88

Come on out of your dreams And wake up from your reverie Now can these broken wings free me About a light year from reality If you want to fall in a dream You could put the weight right onto me Here we are Running circles around around around around When nothing’s right just close your eyes close your eyes and you’re gone Dreams Dreams Dreams She’s making me high I wanna get me free --- Выбирайся из своих снов И очнись от мечтаний... Могут ли эти сломанные крылья освободить меня От реальности примерно на световой год? Если хочешь окунуться в сон - Можешь переложить ношу на меня. А вот и мы Бегаем по кругу снова и снова, и снова. Когда все вокруг не правильно - просто закрой глаза, Закрой глаза и вот ты уже не здесь. Сны, сны, сны Она меня опьяняет, Я хочу свободы... (Beck – Dreams)

2 мая. 06:57 В помещении витал запах лавандового мыла, всё вокруг было застлано паром от горячей воды, которая шумно расплескивалась в стороны, пока мягкие длинные волосы, словно шёлк струились сквозь тонкие аккуратные пальцы. Вода, пользуясь своим положением, стремительно бежала ручейками вдоль разгоряченного обнаженного тела, поглаживая его и бережно укутывая теплом. Капли могли коснуться каждой клеточки на коже девушки, они могли оказаться в самых сокровенных местах, и вольности их позавидовал бы любой, кто имел бы возможность любоваться этой красотой. И он завидовал… Вайлет подставила лицо струям воды, рвущимся из душа, и с наслаждением проводила ладошками по волосам, смывая с них остатки шампуня. Проснуться ещё до подъема, чтобы единолично занять весь процедурный кабинет? Что может быть лучше? Рано вставать – не самое любимое из занятий многих людей, однако, Вай вдруг осознала, что ей жаль времени, которое она теряет во сне. Да и спать больше не хотелось, поэтому она, удостоверившись, что в коридорах никого нет, проскользнула в процедурный. Казалось, вода своей заботливой рукой смывает с девушки слой переживаний, волнений и мрачных мыслей, унося их с собой глубоко под землю, туда, откуда они уже не вернутся. Но Вайлет прекрасно знала, что всё это временная мера, даже помещение кабинета с душами, в котором она находилась, напоминало ей об этом. Именно поэтому легче было закрыть глаза и не думать. Что там говорил Тейт? Представить себе другое место, унестись в мыслях туда, куда всегда хотелось? Шум воды… Снова возникли мысли о водопадах. Но одной пытаться представить их перед собой было сложнее. Когда юноша держал её за руку и монотонным приятным голосом говорил о вершине водопада, ей казалось, что она и правда вовсе не в больнице, таким чарующим и волшебным был тот момент. Наверное, Тейт всё ещё спит в своей просторной светлой палате. На тех самых подушках, на которые несколько дней назад повалил Вай, укрывшись тем самым одеялом, на котором она лежала… Девушка загородила лицо руками, пытаясь вдохнуть недостающий воздух без попадания воды в легкие. «Черт бы побрал этого Лэнгдона, и почему его прикосновения такие пьянящие?» Хармон закусила губу и кинула взгляд на свои бедра. Руки её неуверенно и медленно опустились вниз, проводя линию от ребер по бокам к ягодицам, а затем остановились и снова поднялись вверх, поглаживая шею. Что, если бы он трогал её так? Достаточно ли её кожа мягкая? Понравилась бы ему её фигура, её худенькие плечи, небольшая грудь? Закрыв глаза, Вайлет снова повторила путь руками, представляя, что бы мог ощутить Лэнгдон, впервые касаясь её в этих ранее недоступных для него участках. Ладошка неуверенно и медленно проскользнула к низу живота, затем оказываясь между ног. О, что за томление, зачем она выдумывает себе то, чего никогда не может быть? – Так и знал, что это ты, – раздался тихий голос, Вай вздрогнула, но не пошевелилась. Раздались мягкие неторопливые шаги, девушка спиной ощутила невесомое скольжение внимательного пытливого взгляда по её блестящей от влаги коже. – Хорошо, что именно я услышал, как льётся вода, а не какой-нибудь похотливый санитар, ммм? – голос раздался ближе, томно промурлыкав последний звук. Хармон сглотнула, обхватив себя за плечи, чтобы закрыть грудь, но повернуться к незваному гостю не спешила. – Тейт, зачем ты пришел? – тихим охрипшим от волнения голосом спросила девушка, всё-таки взглянув на парня из-за плеча. – Хочешь, чтобы я оставил тебя? – слабо улыбнувшись, Лэнгдон не стеснялся позволить своему взгляду упасть на обнаженное тело, которое в паре, висящем в воздухе, казалось прозрачным. – Я… Тейт… – у Вайлет просто не было сил ответить хоть что-нибудь. Только что она грезила о нём, и вот он здесь собственной персоной: растрепанный, немного заспанный, бесстыдно разглядывает её так, словно ему это уже давно позволено. – Мне тоже не мешало бы принять душ, – сказал юноша, двинувшись к Хармон. Девушка шумно выдохнула и съежилась, снова отвернувшись к стене. Хлюпающие по мокрой плитке пола шаги раздались совсем близко, Вайлет замерла без возможности пошевелиться, а в следующий миг прохладные ладони коснулись её плеч, убирая с них руки девушки, которыми она вцепилась в свою нежную кожу. Дыхание окончательно перестало контролироваться, и Хармон издала тихий стон, когда губы молодого человека мягко прижались в поцелуе к её шее, а большие ладони накрыли её груди. – О, Тейт, ты же… Ты же весь намокнешь, – пролепетала Вай из последних сил единственную мысль, вырвавшуюся из урагана в разуме, осознавая, что Лэнгдон встал к ней под душ прямо в одежде. – А ты уже… – с улыбкой ответил юноша, скользя рукой по мокрой мягкой плоти вниз по животу. В помещении процедурного кабинета раздался пронзительный стон, Вайлет чувствовала, что внутри неё всё вот-вот разорвется бомбой невообразимых ощущений, так нежно и так напористо проникла ладонь Тейта туда, где она несколько минут назад была лишь в мечтах девушки. – О, черт, – простонала Хармон, когда парень прижал её к себе, заставляя почувствовать, как сильно он возбужден, ни на миг не прекращая поцелуев, покрывая ими щеки, шею и плечи девушки, и если бы её кто-то спросил, на что это похоже, она не смогла бы сравнить эту сладость ни с чем земным… – Ты думала обо мне, когда гладила себя? – прошептал над ухом Тейт, не в силах придать голосу громкости. – Ты за мной наблюдал? – выдохнула Вай, широко распахнув глаза. – О, да, – послышался смешок, а за ним разочарование: юноша убрал руки. – Так, кажется, ты хотела? – ладони в один момент оказались на ребрах девушки, точь-в-точь повторяя маршрут, воображаемый Вайлет в её разрозненных от желания мыслях. Нет-нет-нет, это было в сотни, тысячи, миллионы раз лучше! – А-а-ах… – всю свою память, всю жизнь, которую она старалась вспомнить, Хармон легко отдала бы в обмен на то, чтобы происходящее сейчас никогда не заканчивалось. Блаженство сладким ядом растекалось по жилам девушки, причиняя неописуемую боль удовольствия, и ни один самый тяжелый наркотик не смог бы сотворить с её телом и сознанием то, что творил Тейт. – Я хочу, – послышалась мольба девушки о пощаде, мольба о том, чтобы он наконец поглотил её. Загнанная в западню лань сдалась в руки безжалостного хищника, но он всё равно продолжает играть с ней… Но, милый! С едой не играют! – Я знаю, Вайлет, знаю, – голос Тейта эхом отразился от стен и заглох, словно кто-то нажал на «стоп». Вайлет открыла глаза, с трудом осознавая, что происходит, и тут же стыд накрыл её с головы до ног. В палату сквозь занавески уже вовсю пробивалось солнце, девушка накрыла голову одеялом, всё ещё ощущая бешеный стук сердца, которое не желало хоть немного успокоиться. Всё ещё пытаясь осознать, правда это или вымысел, Хармон поднялась на кровати, схватившись за голову. «Сон. Чертов сон, о, почему он был так реален?» Наверное, потому, что это второй сон за всё время пребывания в больнице. Второй за столько дней! И сразу такого содержания… Девушка вдруг нахмурила брови, чувствуя непонятный дискомфорт. Рука её проникла под одеяло, обнаруживая, что трусики на ней мокрые. Распахнув глаза, она закусила губу, испытывая что-то между диким смущением и желанием найти Лэнгдона, чтобы превратить сон в явь. Стоп. Что это ещё за мысли? Несмотря на то, что вся её сущность просила о разрядке, а воспоминания из сна были реальнее, чем воспоминания в жизни, ярче, слаще… Но от этого они были ещё более запретными. Как она может позволять себе грезить о таких вещах, когда вокруг творится невесть что? Изо всех сил стараясь вытолкнуть из головы пьянящие кадры, Вайлет чуть не отказалась от идеи отправиться в душ. Но, в связи с некоторыми интимными обстоятельствами, он был ей теперь просто необходим… _____________ 12:31 – Значит, он придёт сегодня? – хитро улыбаясь, Вайлет пыталась скрыть эту улыбку ладонью, но Мойра всё заметила. Девушки сидели на скамейке, стоявшей на аллее, недалеко от белоснежной статуи, и О'Хара уже успела рассказать подруге о вчерашнем дне, упуская некоторые детали, касающиеся её новой попытки уйти из жизни. – Не нужно так на меня смотреть, я его вообще не знаю. – Он готов вернуться сюда ради тебя. Это подвиг с его стороны, знаешь ли, – ухмыльнувшись, девушка встала, всё ещё смотря на собеседницу. – Во сколько он придёт? – Сомневаюсь, что это вообще возможно. Если он и вернется, то только для того, чтобы навестить тётю. – О, не-е-ет, – протянула Хармон, сложив руки на груди и взглянув на подругу так, словно та на допросе. – Весь твой вид говорит о том, что ты не просто не сомневаешься, ты знаешь и ждёшь, что он придёт. Не только ради тёти. – Сказала бы я тебе, что говорит твой вид, – закатив глаза, Мойра склонила голову на бок. – Ну-ка, давай. О том, что я скорее хочу свалить отсюда? Или, может быть, о том, что… – Вай осеклась, не желая произносить вслух то, что узнала о Тейте. – Что? – Проехали… – Не забудь, что ты тоже обещала мне рассказать, чем вы занимались вчера. – Да ничего особенного... Просто погуляли с Мелиссой. Я, кстати, хотела сказать, чтобы ты не переживала насчёт моего общения с Тейтом. Он слишком раскаивается в своих поступках, чтобы причинить мне какой-либо вред. Мойра посерьезнела, напрягая сложенные на груди руки. – Это твоё дело. Но… Я бы на твоём месте была с ним аккуратнее. – Ты тоже считаешь его безжалостным убийцей, неисправимым психом? – нерешительно спросила Хармон, закусив губу в ожидании ответа. – Считаю ли я его таковым? Боже, причём тут это, если он и правда им является? – Он другой, он не монстр, каким кажется. Все люди, если присмотреться, внутри другие. – Правда? Помнится, около недели назад ты говорила то же самое. И чем это обернулось? – Он заслуживает второго шанса, как и все мы. – А он рассказывал тебе про своего друга-психопата, с которым они здесь устраивали «веселье» для всех пациентов больницы? Сердце Вайлет подскочило и замерло. О каком ещё друге? Увидев замешательство на лице девушки, О’Хара вскинула брови, как бы говоря: «ну и кому ты собралась довериться?». – Где он теперь? Его выписали? – нахмурившись, Вай сосредоточенно смотрела под ноги, пытаясь вспомнить, видела ли Тейта с кем-либо, кроме… Кроме неё самой? Он же здесь ни с кем не общается! И даже в столовой сидит за столом с низкорослым мужичком, который старается его избегать. Мойра, в свою очередь, уже пожалела о том, что начала этот разговор. – Я его даже не видела, Вай. Меня положили в больницу уже после того, как тот парень… ушёл. Я только слышала рассказы о том, что они вдвоём с Тейтом здесь творили. – Что? – напряжение в душе Хармон всё росло и росло, так же быстро, как столбик ртути в неисправном градуснике от прикосновения даже малейшего тепла. – Не люблю сплетничать. Думаю, тебе лучше спросить об этом самого Тейта. Если он и правда тот, кому можно доверять, он не станет врать, отвечая на твои вопросы, – предположила О’Хара. Сделав несколько шагов по дорожке аллеи туда и обратно, Вайлет снова остановилась перед скамейкой, на которой сидела Мойра. – Что, если я тоже вру? Может быть, и я – безжалостная убийца, и ничем не отличаюсь от Тейта или его этого… друга? – сказала вдруг девушка, вопросительно и серьёзно смотря на собеседницу сверху вниз. – Поверь мне, ты от него отличаешься. И для тебя было бы лучше избегать общения с ним. Чтобы он не втянул тебя в неприятности. – Какие, интересно? Настрой Хармон становился всё более жестким, она не откажется от того, что уже решила для себя в голове. Мойра ничего не знает ни о ней, ни о Тейте, и, не подозревая о том, как они похожи и как им легко друг с другом, она судит лишь поверхностно, как и все другие вокруг. Вай было всё равно, что за друг помогал Лэнгдону вытворять пакости в стенах больницы, она и сама готова была устроить здесь что-то из ряда вон выходящее, спалить что-нибудь или разгромить в щепки помещения. Она ненавидела это место и любое действие против него считала делом хорошим, ну, в разумных, конечно же, пределах, без человеческих жертв. А что касается того парня – если он больше не находится здесь, в больнице, вряд ли он был таким уж безнадежным психом. – Откуда мне знать? Здесь, вообще лучше со всем и всеми быть аккуратнее, ты сама говорила, что даже Джей ведёт себя странно… – Стоп, я не успеваю за тобой в сменах тем, с чего ты вдруг заговорила о Джулии? Ты что-то знаешь о ней? О’Хара отвернулась в сторону больницы, делая вид, что рассматривает других гуляющих неподалёку пациентов. – Мойра! – Да что? – не выдержала девушка, встав со скамейки. – Вайлет, просто пойми, что, если ты хочешь выйти отсюда спокойно и без каких-либо препятствий, лучше вести себя тихо. Тебя выпишут, родители заберут тебя. Не нужно тебе лезть в неприятности и пытаться сбежать или что-то узнать, тем более о Джулии. – Это всё чушь собачья! Твои слова – набор непонятных фраз! – Вай нахмурила брови и сжала кулаки, пытаясь держать себя в руках и не срываться. – Ты по - любому знаешь что-то, так ведь? Сноу шепчется обо мне по углам, а ты говоришь сидеть тихо? И что, ждать, когда произойдет что-то плохое? – Чем меньше ты будешь знать, тем спокойнее тебе будет. – Но я имею право знать, что она там от меня скрывает! Нельзя мне этого запретить, это неправильно. – Вай старалась говорить спокойно, хотя, с каждым словом это давалось ей всё труднее. – Мойра, честно говоря, иногда мне даже кажется, что ты была тогда права. Забыть все черные полосы жизни - наслаждение для больного разума. И хотя я начинаю терять желание вспоминать, что со мной произошло, но как я могу быть спокойна оттого, что я ни черта не знаю о своей жизни? – Ты всё вспомнишь, это неизбежно, просто при этом не обязательно создавать себе проблемы. В создании альбома я лишь всковырнула верхний слой информации, но даже это уже было слишком глубоко, глубже, чем я думала. Это ничем хорошим не обернется. Поэтому я и прошу тебя не лезть в неприятности, – Мойра говорила всё тише, постоянно оборачиваясь по сторонам. – От того, что знаю я, мне уже не светит ничего хорошего, хотя я, по сути, ничего не знаю. И хоть у тебя есть родные, способные тебя защитить, но если ты сунешь нос туда, куда тебя вовсе не просят, то я более чем уверена: они могут превратить твоё окончательное помешательство, или что похуже того, в спектакль, которому поверят все. И выйти сухими из воды. – О Боже, – Вай схватилась за голову, не выдержав сразу столько информации, которая была едва ли ей понятна. – Кто «они»? Зачем им это? И что такого я могу узнать, чтобы они устроили такой спектакль? Мойра, ты говорила мне, что у меня мания преследования, а тебе не кажется, что она передалась тебе? Я хочу лишь узнать про себя, про свою жизнь, меня не волнует, что тут творят докторишки в этой грязной больничке. Мы свалим отсюда и забудем всё, как страшный сон. – Мы, это ты и Лэнгдон? – Я звала тебя с нами. – Это исключено. И тебе я бы посоветовала отказаться от данной затеи. – С чего бы вдруг? – раздражение вскипало внутри Вайлет, она не могла понять, как за такое короткое время Мойра из безразличной ко всему происходящему и любопытной бесстрашной «журналистки», превратилась в параноика с дрожащими и влажными от страха руками. – Ещё никому не удавалось сбежать отсюда, это слишком рискованно. – И что мне сделают? Посадят на электрический стул? Не смеши меня. Тейт уже пытался бежать, и, как видишь, жив-здоров. – Тейт не так прост, как кажется. Конечно, ты думаешь, что видишь его с другой, хорошей стороны, но эта та сторона, которую он хочет, чтобы ты видела! Вай пристально посмотрела на О’Хару изучающим взглядом и покачала головой. – Тейт единственный, кто на самом деле меня понимает и не твердит на каждом шагу о том, какие мы все психи. Он живет, пытается двигаться вперед, а не сидеть в углу, зажав голову руками, боясь, что вот-вот начнется новый приступ безумия. – Вайлет… – Черт, не нужно было рассказывать тебе о плане с побегом… – Конечно, лучше доверять убийце! Ты на миг отвернешься, и он сделает с тобой то же самое! Не веря тому, что говорит Мойра, не веря тому, что видит перед собой совсем не ту девушку, которую узнала пару недель назад, Хармон с горьким сожалением взглянула в большие красивые глаза, в которых не было видно дна разлившегося там отчаяния. – С тобой что-то не так, иди, выспись на тихом часе, может, придёшь в себя, – Вай сжала челюсти и попятилась назад. – Вот, кажется, это к тебе, может, отвлечешься… С этими словами девушка кивнула в сторону ворот, со стороны которых шел молодой парень, затем сложила руки на груди и, развернувшись, быстро двинулась в сторону больницы. Слишком много "воды", глупых, неясных слов, которые ничего не дают, а только запугивают, точнее, пытаются запугать, но всё это бессмысленная болтовня. Мойра или чем-то напугана, или у неё обострение, Вай не знала, чем ещё объяснить её помутневший взгляд фанатично настроенной на соблюдение всех правил больницы пациентки. Хотя, что-то всё же было во всём, что она говорит. В больнице и правда происходили какие-то закадровые вещи, то, чего не было на слуху или на виду, но оно явно было. Однако, О’Хара лишь нагоняла страх, но не подкрепляла информацию фактами, потому что, видите ли, не хочет, чтобы Вайлет в это лезла. Неужели эта девушка и правда так переживала за Хармон? Или она просто всем этим пыталась отговорить её от общения с Тейтом? Всё это слишком глупо и непонятно. Вот Тейта мы обо всём и спросим. ________________ 13:48 Обед подошел к концу, у пациентов было время для приготовления ко сну, и Вай, не заставшая Лэнгдона в столовой, как они договаривались, надеялась найти его в палате на пятом этаже. В той самой палате, где… От воспоминаний в глазах у девушки помутилось. А ведь ничего практически и не было, лишь… прикосновения, шлейф особенного запаха юноши, грубые крепкие путы на запястьях в виде его безумно горячих рук, туманящие разум слова и томное ожидание неизвестности, подкреплённое страхом, которое обернулось лишь спектаклем с обеих сторон. Но, что, если они продолжат его действие после этого внушительного антракта, в точности, как во сне?... «Вайлет!» Голос изнутри воскликнул наигранно возмущённо, так как даже совесть девушки спокойно могла отступить перед светловолосым юношей, не смотря на все его темное прошлое, все её дикое смущение и их неопределённые отношения. Но никакой речи не может быть о том, что возникло в голове девушки. Ясно, что в подсознании её таилось что-то, чего она не хотела признавать, но даже если и признать, какой от этого толк? Что, если Тейт не думает о том же? А если думает, то не игра ли это с его стороны? «Будь осторожен. Руна, исцеляющая разбитое сердце, жутко болезненная».* И где она это слышала?.. Наконец, заставив себя отбросить все неуместные мысли, Хармон вышла в коридор пятого этажа. Её волновало очень многое, например, как она вчера попала в свою палату, к чему был этот сон, и правда ли то, что она узнала про Тейта, или это тоже был сон, который девушка приняла за реальность? Она не знала, как относится к ней парень после его признания, и к тому же, желала расспросить его о некоторых вещах, о которых до сих пор он не говорил. Но её незнание легко объяснить: у них было не так много времени, чтобы обсудить так много вещей, включая таинственного друга и то, что Тейт вместе с ним делал в этих стенах. И если уж Лэнгдон рассказал ей о самом страшном своём деянии, то про приключения в больнице уж точно поведает. Девушка неторопливо шла по коридору, думая, как начать разговор, и гадая, будет ли вообще молодой человек рад её видеть. Позади за спиной вдруг скрипнула дверь, что было довольно ясно слышно в тишине. Обернувшись, Хармон замедлила шаг, а когда из палаты выглянула светловолосая женщина лет тридцати с небольшим, она совсем остановилась. На лице незнакомки было какое-то потерянное выражение, она оглядывалась по сторонам, а, заметив Вай, тут же испуганно вытаращила глаза. – Мисс?.. С вами всё в порядке? – вид женщины был настолько несчастным и напуганным, что Вай действительно забеспокоилась. Ничего не ответив, странная пациентка выбежала в коридор и подскочила к девушке, схватив её за руку, затаскивая в свою палату. – Хэй, что такое? – Вай стало смешно, она сама не могла понять, почему. – Ты зря ходишь одна по коридорам, – женщина, ещё раз убедившись, что вокруг никого нет, закрыла дверь. Глаза Вайлет расширились до самого возможного разумного предела, когда она увидела количество замков на двери, которые пациентка тут же принялась закрывать. – Что вы делаете? Хэй, не нужно меня запирать здесь! – Хармон попыталась остановить женщину, но та строго взглянула на неё, словно всё так и должно быть. – Они могут придти в любой момент, ты что, не понимаешь? – спросила взволнованно хозяйка палаты, закрыв замки, и потерла руки о бедра, отчего её свободная длинная юбка колыхнулась. – Кто, простите? – Вай вскинула брови, гадая, сколько ещё людей, охваченных паранойей, ей сегодня предстоит встретить. – Они… Странные люди… – задумчиво пройдя вдоль комнаты, женщина схватила кружевной носовой платок с тумбочки у кровати и принялась теребить его в руках. – Они всегда ходят по трое. Когда я была дома, они все время заглядывали в мой глазок и стучали в дверь. И свистели, – повернувшись к девушке, женщина осмотрела её с ног до головы. – Ты никого не видела, когда шла сюда? – Нет, – Вайлет продолжала стоять на прежнем месте у самой двери, пытаясь найти возможность открыть замки и скорее выйти отсюда. – Они следят за мной. Они приходят и свистят за дверью… Это сводит меня с ума, – на глазах женщины показались слезы, она тут же промокнула их платком и сделала глубокий вдох. – Не попадайся им на глаза, милая, вдруг они и за тобой будут ходить. – Я… Хорошо, я буду осторожна, только выпустите меня, договорились? – аккуратно подойдя к испуганной пациентке, Вайлет взяла её за руку, пытаясь утешить. – Как вас зовут? – Нора… Нора Хартнел. Глаза девушки распахнулись, она захлопала ресницами, тут же принявшись тщательнее рассматривать новую знакомую. Яркие добрые глаза, крупный подбородок, красивые полные губы и эти пушистые ресницы – в точности, как у её дочери… «Боже, это ведь мама Мелиссы…» – Я Вайлет Хармон. С третьего этажа. И пока я шла, клянусь, не было никаких людей, кроме пары медсестёр. Я вас уверяю, в больницу не так легко проникнуть, охрана не пускает посторонних. Так что вам нечего бояться, – ласково улыбнувшись, Хармон отметила, что лицо Норы немного просветлело, она поправила золотистые завитые волосы, собранные в пучок, и, облизнув губы, сжала в кулаке свой платок. – Красивое имя. Вайлет… – миссис Хартнел снова задумалась и смотрела словно сквозь собеседницу. – Почему ты здесь? – Я… Кхм, попытка суицида, – вдаваться в долгие объяснения Вай сейчас не желала, но произошло нечто, что заставило её передумать. Глаза Норы вновь наполнились слезами, губы задрожали. Женщина смотрела на Хармон с таким сожалением и горечью, что, впервые за всё время пребывания в этой палате, Вайлет восприняла этого человека всерьёз. – Милая девочка, – пробормотала она и заключила девушку в свои объятия, поглаживая по спине, словно верила, что это излечит душевные раны этой хрупкой, как она сказала, девочки. – О, ну что вы, прошу, не надо плакать! – Ты так мало прожила… – Но теперь всё хорошо, не нужно так переживать. – Это ужасно, – отпрянув от Вай, Нора продолжала лить слёзы, но Хармон усадила её на больничную койку и принялась объяснять все по порядку, лишь бы восприимчивая особа перестала так убиваться из-за совершенно незнакомой ей девушки. – Значит, ты даже не помнишь, как это произошло? – несчастные глаза, полные изумления, уставились на Вайлет. – Пока – нет. Нора вздохнула, повернувшись к окну, и задумчиво затихла, даже слезы, которые периодически снова и снова возникали по мере рассказа Хармон, исчезли, оставив после себя лишь мокрые дорожки. – Я всегда думала, что жизнь слишком коротка, чтобы так часто горевать. Теперь понимаю, что для горя и слез не хватит и нескольких жизней, – женщина неподвижно смотрела в окно, словно видела там что-то, чего не может видеть Вайлет. – Ты уже могла догадаться, что я здесь из-за этих людей… Они преследуют меня с тех пор, как… Сделав глубокий вдох, миссис Хартнел взглянула на свою собеседницу. – Вайлет, скажи, я плохая, да? Нахмурив брови, девушка замотала головой. – Как я могу судить? Я же вас не знаю… – Я плохая, – уверенно закивала Нора, схватив Вай за запястье. – Миссис Хартнел… – Я хотела хорошую жизнь, удачный брак, семью, уютный дом и благополучие. Но кто знал, что я не создана для всего этого? – тихо спросила женщина саму себя, устремив взгляд на стену напротив. – Я ужасный, ужасный человек, я не смогла быть той, кем все хотели меня видеть, понимаешь? Я не смогла быть той, кем, как я думала, я должна быть. Я так ужасна, Вайлет… – Нет-нет, почему вы думаете, что обязательно должны оправдывать ожидания всех, кто вас окружает? Люди слишком привередливы, слишком требовательны, они не прощают ошибок, – сказав это, Вай опустила ресницы. Она и сама была такой же. Но теперь поняла, что нужно уметь давать шанс, только тогда у тебя он тоже будет. Девушка взглянула на Нору. – И пусть ты делаешь для них только хорошее, стоит проколоться хоть один раз – всё. Это ставит клеймо на тебе. Но все ведь совершают ошибки? Не нужно корить себя за то, что не смогли соответствовать чьему-то идеалу. Это только ваша жизнь, с вашими личными взлётами и падениями. – Милая девочка, – лицо Норы засияло улыбкой, губы задрожали, новые слезы медленно покатились по щекам, но кружевной платок уже пришел на помощь. – Ты так хорошо говоришь… Но я совершила нечто ужасное, нечто непростительное. Поэтому они ходят за мной. Они хотят, чтобы я ответила за свое злодеяние… Наступила тишина. Миссис Хартнел снова уставилась на стену, чему-то печально улыбаясь, несчастные глаза её всё ещё были на мокром месте. Вайлет сидела рядом с женщиной, подбадривающим жестом погладив её руку, но спросить о её «злодеянии» не решалась. Это решение Норы – говорить о нём или нет. Но Нора будто забыла о теме разговора и начала спрашивать о делах больницы, так как сама она редко выходила из палаты, боясь, что свистящие люди заберут её. Хармон рассказала о своих приключениях с Тейтом, не упоминая на всякий случай имени юноши, так как помнила слова Генри о том, что жена просила не подпускать юношу к их дочери. И потоп на первом этаже, и знакомство с местными питомцами, и прогулка с поимкой светлячка, а также пребывание на чердаке – всё это уложилось в повествование, правда, за исключением многих важных деталей. А ещё Вай почему-то не решилась сказать женщине о том, что знает её дочь, так как та за всё время разговора так и не упомянула Мелиссу. Значит, лучше узнать побольше о диагнозе Норы и отталкиваться от него. Но зато на всё, что поведала ей девушка, миссис Хартнел весело улыбалась и прикладывала ладони к лицу, сжимая губы, задумываясь о чем-то, словно вспоминала, как сама когда-то испытывала все эти эмоции от таких, пустяковых на первый взгляд, крупинок жизни. Но именно эти крупинки составляли всю шкалу времени, отмеренного нам, и каждое событие, пусть даже это лишь пять минут любования мерцанием светлячка, занимает на этой шкале своё почетное место. Хармон всё пыталась наконец подвести разговор к логическому завершению, так как желание найти Лэнгдона никуда не пропало, но то, как по-детски наивно и по-взрослому печально улыбалась Нора, теребя свой платочек в руках, всё время удерживало девушку от того, чтобы просто встать и уйти. Наконец время тихого часа подходило к концу, и, осознавая это, Вай аккуратно намекнула хозяйке палаты, что пора отпирать замки. Хартнел спохватилась и с многочисленными извинениями подлетела к двери. Пока один за другим открывались замки, женщина делилась своей радостью по поводу того, что здесь в двери нет глазка, и эти её странные свистуны не норовят подглядывать за ней через него. – Поверьте мне, они никак не смогут попасть в больницу, – усмехнулась Вайлет, прощаясь с Норой. – Они могут, – прошептала та, опасливо выглядывая в коридор, куда уже стали выходить другие пациенты. – Обещай, что будешь на чеку. И не пустишь их ко мне, если увидишь. – Конечно, не пущу, – заверила её Хармон, стоя на пороге, ожидая, когда же Нора отпустит её руку. – Хорошо, что ты зашла ко мне, – протянула женщина. «Да у меня и выбора-то не было», – подумала про себя Вай. – Наверное, ты права, не всегда стоит стремиться оправдывать чужие ожидания… Не все люди имеют адекватные запросы, некоторым никогда нельзя угодить. Но… я всё равно плохая… Я такое чудовище, Вайлет, – монотонно бормотала Нора, медленно отпуская руку девушки. Вай уже хотела снова сказать что-то подбадривающее, как вдруг миссис Хартнел бессознательно улыбнулась и погладила свою гостью по плечу. – Иди к своему другу, уж он, наверное, тебя обыскался… Как, ты сказала, его имя? – Я и не говорила… – Тейт? Это ведь он? Глаза девушки наполнились удивлением, она недоуменно уставилась на Нору. – Генри говорил, что этот мальчик нашел себе подругу. Когда я увидела тебя, сразу поняла, кто ты. – Вы поэтому меня к себе затащ… позвали? – выдохнула Хармон, не понимая причин и следствий. – Ваш муж говорил, что вы опасаетесь его... – Вздор. – Так значит, он солгал? Женщина ласково улыбнулась. – Мой муж в один прекрасный момент решил, что Тейт плохой… Но я-то знаю, какой он. – Откуда? – Я знаю… – Нора, видимо, решила не трудиться над ответами на вопросы. – Он лучше меня. Его злодеяние другого рода. Этот мальчик хрупок и несчастен, хорошо, что появилась ты. Иди. – Подождите, он к вам тоже заходит? – Он прогоняет этих людей. Тейт их прогоняет. – О, ну конечно, – Вай сделала вид, что всё поняла, хотя, на самом деле возникло только больше неясности. – Генри не понимает, каково это – быть другим. Поэтому он осуждает Тейта. Я не осуждаю. Я – ещё хуже… – Миссис… – Иди к нему, – улыбнувшись, Нора шагнула в палату, закрывая за собой дверь. Она замерла, когда осталась небольшая щелочка, и Вайлет всё ещё могла видеть её лицо. – Я позвала тебя к себе, чтобы спасти от них. Хотя, тебе нечего бояться, раз Тейт рядом. С последними словами дверь окончательно закрылась, оставляя Хармон наедине с собой и своими мыслями, которых становилось всё больше. Нора – страннейшее существо, с которым Вай пока общалась в этой больнице. Она могла в один момент нести ахинею про преследующих её свистунов, а потом как здравый человек рассуждать о характере и сущности людей. Это сочетание безумия и интеллекта было таким контрастным, что начинало, если и не пугать, то завораживать точно. Что же с ней такое и почему она так рьяно утверждает о том, какой она отрицательный персонаж? Тейт должен знать. Тейт! Наконец-то можно было попытаться его найти, главное, чтобы никто из желающих пообщаться больше не затаскивал Вайлет в свои покои. _____________________ 16:32 Как Вайлет ни старалась, она не нашла Тейта ни в палате, ни в столовой, ни в холле на первом этаже, ни в кабинете музыкотерапии, даже на улице его нигде не было видно. «Этот воришка, наверное, снова караулит рядом с кухней», – предположила девушка с улыбкой, представляя, как блондин набивает карманы новыми вкусностями, высунув от усердия язык. Но какой бы смешной не казалась эта картина, весело больше не было, когда и на кухне парня не оказалось. Возникла идея сходить на чердак, но девушка, к сожалению, не очень то хорошо знала путь туда. Задумчиво плетясь по коридору, Вай начала перебирать в голове множество разных причин, по которым он мог спрятаться где-нибудь, решив, что не хочет видеть её. Может, он решил, что Хармон всё-таки не захочет с ним больше общаться? Или это она сама слишком надоедлива и неправильна для него? А вдруг с ним что-то случилось? Да нет… Что может произойти с ним? «Боже, да прекрати ты уже, что за ерунда в твоей голове?» Отругав себя за глупую панику, девушка решила отправиться в свой кабинет музыкотерапии, заняться там очередной ерундой… Перед ужином обещала зайти мама, будет хоть какое-то разнообразие… А ночью… Ночью она отправится куда-нибудь подальше отсюда в своих мыслях. И, похоже, отправится одна… Главное, чтобы не в похожий на сегодняшний сон, иначе она точно не выдержит. Вы, конечно же, знаете, как может подпрыгнуть сердце, когда случается что-то неожиданное? Как оно прямо-таки норовит прорвать грудную клетку и в испуге упорхнуть куда-нибудь? Тогда вы понимаете, что в следующий момент испытала Вайлет, учитывая то, что её реакция на неожиданности всё ещё была чересчур бурной. Она не успела даже вдохнуть достаточно воздуха, чтобы крикнуть о помощи, как тут же в глазах помутилось, и девушка оказалась в темном помещении, спиной прямо к жесткой ледяной стене. Рот её, как нетрудно догадаться, был зажат чьей-то рукой, но её собственные ладошки уже потянулись к напавшему на неё человеку, чтобы оттолкнуть его, а немыми стонами она пыталась воззвать к кому-то, кто мог бы её спасти. – Тихо, ты всё испортишь! – послышался смешок, рука, зажимающая рот, испарилась, а когда взгляд прояснился, всё встало на свои места. – Придурок! – облегченно вдохнув воздух, Вай толкнула Тейта в грудь, а тот только ещё сильнее захихикал. – Ха-ха, как смешно. – Я напугал тебя? – не обратив внимания на толчок, юноша сделал шаг обратно к Хармон, смотря хитрыми глазами сверху вниз. – Ни капельки, – уверенно ответила девушка, все ещё пытаясь восстановить дыхание, поглощая кислород через приоткрытые губы. – Уверена? – А ты, значит, ловишь кайф оттого, что пугаешь пациентов? – усмехнулась Вай. – Только когда пугаю тебя, – растянув сухие губы в улыбке, Лэнгдон подтянул руку вверх, облокачивая её на стену чересчур близко к лицу Хармон. Моментальным порывом в сознание её ворвался сегодняшний сон, и, смущенно опустив взгляд, девушка пыталась отвлечься и думать о чем угодно, только не о его жадных руках на её мокром теле… – Хэй, всё в порядке? – молодой человек нагнулся, чтобы заглянуть в глаза Вайлет, она тут же попыталась придти в себя и встала ровно, сложив руки на груди. – Где ты был всё это время? – Где была ты, вот в чём вопрос, – усмехнулся Тейт. – Меня немного похитили… – Кто же, интересно, кроме меня, позволяет себе такую дерзость? – вскинув брови, парень заинтересованно склонил голову на бок. – Ого, вы посмотрите, кто-то понял, что это дерзость? – Вай издала смешок, но тут же сжала губы, чтобы больше не смеяться, так как взгляд Лэнгдона стал пронзительнее. – Дерзость – это то, что сейчас у тебя на языке, – спокойно, глубоким тихим голосом сказал юноша. Девушка сглотнула и снова попыталась думать о чем-нибудь нейтральном, не желая поддаваться его очарованию. – Нора Хартнел, с твоего этажа. Она затащила меня в свою палату. Губы Тейта сложились в выразительное и довольно забавное «о». – Всё очень плохо? – неуверенно спросила Вайлет. – Нет-нет, она просто редко кого-то пускает к себе. – О, ну это всё мои полезные знакомства, – самодовольно подняв уголок рта, Хармон многозначительно посмотрела на собеседника. – И-и-и? – протянул он вопросительно. – Ну, как же, я ведь твоя подруга, – сделав упор на последнее слово, Вай тихо засмеялась, когда увидела выражение лица парня. – Похоже, с Тейтом Лэнгдоном мне открыты все дороги. – Именно, – энергично подтвердил тот, подняв на девушку указательный палец. – Одна из них – за пределы больницы. И именно поэтому я тебя сюда затащил. – Эмм… – О Норе расскажу потом, нужно идти. Мы слишком разболтались, подруга, – выделив то же слово, что и Вайлет, молодой человек вскинул руку в сторону лестницы, ведущей в подвал, чтобы пропустить девушку вперед. – Мы что, сбежим прямо сейчас? Я даже чемоданы не собрала. За спиной Хармон послышался смех, и она тоже улыбнулась, понимая, что вряд ли её вопрос имел положительный ответ. – Куда мы идём? – Нужно проверить один тайник, – загадочно произнёс Тейт, поравнявшись с девушкой, пока они шли по коридору подвала. – И много их у тебя? – загоревшись, Вай с азартным блеском в глазах взглянула на парня. Она осознала вдруг, что всегда любила секретные места и зарывание кладов. – А тебе сразу все карты раскрой, – проворчал Лэнгдон, вызывая у девушки смех. Она толкнула его в плечо и пошла быстрее. Люминесцентные лампы над головой освещали подвал холодным свечением, некоторые из них, вися под потолком, выполняли функцию сборника пыли, но не источника света, так как давно перегорели. Когда парень с девушкой подошли к одной из левых боковых дверей, Тейт прижал палец к губам и аккуратно взялся за толстую железную ручку, чтобы открыть её. Заглянув в перпендикулярный коридор, который, оказывается, скрывался за этим проходом, юноша убедился, что там никого нет и, взяв Вайлет за руку, тихо шагнул вперед, ведя её за собой. – Я думала, что это одна из камер. – Я тоже так думал, пока не нашел однажды план здания. Это далось мне не легко. – Но… Ты же говорил, что его не так сложно найти, – непонимающе нахмурив брови, сказала Вай. – Официальный план здания – да. Я нашел более или менее приближенный к истине. Вместе с подземными ходами. Вайлет задумалась и решила, что нет смысла оттягивать разговор. – Ты… или вы с другом? Тейт остановился, озадаченно смотря на девушку. – В этой больнице слухи распространяются быстрее, чем ставятся диагнозы, – мрачно усмехнулся он, продолжив движение по коридору. – Ты собирался рассказать мне о нём, или это не то, что я должна знать? – Вайлет... Это всё очень долго объяснять и… Это не самое лучшее, что я могу рассказать о себе и своем прошлом. – Я уже слышала худшее, о чём ты говоришь вообще? Думаешь меня удивить? – Вай фыркнула, заставляя юношу удивленно распахнуть глаза. Он прикрыл веки и усмехнулся. – С тех пор, как я попал сюда и познакомился с ним, я многое переосмыслил. Мое мировоззрение изменилось не в лучшую сторону, – казалось, что воспоминание о друге не доставляет Тейту большого удовольствия. – Что бы ты там ни говорила, тем, что мы с Коуном творили, нельзя похвастаться. Я говорил тебе, что нарушал дисциплину, когда попал сюда. И не без его помощи. Мне нужен был кто-то, с кем я мог общаться, чтобы окончательно не сойти с ума. Он не видел во мне монстра, в отличие от других. Может, потому, что сам им был. Вайлет внимательно слушала парня, грустно поглядывая на него, пока они шли рука об руку. – С тех пор, как ты появилась здесь, я тоже многое переосмыслил. Что-то было не так в нашей с ним дружбе. Я не становился спокойнее, да и все это мнимое лечение ничего не давало, только ещё больше злился на мир. Теперь всё по-другому. Ты влияешь на меня иначе… Заметив, как молодой человек помрачнел, девушка остановила его, потянув за рукав. – Всё хорошо, Тейт. Я не собираюсь допрашивать тебя о деталях ваших проделок. И уж если ты говоришь, что в этой дружбе ты становился только злее, может, хорошо, что его выписали? Замерев с широко раскрытыми глазами, Лэнгдон тут же одернул себя и, вздохнув, улыбнулся. – Всё это позади. У меня теперь есть подруга, – хихикнул юноша, увернувшись от кулачка Вайлет. – Я очень надеюсь, что ты не предложишь мне поджечь больницу вместе со всеми пациентами. – Он хотел это сделать? – О, ещё как. Разрабатывал целый план, – усмехнулся Тейт, возобновляя шаг. – Тейт, – Хармон догнала попутчика, встретившись с ним глазами. – Когда ты хотел сбежать… Ты ведь не один пытался сделать это? Вместе с Коуном? – И как ты всё так быстро раскусываешь? Девушка улыбнулась, опустив глаза под ноги, чтобы обойти валяющийся на пути осколок кирпича. – Жаль, что ты, в отличие от него, так и остался здесь. – Я не жалею, что я здесь, – перебил Вай молодой человек. – Если бы меня выписали раньше, я бы не встретил тебя. Щеки Вайлет залились румянцем, она смущенно и сдержанно улыбнулась, сжав в кулачках рукава своего бордового кардигана. Девушка оборачивалась по сторонам, пытаясь рассмотреть окружающую обстановку, и обстановка эта не отличалась уютом. Кирпич на стенах был серым и крошился из-за влажности в помещении. Под потолком вдоль стен шли тонкие трубы, похожие на те, что были в процедурных кабинетах, а под ноги все время попадались отколотые кирпичи, где-то валялись окурки. Чем дальше шли Вай с Тейтом, тем чаще встречались неисправные лампы на потолке, и в какой то момент они вообще исчезли, оставляя парня с девушкой в кромешной темноте. Лэнгдон полез в карман и достал оттуда телефон, включив на нём вспышку. – Фонарик здесь не так просто найти, – пояснил юноша, увидев на лице Хармон усмешку. – А как же полезные связи? – В секретных делах они не помогут. Возникло бы много вопросов, зачем мне фонарь, куда я собрался с ним идти и так далее и тому подобное, – покачав головой в такт своим словам, Тейт замедлил шаг, смотря под ноги и на основания стен. Девушка повторила его действия, пытаясь понять, что он ищет, и проверить, найдёт ли и она что-нибудь. – Должно быть где-то здесь, – пробормотал молодой человек, закусив нижнюю губу. – Что лежит в твоём тайнике? – тихо спросила Вай, следуя за Лэнгдоном, пока он медленно шёл вдоль стены, не сводя с неё глаз. – Что-то, что не должны найти в моей палате. – Прячешь там травку? Тейт повернулся к Вайлет, укоризненно улыбнувшись ей. – Что? Это одно из предположений… – Хм, – усмехнулся юноша, которому начинал нравиться ход мыслей его спутницы. – Огласите весь список, мисс. – Хочешь поиграть в догадки? – Ты начала игру. Давай, говори. – Ну… Там может быть оружие. Или компромат на кого-нибудь из сотрудников? А может, просто склад вкусностей, которые ты таскаешь с кухни?… Или… ты прячешь там порно-журналы? Тейт прыснул от смеха, понимая, насколько она далека от истины, но предположения Вайлет его определённо забавляли. Девушка поджала губы, сделав невинное личико. – Нет, журналы я бы там прятать не стал. Это не такая секретная вещь, чтобы так далеко их запихивать. – Так, значит, они у тебя есть? Держишь их под рукой? – Хармон хитро прищурилась, издав смешок. – Вот я и раскусила ещё один твой секрет. – Заметь, идея с журналами возникла в твоей голове, не в моей, – ехидно заметил Тейт, посветив на девушку фонариком на телефоне и взглянув на неё из-под ресниц. – Снова эти шальные мыслишки, откуда они только берутся? Хармон вскинула бровь и опустила взгляд, сделав вид, что пытается помочь парню найти его тайник. «Ох, Тейт, если бы ты знал…» Незаметно для обоих в коридоре стало совсем тихо. Прохрустела бетонная крошка под конверсом Тейта, и он присел на корточки, попросив Вай подержать телефон и посветить ему. Рядом со стеной лежал очередной раскрошившийся кирпич, и парень отодвинул его с законного места. На бетонном полу показался еле заметный крестик, нарисованный, очевидно, тем же самым красным кирпичом. – Ого, да у тебя всё продумано, – присев на корточки рядом с Тейтом, Вайлет заинтересованно осмотрела всё вокруг крестика, включая стену, пол и слой пыли и грязи, который давно никем не убирался. Лэнгдон достал из кармана алюминиевую ложку, которую, похоже, стащил из столовой, и кончиком её ручки поддел один из покоящихся в кладке кирпичей. Тот поддался и немного выехал вперед. Вай широко распахнула глаза, заворожено смотря на то, как Тейт просунул руку внутрь, ожидая увидеть, наконец, содержимое его тайника. Прошелестела бумага, Вай усмехнулась, качая головой. – Значит, всё-таки журналы, – хихикнула она. – Ох, Вайлет, – вздохнул парень, вытащив сложенный вчетверо плотный лист. – Это всего лишь тот самый план с подземными коридорами. – Черт, – выпятив губки, девушка тихо засмеялась. – Так бы сразу и сказал, я себе уже напридумывала… – Ты сегодня какая-то перевозбуждённая… – пристально смотря на Хармон, медленно произнёс Тейт. Вай тут же испуганно уставилась на него и нервно сглотнула, пытаясь себя успокоить в том, что он никак не может проникнуть в её голову и увидеть там все интимные подробности сна об их утреннем приключении в душе. – Ну, или мне кажется, – весело добавил молодой человек и, возвращая на место все кирпичи, восстанавливая порядок в своём тайнике, с хитрым взглядом забрал у девушки свой телефон. – Пора возвращаться, – сказал он и подтолкнул Вай в обратный путь. Девушка сделала несколько шагов, но вдруг резко остановилась. – Тейт, – прошептала она еле слышно, заставив юношу волноваться. – Что такое? – вторил ей Тейт, не смея говорить вслух в наступившей мертвенно-ледяной тишине. – Ты слышал это? – беспокойные глаза уставились на парня, который тут же резко повернул голову в сторону спасительного выхода, прислушиваясь. – Кто-то идёт, – Лэнгдон вдобавок к этим словам непристойно ругнулся и, схватив Вай за руку, ринулся вглубь подвального коридора, всё дальше от двери, ведущей наружу, из этого темного грязного тоннеля. Сердце Хармон пропускало удар за ударом, реакция юноши на появление посторонних в коридоре была более чем бурной, что только подтверждало их шаткое в данный момент положение. А ведь это только начало. Они ещё даже не пытались бежать из больницы… Тейт старался прикрыть вспышку телефона, которая как-то освещала им путь, чтобы она не привлекла внимание, но выключить её совсем было бы слишком глупо, так как в этой мгле темноты они лишь поврезались бы в стены или споткнулись о всевозможный хлам на полу. Прошло несколько секунд, хотя, казалось, вечность, и парень с девушкой нырнули за поворот, который очень кстати оказался с левой стороны. Для большей надежности Тейт провёл Вайлет дальше, чтобы скрыться в нише обнаруженной двери, которая, судя по ржавости и запыленности замка, либо давно не открывалась, либо уже не подлежала чистке от многолетнего влияния времени. Но рассуждать об этом и внимательнее рассмотреть её не получилось, так как телефон Лэнгдона мигом погас, оставляя прячущихся в неосязаемом пространстве. Хотя нет, что-то всё же осязалось: тело юноши, прижавшееся к другому, более хрупкому и миниатюрному, чтобы ни того, ни другого не было видно, если кто-то вдруг решит посветить в этот поворот коридора. Всё в Вайлет мигом перемешалось, и в муссе ощущений и чувств был и страх, и волнение, и восхищение, и азарт, и злость, и легкая истома, и неистовое тепло, расползающееся, словно струйки тающего мороженого по телу девушки. Тейт был таким теплым, дыхание таким частым и жарким, что невольно от томления закрывались глаза, хотя и так ничего не было видно. Спустя пару минут после того, как беглецы спрятались в нише, послышался какой-то шум, не то шагов, не то какой-то сосредоточенной деятельности, вдалеке мелькнул слабый луч света, и всё пропало. Дыхание у парня и девушки постепенно восстановилось после волнения и столь быстрого бега, но близилась опасность его очередного учащения из-за их положения относительно друг друга. – Кажется, там больше никого нет, – прошептала Вайлет, пытаясь угадать, что делает и о чем думает в этой темноте молодой человек. – Там ведь никого нет, Тейт? Боже, что если бы нас поймали? Ответ раздался неожиданно вслух и слишком близко. – Трусиха, – за этим словом озорной смешок, а затем легкий удар вслепую, исходящий от Хармон. Парень охнул (кажется, она попала в живот), а затем снова засмеялся. – Придурок, ты можешь хоть иногда относиться к чему-либо серьёзно? Я чуть рассудка не лишилась, думала всё – конец нашим радужным мечтам о побеге! – Вай говорила всё так же тихо, почти шёпотом, боясь, что неизвестные снова могут вернуться. – Ты же говорил, что никто не должен найти у нас план, что, если бы нашли? – «Если-если», какая разница, было же весело, согласись, – проговорил Тейт бодро, включив вспышку, светя на свою спутницу, всё ещё находясь довольно близко. – Убери этот чертов свет от моего лица, – буркнула Хармон, пытаясь загородиться ладонью. За спиной парня вдруг послышался новых шорох, слишком близко, оба замерли, понимая, что прятаться всё равно уже поздно. Осторожно и медленно Тейт перевел свет телефона в темную глубь коридора, готовясь всеми силами, что были в нём, защищать девушку, стоящую с ним рука об руку. Шорох продолжался, и это только усугубляло тот факт, что вокруг не было ни души. – Похоже, какой-нибудь кирпич снова раскрошился, – задумчиво произнёс парень, опуская луч света вниз. Крик вырвался из легких Вайлет, она тут же зажала рот руками, а потом загородила ими лицо, с раздражением выдыхая, и произнесла пару словечек, которые из её уст Лэнгдон никак не ожидал услышать. Он усмехнулся, подняв с пола отколовшийся кусок кирпичной кладки, и швырнул его, прогоняя огромную жирную серую крысу, которая сидела посреди коридора, что-то перебирая своими крошечными, по сравнению с телом, лапками и шевелила усами. Её голодные глаза сверкнули в свете, и она умчалась, оставляя за собой эхо шороха. – Твою мать, – выдохнула девушка. – Просто отвратительно… – Твой язык на вкус такой же острый, как и на слух? – низким тоном произнёс Лэнгдон, исподлобья смотря на Вайлет. – Не острее твоего, – ответила она первое, что пришло ей в голову, тут же сжимая губы и осознавая, как прозвучали сейчас эти две их реплики. Юноша довольно и ярко улыбнулся, облизывая высохшие от волнения губы. – Посмотрим, – сказал он насмешливо, с явным наслаждением отмечая, как смутилась Вай, которая уже почти взяла себя в руки и успокоилась, но теперь снова не могла совладать с бешеным сердцебиением. – Пойдем отсюда, хватит на сегодня приключений, – сказала она, бесстрашно, не смотря на последние события, шагая вперед, стараясь сделать так, чтобы Тейт не видел её раскрасневшегося лица. _______________ 19:24 После похождений по вновь открытому для Вайлет участку подвала, ей пришлось покинуть Лэнгдона для встречи с мамой. Девушка нервно ерзала на скамейке, стоящей на аллее, думая, уйти ли пораньше или всё же позволить Вивьен полноценно пообщаться с дочерью. Хармон младшая понимала, что они с Тейтом и так теряют слишком много времени на бесполезные вещи: процедуры, сеансы с врачами, свидания с посетителями (кстати, приходил ли кто-нибудь навещать Тейта?), ночной и дневной сон, да и помимо этого было полно различных факторов, отвлекающих их от основного плана. И именно поэтому, с трудом дотерпев до ужина, Вай попрощалась с мамой и на всех парах неслась в столовую, чтобы встретиться там с парнем. Тейт занимал своё привычное место, окруженный пустыми стульями, за столом Вай тоже было пусто, поэтому девушка направилась к своему… другу. – Ты видел Мойру? – как можно беспечнее поинтересовалась девушка, ковыряя ложкой содержимое тарелки. Не смотря на сегодняшний не самый приятный разговор с О'Харой, Вайлет всё равно переживала за нее. – Кажется, да, возле неё ошивался какой-то «здоровый», – брезгливо сморщившись, Лэнгдон поёжился. Вайлет прыснула со смеху, понимая, как странно это звучит, ведь, получается, что по эту сторону забора всё наоборот. Здесь пациенты переставали быть больными, ибо там, где все не дружат с головой, именно «здоровый» будет лишним, именно он - безумен. Ну, раз Мэтт всё же был рядом с Мойрой, то беспокоиться о ней не стоило. Наскоро закончив приём пищи, парень с девушкой поскорее направились в кабинет музыкотерапии, где могли обсудить важные для них вещи. _____________ – У нас не особо широкий выбор даты для побега, – тихо сказал Тейт, разворачивая карту с планом на полу возле кушетки, пока Вай смотрела в щелочку двери, чтобы убедиться, что в коридоре никого нет. Нетерпеливо переминаясь с ноги на ногу, девушка раскрыла дверь пошире и выскользнула из кабинета. Юноша, кажется, не заметил, да и не нужно было – Хармон вернулась через пару секунд, плотно закрыв дверь, и подскочила к Лэнгдону, садясь на колени перед картой. – Хэй, кто будет стоять на стороже? Твой любопытный нос? – усмехнулся Тейт, с упреком взглянув на девушку. – Там никого нет! Дай мне взглянуть, пожалуйста, ну! – ей и правда становилось всё интереснее, что же представляют собой эти подземные коридоры, что там было раньше, что может быть сейчас и зачем они вообще нужны в современное время. Посмеиваясь над Вайлет, молодой человек назло ей приподнял краешки бумаги, так что она почти ничего не видела. Каждый раз когда Хармон пыталась подглядеть, схемы и линии прятались от неё не без помощи блондина с коварной улыбкой. – Тейт, это не честно, если бы не я… – Если бы не я, ты хотела сказать?– Тейт всё больше смеялся над девушкой, которая тщетно пыталась добраться до так интересующей её вещи. – Ну-ка, мисс Хармон, кто достал вам этот великолепный тайный план здания, ммм? – он промурлыкал «м», растягивая его в точности, как во сне Вай, отчего она с трепетом в груди поджала губы. – Спасибо, Тейт, а теперь дай мне посмотреть, ты не можешь быть таким единоличником! Вайлет хихикала и хватала парня за запястья, пытаясь добиться своего, а он в свою очередь прятал карту, перекладывая её из одной руки в другую, потом вдруг принимался щекотать девушку, наслаждаясь её звонким смехом и тем, что прикасается к ней. Тейт вскочил, убегая от Хармон, виляя между партами, и она гналась за ним уже не потому, что хотела взглянуть на план, а просто из принципа, веселья, радости, что можно вот так дурачиться, не думая, что он может посчитать её странной или маленькой. Игра эта продолжалась и продолжалась, но им уже было всё равно, что драгоценное время медленно, но верно утекает сквозь пальцы, им просто было хорошо и спокойно, им было уютно в обществе друг друга. – Всё, нужно приступать к делу, прекращай! – сквозь смех сказала Вайлет, пробегая между парт, и чуть не уронила один из аппаратов, стоящих на них. – О-о-о, – дразнящим тоном протянул Тейт. – Пришлось бы тебе отрабатывать стоимость этой лампы, – произнёс молодой человек, останавливаясь в дальнем углу кабинета, откуда мог спастись от Вай только очень сильно постаравшись. – Ты бы мне помог, – усмехнулась девушка, радуясь появившейся возможности поймать наглеца. – Нет-нет, ни за что, тебя бы, скорее всего, отправили на кухню отчищать чаны от засохшей варёной фасоли, – сморщившись, Лэнгдон улыбнулся. – Это жестоко, – констатировала Хармон, двигаясь осторожно и медленно, на миг снова вспомнив свой сон, но роли хищника и добычи сейчас были немного смещены. – Это «Грейт-Фолс», чего ты ожидала? – Не отвлекайся от главного, – хитро прищурившись, Вайлет приготовилась «нападать». – Смотря, что ты считаешь главным, подруга, – ей в тон ответил Тейт. – Засранец, – хохотнула девушка и ринулась к парню. Он спрятал руки за спину, держа план сзади, но с места не двигался. Хармон пыталась добраться до своей цели то слева, то справа, но ничего не получалось. Юноша снова засмеялся и с довольным выражением лица продолжал игру, пытаясь не сорваться и не дать воли инстинктам, которые давно проснулись, разбуженные каждым легким касанием нежных и миниатюрных ладошек к его телу. Вот она схватилась за предплечье, потом, незаметно для себя самой дотронулась до груди, а сейчас невыносимо близко прижалась к нему и в следующий миг неосознанно провела пальчиками по животу, заставляя всё тело Тейта раскалиться от переизбытка ощущений. И вдруг, понимая, что одной рукой ничего не сможет сделать, Вай, пытаясь дотянуться до листа, протянула обе руки по бокам парня, так что он почти оказался в её объятиях. Ну, разве можно всё это терпеть? Да, если хочешь наибольшего эффекта. Однако… – Ну и кто кого ловил? – миг, и Вайлет снова возвращается в привычную роль добычи, стиснутая в крепких объятиях Тейта. Её обоняние тут же улавливает лавандовый эфир, и Хармон не верит тому, насколько реальным начинает казаться на первый взгляд несбыточный сон. Она с кружащей голову эйфорией вдыхает аромат и прикрывает глаза, так же, как ранее в подвале. «…подруга». Карие очи распахиваются, и смущенная до предела, Вай расслабляет руки. – Мы совсем забыли о самом главном, – пробормотала она. «Всего лишь подруга. Друзья так не обнимают». Все веселье всё ещё смутно витало в воздухе, хотя что-то все же изменилось. Вайлет похолодела. Тейт знал, как это исправить. Он исправит... – Я всегда помню, – с улыбкой ответил Тейт и, проследовав за девушкой, которая уже села на прежнее место на полу, наконец, расстелил перед ней план здания. – А сколько было сопротивления, – склонив голову на бок, Вай с усмешкой вскинула бровь. – Нужно же было тебя подразнить, – тихо и загадочно ответил молодой человек. – Ну-ну, я запомню этот эпизод, – пригрозив Лэнгдону пальцем, девушка опустила взгляд на план. – Что, неужели собралась мстить? – Пусть это будет сюрпризом. – Что ж, ладно, – положив обе ладони на бумагу, Тейт бегло осмотрел её. – Теперь, как ты говоришь, «о главном». Здесь много не исследованных коридоров, и, честно говоря, лучше не соваться туда, куда не нужно. – Ты знаешь, куда не нужно? – скептически сжав губы, спросила Вай. – Приблизительно. Когда мы с Коуном планировали побег, то взяли в расчет тот коридор, который вёл прямиком за территорию. – Такой существует? – выдохнула девушка. – Я бы удивился, если бы он не существовал. – Почему вас поймали? – Во-первых, мы выбрали неудачный день. Во-вторых, коридор, как оказалось, часто используется. – Что? – не поверила Вайлет. – Но кем? – У него много предназначений, Вайлет. Бытовые, технические… там проходят трубы, которые вечно ломаются, ну, всё такое. – Хватит мне лапшу на уши вешать, какие ещё бытовые? Уж не хочешь ли ты сказать, что через него нам новое постельное белье доставляют? – Возможно… – Чушь. Ты что-то не договариваешь. Я видела, как и продукты, и принадлежности для пациентов завозят прямо со двора. Там есть проход, через который грузчики всё заносят. – Вариант с коммунальным обеспечением тебе тоже не нравится? – слабо усмехнулся парень. – Это ещё более или менее правдоподобно… Но ты так и не сказал, как вас поймали. Неужели вы не смогли спрятаться, так же как мы сегодня, например? – Это Коун… – сказал нехотя Тейт, отвернувшись в сторону. – Я так и знала, что здесь какой-то подвох. Ну? – Он хотел напоследок осуществить свою задумку. Он был одержим этой идеей. – Сжечь больницу? – заворожено прошептала Хармон. Юноша кивнул. – Из-за этого вы попались? – Я пытался его отговорить, мы могли бы убежать, но из-за того, что он провозился со спичками, нас поймали. У меня был шанс свалить отсюда, но я его не бросил… – Зато он тебя – да… – задумчиво пробормотала Вайлет, грустно смотря на схему здания. – И зачем нужно было плести мне этот бред про бытовое использование коридора? – Я просто хочу, чтобы ты знала – мы не станем повторять прежних ошибок, не станем его использовать. – Что? – девушка нахмурилась. – Но Тейт, он ведет прямиком наружу! – У меня есть другой план… – тихо ответил молодой человек, коснувшись указательным пальцем одной из черных линий на бумаге. – Этот поможет незамеченными пройти мимо охраны, словно мы и не выходили из больницы. Но затем нужно придумать, как перебраться через забор. Или как пройти пункт охраны у ворот. Именно поэтому я тогда водил тебя к собакам. Чем сильнее они привыкнут к тебе, тем лучше. Эта незначительная деталь может помочь. А их, поверь, достаточно. И все нужно учесть. – Хорошо, допустим. Что ты говорил насчёт даты? – Я узнаю точное число, сейчас не могу сказать, но, в общем, через две недели, плюс-минус пару дней, состоится важное мероприятие. Скептически наморщив лоб, Вайлет потребовала объяснений. – Может приехать проверка, и для этого будет подготовлена территория – наведут порядок внутри и снаружи, устроят небольшой концерт и, как дополнение, после него – разные психологические тренинги. В общей суматохе мы легко затеряемся и сможем провернуть своё дело. Концерт? В этом заведении? Это больше будет похоже на фрик-шоу, и как они вообще додумались до такого? – О-о-о, – только и могла выдохнуть Хармон, представляя, что предстоит им пройти за эти две недели. Две… Две! – Тейт, это слишком долго, неужели нам никак не выбраться отсюда раньше? – Это слишком опасно, – ответил юноша, сглотнув. – Черт… – опустив голову вниз, Вай вздохнула, её светло-русые локоны колыхнулись и замерли. – Нам нельзя рисковать. Тебя за эти две недели могут спокойно выписать, что будет ещё лучше, но если ты раньше времени попадешься при попытке побега, продлят срок лечения. – Но… – Что же касается меня, – продолжил Лэнгдон. – Мое лечение здесь – неопределенный отрезок времени, и для меня нет разницы – завтра или через две недели. Главное – не торопиться и все продумать, спешка только усугубит положение. – Ладно-ладно, я всё поняла, – пробормотала девушка, поднимая взгляд на Тейта. – Праздник, так праздник. Это довольно символично, – усмехнулась она. – Почему? – У нас тоже будет праздник – освобождение, – пропела Вайлет, торжественно рассекая воздух руками. Молодой человек тихо засмеялся и развернул к ней план здания, чтобы немного рассказать о нём своей соучастнице. _________ 22:07 Коридор был пуст, что лишь играло на руку паре, неторопливо шедшей вдоль третьего этажа больницы. Вайлет развернулась у своей двери, убирая руки за спину и прислоняясь к стене. – Каждый день у нас насыщеннее другого, – сказала она, устремляя взгляд в окно, когда Тейт встал напротив неё. – О да, чего стоит одно твое похищение, – Тейт хихикнул, увернувшись от девушки, которая хотела толкнуть его. – Потому что кто-то не пришел вовремя в столовую, как мы договаривались. – Ладно-ладно, молчу, – засмеялся Лэнгдон. – Совсем забыл сказать, что я встретил Мил, и пока Генри был у врача, я втихую с ней поболтал. Она передала тебе привет и всё вспоминала, как вы вчера играли в парикмахерскую. Кстати, ты так мило хмурилась, когда она пыталась сделать тебе причёску, – озорно улыбнувшись, молодой человек поджал губы. – Да, это была довольно болезненная процедура… Стоп! Ты что, наблюдал за нами из кустов? – девушка расширила глаза и вдруг загадочно улыбнулась. – Слушай, ты не замечал за собой влечение к молодым особам? Ну, совсем молодым… – К таким как ты? – спросил Тейт, делая вид, что не понял намёка, и сделал шаг вперед. – Значительно моложе, – усмехнулась Вайлет, вжимаясь в стену за своей спиной. – А то уж больно странные у тебя наклонности… – Ты понятия не имеешь о моих наклонностях, – с хитрой ухмылкой ответил юноша. – Боюсь представить… – начала девушка, но не знала, как продолжить, так как мысли постепенно, одна за другой стали покидать её разум. – Представить это довольно сложно, здесь можно только познать, – голос парня становился всё тише, а расстояние между ним и Вайлет всё меньше. – Как-нибудь покажешь мне свои журналы, – попыталась отшутиться Хармон, но опасный блеск в глазах парня помешал ей хохотнуть. – Ну... Это лишь невинная забава… Девушка понимала, к чему всё идёт, но, не смотря на свой инстинкт самосохранения, который, похоже, перестал вдруг функционировать, хотя столько раз Вай повторяла себе о том, что с парнями нужно держать ухо востро, она не могла ничего с собой поделать. Вайлет лишь застыла в одном положении, скованная действиями, взглядом и странными словами Тейта. В данный момент она могла лишь созерцать и ждать, что произойдёт в следующий миг. «Чего он хочет? Точнее, чего он ждёт?» Напряжение в воздухе стало таким колючим, что, если бы кто-то вышел в коридор, непременно наткнулся бы на него и поранился. Не выдержав, Вайлет протянула руку к молодому человеку, встретив его заинтересованный взгляд. Но она лишь сняла пушинку с волос Тейта и невинно улыбнулась. – Спокойной ночи? – пожелание это прозвучало как вопрос, так как девушка не была уверена в том, что вообще происходит и ещё произойдёт. – Да… Да, – Тейт улыбнулся и сделал пару шагов назад. – Спокойной ночи, Вайлет. Набирайся сил, завтра у нас сложный день. – Ого, почему я узнаю об этом лишь сейчас? – удивлённо вскинув брови, Хармон потихоньку начала приходить в себя после дурманящей близости. – Всегда хочешь быть в курсе всех событий? – Если они касаются меня, в частности. – Завтра расскажу. – Что? – возмущенно протянула Вайлет, поставив руки по бокам. – Я теперь буду лежать и гадать, что ты в очередной раз удумал. Ты изверг! – Именно, – Тейт издал смешок. – Так что отправляйся в палату, подруга, вдруг я заинтригую тебя ещё больше, и у тебя будет жу-у-уткая бессонница?… Саркастично засмеявшись, Вай сложила руки на груди. – Увидимся на завтраке, – весело улыбнулся парень и повернулся в сторону лестницы. – До завтра, друг, – промямлила Хармон, смотря вслед удаляющемуся от неё юноше. Зайдя в палату, девушка встала посреди неё. «Подруга… Сначала он приближается вплотную и смотрит так, что я теряю дар речи, лезет с поцелуями и объятиями, а потом называет подругой… Вайлет, как ты умудрилась попасть в эти сети, как?» Обреченно вздохнув, девушка закрыла глаза, чувствуя себя загнанной в угол и нагруженной ложными надеждами. Сзади в коридоре послышались шаги, Хармон настороженно повернулась лицом к двери, и та тут же распахнулась. – Тейт? – Вай непонимающе уставилась на юношу, когда тот захлопнул за собой дверь и в два шага оказался рядом с девушкой. – Я кое-что забыл у тебя. – Но ты ведь даже не заходил в палат… Вайлет не успела опомниться, как горячие губы жадно впились в её собственные, заставляя издать неконтролируемый стон. Уверенность парня, подкрепленная этим звуком, стала только сильнее, и он лишь ещё настойчивее прижался к мягким губам девушки. Мир вокруг обоих сузился до крошечной палаты, где они будто были спрятаны от людей, проблем, переживаний, катастроф и разрушений, где они всё ещё не знали, что делают и кто они, но уже всецело принадлежали друг другу. И это не сон. Не туманная дымка над горами, не призрачные брызги водопада, а реальность, которая, вопреки ожиданиям, была лучше, чем когда-либо представлялась им обоим. Могла ли Вайлет представить, что блаженство наяву может быть таким нескончаемым, таким невообразимым, что в этот самый миг она не будет беспокоиться ни о чем, кроме пылких губ Тейта, которые забрали её поцелуй так, словно это было их самое главное и неотъемлемое право? Могла ли она подумать, что юноша этот будет целовать её так, словно она нечто большее, чем просто человек? Нечто до такой степени необходимое и ценное для него, что он был не в силах остановить этот поток, норовящий сбить с ног их обоих. Цепь разорвалась, очертания привычной реальности пришли на смену неземной, которая всё ещё мелькала перед глазами яркими бликами дурмана. – Упс, – тихо произнес Тейт, блаженно улыбаясь. Вайлет растаяла - больше никакого холода, кроме, может быть, ее прохладных ладошек, но и это он легко исправит. – Кажется, кто-то сказал мне не делать так больше… – Кто посмел тебе такое сказать? – в опьяненном состоянии Вай пыталась сосредоточиться на черных глазах, в которых ясно читала ничто иное, как желание, но взгляд её все время опускался обратно на горячие покрасневшие губы. – Я думаю, мы разберемся с этой жестокой девушкой, – не сдержавшись, молодой человек снова прильнул к губам Вайлет, а спустя несколько мгновений оторвался, желая видеть её порозовевшие щеки и блестящие от блаженства очи. – Разберись с ней, Тейт, – пробормотала Хармон, уже переставая осознавать происходящее и свои слова, в том числе. – Позже, – издав смешок, Лэнгдон взял лицо девушки в свои ладони, поглаживая её щеки большими пальцами. – Когда она будет готова… Из уст Вайлет вырвался резкий выдох, когда она представила, что могли бы значить его слова. Парень довольно улыбнулся и медленно приблизился к девушке, запечатлев на её губах очередной, нежный и короткий поцелуй, в следующий миг отпуская её. Покачнувшись на ватных ногах, Хармон обхватила себя за плечи, заворожено смотря на Тейта. – Вот теперь «спокойной ночи», – сказал молодой человек, направляясь к двери. Вай видела его счастливую улыбку, и никак не могла пошевелиться, то ли от шока, то ли от цепей наслаждения, которые в избытке своём сковали её по рукам и ногам. – Тейт! – позвала она парня, и тот остановился в дверях. – Наяву ты лучше, чем во сне, – сказала девушка с озорной улыбкой. Теперь она не была так смущена тем, что ей снилось, теперь она почувствовала некую уверенность и поняла, что Тейт имел ввиду, когда говорил, что она должна увидеть в себе то же, что видит он. И теперь она видела. Точнее, ощущала в каждом новом ударе сердца: она испытывала к юноше особые чувства, они были больше, чем просто друзья, определенно больше. И этим поцелуем Тейт скрепил их чувства невидимой печатью, которую теперь вряд ли можно было разрушить. – Так-так-так, что ещё за сон? – усмехнулся Лэнгдон. – Я расскажу тебе, – тихо и мягко ответила Вайлет и провела розовым языком по горящим от поцелуя губам. – Когда будешь готов…