Лабиринт начинающего сталкера

Шептуну очень нравилось на Кордоне, но вот только в последнее время слишком многое изменилось. Конечно, участь отмычки почти всегда неприятна, но Клык мужик хороший, да не без странностей, но у кого их нет? У каждого свои. Слух о том, что техник уходит из деревни, прошёлся по деревне вечером того же дня. Исходил он ни то от Гоши, ни то от Парниши, но в любом случае это было очень печально. Старшие переговорили с Клыком, и уже ближе к ночи вся деревня знала, что техник уходит на север. Закончить с текущими заказами и уйдёт. Конечно, жалко, но до этого жили без техника, ну и дальше проживём. От произошедшего днём ничего не изменилось, вроде бы они продолжали общаться в троём, но чувствовалось какое-то напряжение. А ещё этот Парниша никак от Гоши отстать не мог, всё и крутиться вокруг него, ещё чуть-чуть и вообще ни на секунду не отпускал бы от себя. «Скользкий он какой-то, вернее не так, будто бы у него есть двойное дно. Ведь вроде такой же новичок, как и всё, но всё травил свою историю, пока не исчез. Кажись, им наёмник интересовался. Значит и вправду не врёт о походе? Но что это было со стаей собак? Санёк считает, что Парниша, что-то скрывает. Но вот что? И почему он около техника постоянно околачивается? А если вспомнить, то пришли они почти одновременно. Да что за ерунда! — Шептун мотнул головой, отгоняя весьма странную мысль, и перевернулся на другой бок. — Не… а с другой стороны. Ведь всё сходится. Хороший шмот, при полном отсутствии навыков выживания. История, которую от рассказывал раз сто, при любой возможности… Ой, он не простой врун… Вот же ты Жека вляпался! Нужно уйти отсюда. Так, Клык вроде честный одиночка, ни с кем особо не связан, так сказать одинокий волк (кхм, уж скорее медведь). Может с ним пойти? Нет, конечно, не в Центр, осяду где-нибудь более менее далеко, нормальную пушку себе куплю. Так на всякий случай, ибо нельзя лезть в разборки тех, кто связан с наёмниками, пусть даже заказан кому-то из них» — с подобными мыслями он уснул. На следующий день Шептун первым напросился в спутники Клыку, договорившись, что дойдёт с ним только до Рыжего леса. Пару дней на подготовку. Всё это время Жека не мог найти себе места, с одной стороны он не чувствовал в себе ещё достаточных сил для того, чтобы уйти с Кордона. Но с другой, хрен знает, кто и какие игры ведёт, и оказаться в центре событий явно не его уровня. Он, наконец, определился в своём мнение на счёт Парниши. Он всего лишь не очень опытный сталкер, а может и совсем новичок, которого наняли, чтобы он отыграл определённую роль. Про Центр он врёт, но ни, потому что хочет, а потому что это его работа. Эти мысли он оставил при себе. Утром перед самым выходом жизнь резко осложнилась. И ними шёл Парниша. Шептун попытался протестовать, на что получил весьма резонный ответ. — А что такого? Вы же кажется приятели. Что поцапались что ли? Ничего вместе походите, бытовуха и забудется, — кажется, сталкер решил, что делает доброе дело. — Жить, имея, кого-то на кого можно положиться гораздо легче, чем в одиночку. Это я по своему опыту говорю. — А я и вовсе с Шептуном не ругался! — по-детски непосредственно воскликнул Парниша. — А за что ты на меня сердишься? Если из-за собак, то с кем не бывает. Я просто не ожидал их там увидеть. Клык кинул взгляд на своих спутников, пытаясь дождаться паузы, чтобы их заткнуть, Зона ошибок не прощает, а болтовня первая из них. Итак, в тишине они вышли из деревни и направились в сторону Свалки. Через несколько часов бодрого шага они дошли до фермы. Сталкер оставил своих спутников во дворе, а сам пошёл переговорить с Фургоном, а попутно и новости узнал. На Свалке, главном «перекрёстке» этой части Зоны сейчас творилось нечто непонятное. Все пытались прорваться к Центру, закрепиться поближе. «Долг» и «Свобода» совсем с ума по сходили. А бандюги разного калибра пытаются вновь закрепиться хоть как-то на Свалке, чуют падлы, что вскоре через «перекрёсток» пойдут сталкеры с деньгами или хорошим хабаром. Исходя их этой информации, Клык круто изменил маршрут, направляясь в обход Свалки. Ветер прошёл по верхушкам деревьев, погнал сухие листья, заставляя лес разноголосо шумит; вдалеке завыли слепые псы, загоняя свою добычу или просто от тоски. Было обманчиво тихо. Они шли по заросшей дороге, густо покрытой прошлогодней листвой, из-под которой кое-где выглядывал асфальт. На обочине стояла разрисованная а-ля СССР бетонная остановка, а рядом с ней прямо посреди полосы замерла навечно какая-то старая иномарка с открытыми настежь дверьми. Да, было время, когда Зона была всего лишь огороженным куском земли с местами повышенным радиоактивным фоном. Клык торопливо шёл впереди и что-то себе под нос бормотал, потом умолкал, а затем вновь начинал, казалось, что его что-то очень сильно волновало. Он свернул с заброшенной трассы на дорогу. На ней сквозь асфальт проросли молодые деревца и колючие кустарники. Шептун проклинал всё на свете, выпутываясь их крепких объятий очередной цепкой ветки. Они будто бы издевались над ним, пытаясь снять со сталкера куртку. Повезло Парнише, его комбез никуда с него не денется, да ещё его хрен порвёшь, в отличие от куртки. Что было лишь отчасти правдой, ибо вёрткий и удачливый парень, побольше части избегал встречи с кустарником. В отличие от Клыка, который собирал на одежде огромное количество колючек, но кажется, его это не очень беспокоило. Сталкеру что-то не давало покоя, и это сразу было видно. Шептун хотел было посмотреть, где они находятся, но основная карта в КПК была бесполезна, она только и могла показать, что он находиться где-то за её границами. Да и вообще последнее обновление было таким бестолковым для новичков. Нет, конечно, было интересно наблюдать, что делают враждующие стороны, однако интерфейс, по сравнению с предыдущей версией, оскудел. Шли они весь день, по местам безлюдным и давно не хоженым. Последние часа два путь пролегал по заросшей просеке и, наконец, они вышли на заброшенную трассу. Солнце было уже низко. Шептун остановился, чтобы поправить лямки своего рюкзака, и невзначай огляделся. Дорога шла здесь под небольшим уклоном, позади среди деревьев виднелось какое-то небольшое строение, стены которого были расписаны красной и белой краской, а рядом с ней на дороге замерла какая-то машина, отсюда не видно но, кажется иномарка. В голове Шептуна проскользнуло подозрение, а не тали это остановка, мимо которой они прошли утром. Он догнал успевшего немного пройти вперёд Клыка. — Остановка. Мы же мимо неё утром прошли? — Угу. — Тогда кого чёрта мы весь день продирались сквозь колючки и заросли, а иногда и через заросли колючек?! Я себе чуть штаны все не порвал! Клык пожал плечами и сосредоточенно глянул на небо, повернув голову куда-то в сторону леса, а затем, пользуясь остановкой, размял спину. — Ведь мы потеряли целый день! — Может быть, — ответил сталкер, заглядывая в КПК и изменяя размер карты. — Но ведь… — начал вновь спорить Жека. — Шептун, уймись, — прервал его Парниша, до этого молчавший и, кажется, считавший ворон. — Хватит болтать. Поторопитесь. Выблос будет. — Но ведь вчера же был? Клык зашагал дальше по дороге, не услышав замечание Шептуна. Тому не оставалось ничего, как поторопиться, ему не хотелось остаться одному неизвестно где. Уже вечерело, когда они свернули с дороги к какому-то трёх этажному зданию, которого почти не было видно из-за густой растительности, несколько раз среди деревьев можно было заметить полуразвалившиеся домики и добротные стены с провалившейся крышей. Шептун, было, сунулся к старой яблоне, на которой было полно небольших алых яблок. — Куда?! — остановил его Клык. — А что того? — спросил Парниша, которому пришлась по вкусу идея разнообразить рацион. Сталкер молча метнул камушек в сторону ствола, и тот моментально разорвало на части. — А почему детектор не пищит? Клык пожал плечами. Группа углубилась в заросли, пробираясь по бывшей улице к бетонному строению. Сохранилось оно плохо. Всё мало-мальски ценное было вынесено, вывезено и выпилено ещё до Второй катастрофы, осталась лишь бетонная коробка с глубокими траншеями в полу первого этажа, где, скорее всего, шли коммуникации. По оставшемуся бетону было трудно даже предположить, для чего служила эта постройка. Сталкеры расположились в одной из опустошённых комнатушек. Парниша после ужина утомлённый дорогой быстро уснул. Он, конечно, был включён с график дежурства, но Клык, прекрасно помнил какой из него «сторож» и собирался подежурить вместе с ним, а может и за него. Сталкеру всё равно не спалось, вполне понятное чувство натянутой струны маячило на границе сознания, но она не спешила рваться, что наводило на весьма странные размышления. Немного полежав и поняв, что ему не уснуть, он вернулся к дежурившему Шептуну. Не стоит с ним сближаться! Но чём себя занять кроме разговора? Может так, и спать захочется? Для Шептуна не было открытием, что Клык картавит, как сталкер не старался в осознанной речи обходить проблемные звуки, а вот своих неосознанных монологах он этого делать не мог, но сейчас похоже он плюнул на подбор синонимов, кажется, его это перестало полностью беспокоить. Даже если получалось «хлам» или «блат». Ему на это было будто бы всё равно. А главное понимай, как хочешь и не смей даже улыбнуться, не говоря уже о том, чтобы поржать над «…блат, такой, его хлама в хламе набрал и приплелся весь довольный…». Сталкер уснул лишь под утро, буквально за час до подъёма, но всё же смог немного поспать. Выброса ночью не было, что заставляло насторожиться. Он не мог ошибаться, это ощущение не раз ему жизнь спасало. Шептун же спал сначала весьма скверно, ибо ошибся с расположением своего спальника и пару раз получал ногами по своим. Парниша жутко вертелся всю ночь. После завтрака сталкеры покинули приютивший их абандон. Пройдя некоторое расстояние. Клык остановился, смотря на один из приусадебных участков, где виднелись тонкие ветки вишнёвого дерева. — Всё ещё хочешь? Или ты только по яблокам? — как-то странно спросил он. — Нет, — ответил Шептун, обрадовавшись. — Не помню, когда в последний раз ел вишню! — Кидай рюкзак, — кивнул Клык, подавая пример, опуская на землю свой. — Постоложи, — приказал он Парнише. — Эй! Я тоже хочу! — возразил тот. — И на тебя соберём, — ответил Клык, пресекая всякие попытки Дани пойти вместе с ними. Шептун углубился в заросли первым. Он любил вишню, больше всяких яблок. В голове закрутился куплет песни такой банальной и известной, но вот припомнить её целиком он не мог. Дерево росло в импровизированной катке, тазу без дна, из которого «вытекала» трава. Её ветки были усыпаны ягодами. Кислая здесь вишня. Мелкая. Мало ей здесь солнца. Вряд ли вызреет в этом году, уже конец августа. Не повезло ей оказаться здесь, несколько километров на юг и давно бы она уже отплодоносила бы. Не была бы она бы так неприхотлива, давно бы загнулась бы. Шептун быстро принялся собирать дерево, несмотря на кислоту ягод. Впервые за последние месяцы он ел что-то вкусное. А ведь вчера он рассказывал Клыку, как любит вишню. Запомнил! Во мужик! Женьке казалось, что сталкер стоит и улыбается. Он вполне отчётливо слышал его мнение об этой вишне. Ну и что, что кислит? Это даже лучше. Жека насытившись, вспомнил про Парнишу, которого оставили сторожить рюкзаки, и набрал для него. Руки быстро наполнялись ягодами, и он обернулся к Клыку, спросить, не найдётся ли у него хотя бы пакета. Сталкер стоял, сжимая в руках свой пистолет. Шептун сначала, даже, ничего не понял. — Не найдётся, во что вишню положить? — спросил он, всё ещё улыбаясь. — Извини, — Клык поднял пистолет и выстрелил. С лица Жеки успела сползти улыбка и его лицо застыло в изумление. Тело упало. Ягоды выпали из ладоней и рассыпались вокруг. Так он и остался лежать в траве наполненной опавшей вишней. Так как и хотел мгновенно и без мук, почти не успев ничего понять. Не зря Клык задал ему вчера этот вопрос невзначай. Сталкер ненадолго задержался над трупом, затем спрятал пистолет, подошёл к нему, убедился, что парень мёртв, забрал его КПК и ушел, вернулся на заросшую улицу.