Минус-день

Глава 17. «А мой милый – металлист, Весь гремит, как жести лист. Наживуся я на нем – Сдам его в металлолом!» Русские народные частушки. Такэр Йясу. Давно мне не было так хорошо и спокойно. Нигде ничего не болело, я чувствовал себя… обновленным, что ли. Поднял руку, сжав кулак, разжал. Странное ощущение. Регистрирующее, словно я мог держать свою руку в напряжении сколь угодно долго, не испытывая ни грамма усталости при этом. Никакого дискомфорта. Размеренный стук сердца, легкое дыхание. Я призвал свой Дар, и мир обрушился на меня волнами информации, разворачивая передо мной полотно удивительной красоты и точности. Огромная воистину планета разворачивалась как на ладони, и мысленным взором я видел все пути, уже открытые и еще не изведанные. И в тот же миг понял, что этот мир мне не известен. А потом пришло ЭТО. Словно волна тепла омыла меня и с бескрайним изумлением я увидел, как моя кожа становится серебристо-зеркальной, при этом не теряя своих тактильных ощущений, тепла и гибкости. Стоило лишь панике завладеть моим существом, как что-то внутри меня изменилось и кожа вновь приобрела свой нормальный цвет, вот только… куда-то пропали все шрамики и морщинки – оставляя мою кожу гладкой и посвежевшей, словно лет двадцать смывая, жаль здесь не оказалось зеркала. Хотя, думаю, с ним можно повременить, сонливость опять подкралась незаметно, аккуратно выключив мое восприятие мира, комнаты, и собственно себя самого. Второе пробуждение было вызвано явным присутствием в моей комнате кого-то постороннего, причем сразу двоих, судя по моим мироощущениям, и не опасных для меня сейчас. Распахнув глаза и мельком заметив вновь посеребренную кожу, я с некой долей радости столкнулся с ошеломленным взглядом Алса, за его спиной маячила высокая фигура беловолосого демона. Пока Алс меня ошарашено разглядывал, я с удовольствием занимался тем же в отношении темноволосого демона. С той памятной встречи он, казалось, похорошел еще больше, движения стали плавне, появилась невыразимая притягательность, и весь его вид внушал невыразимое восхищение. Теперь даже в самых своих смелых мечтах я не мог себе представить, что этого дивного существа возможно касаться, при том не запятнав его чистоту и свежесть. Койс что-то прошептал ему на ушко, и глаза юноши расширились. Интуиция подсказывала, что слова касались меня, да тут и рассуждать не стоило. Иначе, зачем они явились в мою комнату? — Такэр, ты… как себя чувствуешь? – осторожно поинтересовался Алс. — Спасибо, превосходно. Только, вы не могли бы объяснить, почему я – так изменился? Так, ясно, вопрос явно не по адресу, понял я, заглянув в бездонные темные глаза и теряясь в них. Только хмыканье от двери смогло выдернуть меня из затягивающей пропасти. — Думаю, что я вполне смогу вам обоим объяснить нюансы теперешнего положения Такэра. Потихоньку подпихивая упиравшегося Алса в спинку, светловолосый демон дотолкал его до кресла, сам устроился с комфортом на широком подоконнике и, закатив глаза к потолку принялся вдохновенно вещать. И уж очень мне его слова не понравились, да только, боюсь, теперь ничего уже не поделаешь. — Надо ли говорить, что после нашей последней работы, малыш, ты получил благословение Хранителя этого города, по силе своей практически сопоставимого с половиной благословения матери нашей? — Алс заворожено кивнул, я же ничего пока не понимал. – Энергия пошла по линиям твоей силы, и ее нужно было подправить и не дать излишкам выплеснуться в сыром виде вовне. Этот мир, как ты говоришь, эльфы соткали очень бережно и компактно, но и им не по силам противостоять распространяющейся заразе, лишь мы — дети Кими, способны ее обнаружить и уничтожить. В данном случае, заражению подвергся Хранитель, и подвергся достаточно давно, так что, если бы не помощь местных, мы могли бы и не справиться. Койс замолк, по его лицу скользнула тень. Алс практически не дышал, я же впитывая всем своим существом его очарование, начал кое-что понимать. И главная мысль, пришедшая мне в голову, оказалась светлой – эти двое все-таки не являлись демонами в моем понимании этого слова. Потому я старательно сосредоточился, тщась понять, кем же они являлись на самом деле? — Ты помнишь наш разговор у озера? Алс внезапно покраснел и лишь кивнул в ответ. — В данных обстоятельствах – то, чем мы с тобой …эм… занимались – как следствие твоей сдержанности, приведшей к полной потере управления своими вновь приобретенными силами. И хоть часть их ушла в узор, подаренный тебе матерью Кими, как бы то ни было, мне пришлось вмешаться, думаю, тебе понравилось? – Он подмигнул, вгоняя юношу в еще большую краску. — Но ты сумел меня обойти и вытащил на свет Такэра. Резкий необдуманный переход почти лишил его жизненных сил, пришлось и его… присоединить к действу. Хорошо, что серебристая кожа не краснеет! Мы с Алсом на пару занялись изучением ковра на полу, Койс же, покачав ногой, продолжил измывательства. — Твоя сила по-своему поняла задачу и занялась Такэром вплотную. Теперь у тебя есть возможность полюбоваться плодами своей несдержанности. — Так что он теперь такое? – вскинулся Алс. — Что? Вернее, кто? Ну, я могу с уверенностью сказать – что он уже не человек, а твое бездумное использование излишка силы пробудило в нем магический источник и довольно сильный. Ведь у тебя был до этого дар? – обратился Койс уже ко мне. Я кивнул. — Да, я был проводником в своем мире, находил цели, точки назначения… Безопасные пути, используя дар и интуицию. — Теперь ты получил возможность не только находить пути, но и строить проходы к месту выхода. И еще кое-что, но конечно, тебе теперь потребуется обучение. Обучение? Было бы неплохо, но ведь оно не может быть бесплатным?... А у меня теперь кроме себя самого – ничего нет, да и… — Не строй иллюзий, сам ты себе уже не принадлежишь с той самой минуты, когда согласился на свое безумное спасение. Теперь ты навсегда связан с Алсом. Мы переглянулись – Алс – с недоумением, я – с философским спокойствием. Морально я уже был готов к такому повороту. Еще в тот миг, когда меня скручивала вязкая боль там, в каменном мешке двора, возле дыбы. Потому почти беззвучно проронил: — Я – раб Алса? Юноша задохнулся и возмущенно посмотрел на невозмутимого блондина, с мягкой отеческой улыбкой, пробиравшей насквозь, рассматривающего нас, словно экспонаты. — Нет! – зазвенел голос Алса, с внезапной яростью, словно ответившего Койсу на неслышимый вопрос. – Я этого не допущу! — Хорошо. Такэр, у нас рабство не принято. И твоя связь с Алсом – скорее представляет связь творения и творца. Ты — порождение Алса, первый его опыт. И твои возможности – я пока не могу увидеть их все, но со временем, ты разовьешь себя. А связь, что ж, если ты – он посмотрел на Алса – так против, с веками она ослабеет, но не рассчитывай ее разорвать. Тебе ничего не будет, а вот Такэру – придется несладко. Определенно могу сказать только, что он унаследовал от тебя возможность оборачиваться в различные металлические предметы, сопоставимые с его размерами, естественно. — Терминатор Т-1000, бля… — прошептал Алс непонятно, а Койс ехидно ухмыльнулся, сверкая клыками. Почему-то, от этой улыбки у меня пропало желание уточнять, что имел ввиду мой «творец». Для меня это оказалось настолько неожиданным, что серебро ушло с моей кожи и она вновь обрела обычную окраску, вызвав восхищенный вздох у Алса, и вселяя в меня странную гордость. — Значит, мы можем забрать его с собой? Ведь в этом виде… — Алс, ты меня плохо слушаешь. ЖИВОЕ не проникнет в мир Кими. Там нет ему места. И Такэр, если ты так в него вцепился, может быть у нас лишь в металлическом виде, в состоянии «спячки». – Алс опечалился, а я застыл от нехорошего предчувствия. – Но у меня есть другое предложение. Наши теперешние хозяева – в свою очередь тоже получили от тебя немалый «заряд бодрости», думаю, они не будут против, если мы оставим Такэра в этом мире, тем более, что именно здесь его могут научить всему, что ему окажется необходимым. — А… — Я уже побеседовал с ними, они с радостью помогут нам в этом незначительном предприятии. У меня душа оборвалась. Неужели я должен буду расстаться с моим… Творцом? Возлюбленным? Алс же притих, задумавшись, изредка бросая взоры то на абсолютно спокойного Койса, то на меня. И чем дольше длилось молчание, тем яснее мне становилось – что с собой меня не возьмут. Что ж, спасли, подарили новые силы, согласны обучить, — что еще мне желать, когда я и на спасение-то своей жизни не надеялся? От добра добра не ищут. Наконец, темноволосый пришел к окончательному решению, и тяжело вздохнув, виновато посмотрел мне в глаза. — Такэр… — Прости меня, я и так получил больше, чем и мечтать мог. – Решительно отверг я его сомнения. – И если я не могу жить в вашем мире, то не хочу оказаться пустым металлическим балластом. Алс просветлел, а у меня болело сердце. Но бесконечная благодарность переполняла мою душу и ничем я не хотел омрачить существование моего…Алса. Даже если такая малость – как высказанные неприятные мысли, которые я облек в слова, что так трудно давались моему спасителю, хоть так я мог облегчить ему жизнь. Пусть этого и мало, но хоть так… — Тебя не оставят, тебя будут здесь учить и не выкинут за ненадобность, ведь так? – Юноша требовательно уставился на блондина и, получив утвердительный кивок, вновь обратился ко мне, своим горячим взором согревая мою душу. – И…я буду навещать тебя, так часто, как смогу. Обещаю тебе! — Ты и так можешь с ним связаться, как и со мной. – Подтвердил Койс. – Ваша сила переплетена навсегда, Такэр, как твое творение, всегда будет слышим тобой. А сейчас идем и осчастливим наших гостеприимных хозяев. Счастье не может длиться вечно, понимал я, плетясь за ними по коридору, и если я и лишусь предмета своего поклонения, со мной навсегда останутся воспоминания о его нежной бархатистой коже, гибком теле, и губах, сводящих с ума своей свежестью и горькой прелестью. Но все мои мысли моментально покинули мою бедную голову, лишь только мы минули зеркало в коридоре – там на меня бездонными синими глазами глянула моя юношеская физиономия! Я даже сначала не узнал себя, застыв от изумления, но темные волосы, отросшие до плеч и худенькая фигура, что я в последний раз видел в зеркале, когда мне было лет 17… Я приобрел силу и помолодел, сменив тусклый цвет глаз на небесную синь, а внутренний голос подсказывал мне, что эта жизнь не ограничится какой-то жалкой сотней лет. Да и Койс говорил, что «наша связь может ослабеть спустя несколько веков»… И если все так, значит, у меня еще есть время, а уж возможность я не упущу. Успокоенный самовнушением, быстро догнал пару, и спустя минуту мы уже входили в огромную гостиную, где на роскошном диванчике чинно сложив руки на коленках сидели наши хозяева, словно специально поджидали нас здесь, что, впрочем, оказалось правдой. — Благодарим вас за оказанное гостеприимство, — вежливо начал Койс, — и за то, что позволили нам оставить Такэра у вас на обучение. Плавные движения склоненных в ответной благодарности пушистых голов. Красивые демоны, ничего не попишешь, но в них нет того яркого огонька, что горит в Алсе и дикого жара Койса. Эти двое, с которыми меня оставляют – как следы на воде, в солнечных бликах, изменчивые и призрачные. — Вы не должны нас благодарить, Служители, наш мир и наш город в долгу перед вами. – звонкий голос правого демона, задевает за рану в моем сердце, нанесенную мыслью о расставании с темноволосым чудом. — Позаботьтесь о нем, — Алс, почему твой голос чуть дрожит? Неужели?... — С радостью, мы не дадим ему заскучать, не беспокойтесь. Такие открытые улыбки, отчего у меня все внутри перекрутилось? — И обучим всему, что ему необходимо будет знать. Но позволено ли будет нам спросить его самого? Что? О чем это они? Удивленно смотрю в глаза правого, тону в синеве небес, и лишь его вопрос выводит меня из странного состояния: — Почему ты всех нас называешь «демонами»? Мир демонов — в трех мирах от нашего. Я окаменел. Койс хмыкает, а Алс начинает истерически хихикать, схватившись за мое плечо. — Он видел вторую ипостась Алса, думаю – вот вам и причина. Я краснею от одной только мысли, что мой…Алс услышал, КАК я его назвал, пусть и в мыслях, но… проклятье! Вместо красноты – опять покрылся серебряным блеском. И откуда этим чертям мои мысли известны?! — Ты ошибаешься, мы не относимся к «чертям», — моментально «озвучивает» левый гад…гостеприимный хозяин. — Ага, их мир – в пяти мирах от этого – выдавливает Койс, подмигивая мне. Алс тихо хрюкает прямо мне в спину. Чувствуя себя идиотом, выдавливаю: — Может, вы не сочтете за труд объяснить – кто вы такие? — Эти двое, которые привели тебя в наш мир — Служители богини Кими, возможно в вашем мире ее знают как «дар несущая», мы – эльвы, в вашем мире о нас не слышали, но в других мирах нас знают под названием «альвы» или «эльфы», «лесной народ». Объяснили. Лучше бы не спрашивал совсем. — «Дар несущая»? Какой? Койс с острозубой ухмылкой просветил: — Дары смерти. Ну или жизни, в зависимости от … — От чего?! — От точки зрения на вещи. – И еле слышно пробурчал: — Ты еще про лес спроси. — Лес? Эльвы вздохнули, переглянулись и левый смущенно ответил: — На нашей родине – весь мир был покрыт деревьями – Великим лесом. Но мы… — … раса творческая, — подхватил второй. — Книги они писать любили. – Заметил Койс с ехидной миной. — Ну да, но ведь это же бессмертные творения, прославленные в веках! – оправдывался правый эльв. – Ну, нас было много, и лес… кончился быстро. -?... — На бумагу извели, миляги. – Ошарашил меня Койс. – а живность местную – на обложки пустили, кожаные с золотым тиснением. Эльвы сидели, скромно потупившись, а Койс продолжил: — Это уже их второй мир, теперь они поаккуратнее с ресурсами стали обращаться. — Да, мы теперь разведением растений занимаемся. – Гордо просветил левый. — Хищных. – Подсказал Койс засмущавшимся эльвам. Тут Алс встрепенулся. — Хищных? А росянка у них есть? — Пять видов. – Благосклонно просветил правый эльв. – Охотится на мух, птиц, млекопитающих мелких и крупных. А пятый – на магов. — Очишуеть! Койс? — Нам пора возвращаться, дорогой мой, мастер Йо уже заждался. Потом посмотришь. Когда парочку магов с собой прихватим… Я онемел, уж и не знаю, чему меня здесь обучат… Но желание вернуться в мир Алса возросло стократ. Мир Такэра. В то же время. «…в те дни мир наш подвергся смертельной угрозе – непрерывно лился с неба огненный дождь, оставляя за собой выгоревшие посевы, испепеленную землю и смерть. Дикие леса сгорали на корню, гибли люди и звери, нигде не было спасения. Вода ушла из берегов, реки пересохли, озера обмелели… И тогда взмолились старейшины: Доколе? Доколе боги будут гневаться на нас? Неужто решили они истребить всякую жизнь…» Не то, опять эти путанные древние бредни. Ноал ожесточенно листал древнюю книгу, слова, написанные от руки уже почти выцветшими чернилами, цеплялись взглядом, оставляя лишь муторное ощущение безвозвратной потери времени. Минуты уходили впустую, а нужной страницы все не попадалось. Уже не тревожный звоночек, а целый набат бился в раскалывающейся голове развенчанного суула, жесткие от времени листы стали ломкими, и он, уже не заботясь ни о чем, нетерпеливо рвал их непослушными пальцами, с горечью чувствуя, что все напрасно. Наконец, почти в самом конце фолианта, он наткнулся на заветную страничку, исписанную совсем другим почерком. «… вахтенные журналы полностью уничтожены. Наш «безумный гений» постарался. Чудом мне удалось сохранить таблицу счислений и пару листков с шифр-кодом. Записываю их в старинный фолиант, вряд ли кто по доброте душевной примется за его чтение, об этой страничке будет знать только старший суул Ким и я. Если бунт удастся задавить, возможно, мы сумеем достучаться до Квази. Если нет… помоги нам Господь! Надеюсь, хоть запасной пульт уцелел. Прощайте, братья…» И целая страница с двух сторон испещренная цифрами и кодами. Что ж, залы-хранилища заполнены, местонахождение пульта — Ноал знал, так как являлся Адрес-монахом. Теперь – кто первый успеет. «Посмотрим, господин настоятель, готовы ли вы к такому повороту событий? Грядет время Великой жертвы.» Алс. Прощание вышло немного скомканным. Такэр с тоской взирал на меня, и покрывался серебром, как тополь по весне. Койс ворчал и требовал, чтоб я опять переоделся в проклятое сари. Мы чуть не передрались. — Я пашу как проклятый, подставляю свою задницу… — э, куда-то меня не туда занесло! – в общем, рискую своей шкурой! – выкрутился я под скептическим взором напарника. – Так неужели я не могу прихватить с собой жалкий брючный костюм и белье?? — Алс, ну что ты как маленький, разве тебе в сари неудобно? – Койс резко скользнул мне за спину и пощекотал дыханием мое ухо. Мурашки, сделав круг почета, покорно уселись на моей филейной части, напрягшейся от одной только мысли, что нам с ней грозит потеря белья и брюк. Койс ласково погладил меня по…ниже спины и прошептал на ухо: — Любимый, ну зачем тебе брюки, ведь без них нам будет удобнее… Я живо представил себя в позе «раком» с задранным подолом… и попытался укусить Койса. Тоскливо оценив всю серьезность моих намерений, блондин покачал головой, и попытался меня образумить: — Хорошо, ну хоть сари-то с собой возьми, малыш… — Щаз! Прям бегу и падаю, тебе надо – ты и… Похлопав глазами в спину удаляющегося в сторону моей бывшей комнаты Койса, я растерянно обменялся с Такэром ничего не понимающим взглядом. И что это сейчас было? Ладно, не до лирики, надо хоть с парнем попрощаться, а то совсем у него вид потерянный. — Ты не волнуйся, учись хорошо, я с тобой буду часто связываться. Блин, сам-то понял, что сказал? Как мамаша над цыпленком. Молча протянул руку, пожал засеребрившуюся ладонь взволнованного проводника, тут и Койс подоспел. Спустя пару минут мы уже находились у того самого места, где дуб разделывали. Помятая эльфами клумба уже не внушала такого стойкого отвращения, шипастые цветочки быстро заполнили прорехи в своих рядах, и нужно ли было упомянуть, что шипы на свежих побегах стали длиннее раза в два? Самозащита, однако… Койс, переодевшийся в сари, еще раз скептически оглядел меня, перекинул через руку зеленую «тряпочку», ту, что выцепил из моей комнаты, и кивнул мне в сторону небольшого провала в корнях дерева. И как он эти порталы находит? Научил бы… Втянувшись в дыру, спустя мгновение я уже очутился в знакомом зале переходов. В чем мать родила. Не считая перьев в волосах и сурового сквозняка по голой попе. Лукавая насмешка в серебристых глазах блондина добила меня окончательно. Инстинктивно прикрывшись ладонью, я постарался выдрать из цепкой хватки Койса свою тряпочку. — Милый, я ТАМ уже все видел, не стесняйся – возбужденный шепот обдавал меня жаркой волной. Пока мы играли в «перетягивание каната», в комнату внезапно ворвался маленький рассерженный вихрь в лице мастера Йоды. Я в панике попытался прикрыться сопротивляющимся Койсом, но мастер, похлопав глазами, нахмурился и выдал: — Как наиграетесь со вхусами – живо ко мне! – и вылетел, только дверь скрипнула. — Млять! – взвыл блондин, тряся прикушенным ухом, пока я с садистским удовольствием наматывал на свою подмерзшую тушку сари. Будет знать, зараза, как со мной заигрывать.