В лучших традициях Питера Хейла

6:30 Громко пискнула микроволновка. Шериф захлопнул дверцу шкафчика и поставил упаковку сахарных хлопьев на стол рядом с пустой тарелкой. Стайлз, как и отец, предпочитает легкий сладкий завтрак плотному. Вот только старший Стилински - любитель вафель с кленовым сиропом. Тостер издал противный лязгающий звук и любимые горячие вафли легли на тарелку. Стайлз должен был уже спуститься, но, очевидно, вчера сын лег поздно, а значит, будить придется в третий раз и радикально. Захватив стакан с водой, шериф поднимается в комнату сына. Стайлз и одеяло лежат в той же последовательности, в которой шериф стягивал их с кровати – подросток, сжавшись на полу в трогательно сопящий комочек, безнадежно пытался натянуть подмятое под себя одеяло. - Стайлз, - позвал шериф, не думающего просыпаться сына. – Вставай! – и для верности полил того водой. – У тебя двадцать минут на то, чтобы почистить зубы, одеться и позавтракать, - усмехнулся шериф, наблюдая за отфыркивающимся и недовольно щурящимся сыном. – На душ ты не оставил себе времени, а умывание я тебе обеспечил. К тому моменту, когда шериф закончил делать фреш из апельсинов, обиженный и сильно недовольный Стайлз появился на кухне, шумно усаживаясь за стол и потряхивая коробку с хлопьями. - Молоко в микроволновке. Шериф поставил перед сыном стакан с соком и уселся напротив, обильно поливая вафли сиропом. Младший Стилински благодарно булькнул в стакан, блаженно постанывая, выпил сок залпом и поплелся за молоком. Им нечасто удавалось встречать утро вместе за завтраком, и, несмотря на отсутствие кофе и недосып, настроение было хорошим. - Что у нас еще закончилось? – поднял тему Стайлз, активно работая ложкой. - Всё, кроме овощей, сосисок и яиц. - На этой неделе твоя очередь закупаться, - напомнил Стайлз, разделавшись с едой, и сгрузил посуду в раковину. - А твоя – мыть посуду. - Спасибо, па. Я ушел. Хитрый маленький подлиза изобразил глухого и быстренько свалил, скинув на отца свои обязанности. Шериф склонился над мойкой, зачем-то выглядывая в окно – большой стакан с логотипом любимой кофейни стоял на крыше его незагнанной после ночной смены машины. Кофе хотелось сильно, но не до глюков же в самом деле. Стилински закрыл глаза, помассировал веки, открыл, но картина не изменилась. Шериф вышел на улицу, позабыв выключить воду, медленно спустился с крыльца, но видение не рассеялось, даже когда он протянул к нему руку. Аромат кофе ласкал ноздри, слюна тут же скопилась на языке. Хейл стоял на том же месте, что и прошлый раз, откинувшись спиной на свой автомобиль. Расслабленная красивая поза и напряженный немигающий взгляд. Предсказуемо? Нет. Ожидаемо? Да. Горчично-фисташковый кардиган небрежно распахнут и нежно молочный свитшот с V-образным вырезом оголяет ключицы и часть груди – почти пошлость, но ему так идет. Шериф неторопливо рассматривает живое искушение, Хейл не мешает, ждет – он сделал свой ход. И так легко обмануться, принять жест за простую благодарность. Безразлично кивнуть в ответ и тут же выкинуть из головы все очевидные детали – проигнорировать отмашку на старте для новой игры. И это правильно, и это нужно, но впервые так трудно себе отказать, когда, казалось бы, давно привык. Взгляд давит, подгоняет, злорадный рот приоткрывается, собираясь ужалить, спровоцировать, дожать. Стилински торопливо салютует презентом, делает глоток под прицелом жгучих глаз, пряча понимающую улыбку за кромкой стакана. Такой весь недалекий, не умеющий читать между строк. Питер задумчиво сводит брови – не гонят, но и не приглашают. Понимай, как сможешь. Шериф бросает последний долгий взгляд и скрывается в доме. Ему так много нужно успеть. Сегодня снова в ночь. 11:00 Список был достаточно большим, Стилински справился лишь с половиной, а времени потратил много. А еще успеть бы разобрать всё по возвращению и выспаться. Запахи кофейного ряда притягивают к себе магнитом. Шериф сворачивает к ярким заставленным разнокалиберными банками и пакетами полкам, замирает в нерешительности перед нескончаемым разнообразием. - Я могу быть твоим проводником в мире кофе, - шелестящий полушепот ложится на кожу за ухом. Стилински не сразу реагирует, неуверенный в реальности услышанного. Руки появляются на ручке тележки, ощутимо прижимаясь к коже ладоней. Шериф поворачивает голову, встречаясь с вызывающе бесстыжим взглядом. – Хочешь? Молчаливый кивок, и они медленно движутся вдоль ряда. Он сам выбрал эту роль сегодня утром и обязан сыграть ее до конца. Питер умело контролирует процесс: Стилински не чувствует давления его тела – личное пространство нарушено, но критическая граница не задета. Чем больше длина пути, тем выше становятся цены. Шериф неуверенно замедляется и оказывается мягко впечатан в твердое и горячее тело Хейла от бедер до лопаток. Возражения и доводы рассыпаются в голове. - В поисках удовольствия о цене следует забыть. Читающий мысли полушепот и настойчивое движение вперед. Шериф зажмуривается, подчиняясь. Ему кажется, что мурашки сотрясают тело слишком сильно, и Хейл об этом знает. Очередная пауза по непонятной причине слишком невыносима. Чтобы отвлечься, шериф мысленно читает названия на упаковках. - Ты смотришь на сорта, которые хоть и выращены в Зимбабве, но паршивого качества, - Питер, наконец, говорит нормально и Стилински отпускает смущение. – К тому же, несмотря на превосходный аромат, вкус имеет ярко выраженную фруктовую кислотность. Они проходят еще немного и Питер, не останавливаясь, подхватывает одну из упаковок и, плотно прижимаясь к шерифу, аккуратно опускает кофе в тележку. - Один из лучших сортов Руанды, - поясняет Хейл отстраняясь. – Имеет ярко выраженный вкус шоколада с характерными нотами ванили. Напиток средней крепости, как раз для твоего ребёнка. - Хейл говорит так покровительственно, будто Стайлзу пять месяцев, а шериф – молодая неопытная мать. Стилински недовольно поджимает губы. - Стайлз не такой уж ребенок, и он пьет то же, что и я. - Поверь мне, ему понравится, - вкрадчивые интонации и жаркий шепот над ухом. Шериф из последних сил заставляет себя не дернуться. Он не сорвется первым, не в этот раз. Питер прощупывает границы дозволенного и обязательно нарвется, хорошенько получив за свою наглость, когда меньше всего будет ожидать. Избавиться от него можно только так, выбрав правильный момент. - Ладно, спец, а что ты скажешь об этом? – Хейл услужливо притормаживает, и пальцы Стилински ложатся на упаковку с кошмарной, по его мнению, ценой. - Кофейные зерна Танзании, - медленно, смакуя, произносит Питер. – Остывая, приобретают вкус жасмина. Напиток со сложным ароматом: бренди, абрикос, миндальное масло. Звучит столь необычно и соблазнительно, что Стилински решается, вспоминая совет о цене. Была не была. Хейл легко шлепает его по руке, лишь пальцы обхватывают выбранный товар. - Не стоит, - насмешливо звучит на вопрос в глазах. – Они испорченные. Всё, что ты почувствуешь – резкий вкус, отдающий мешковиной. - Откуда ты знаешь? - Проблемы с доставкой выливаются в ненадлежащее хранение. Простой ответ, непоколебимая уверенность и обширные знания не только кофе. Стилински невольно проникается уважением к неординарному мужчине. Змея-усмешка покидает лицо Питера и ее место занимает мягкая улыбка. Хейл смотрит на него, привычно не моргая, и былая скованность возвращается к Стилински. - Правильный выбор тебя утешит, - с непонятной интонацией произносит Питер, и они идут дальше. - А каков же твой выбор, Хейл? – шериф вдруг понимает – ему действительно интересно. - Я полигамен в своих предпочтениях, Стилински, - опять эта гаденькая едкая интонация, пробирающая до костей бешенством. Иллюзия нормальности Хейла пропадает. – Предпочитаю чистейшую арабику с родины кофе – Эфиопии. Сорт из лучших зерен. Тонкий аромат, нежное послевкусие и душистый винный привкус. Кофе для особых случаев, и пью я его с особыми людьми. Звучит красиво и обидно. Шериф назло себе хочет увидеть этот кофе, но Хейл опережает его вопрос своим ответом: - Его здесь нет, зато есть тот, который я употребляю примерно раз в месяц, - они останавливаются неожиданно, и Питер накрывает шерифа в странном захвате-объятии. Его правая рука отпускает ручку тележки и с затаенной грацией, сглаживающей резкость движения, приближается к средней полке. – Кофе Индонезии, - указательный палец плавно скользит вверх-вниз, нечаянно лаская. – Прекрасный настой: тягучий, густой. Неуловимые ноты земляного, грибного вкуса и горько-сладкое послевкусие в конце. Как раз для ночи полной луны, - последние слова шерифу, кажется, почудились. – А вот и твой ароматный напиток, - довольно тянет Хейл, жестом фокусника вытаскивая с дальней полки незамеченную ранее упаковку. - С чего бы такая уверенность? – недоверчиво бурчит Стилински, пытаясь отыскать цену бескомпромиссно выбранного товара. - Лучший сорт мексиканского кофе с ферм в районе Оахаки, - голосом консультанта года начинает Питер. – Многим он нравится своей особенностью – по мере остывания становится крепче. Благодаря разной степени обжарки ударит по твоим вкусовым рецепторам ярким послевкусием ванили, кленового сиропа или карамели и подарит почти гастрономический оргазм. Стилински пораженно смотрит на упаковку в руках Питера, потом в лицо самодовольно улыбающегося Хейла. Стопроцентное попадание. Он полюбит этот кофе. Без вариантов. - Позволь мне купить его тебе, - предлагает Хейл на грани приказа. Глаза серьезные и странные, почти как в ту ночь в заповеднике. Чем дольше в них смотришь, тем слабее сопротивление. - Спасибо, но… - Я должен, - чеканит Питер, впиваясь колючим взглядом в кожу лица шерифа. Проще уступить – это всего лишь кофе. Чертовски дорогой, надо полагать. Наличных вряд ли хватит и на тот, другой, для Стайлза. У кассы они выкладывают продукты на ленту в две руки. Шериф настолько озабочен вопросом денег, что не видит в этом ничего подозрительного. Хейл стоит ближе к кассиру, и пока Стилински отворачивается в поисках кошелька, Питер протягивает свою карточку для оплаты. - Что ты делаешь?! – шипит шериф, не имея возможности добраться до Хейла из-за чёртовой тележки, разделяющей их. - Расплачиваюсь, - терпеливо объясняет Хейл, улыбаясь грудастой девчонке за кассой. - Не берите у него карту! Я не позволю тебе… - Не будь феминисткой, Стилински. Шериф задушено кашляет, не веря в то, что слышит такое на полном серьёзе. Девчонка-кассир шокировано округляет глаза с густо нанесенной тушью, и это не кошмарный сон - с отчаянием понимает шериф. - Желаете товар по акции? Вторая упаковка презервативов бесплатно, - с чувством произносит размалеванное молодое чудовище, преданно глядя на Питера. Стилински мечтает провалиться сквозь пол и таким образом очнуться дома и тихо дотлеть от стыда на своём стареньком диване. - Желаем, - с энтузиазмом голодного волка подтверждает Питер, и девчонка, наконец, принимается выбивать чек, не забыв перед этим подмигнуть шерифу.