Только не включай свет

      Он, безусловно, скучал по своему прежнему мотоциклу. Уж сколько они с ним пережили... Теперь его "верный" лежал на штрафстоянке грудой металлических останков. И утащить его с охраняемой территории братья отказались. Да и проще было подкопить на другой, пусть и подержанный. Спорт-байк был нужен ему, как воздух. Старый мотоцикл стандартного типа, который Дилон взял взаймы у каких-то подростков, ему совсем не нравился. Казалось, что он развалится прямо под ними на полном ходу. Если это вообще можно назвать полным ходом. Ни тебе мерцаний огней и витрин вечернего города, ни ветра, треплющего куртку, бьющего свежестью в грудь. Никакой романтики. Транспорт тащился, как эта старушка на пешеходном переходе... При виде зеленого сигнала светофора байкер рванул с места, пытаясь хоть что-то выжать из ржавой кряхтящей развалины с двумя колесами. Дилон, сидящий позади него, осознавал плачевное состояние мотоцикла, иначе не лупил бы со всей силы Рафаэля по плечу, обозначая свое недовольство и испуг.       Байкер притормозил у супермаркета. Дилон слез с заднего сиденья, еще раз хорошенько заехал водителю по плечу, вызвав у того только нервный смешок, и пошел за покупками. Рафаэль поправил покосившийся новый шлем, который, кстати, ему тоже отчего-то не нравился, хотя почти ничем от прежнего не отличался.       Кристен стояла в нескольких метрах позади подъехавшего мотоцикла, не веря своему везению. Она, несколько часов безотрывно просидев над очередной картиной, как обычно пошагала на вечернюю прогулку в ближайший супермаркет, не надеясь встретить там ни Дилона, ни тем более...       "Новый" мотоцикл, на котором примостился ее спаситель, оставлял желать лучшего. Да и в кожаной куртке и штанах "кузен" Дилона тогда смотрелся впечатляюще. Теперь же на нем была темно-синяя толстовка с капюшоном, потертые джинсы и новенький шлем. От прежнего наряда остались только берцы, которые теперь никак не смотрелись с нынешним прикидом. Байкером его уже не назовешь... Гулко бьющееся сердце сдавило чувство вины. Девушка закусила нижнюю губу. Она, задумавшись, стояла на одном месте, не решаясь пройти мимо парня на мотоцикле, так же как и подойти к нему. И совсем не заметила, что он, уже облокотившись о мотоцикл, стоял и смотрел на нее.       "Ну, что она встала там? Узнала меня или нет?" - Рафаэль посмотрел на себя сверху вниз и подумал, что он сам вряд ли бы узнал. На эту консервную банку за спиной вообще смотреть не хотелось. Снова повернулся к девушке: она подняла глаза и вздрогнула. "Что? Всё настолько плохо?" - Байкер фыркнул и отвернулся. И все же ему была интересна ее реакция, и он снова обратил на нее взгляд.       Кристен подпрыгнула, увидев, что он смотрит в ее сторону. Сердце опять зашлось в груди. Она глядела на него во все глаза. Подойдет? Махнет рукой? Но он только вертел головой, то поворачиваясь в ее сторону, то отворачиваясь... И тут она с досадой осознала, что времени играть в "гляделки" нет. Дилон с минуты на минуту выйдет с покупками и второго такого удачного шанса у нее может и не быть. Она скинула с плеч рюкзак, достала оттуда маленькую записную книжку и ручку - хорошо, что всегда носит с собой, и наскоро написала на листке послание. Вырвала лист и практически побежала к мотоциклисту.       Рафаэль дернулся и выпрямился от такой прыткости, когда девушка оказалась прямо перед ним. Она стояла в нескольких сантиметрах от него, взволнованно смотря в темное стекло его мотоциклетного шлема. Столько мольбы в глазах Рафаэль не наблюдал даже у младшего брата, выпрашивающего последний лакомый кусочек пиццы. Сквозь толстую ткань кофты он почувствовал, как в грудь тычет ее маленький бледный кулачок с листком, неаккуратно вырванным у него на глазах из блокнота. Байкер протянул широкую трёхпалую ладонь в перчатке. Кристен, продолжая смотреть на свое отражение в темном стекле забрала (по правде говоря, тщетно пытаясь разглядеть за ним хотя бы отблеск глаз Рафаэля), вложила в его руку записку. Он неторопливо сжал кулак, ненароком слегка прихватив ее пальцы. Еще секунду она смотрела на него снизу вверх, потом, развернувшись, быстрым шагом направилась в ту сторону, откуда пришла. Рафаэль проводил ее взглядом. Он сунул смятый листок в карман джинсов, когда заметил приближающегося к мотоциклу Дилона. Четыре пакета продуктов. Да. Все, как обычно. Но, он был настолько поражен, что до самого дома не произнес ни слова.       Кристен теперь не волновали не совершенные покупки. Поход "в магазин" удался. Девушка возвращалась домой. Она была настолько взволнованна, что весь вечер мысленно не произнесла ни слова. Только одно мелькнуло у нее в голове перед тем, как в третьем часу ночи провалиться в сон: "пора заводить кота". Вслух ей было не с кем поговорить.

***

      "Жду завтра в 02:00"       Рафаэль сидел в просторной кухне над остывшей чашкой чая, безотрывно смотря на мятый листок с посланием. Каллиграфический почерк... Будто она не писала эту записку впопыхах. Художница... "С чего она вообще решила, что я приду?"       Маленький хрупкий кулачок, тычущий под ребро. Столько надежды в глазах. "Опять деньги свои будет совать? Благодарная, черт бы ее побрал..."       Вздрогнула, когда он повернулся... Долго не решалась подойти... "Может, у нее что-то случилось? Может из рюкзака что-то пропало?"       Тонкие длинные пальчики, неторопливо выскользнувшие из его закрытой трехпалой ладони... Он сжал челюсти, порвав записку пополам.

***

      Прошла неделя. Он так и не пришел. А Кристен, сама не зная почему, до сих пор ночевала в мастерской, оставляя окно на ночь открытым. Вот и сегодня она проснулась с первыми рассветными лучами, гревшими ее лицо. Девушка шмыгнула носом. Прохладные ночи дали о себе знать простудой. Плед не помогал. На кресле особо не развернешься. Мышцы спины, шеи и плеч болели жутко. Охая, она поднялась, подошла к окну и прокляла себя за необъяснимую надежду. Это же просто какая-то глупость: простыть просто потому, что хочешь поблагодарить того, кто не нуждается в твоей благодарности!       Кристен с силой захлопнула окно и вышла из мастерской. Последнюю неделю рисовать не хотелось. Казалось, оберегаемая столько времени муза выпорхнула из комнаты в первый же день ожидания этого... не спасителя, а губителя муз и вдохновений.       Она, оставшись закутанной в плед, вошла на кухню, залитую рассветными лучами. Занавески из бусин забренчали за ее спиной, кидая разноцветные блики на светлые стены. "Всё. Достаточно" - думала девушка, дожидаясь, когда закипит включенный чайник. "Нужно собраться" - она подвинула к себе кружку. "Взять себя в руки" - положила в нее два кусочка сахара. "Привести здоровье в порядок" - добавила дольку лимона. "Продолжить работать с заказами" - кинула пакетик черного чая. "Подготовиться к выставке" - налила кипятка. "Оставить приятное воспоминание о том, как мне безвозмездно помогли, о том, как мне спасли жизнь..." - Взяла кружку и села за стол.       Черный чай, соединившись с лимоном, в маленькой белой кружке, обхваченной ладошками Кристен, отливал янтарем. "... о ком-то по имени Рафаэль".