Спаси и сохрани

Неделя. Целая неделя прошла с тех пор, как я и Свят путешествовали по миру, направляясь к пустынным землям. Зачем нам туда и что за товарищ у него такой, мне не сказали. Сначала туманно поведали, что персона это крайне важная и особенная, а потом просто стали игнорировать ничего не понимающую меня. Покинув родную деревеньку поздно ночью, к утру мы вышли к небольшому городишке с множеством деревянных построек и кучей снующих туда–сюда людей. Глазея с открытым ртом по сторонам, я впитывала каждый фрагмент новой для меня обстановки. Повсюду стояли торговые прилавки, слышались оклики зазывал. Благородно одетые барышни в сопровождении мужчин и мальчишки–оборванцы, снующие между людей – все это сливалось в единый шумный поток, беспрерывно текущий по главной улице. Так как персоной я с самого детства была крайне простой, а потому не испорченной, то следует заключить, что и в городе оказаться довелось впервые. Именно поэтому, зазевавшись на красивую парчовую юбку, разложенную на ближайшем прилавке, совершенно не заметила камень под ноженьками своими. Вообще с камнями у нас всегда отношения противоречивые складывались. И как они меня только находят, ума приложить не могу? С прискорбным воплем растягиваюсь под прилавком, тут же привлекая внимание своего чуткого и понимающего учителя. Задумчиво потерев подбородок, эта старая бородавка одним движением вздернула меня с земли, поднимая на ноги. Увы, подняться я смогла лишь на четвереньки, а потом головушка моя невезучая весьма точно вписалась в прилавок, возвышающийся сверху. Перед глазами закружились черные мушки, заставляя тряхнуть головой. - Ох, непутевая ты все-таки… - словно присказку выдал с усмешкой Свят, а я фыркнула, потирая стремительно увеличивающуюся в объемах шишку. - Можно и поласковее помочь! Я девушка хрупкая, нежная… Дальнейшее позиционирование лучших сторон моей светлости Просвещенный пропустил мимо ушей, схватив за руку, которая мгновенно утонула в его огромной мозолистой ладони. До постоялого двора меня тащили, как на буксире, совершенно не давая какого-либо простора для самодеятельности. Сняв комнату и оставив в ней большую часть своих вещей, а также меня, Свят велел отдыхать, пока его не будет, а также убедительно просил не влипнуть в неприятности. Смиренно покивав в такт словам, проводила учителя взглядом, а когда дверь за ним закрылась – блаженно растянулась на кровати. Мягкая перина прогнулась под весом моей тушки, веки смыкались от усталости и бессонной ночи. Повернувшись к окну спиной, я поглубже натянула на глаза одеяло и тут же провалилась в глубокий сон. Мне снилась пустота. Огромное темное «ничего» окружало со всех сторон, словно я была слепа, как новорожденный котенок. Шаги эхом разносились вокруг. Остановившись, медленно приседаю, словно бы боясь, что тут же рухну сквозь землю. Руки наткнулись на холодную шершавую поверхность грубого камня. «Пещера». Абсурдная мысль пронеслась в голове, но, за неимением других, я решила с ней согласиться, приняв для себя такое местоположение. Выпрямившись, я продолжила свой путь в «никуда», изредка останавливаясь, в надежде, что смогу уловить хоть какой-то звук, помимо своих собственных шагов и тихого дыхания. Потерев рукой зудящий нос, громко чихнула и на минуту зависла, серьезно размышляя о том, возможно ли испытывать во сне такие ощущения. Слишком уж реалистично это все. Отклик последовал незамедлительно. Чуть впереди раздалось сонное урчание, теплой волной воздуха пошевелившее мои волосы. Остолбенев, до отказа вытаращила глаза, надеясь разглядеть источник шума и молясь Самоху, чтобы им оказался какой-нибудь пушистый хомячок с очень большим объемом легких. То, что проигнорировало меня даже Божество - не удивило ни грамма, а вот вспыхнувшие впереди меня огни, заставили сглотнуть, нервно дернувшись назад. В полутора метрах от моей персоны, в непроглядной тьме пещеры полыхали два огненно-золотых глаза. Рассеченная узким полумесяцем зрачка радужка без белка светилась как-то зловеще и пугающе. Чувствуя себя глупой крольчихой, по собственной же глупости угодившей в логово к удаву, я покрылась холодной испариной, не мигая таращась в жуткие глаза монстра напротив. Неожиданно уровень глаз сместился, резко взмывая вверх, отчего я бессознательно задрала голову. Послышался лязг когтей по камням, а также скрежет, как будто что-то увесистое ерзало туда-сюда. Хвост, панически пронеслось в голове, а после чудовище раскрыло пасть, освещая округу пламенным заревом, вырвавшимся из драконьей глотки. А я закричала, силясь закрыться от огненного шквала, направленного в мою сторону. Резко дернувшись, выныривая из пут жуткого кошмара, моя персона с визгами, достойными барышень кисейных, полетела на пол, весьма неизящно распластавшись на холодных досках. Дыхание было неровным, а тело била дрожь, но при всем это мне было невыносимо жарко. Горячая, будто доведенная до кипения кровь струилась по венам, принося болезненные ощущения и слабость. Пошатываясь, поднялась с прохладных досочек, с которыми за секунды нашего «общения» неплохо сблизилась. Дверь комнаты открылась, являя взору Свята в свежей рубахе и влажными волосами. Видимо, мужчина недавно вернулся, но решил не будить бедную, уставшую меня, а сходить освежиться, дав тем самым ученице лишних полчаса сна. Взглянув на меня, мужчина тут же нахмурился и подступил ближе, проведя рукой по всклоченным волосам, задрал вверх мою голову, заставляя взглянуть в его глаза. Его всегда теплые ладони сейчас казались мне ледяными, и я с упоением впитывала в себя каждое прикосновение, радуясь минутному облегчению, которое они приносили. Резко повернув мою голову вбок, мужчина перебросил мою косу за спину и уставился на участок кожи за ухом, нахмурившись еще больше. За всеми его манипуляциями я смотрела как-то отрешенно, словно сквозь огромную толщу воды, в которой застряли все эмоции. Резко накатила апатия. Отпустив меня, наконец, Свят отошел к сумке и отрывистыми движениями начал что-то искать там, упорно стараясь не смотреть на меня. - Что ты делала, пока меня не было? Фыркнув, сфокусировала взгляд на напряженной спине и попыталась разрядить обстановку. - Наслаждалась жизнью без… - Что. Ты. Делала?! - Рявкнул, резко разворачиваясь, отчего я мгновенно замолчала, прикусив язык. Таким не на шутку злым я видела своего Свята впервые. И это немного пугало. - Спала… - отрывисто выдохнула, растерянно вглядываясь в нечитаемое лицо моего наставника. Стало почему-то совсем не до смеха. Взъерошив волосы, мужчина дергано начал собирать наши вещи, а я в прострации следила за его манипуляциями, не понимая, к чему нужна спешка и зачем этот затейник–одиночка вообще решил прибраться на ночь глядя. - Вставай, мы уходим, – глухо обронил, швырнув в меня моим же плащом. Возмущенно чихнула, вдохнув облачко пыли, которое поднял мой атрибут одежды, а рука на автомате потянулась к затылку и мимоходом скользнула за ухо. Пальцы мгновенно замерли, судорожно проведя по коже, а глаза уставились на Свята, который, тяжело вздохнув, сел напротив. За ушком на шее, где судорожно билась жилка, отчетливо ощущались маленькие гладкие чешуйки. Штук пять или шесть, они цепочкой спускались вниз, а кожа вокруг них была горячее обычного. - Это… - Метка. - Метка? – сглотнув вязкую слюну, сипло повторила, силясь понять, к чему ведет Просвещенный. - Знак того, что чистота твоей души совпадает с чистотой души другого существа этого мира. То, что ты чувствовала после пробуждения – не твои ощущения, а его. Черт подери, теперь он знает о тебе и сможет почувствовать, если мы не будем осторожны… Не понимая его терзаний, слегка поерзала, продолжая теребить рукой чешуйки. - Но что плохого в том, что есть еще один человек с, как ты говоришь, такой же чистотой души? Он где-то там, я где-то здесь, зачем ему вообще чувствовать нас? - Потому что ты его путь к абсолютной неуязвимости! – хрипло припечатал мужчина, исподлобья глядя на мою тушку, что время от времени передергивала руками. - Человек, даже такой как ты, не может быть совершенно неуязвим, Свят. Мы смертны, а наше время скоротечно. – Беспечно пожимаю плечами, вспоминая первое, чему меня начал учить Паломер. - Поверь мне, девочка, я был бы безгранично счастлив, если бы чистоту своей души ты могла разделить именно с человеком… - В каком-то обреченном тоне мужчины явственно послышалась безысходность. Сердце ухнуло вниз, и я замерла, впитывая каждое слово, зарубцовывая его у себя в голове. - От человека я бы тебя спас легко… - От кого же спастись трудно? – прохрипела, подсознательно зная ответ, а чешуя на шее на секунду вспыхнула теплом, разошедшимся по телу. - От дракона… И эти его слова для меня прозвучали подобно приговору, усугубляемые мрачным полумраком комнаты.