Art of loneliness

Никто из них не был против, когда это случилось снова, и потом снова, а на четвёртый раз они оба были слишком пьяны, и Тэгун обнаружил, что улыбается тому, как Джехван смеется, потому что молчание было слишком жестоким, а смех был единственным, что сокращало дистанцию между их мирами, скрывая то, что эти отношения не должны стать чем-то большим, чем просто физическое притяжение. Но и этого было достаточно, чтобы Тэгун помнил - он живет в мире говорящих кукол и манекенов, живет под своей маской, однако это не значит, что он больше не может чувствовать, как кто-то рвано дышит под ним, как учащается чей-то пульс в ответ на его прикосновения. Это служило напоминанием о том, что он всё ещё человек, несмотря на количество бессонных ночей, проведенных в попытках спрятать то, что осталось от его души за идеальной внешней оболочкой. Он действительно не понимал, как Джехван всё ещё что-то находил в нём, ведь он уже слышал его слова не по сценарию, видел его без макияжа и без направленных на него лучей прожекторов, которые должны были помогать ему быть настолько близким к совершенству, насколько это возможно. Джехван видел, но по-прежнему обращался с ним предельно заботливо и с невероятной теплотой целовал его губы. И Тэгун понял, он боится - боится того, что они оба зайдут слишком далеко, гораздо дальше, чем позволяет реальность. - Ты спрашивал меня, чего бы я действительно хотел, - тихо сказал Тэгун, и Джехван промычал в ответ, лениво выводя пальцами узоры на его рубашке. Они лежали на мягком ковре в студии Джехвана, закутанные в одеяла и обволакиваемые темнотой ночи. - Когда я был маленьким, я хотел стать футболистом, - произнёс Тэгун, чувствуя, как Джехван завозился возле него, вероятно, размышляя, имеет ли он право расспрашивать о большем... - Почему тогда ты не стал им? - спросил Джехван медленно, осторожно, и Тэгун снова почувствовал, как пошатнулся его внутренний баланс, потому что Джехван действительно хотел знать о нём больше, хотел знать больше о нём настоящем. - Получил травму. Я слишком много тренировался и больше не смог играть как профессионал... Тогда и осталось у меня только пение, - Тэгун вздохнул, под покровом темноты слова звучали мягко, но уверенно, - Я принял участие в нескольких конкурсах, и прежде, чем я сам узнал, меня уже выбрало агентство, осыпало ложными обещаниями, и вот я здесь. Я стал артистом, не таким, каким хотел быть, но всё же... Иногда мне кажется, что это единственная жизнь, которую я знаю. Повисла тишина. Джехван замер рядом с ним, воздух потяжелел от звуков правды, которую так редко озвучивают, а ещё реже позволяют знать. - Почему... - Джехван замолчал, и Тэгун взглянул на него, но не смог увидеть его лица из-за той же темноты, что скрывала и его потрескавшуюся маску, - Почему ты не остановился, если знал, что сделаешь себе больно? - Я должен был стать лучше. Разве это неправильно? - "Я всё ещё пытаюсь..." подумал Тэгун. Захваченный в порочный круг шоу-бизнеса, где никогда ничего не бывает правильно, он всё ещё корил себя за каждую совершенную ошибку. - Неправильно, - повторил Джехван, его голос звучал спокойно, но твёрдо, - Не должен был... - он вздохнул, - Ты не прав, потому что не должен был нагружать себя до такой степени. Тебе не нужно было быть лучшим в одиночку... Ты мог бы положиться и на других. Спрятанный в объятьях ночи, Тэгун долго смотрел на черты лица Джехвана, чувствуя, как что-то рушится внутри него… А потом вздохнул, будто выпустил всё напряжение, накопившееся за целую жизнь. - Тогда мне никто этого не сказал. Вместо того, что он мог бы ответить, Джехван только притянул его за талию ближе к себе, молча утешая. Тэгун понял, что слишком ослабил свою защиту, добавив нечто большее в их отношения, которых _по_идее_не_должно_быть_, когда Джехван спросил кое о чём, заставившим его отвлечься от заучивания реплик. - Не будет ли слишком возмутительно, если я приглашу тебя выпить со мной кофе? Грубая ошибка, Тэгун знал, что так нельзя, и уголки его губ приподнялись в идеальной холодной улыбке. - В качестве кого? - спросил он напряженным голосом, отступая назад за свои разрушенные стены и прячась за маской. Джехван, кажется, тоже заметил свою ошибку, грустная полуулыбка появилась на его лице, и Тэгун невольно задумался, что бы он ответил, если бы они находились в абсолютно другой ситуации - если бы они были двумя совершенно обычными людьми, и приглашение на кофе не было бы таким сложным... В другом мире, где он не был бы тем, кто живет на капельницах и снотворном, где он не был бы куклой среди многих других таких же, сломанных. - Да нет, ничего... - пожал плечами Джехван, - Но, когда ты в последний раз пил нормальный кофе? - спросил он вместо этого. - Я не помню. Мне жаль. Это моя вина.