Подарок судьбы

      Хеймитч и Эмили шли уже довольно давно и еще пару раз замечали какие-то шорохи и шевеления в стороне от намеченной ими тропы, но так никого и ничего не увидели.       Ментор не мог похвастать достаточными знаниями в области ботаники, поэтому новые союзники даже не притрагивались к растущим в изобилии ягодам, набрав лишь диких яблок с нескольких деревьев, попавшихся им на пути. Эбернети отдал обе фляги воды Эмили, а его рюкзак они, за неимением другой еды, кроме странной упаковки, в которой юная мисс Тринкет признала синтетический заменитель мяса, набили яблоками.       За все время пути они перекинулись лишь парой не особенно значимых фраз. Во-первых, беззаботно болтать, пока вокруг непонятно что твориться было, по меньшей мере, глупо. К тому же, и непривычной к подобным условиям капитолийке, и забросившему себя ментору было достаточно тяжело идти и одновременно разговаривать. Поэтому все расспросы негласно решили оставить на время привала. Мужчина только узнал, что все двадцать четыре похищенных в Капитолии ребенка здесь и, судя по тому, что им сказали, происходит тут на самом деле что-то вроде Голодных Игр, только не совсем традиционных. У Хеймитча было достаточно много времени, чтобы подумать о происходящем, но он никак не мог сконцентрироваться на какой-то одной мысли. Он все время метался от размышлений о том, кто и для чего мог придумать весь этот бред с Играми, к идущей рядом с ним юной капитолийке, а периодически и вовсе прерывались внезапным шорохом неподалеку, от которого Эбернети вскидывался и прислушивался, боясь пропустить опасность.       Пока ясно было одно – сбылся самый страшный кошмар наставника Двенадцатого Дистрикта – он снова вернулся пусть и не настоящую, но все же арену, да еще и не один. Оставалось только надеяться, что отсутствие пока что проявления каких-либо вмешательств со стороны организаторов всего этого безумия, является хорошим знаком, а не затишьем перед бурей. «Странно, почему тут оказался именно я?» - подумал ментор, и его тут же озарила догадка, которую немедленно подтвердила Эмили.       - Остальные тоже тут? - спросил мужчина, останавливаясь и оборачиваясь к спутнице.       - Да, - ответила капитолийка, спустя несколько секунд, осознав, о ком именно говорит ее новый покровитель, если его можно было так назвать. – По крайней мере, нам сказали так. Хотя я кроме вас никого не видела из победителей, - добавила она, пожав плечами.       Девочка тяжело вздохнула, и Хеймитч, окинув ее взглядом, скомандовал:       - Привал.       Эбернети видел, что попутчица его вымотана, да и сам он уже больше полудня провел на ногах. К подобному ни он, ни тем более, капитолийка не были привычны. На пути как раз попалось более или менее подходящее укрытие – что-то наподобие низкой беседки, образованной из переплетения ветвей трех стоящих рядом друг с другом деревьев. Здесь было небезопасно, но за неимением лучшего, подошло и это. Стоило отдохнуть хотя бы затем, чтобы быть в состоянии отразить атаку, если понадобится. Тем более что теперь Хеймитч должен был заботиться не только о себе, но и о девочке, которая оказалась… дочерью.       Хеймитч до сих пор не стремился заговорить с девочкой еще и потому, что чувствовал себя неловко, словно не на своем месте. Так странно. Узнать, что у тебя есть кто-то родной и на следующий день уже оказаться рядом с ним. Да еще и в такой ситуации. Эмили, естественно, ни о чем не подозревала. И это, с одной стороны радовало ментора, ведь неизвестно чем могло все обернуться, узнай капитолийка что-то о нем. А с другой, напрягало. Он не знал, как вести себя со своей новообретенной дочерью.       «Дочь» - подумал Хеймитч, пытаясь свыкнуться с мыслью, что его долгом теперь стала защита юной мисс Тринкет. Девочка была удивительно похожа на мать: те же большие небесно-голубые глаза, те же светлые волосы, которые сейчас были собраны в чуть растрепанную простенькую косу. Эмили также хмурила от недовольства светлые брови, когда в очередной раз спотыкалась, так же поджимала губы, цепляясь одеждой за ветви кустарника. Ментор поймал себя на мысли, как много отличительных жестов Эффи он знает, хотя никогда особенно не приглядывался к поведению куратора. Вот что значит долгие годы работы бок о бок. А что до девочки, то он просто не мог периодически не поглядывать на нее. С одной стороны, он должен был быть все время начеку, чтобы Эмили не пострадала, раз уж он взялся отвечать за ее жизнь и безопасность. А с другой – ему просто было любопытно. А вот что ментора действительно радовало, так это то, что девочка не выглядела капризной столичной девицей. Она, хоть и вздыхала и порой спотыкалась чуть ли не на ровном месте, но молча шла следом, не позволяя себе ни слова недовольства. И мужчина чувствовал, что эта ее твердость подкупает его. Хотя, быть может, она просто была слишком напугана и боялась, что новый покровитель оставит ее без защиты. В любом случае, Хеймитч был рад, что Эмили вела себя сдержанно и настолько спокойно, насколько это вообще возможно в данной ситуации.       - Уфф, - выдохнула девочка и тут же опустилась на землю. Ей было уже все равно, куда и как, лишь бы сесть. И она просто прислонилась спиной к ближайшему дереву, чувствуя, как неудобно давит на поясницу выступающий участок ствола. Эмили не находила в себе сил даже чтобы просто подвинуться.       Хеймитч пристроился неподалеку. Он тяжело опустился на землю напротив и, вздохнув, прислонился к своему рюкзаку, который предварительно скинул с плеч.       - Передай-ка мне воды, - попросил Эбернети, понимая, что самому встать просто нет ни сил, ни желания.       Девочка подняла с земли фляжку и, чуть подавшись вперед, протянула ее ментору. Она тоже старалась не делать лишних движений.       - Так что там с этим безумием? Ты говоришь, тут должны быть все победители? – спросил ментор, сделав пару больших глотков. Было непривычно обходиться без алкоголя и, хотя в последнее время Хеймитч пил не так много, отсутствие спиртного давало о себе знать. Он чувствовал сильное желание выпить чего-то покрепче, чем вода. Увы, это было невозможно. Поэтому мужчина решил сосредоточиться на их общей проблеме, чтобы хоть немного отвлечься.       - Да. Кажется, не должно быть только Бити, потому что те люди считали, что это будет неинтересно. Он ведь не ходит, - устало проговорила мисс Тринкет, безразлично глядя на своего нового союзника.       - Ты видела кого-то еще? – поинтересовался мужчина.       - Только трибутов. Из победителей только Вас, - отозвалась собеседница. Они говорили тихо, чтобы не привлекать лишнего внимания, но сама Эмилия чувствовала, что у нее просто нет сил даже просто говорить громче. Она с ужасом подумала о том, что может случится, если на них кто-нибудь нападет. Она, конечно, надеялась на защиту Эбернети, но не была уверена, что он сможет одолеть врагов в одиночку, как бы хитер или силен он не был.       - А эти люди, они не говорили, зачем мы тут? – спросил ментор. Он то и дело поглядывал по сторонам, все время старался быть начеку. Все же, он не мог поручиться в том, что сможет защитить себя и девочку.       - Говорили. Сказали, вы – менторы. Но только теперь немного по-другому. Вроде как «усовершенствованные» Игры. Нам сказали, что победить сможет только кто-то один, и он же сможет выбраться вместе со своим ментором, если таковой будет, - сообщила Эмили, дотянувшись до второй фляжки с водой. Отпив немного, она положила сосуд рядом с собой, ожидая дальнейших расспросов.       - А кто это был? Как они выглядели? – снова заговорил Хеймитч спустя несколько минут.       - Не знаю, - пожала плечами мисс Тринкет, - обычные капитолийцы. Они не называли своих имен, не говорили ничего при нас.       - Выходит, все это спланировано и организовано кем-то из капитолийцев? – мужчина удивленно вскинул брови. Он никогда бы не подумал, что кто-то из столичных неженок способен провернуть подобное в отсутствие поддержки Сноу. Хотя, кто их всех знает?       Эмили в ответ лишь пожала плечами.       Еще некоторое время Эбернети молча переваривал услышанное, а потом задумчиво кивнул каким-то своим мыслям и обратился к своей спутнице.       - Как бы там ни было, это не настоящие Игры. Правительство не санкционировало подобные… вещи, - проговорил он, стараясь подбирать слова и не пугать еще больше и без того напуганного ребенка. Конечно, девочка сейчас была очень уставшей, и ей было не до всего остального, но Эбернети знал, что ей все же страшно. По-другому просто не могло быть, ведь страх – это нормальная реакция человека.       Капитолийка кивнула, соглашаясь с доводами своего покровителя.       - А пока стоит поесть хотя бы то, что у нас есть, - вздохнул мужчина, доставая из рюкзака яблоко. Приложив совсем немного силы, он бросил фрукт капитолийке, и та, немного подавшись вперед, неловко поймала его обеими руками.       - Выходит, ты выбрала в менторы меня, - поинтересовался Хеймитч, вгрызаясь в другое яблоко.       - Ага, - согласно кивнула мисс Тринкет, не особенно охотно вгрызаясь в твердую кожуру зеленоватого фрукта.       - Почему, интересно знать? – проговорил Эбернети, глядя на собеседницу, - я давно уже не молод и не настолько силен, чтобы защитить тебя, - предупредил он, хитро прищурившись.       - Надеялась, что не убьете меня сразу, если я упомяну маму. Подумала, хоть вы и не очень хорошо с мамой ладите, но может, поможете мне, - ответила капитолийка, и в голосе ее промелькнуло что-то похожее на грусть, - а там как пойдет.       - Выходит, ты угадала, - угрюмо усмехнулся мужчина, - раз уж ты теперь моя подопечная, значит я за тебя в ответе.       Солнце скрылось за горизонтом, на землю спустились сумерки. И, если где-то на открытом пространстве еще можно было что-то увидеть, то под сенью раскидистых крон стало совсем темно.       - Мы же сегодня больше никуда не пойдем? – с надеждой в голосе спросила Эмили. Она чувствовала, как напряженно «гудит» каждая мышца в теле и с ужасом думала о том, что будет на следующий день. Девочка помнила, как болело все тело, когда она только начинала ходить на танцы. Да и то, нагрузки там были ничто по сравнению с расстоянием, которое они одолели за полдня. Капитолийка вздохнула, мысленно жалея, что забросила танцы больше года назад. Сейчас ей пригодилась бы хотя бы привычка мышц к работе.       - Нет, хватит на сегодня. Нужно отдохнуть, - ответил ментор, понимая, что и сам он не в состоянии куда-либо идти, - спи первая. Я посторожу, - предложил мужчина. Он знал, что не сможет уснуть на трезвую голову и надеялся, что хоть Эмили удастся отдохнуть.       Девочка облегченно выдохнула и, удобнее пристраиваясь на зеленом ковре из трав, протянула, чувствуя, как ее смаривает сон:       - Разбудите меня потом, я посторожу.       Хеймитч не стал отвечать. Он лишь внимательно наблюдал за девочкой. Эмили немного поерзала, пытаясь устроиться удобнее. Спать на голой земле было, конечно, ужасно. Но капитолийка была настолько вымотана, что просто не успела об этом подумать. Единственное, что ее мучило, так это холод, который становился тем сильнее, чем больше сгущалась над поляной ночная темнота. Юная мисс Тринкет подтянула к груди колени и обняла их руками, сжимаясь в комок, чтобы хоть как-то сохранить остатки тепла.       Ментор, все это время, казалось, бездумно глядел поверх мерзнущей девочки. Но вот он не без труда поднялся, оттолкнувшись от земли. Сняв с себя куртку, в которой был во время нападения неизвестного еще в столице, Хеймитч подошел к девочке и аккуратно накрыл ее. Конечно, тонкая куртка не могла как следует согреть капитолийку, но это было все же хоть что-то. Мужчина отошел к другому дереву и сел, привалившись к его стволу, заняв удобную для наблюдения позицию. Было опасно оставаться на земле, но ни он, ни тем более, Эмили не смогли бы забраться на дерево или что-то в этом роде. Он был уже слишком стар для подобных подвигов, а девочка и вовсе, никогда бы не согласилась проделать нечто подобное. Эбернети глянул на спящую подопечную, и губы его невольно тронула легкая улыбка. Девочка по-прежнему лежала, скрючившись, но тело ее не было напряжено. Она закуталась в импровизированное одеяло, вцепившись в край куртки руками и тихо посапывала. Ментор вдруг подумал, что все это безумно похоже на сон и если бы не странные условия и не опасность, нависшая над ними обоими, это мог бы быть даже вполне приятный сон.