Не хочу быть Довакином!

      С утра, после физических упражнений исключительно в моём исполнении, поскольку Ходур продолжал спать сном праведника, мы стали держать совет. Точнее, это больше походило на допрос: где был, с кем был, что видел, и так далее. Меня интересовал Ветреный Пик и Драконий Камень. Как оказалось, что-то похожее висело в металлической оправе у самого древнего драугра на поясе, но посчитав его бесполезной глыбой, ребята решили не заморачиваться с непонятной каменюкой, и оставили его прямо там.       - Могу тебя обрадовать. Нам придётся за ним топать.       - Зачем?       - Затем, что это — Драконий Камень. Маг ярла Балгруфа изучает всё, что связано с драконами.       - Ну и? Мы-то тут причём? - я вздохнул.       - Представь себе, как обрадуется маг, - Ходуру, как я вижу, неинтересен такой мотив. Ну, зайдём с другой стороны. - И представь, какую награду он нам отвалит за это.       - Ничего он нам не даст. Хорошо, если по шее не надаёт. Я же бывший преступник, не забыл? - а всё равно я тебя заинтересовал! Меркантильная твоя душонка.       - Тогда так. Сначала идём во дворец ярла, выбивать себе гарантию награды, и не спорь! Я у ярла на хорошем счету.       - Ну так вот, слушай, - наставлял я по дороге Ходура. - Ярл не знает, что я был в Хелгене, и ему это знать необязательно. Тебя же мы представим, как беженца, жертву обстоятельств. Мол, едва ли не силком тебя тащили к Ульфрику, а потом ты и думать про Хелген забыл. Да так и было же, верно? - имперец кивнул. - Ну вот. Ты рассказываешь, что видел там, в красках, чтоб тебе поверили, а после спрашиваем, чем ещё мы можем помочь в деле противостояния драконам. И — Фаренгару точно нужен будет этот камень, вот за ним-то нас и пошлют. А ярл установит вознаграждение. И всё отлично!       - Ну, если ты так уверен...       - Уверен-уверен. Пойдём уже внутрь, не мнись, как девица, - подталкиваемый в спину, Ходур был вынужден пройти в двери. Стража с улыбками провожала взглядом нашу процессию. Внутри ничего необычного мы не увидели: ярл сидел на своём троне, слушая очередной финансовый отчёт управителя, Айрилет стояла чуть сбоку и откровенно скучала. Я подошёл поближе.       - Здравствуй, ярл! Позволь тебя отвлечь?       - Здравствуй, Ник. Говори, я слушаю, - повернулся Балгруф в нашу сторону, делая знак управителю прерваться.       - Я нашёл свидетеля событий в Хелгене. - Все в зале обернулись и с интересом уставились на нас.       - Надо же! Ну что ж, представься нам, путник... хотя погоди-ка. Ты же тот самый вор, пойманный за руку на площади?       Ходур потупился, покивал, вздохнув, и стал рассказывать о своих приключениях, начав со своего появления в Хелгене...       - Понимаете, - говорил он, - Ралоф вытащил меня оттуда. Да и вообще, хороший он парень. Что я, последняя свинья, что не могу выполнить его просьбу присоединиться к Братьям Бури? Я не смог отказать... Собственно, поэтому и не пошёл сюда. А потом — забыл, не до того было.       - Понимаю тебя, - задумчиво согласился Балгруф. - История твоя интересна, но нам пока важно другое. Айрилет, ты можешь побеседовать с нашим гостем по поводу подробностей о драконах? У тебя это лучше всех получается. Только без лишнего усердия, а то я тебя знаю. - Айрилет улыбнулась. - А ты, Ходур, не бойся, иди с ней. Это будет просто беседа, ничего больше. Нам важна любая мелочь, которая поможет в борьбе против драконов.       Они ушли куда-то в сторону спальных гостевых покоев, а Балгруф обратил своё внимание на меня.       - Ник, ты в очередной раз показываешь, что долг норда для тебя — не пустой звук. Я ценю это. Провентус, выпиши ему награду, как за голову вожака разбойничьей шайки. И знай, Ник, что у тебя есть право на просьбу мне, ярлу Вайтрана. Вот тебе моё слово.       - Благодарю, ярл, - я выдал поклон средней глубины. - Если будет нужна помощь в борьбе с драконами — зовите.       - Кстати, - ярл слегка задумался. - Не так давно Фаренгар, мой придворный маг, просил проверенного человека для своих исследований. Он просто помешан на изучении драконов. Ты, как мне кажется, подходишь как нельзя лучше. Идём. - Балгруф легко поднялся с трона и направился к покоям мага. Вот же норды, простой народ. Даже ярлы не считают за труд поработать ногами, а не гонять слуг по любому поводу.       …Ходура я ждал уже час, вдосталь успев налюбоваться парадным входом в Драконий Предел и его окрестностями. Тот вышел из дворца поникшим и усталым.       - Ну что, герой словесных баталий! Вернулся живым с поля битвы?       - А, - махнул рукой Ходур. - Даже не спрашивай. Выжала, как тряпку половую. Все соки выпила. И это она ещё не особенно усердствовала!..       - Ну а что ты хочешь, работа у неё такая. Не зря, значит свой хлеб ест. Пойдём, у нас всё вышло как нельзя лучше, я обо всём договорился.       ***       Собрались мы достаточно быстро. Только Ходуру пришлось искать себе аммуницию, а мне — одалживать в храме котелок повместительней на нас двоих да закупаться припасами, хорошо, хоть спальник да вещмешок у него были — из Виндхельма, небось, не голяком сбежал. На всю подготовку ушли остатки заработанных на лесопилке денег. Грустно, конечно, но идти в поход «без никто» - самоубийство. Пёс с ними.       Когда рассвело, мы были уже далеко за пределами ворот гостеприимного Вайтрана. Ходур, видимо только сейчас до конца поверивший, что всё взаправду, что его отпустили на свободу, шёл едва ли не подпрыгивая и болтал без умолку. Я узнал его родословную до третьего колена, привычки и характер его родственников, то, как он докатился до такой жизни, а чем больше мы приближались к Ветреному Пику — тем больше всплывала тема подземелий в общем и конкретно этого в частности. Опытным ходоком в походы Ходур не был, даже наоборот, зато слухов нахватался преизрядно, поэтому в тот раз трусил ужасно, держась преимущественно за спиной Ралофа.       - И вот прикончили, значит, мы тех бандюков, что у входа сидели, и полезли вглубь, - тараторил он. - А там — темно! Страшно! В чашах осветительных — древних, что аж жуть — угли едва тлеют вместо костерков, и тишина такая, знаешь, нехорошая... - Он прервался, как бы показывая драматичность момента. - А потом кто-то у нас за спиной зубами — клац! И заскрипело, застонало, как я не обгадился — сам не знаю. Заорал, на корточки присел, да клинком из стороны в сторону махать начал. Как оказалось, я тому мертвяку, что так напугал меня, ноги в суставах перерубил, а у них самые слабые места — суставы, кости у драугров рубить — дело бесполезное, они тяжёлые и твёрдые ужасно, оттого драугры и противники опасные. А бывают же ещё драугры-повелители, те ещё и магией наподдать могут, вообще жуть!..       И так далее. Когда терпеть такое количества слов в единицу времени стало совсем невмоготу, я решил его прервать:       - Получается, вы с Ралофом неплохую пати собрали. Он танчит, ты дамажишь да спину танку прикрываешь, только хила вам и не хватает. Нам бы в тот поход вместе сходить. Я — хил и эрдэдэ, ты — дамаг дилер, Ралоф — танк. Вот бы вместо танка нам бы паладина, тогда вообще класс...       Тишина... Благословенная тишина окутала наш маленький отряд, минут пять мы шли вообще не произнеся ни единого слова. После Ходур, наконец, созрел:       - Ты это сейчас на каком языке сказал?       - На учёном.       - Оно и видно, - озадаченно покрутил головой он. - Я аж слово через три понимать стал.       - Ничего, много книг прочитаешь — тоже умный будешь.       - Не, от книг глаза болят, да мысли появляться начинают сами по себе. Не хочу так. - Ходур подумал ещё немного, и попросил:       - Ник, а объясни на простом человеческом, что ты тогда сказал?       Фиг с тобой, золотая рыбка. Всё не твою болтовню слушать.       До конца дня я объяснял роль классов в сражении, их место в бою и тактику сводных отрядов. Ходур неожиданно оказался благодарным слушателем, хоть и чрезмерно заглядывал мне в рот. А я знай себе шёл, болтал, да поглядывал по сторонам. Видел теперь я не так, чтобы далеко, открытая местность меня нервировала до сих пор, но дальность обзора выросла ещё метров до пяти. Теперь уже я не так беззащитен, тем более с моим обновлённым телом, которое я довожу до ума на привалах до сих пор.       К ночи мы собрали хвороста, разбили лагерь, и поужинали. Ходур, сходив «до ветра», отправился спать, а я остался сторожить первую половину ночи. Сложно это, скажу я вам: без развлечений, без дел, без любого занятия бдеть, не ослабляя внимания. Периодически, когда я чуял, что вот-вот засну, приходилось вставать и делать круг почёта по рощице, которую мы облюбовали для ночлега. Свежий прохладный ветерок на границе с лесом сбивал оковы сна с потяжелевших век, облегчал муки полуночника, хоть ненадолго, но дарил бодрость. Как ни странно, но мне до сих пор было легче бодрствовать, если держать глаза открытыми, несмотря на то, что глазами я уже не пользуюсь. Многолетняя привычка организма, что поделать...       За всю ночь и весь следующий день нас не потревожил даже завалящий заяц. Ходур спокойно отстоял свою часть ночи, мы неспеша позавтракали и двинулись дальше. Нет, честное слово, как будто в городской парк вышли прогуляться! Но бдительность я старался держать на уровне. Ходур развлекал нас по дороге своим трёпом, уже не столь настырным — и слава богам. Понемногу дорога пошла вверх, погода начала меняться. Ветер становился не просто прохладным, а откровенно холодным, порой выбрасывая откуда-то сверху пригоршни снега. Травы не стало совсем, мы шли и шли, обозревая извивы тропы да голые скалы. Монотонность и однообразие путешествия сыграли со мной злую шутку. Камень, на который я ступил, оказался покрыт тонкой корочкой льда, вылизанной ветром до идеально гладкого состояния. Стоял бы камешек без наклона — всё бы, может быть, и обошлось... Я оскользнулся, приложился боком о тропу и полетел вбок. В пропасть.       Тело действовало само, на одних рефлексах, сродни животным. Руки выхватили оба кинжала и воткнули их в землю, ноги раскинулись максимально широко, и я всё-таки замедлил падение и замер, раскоряченный в неведомой позе у самого края обрыва. Ходур подскочил ко мне, замешкавшись на пару секунд, и вытащил меня.       - Ты чего? Смотри, куда ступаешь.       - Да я ничего. Заболтались мы. Давай дальше внимательней.       На вершине нас встречали только ветер да снег. Ни около входа в храм Ветреного Пика, ни в его сторожевой башне, ни внутри храма — не было никого, никто здесь не обосновался за прошедшее время. Уже смеркалось, поэтому мы решили сначала переночевать внутри, а только после двигаться дальше. У давно потухшего кострища лежали скелеты, начисто обглоданные крысами, над костром стояла никем не тронутая тренога, а где-то в темноте, в углах попискивали крысы. Точнее, это только для Ходура — в темноте, для меня — вне пределов зрения, так что здесь мы были с ним на равных.       Снаружи уже смеркалось, поэтому решили заночевать здесь, и только потом идти за Драконьим Камнем. Хорошо ещё, что запасённые бандитами дрова никто не тронул. Мусор, кости и всё прочее подобное мы отнесли в уголок, подальше от нашей стоянки, вместо дырявых старых шкур постелили свои спальники, разожгли огонь — и место сразу стало вполне комфортным. Переночевали спокойно, никто нас не тревожил.       Поутру решили так: я иду первым, как ударная магическая сила, а Ходур прикрывает меня со спины. Коридоры здесь достаточно недлинные и извилистые, чтобы возможный противник и я заметили друг друга примерно в одно и то же время. С собой я решил взять наш костёр, для освещения, поскольку все светильники, все факела и масляные лампы давным-давно прогорели и потухли, и Ходур рисковал спотыкаться на каждом шагу. «Подвесив» шар огня у себя над головой (тренироваться! всегда тренироваться!), я обеспечил вполне приемлемые условия, после чего мы и двинулись.       Шли мы не быстро, осторожно ступая, смотря по сторонам и прислушиваясь к тишине. Нет, та не была абсолютной: шорохи и возня крыс, гудение ветра где-то вверху, далёкое журчание воды — всё это освежало местное безмолвие, не позволяя ему стать мёртвым. Но всё-таки желающих напасть на нас не было. Это, конечно, здорово, но как-то ненормально, что ли. Опасное вроде подземелье... было. Я начал откровенно скучать...       Два злокрыса, вынырнувших из-за угла, привели меня в тонус за пару ударов сердца. Спросите, как я угадал, что это именно злокрысы? А кем ещё могут быть голохвостые грызуны с собаку размером в мрачных и заброшенных коридорах? Ближайший ко мне хищный зверёк промёрз в мгновение ока, хладной тушкой ткнувшись мне в ноги. Тепло я собирать не стал, просто рассеяв в пространстве. Второй же, почему-то проигнорировав меня, бросился на Ходура, но наткнулся на обнажённую сталь и закономерно издох вслед за своим товарищем. Я бы, наверное, смог противостоять обоим сразу, но тогда пришлось бы выпустить на свободу мой осветительный шарик. Ну что ж, хорошо всё то, что хорошо кончается: мы снова бодры и бдительны, прошли первую совместную стычку и вышли из неё без ран вообще. Отлично, идём дальше.       Встречи со злокрысами происходили ещё дважды, причём оба раза я не подпустил зверей ни до себя, ни до своего спутника. Стоило лишь сменить методику: я вытягивал тепло не из тушек грызунов, а просто из области пространства, в которой окажутся все зверьки. Под конец Ходур даже начал возмущаться, мол, он совсем мне не нужен, да зачем я его с собой тащу. Пришлось успокаивать, уговаривать, что он полноправный член нашей команды, что он тут уже был и знает местность, что у него важная роль — прикрывать спину, а то мало ли из какой щели эти тварюшки незаметно для меня вылезут. Он, в конце концов, отдыхает, пока я работаю, и ещё имеет наглость возмущаться!.. Аргументов оказалось достаточно, и мы пошли дальше тем же порядком.       Тихим сапом мы прошли все деактивированные ловушки, открытые решётки, распахнутые двери, добрались до двери с секретом, открывавшейся Золотым Когтем, и прошли дальше, в последнее помещение храма Ветреного Пика. Атмосфера места ощущалась и угадывалась легко, сила ещё не успела окончательно покинуть это место, несмотря на смерть его не-мёртвого хранителя. Вдали, в глубине залы, в которую постепенно переходила пещера, виднелся каменный помост со Стеной Слов на нём. Ходур указал в ту сторону, и прошептал:       - Нам туда. Главного драугра мы никуда не переносили, он там и лежит. Камень тоже там.       Повелитель драугров действительно обнаружился лежащим в своём каменном гробу. Единственное, чего ему недоставало — это головы, срубленной под корень. Наверняка Ралоф постарался с упреждающим ударом, пока не-мёрвый просыпался от векового сна и пытался подняться. На поясе, вместо бляхи, был пристёгнут увесистый камень относительно правильной формы с руническими письменами на нём. Давал ли он какую-то силу своему владельцу — мы никогда уже не узнаем. Ну и пусть, Фаренгар и без того, надеюсь, сможет извлечь из него какую-то пользу. Я, не мудрствуя лукаво, попросту отрезал крепления пояса, и сунул камень на дно своего рюкзачка, после чего обернулся к Ходуру. Тот стоял, подозрительно косясь на Стену Слов.       - Что такое? - спросил я его.       - Да не нравится мне эта здоровая каменюка. В прошлый раз, когда я здесь был, она в одном месте светилась, а когда я подошёл — пыхнула прямо на меня этим светом. Ужасно странные ощущения, непонятные и подозрительные. Не нравится мне она, - повторил он. Я рассмеялся.       - Ну что, могу тебя поздравить, ты — довакин! Уж не знаю, к добру это, или нет.       - Да ну брось! - выпучил глаза Ходур. - Я? Герой из легенд? Ты уверен?       - Ну, если тебе все чудеса с этой стеной не привиделись — то да. Это стена исписана словами на драконьем языке, и теперь ты запомнил одно из них. Стены и создавались для обучения драконорождённых, в них есть своя, особенная магия, реагирующая на кровь дракона в обычном разумном и дарующая знания.       - И что теперь?       - Теперь тебе надо убить дракона, чтобы полностью осознать то, что открылось тебе здесь. Ты же знаешь, что довакин — это тот, кто окончательно убивает драконов, поглощая их души? Вот душа дракона-то как раз тебе и нужна.       - Во дела... - Ходур почесал затылок в задумчивости. - Ну, где я, и где драконы. Они ж меня сожрут за милую душу.       - А тебе и необязательно убивать дракона лично. Ты просто должен оказаться рядом в момент его смерти. А кто тебе помогает его укокошить — не так уж и важно.       - Тогда да, тогда ещё можно потягаться, - с облегчением вздохнул он. - Ну что, пошли отсюда? Камень ты забрал, больше нам делать здесь нечего.       И мы двинулись обратно. Решив сократить путь, мы не стали пользоваться секретным проходом, ведущим в предгорья Ветреного Пика напротив Ривервуда, а пошли той же дорогой, как и пришли сюда. Мы хотели пройти перевал Пика, и спуститься сразу к Вайтрану, не обходя гору у подножия. Да, внутри горы выбранный нами путь был длиннее, но в итоге мы выигрывали по времени едва ли не вдвое, тем более, что коридоры были чисты, дорога известна, и шагали мы гораздо быстрее, нежели когда шли сюда.       Когда мы вышли из храма, была примерно середина дня. Неизменный ветер всё так же стегал по лицу, но снега уже не было. Свернув по тропинке в нужную сторону, мы вскоре стали спускаться с горы. Как таковой дороги здесь не было, лишь направление. Я, естественно, не мог увидеть отсюда Вайтран, так что вёл на этот раз Ходур, а за ним уже шёл я.       Когда он внезапно остановился, я понял: что-то не так впереди. Постаравшись ступать потише, я подошёл к нему и тихо спросил:       - Что там?       Ходур так же тихо ответил:       - Кто-то впереди копается, не знаю, кто, но они похожи на бандитов. Может, обойдём их?       - Хорошая мысль. Пошли.       Однако далеко нам уйти не дали. Один из работников ножа и топора поднял голову, разгибая спину, и увидел нас.       - Эй! Вы кто? - Окрик пошёл гулять по скалам звучным эхом. Да уж, таким голосом только милостыню просить, в глухой чаще, у одиноких путников.       - Мы просто путники, проходим мимо, - попытался отбрехаться я.       - Постойте-ка, поговорить надо. - Ага, сейчас, знаем мы ваши разговоры. Типичный гоп-стоп.       - Да ладно вам, мы вас не видели, вы нас — тоже, может пойдём каждый своей дорогой? - Почему бы не попытаться решить вопрос миром? А бандиты приблизились, и я их уже вижу.       - Не, ребят, вы видели нашу захоронку, - на этих словах бандиты зашли в растаявшую и раскисшую моими усилиями землю. Попались ребятки. Резкое охлаждение — и почва снова стала мёрзлым камнем. Бандиты задёргались в плену.       - Э?! Чё за дела?       - Вот такие дела, ребята, - развёл руками я. - Вы тут постойте, а мы всё-таки пойдём.       Резкое движение одного из разбоников я заметить успел, а отреагировать — уже нет. Зато успел Ходур, стоящий чуть впереди меня. Брошенный в меня кинжал со звоном отскочил от клинка моего спутника. Он повернулся в пол-оборота ко мне и поглядел укоризненно.       - Не щади их. Они бы тебя не пощадили.       - Ты прав, - вздохнул я, и резким рывком выдернул силу из тел незадачливых грабителей. Те застыли соляными статуями, успев перед смертью лишь распахнуть глаза от боли. Имперец пошёл осматривать тела, а я любовался шариком, что вышел из энергий двух людей. Я никогда до того не вынимал всю силу целиком из живого существа, и теперь вся она — у меня перед глазами. Намешано, скажу я вам, преизрядно, хотя хаотическое переплетение уже начинает упорядочиваться, преобразуясь в чисто тепловой вид. Тут была и светлая жизненная сила, и само тепло тел, и искорки электричества, а окружало всё это великолепие магнитное поле. Похоже, я способен управлять всеми возможными видами сил, нужно лишь научиться отделять их одну от другой.       - Ник! - Ходур махал мне рукой. - Иди сюда!       Там, где работали в поте лица два бандита, оказалась полузасыпанная яма, в которой виднелся сундук. Мы едва вытащили его оттуда. Конечно же, он оказался заперт, пришлось нагреть замок заимствованной у разбойников силой, после чего резко охладить. Тот вмиг сломался от хорошего удара рукоятью ножа и открыл нам свои сокровища.       - И зачем закапывать такой вместительный ящик ради пары железяк? - горестно воскликнул мой спутник.       - Погоди, может тут зачарованные вещи лежат, - возразил я и стал рассматривать находки. В сундуке и правда оказались два кинжала, один клинок, похожий на дагу, и два шлема, один железный, другой — кожаный. Как выяснилось, зачарование наличествовало на всех пяти предметах, только вот какие — понять не было возможности, всё-таки с практикой в классической магии у меня полнейший швах. Нет, если вглядеться, можно различить наложенные узоры, нити сил, даже накопитель магической силы видать, а что к чему куда — надо выяснять либо экспериментальным путём, либо у того же Фаренгара. Ладно, зачарованные вещи априори стоят недёшево, так что забрали мы с собой всё, поделив вес пополам, и пошли дальше. У самих бандитов Ходур не нашёл даже одной, самой завалящей монетки, а вещи и оружие у них оказалось настолько дрянными, что мы ими с молчаливого согласия побрезговали.       Дальнейший путь мы прошли за оставшуюся часть дня, так что решение пройти через перевал себя полностью оправдало. Усталые, с чувством исполненного долга, мы ввалились в храм Кинарет, поскидывали рюкзаки и упали спать, отложив все дела на завтра. Как ни странно, после всех приключений мне не захотелось спать до полудня, проснулся я точно в то же время, как и всегда, бодрый и готовый к свершениям. Ходур моего энтузиазма не разделил и проспал всё то время, пока я совершал утренний моцион. С лежанки его поднял только аромат готового завтрака, и то не сразу, а оживился он лишь после упоминания о награде, ожидающей нас у ярла за доставку Драконьего камня.       Фаренгар был крайне рад нашей находке, он побросал все свои остальные дела и занялся изучением Камня, а на наше упоминание о награде он выдал записку и отправил к ярлу, попросив больше не отвлекать. Ярл тоже был рад нас видеть, он выразил надежду, что изыскания мага дадут хоть какие-нибудь применимые на практике плоды, а после вручения записки велел управителю выдать нам по две сотни золотом каждому. Деньги это были не то, чтобы большие, но и немалые. Пять сотен золотых стоил контракт с наёмником, и в эту сумму не включались текущие расходы. Хороший комплект кожаной брони стоил от двух сотен с лихом, а лошадь — от тысячи. Услуги извозчиков могли обойтись путнику от тридцати монет золотом до ста — в зависимости от расстояния. Мешок припасов дней на пять в таверне тянул на полста, а у фермеров — всего на десять-пятнадцать монет. В ходу были септимы — монеты Империи Сиродиила, право чеканить которые имели лишь два города во всём Скайриме — Солитьюд, ныне главная ставка имперцев, и Виндхельм — бывшая столица Скайрима, а теперь — оплот Братьев Бури. Виндхельмские монеты хоть и отличались от монет Сиродиила по виду, но тоже по привычке звались септимами, хотя на обороте красовался профиль Ульфрика Буревестника, а не императора Тайбера Септима. По весу же монеты и вовсе не отличались, поэтому в любом городе можно было расплачиваться хоть теми, хоть другими монетами.       Серебро же в качестве платёжного средства не использовалось. Нет, при натуральном обмене можно было предложить и слитки серебра, как и любой другой товар, но монеты из серебра не чеканились. Оно шло в лучшем случае на украшения, а иногда — на оружие: серебро было отличнейшим средством против оборотней, вампиров и прочей нечисти и нежити.       Так что теперь мы с Ходуром не бедствовали. Он сообщил мне, что устал спать где попало и как попало — и съехал в «Пьяного Охотника». Что кровать, что еда стоили там не в пример дешевле, чем в «Гарцующей Кобыле». Места, конечно, там были не всегда — всё же это больше магазин, чем питейная или постоялый двор, но моему приятелю повезло. Я же остался в храме, всё-таки привык я к этому месту.       Про дракона у Западной Сторожевой Башни слышно не было, и мы пользовались предоставленным временем сполна, чтобы отдохнуть, набраться сил, а я между тем усиленно думал. Столкновение с бандитами показало, что против атак обычным оружием у меня нет абсолютно ничего, похожего на защиту. В той стычке я остался жив и невредим только благодаря спутнику, но ведь так будет не всегда. Чуть больше ловкости у нападающих, чуть зазевавшийся напарник — и всё, пишите письма мелким почерком. Вариантов на самом деле не так уж и много: учиться управляться с щитом и доспехами классом повыше, чем на мне сейчас, да изобретать что-то «щитовое», отталкиваясь от магии. Пожалуй, надёжнее всего будет совместить оба метода. Отказаться от чего-то одного я всегда успею. Итак, Соратники, я иду на Вы!