чтобы Занзас наконец перестал называть его мусором. Звучало, конечно, как будто из уст обиженного ребенка, но Тоши очень задевало — пусть даже не сам факт оскорблений, но то, что парнишка ничего не мог с этим поделать. Если с тремя из шести Хранителей удалось договориться без всяких проблем, то оставшиеся — самые проблемные — как раз доставили много проблем. Точнее, наверное, сам Тоши их создал, но только наполовину. Когда он добрался до убежища Орфео, оставив других Хранителей готовиться к операции, то совершенно забыл недавние «перемены настроения» Буджардини. Иллюзионист и в этот раз не оставил босса без сюрпризов. По выражению его лица нельзя было ничего сказать. Напоминающее маску, с застывшей на нем холодной серьезностью, оно пугало, заставляло закрадываться в душу самые зловещие мысли и страхи. — Нет, — резко, как топор сорвавшейся гильотины, обрубил иллюзионист последнюю фразу рассказа Тоши. — Я не хочу в этом участвовать. Фукуи застыл, объятый холодом сброшенных на него слов, не зная, что ответить. Ему казалось, что все пошло по удачному пути, ведь совсем недавно ему удалось разговорить Орфео и расположить к себе и семье, но, видимо, Двадцатый глубоко ошибся. Он хотел было расспросить Буджардини насчет причин отказа, но передумал. В сердце закралась тоска. Между ними словно разорвался хрупкий веревочный мостик, сплетенный Тоши. Тогда же у него появилась долгая, требующая множества шагов на пути достижения, цель — сделать Орфео полноценной частью семьи Вонгола. Но не просто огромного клана, а их маленькой семьи, где есть только босс и его Хранители. Фукуи больше не проронил ни слова. Лишь его тихое «до свидания, Орфео» разнеслось эхом по пустой зале, провожая босса наружу. На улице парнишка столкнулся с Нико, но на вопрос, что он забыл в такой глуши, неумело соврал, сказав, что решил проведать иллюзиониста. Извинившись, Тоши сбежал. Позорно, стыдливо, грубо, он почти что бегом покидал этот забытый не только богом район. Сейчас у него нет сил бороться с Буджардини. Но скоро, совсем скоро он сможет. Мысли путались, Тоши был в замешательстве, был напуган, раздражен. В том «нет» оказалось явно больше скрытого смысла, чем Двадцатый мог себе представить тогда. Но с этим он разбирался уже немного позже. Тоши не стал брать Нико на операцию, чтобы не подвергать малыша лишней опасности, ему и так наверняка несладко приходилось со столь ужасающим сожителем. Он был уверен, что они смогут справиться вчетвером.

***

Неро и Маэда в их парах составляли основную ударную силу. Они методично и аккуратно выносили одного охранника за другим, так что те даже не успевали поднять тревогу, пока Тоши продолжал отслеживать местонахождение Шина. Он вновь воспользовался аурой и интуицией, пытаясь установить связь с кольцом Урагана. Таким же образом он нашел и особняк, в котором держали Шина. Существовала вероятность, что кольцо и Хранитель находятся в разных местах, но одной из задач миссии и было забрать кольцо Вонголы. Кубо тоже показал все свои умения, приобретенные в токийской мафии и на немногочисленных тренировках с Лар Милч. Неро и Каташи работали слаженно и уверенно, они даже разделились и продолжали вычищать путь боссу, которого прикрывал Маэда. Проникнуть в особняк, который, по словам Реборна, был построен якудза, сейчас занятый людьми Девятнадцатого Вонголы, в целом трудности не составило: под покровом ночи они сумели обойти все ловушки благодаря Пламени Дождя и технике, которую Неро переняла от Колонелло. Девушка воткнула один из мечей в землю и через него потекло голубое Пламя Дождя, покрывая собой всю землю вплоть до стен особняка. Пожалуй, на данный момент она лучше всех владела Пламенем и кольцом. Все шло слишком легко, и это начало беспокоить Тоши. Чем больше он волновался, тем чаще терял концентрацию. Но он не мог рисковать, поэтому надавав себе по щекам, Двадцатый сделал последнее усилие — но внезапно связь с кольцом Урагана оборвалась. Маэда и Тоши аккуратно приоткрыли одну из последних дверей на третьем этаже, перед которой оказались. Они обязаны были проверить ее, так как в других комнатах ни кольца, ни Шина они не нашли. Как только проем озарил неяркий свет, сердце Тоши пропустило удар. — Надеюсь, Вы пришли с кольцами Вонголы, уважаемый Двадцатый.