Coffee Black

> Каркат: Быть недовольным.

Ты и так постоянно недоволен. Можно придумать что-нибудь и пооригинальнее.

> Каркат: Быть недовольным, потому что Джон не появился ни в понедельник, ни во вторник.

Да ну нахуй. Откуда вообще взялась эта идея, которая, точно червь, прогрызла хренову дыру в мозгу каждого и накрепко уцепилась там когтями? С чего всех так дергает с этого кофейного союза Карката и Эгберта? Ты смиришься со всем этим, только если солнце позеленеет, а ебаные свиньи научатся летать. Потому что ты ни за что по своей воле не приблизишься к Джону Мудиле Эгберту ближе, чем на десять шагов! Да и кто сказал, что он обязан приходить сюда? Это гребаная кофейня, в конце концов, а не кабинет стоматолога, куда люди наведываются в определенное время и, черт возьми, по записи. Так что ему мешает пропустить денек тут, денек там? Или даже два дня подряд. Это последняя перед каникулами учебная неделя в году. Кажется, он собирается тупо взять и свалить по окончании семестра, даже не поблагодарив тебя за работу... Ну заебись, видать, ты тоже сошел с ума вместе со всеми! Нет, нет, этому всему есть разумное объяснение – тебе просто что-то подсыпали в твой кофе, какую-то отраву. Точняк, подсыпали. Иначе с чего бы ты тут сейчас думал всякие странные и идиотские вещи про самого главного на планете Земля осквернителя кофе? Это же просто лишено смысла. Действительно, что еще мог сделать этот пидор, кроме как обидеть тебя и с чистой совестью свалить на месяц? Может быть даже больше, чем на месяц; ты никогда не интересовался, на каком курсе он сейчас и не собирается ли весь следующий семестр продолжать обучение за границей, а ведь тогда ты не будешь видеться с ним месяцами, вплоть до следующего сентября. Мог он хотя бы забежать перед отъездом и заказать, как обычно, стаканчик этого дерьма, которое и кофем-то назвать стыдно?! Ты уверен, что за такие мысли хоть кто-нибудь обязан стукнуть тебя по башке огромным металлическим кофейником, из тех, что Канайя держит на полке над раковинами. Или ты можешь оказать всем услугу и просто утопиться в ближайшем чане с кипятком, потому что ты, блять, сидишь тут такой недовольный из-за того, что Джон не появился ни в понедельник, ни во вторник.

> Джон: Не забегать в кофейню и не заказывать большой стаканчик ванильного кофе-фраппе со взбитыми сливками.

Но ты не заказывал его с самой субботы и, более того, ты не виделся с Каркатом с самой субботы, да и вообще, серьезно, ты больше не можешь ждать ни секунды. Пусть у тебя и совсем нет лишнего времени. Ведь ты договорился с ВРИСКОЙ СЕРКЕТ, которая помогает тебе с домашкой, встретиться в библиотеке в 16:15, чтобы она проверила твои записи. И ты знаешь, что если опоздаешь хотя бы на минутку, она уйдет. Что ж. Если ты принесешь ей стакан горячего шоколада, она тебя простит.

> Джон: Забегать в кофейню и заказывать средний стаканчик ванильного кофе-фраппе со взбитыми сливками.

И не забыть про горячий шоколад для Вриски.

> Джон: Забегать в кофейню и заказывать средний стаканчик ванильного кофе-фраппе со взбитыми сливками и не забыть про средний стаканчик горячего шоколада со взбитыми сливками.

Ты не забываешь про горячий шоколад ровно до того мгновения, как открываешь дверь и понимаешь, что это была Плохая Идея. По будням в это время, в четыре часа дня, здесь никого не бывает. Но именно сегодня и именно сейчас, когда ты ужасно спешишь на встречу (не романтическую, нет-нет, просто встречу), перед тобой в очереди стоят три человека. Ты можешь уйти. И ты должен уйти. Не так уж тебе и хочется твой фраппе, тем более что на улице стоит мороз, а напиток и так холодный, да и опаздывать тебе нельзя ни в коем случае. Ты уже действительно почти решил уйти, как вдруг Каркат заметчает тебя, застывшего в дверном проеме. И ты готов поклясться чем угодно, что он, кажется, почти полсекунды выглядит радостным. А потом снова хмурится и возвращается к своему обожаемому кофе. Ага. Это все меняет. Кроме того, ты и так уже смирился, что опоздаешь, так какая разница, на пять минут или на десять? Ты просто возьмешь для Вриски не средний, а большой стакан – всего-то делов!

> Идиот у кассы: Зависать на восемь часов.

Эй, давайте не будем утрировать. Он просто говорит, что заказывал мокко со сливками, шоколадным сиропом и обезжиренным молоком, а не обычным. Кстати, какой вообще смысл заказывать диетический кофе с очень даже калорийными сливками?

> Каркат: Делать напиток заново побыстрее.

Ты не делаешь напиток заново. Ты просто скрываешься за прилавком и довольно убедительно гремишь всякими баночками, а потом нацепляешь на старый стакан другую крышку и протягиваешь тупому пиздюку тот же самый кофе. Он снисходительно кивает и говорит: «Так-то лучше», и ты искренне желаешь ему в мыслях, чтобы он растолстел с этой порции на пару фунтов. Ну а какую еще кару можно пожелать этому имбецилу? Нет, все-таки это наилучший вариант.

> Джон: Пытаться быть терпеливым.

Ты пытаешься. Это тяжело, но ты пытаешься. Особенно когда ИДИОТКА № 2 заказывает пять напитков. Пять! Ты понятия не имеешь, как она их вообще унесет-то. Если только кофейня не закупила эти подставки для стаканов, которые выдают в «МакАвто». Тебе всегда хотелось заполучить парочку, потому что они действительно клевые и удобные. Судя по взгляду, которым Каркат одаривает идиотку, – не имеет значения, есть ли в кофейне такие подставки или нет. Он бы все равно не выдал ей ни одну.

> Каркат: Наблюдать, как деваха, явно переоценившая свои возможности, пытается удержать пять стаканчиков.

О, ты наблюдаешь, и с огромным удовольствием. Другие два посетителя в очереди (Джон и не-Джон) тоже наблюдают, и ты надеешься, что довольная ухмылка, появившаяся на лице Джона, когда деваха с занятыми руками пытается открыть дверь, – не плод твоего воображения.

> Джон: Нокаутировать девчонку, стоящую в очереди перед тобой, ударив ее головой о кассовый аппарат.

Это слишком жестоко. В любом случае, ты отвлекаешься на другую девушку, жонглирующую своими пятью стаканами. Девчонка, стоящая в очереди перед тобой, тем временем решает заказать один чай, и ты думаешь, что, так и быть, можешь подождать еще чуток.

> Джон: Заказывать средний стаканчик ванильного кофе-фраппе со взбитыми сливками и большой стаканчик горячего шоколада со взбитыми сливками.

– Привет, Каркат! – ты, конечно, спешишь, но не можешь отказать себе в удовольствии немножко побесить его. – Стандартное кощунственное дерьмо, как обычно? – ворчит он. И ты, словно в первый раз, удивляешься, что он знает наперед, что ты закажешь. – Еще большой стаканчик горячего шоколада со взбитыми сливками. И, умоляю, поскорее, иначе я труп. Он напряженно хмурится тебе, словно не знает, как пережить этот внезапный маленький переворот в ежедневной рутине; и тебе ничего больше не остается, как нетерпеливо вздохнуть, показательно поглядывая на наручные часы. Но это еще больше сбивает его с толку. А у тебя, между прочим, не осталось времени. – Каркат, – повышаешь голос ты и машешь рукой перед его лицом. Это довольно грубо, ты признаешь. Но не грубее, чем то, что сделает с тобой Вриска. Время опоздания приближается к отметке, когда уже не спасет даже большой стакан горячего шоколада. – Я правда очень опаздываю. Как-нибудь в другой раз еще к тебе заскочу, ладно?

> Каркат: Быть сбитым с толку, но оставаться при этом бариста.

Окей, ты можешь одновременно делать и то, и другое. И готовить для Джона оба напитка (один дерьмовый, другой – чуть менее дерьмовый), и продолжать размышлять, что это за нетерпеливые нотки звучали в его голосе. Ты и подумать не можешь, что он способен на такое нахальство. И к своему собственному неудовольствию вдруг отмечаешь, что это кажется тебе... любопытным. Ты не тупой безмозглый зомби (чего не скажешь об остальных обитателях студгородка), а потому способен успешно справиться с двумя напитками сразу, да еще и пробить чек. Он сует тебе десятку и убегает, даже не дождавшись сдачи, и ты не успеваешь написать его имя на бумажном стаканчике с горячим шоколадом. Впрочем, может быть, оно и к лучшему. Потому что неизвестно, кому стаканчик предназначен и как этот кто-то отреагировал бы, заметив выведенное на нем каллиграфическим почерком слово «ГОВНЮК». Да и с чего это тебя вдруг должна волновать грубость Эгберта, или его друзья, или внезапное нахальное поведение, или факт того, что он свалил, даже не попрощавшись? Ничего из этого тебя и не волнует. Ну очевидно же.