Глава 66
14 января 2015 г., 10:25
Поттер посидел возле Драко несколько минут, дождавшись, когда друг крепко уснет. Он прекрасно понимал, что и сам с такими соседями, как окоченевший Криви и странный профессор Локхарт, вряд ли смог бы уснуть без помощи. Зная домовика, Гарри был уверен, что не пройдет и часа, как Добби вернется на свой пост возле Драко, поэтому, поправив одеяло, которое немного стянул, вставая с края кровати, он отправился в факультетскую гостиную. Его другу ничего не угрожало.
Аккуратно прикрыв за собой дверь, ведущую в больничное крыло, Гарри прислушался. В коридоре было тихо, лишь легкое потрескивание магических факелов не давало этой тишине превратиться в идеальную. Переходя из коридора в коридор, спускаясь и поднимаясь по лесенкам переходов, Поттер вскоре добрался до вестибюля, откуда до комнат факультета Слизерин оставалось минут пять неспешного хода. Гарри повернул к лестнице в подземелье и, как и в первый раз, в боковом коридоре заметил невысокое существо. Он остановился, приготовил на всякий случай волшебную палочку и начал присматриваться. Версия о том, что это домовой эльф, была отброшена сразу же. Силуэт существа был слишком далек от вида субтильных домовиков. Сумрак, царивший в ночных коридорах Хогвартса, не давал широких возможностей для детального рассматривания, но уже сейчас Поттер мог сказать, что перед ним находился не человек. Существо было ростом ему до пояса, а то и выше. Соседи Дурслей держали сенбернара по кличке Барт. Гарри почему-то сразу вспомнилась эта собака, когда он оценивал рост существа. Судя по тому, что позволяло увидеть скудное освещение, существо было покрыто светлой длинной шерстью, словно мерцающей в темноте, и сидело на задних лапах, что наталкивало на мысль, что ходить оно могло, как человек — на двух ногах. Передние лапы оно держало перед собой, внимание привлекали лишь их длинные тонкие пальцы, но сколько их было, пять, как у человека, или нет, определить было сложно. Поттер рискнул приблизиться к объекту наблюдения. С более близкого расстояния, ярда четыре, не больше, он, по-прежнему, ничего кардинально нового не увидел. Разве что рассмотрел глаза существа, частично прикрытые свисающей со лба шерстью — черные, печальные, огромные. В пол-лица, или морды, Гарри не знал, как будет правильно, слишком уж умным был грустный взгляд существа. Оно сидело спокойно, с любопытством разглядывая Поттера, и явно не собиралось убегать. Только через пару минут Гарри вспомнил, что он под Мантией-невидимкой, и видеть его существо не должно было. Но оно тем не менее неотрывно следило за его приближением, ошибиться было нельзя. Гарри специально сдвинулся в сторону, и взгляд существа проследил за его маневром. Может, его выдавал запах или тепло тела? Поттер решился на эксперимент, он тихонько стянул с головы капюшон. Существо исчезло. Мгновенно, словно никого до этого в коридоре и не было. Гарри растерянно посмотрел по сторонам, не понимая, как могло так быстро сбежать столь крупное животное, к тому же абсолютно бесшумно. Он вздохнул. Не желая быть обнаруженным дежурным педагогом или старостами, Поттер накинул капюшон Мантии-невидимки снова на голову и удивленно уставился на существо, которое никуда и не собиралось сбегать, а все так же и сидело на том же самом месте, разглядывая его самого. Поэкспериментировав с Мантией, Гарри понял, что видит существо только глядя через ткань древнего артефакта Певереллов.
— Ты кто? — решился он спросить у забавного печального существа, похожего на лохматого лемура, хоть и понимал, что его вопрос звучит глупо.
Однако услышать ответ или, по крайней мере, посмотреть на реакцию животного на свой голос Гарри не удалось. В это время по коридору разнеслось отчетливое змеиное шипение, и существо, испуганно вскочив, быстро скрылось за поворотом. Поттер только и успел заметить, что оно действительно бегало на двух лапах, иногда помогая себе одной из передних. Помня наставления Тома, Гарри встал спиной к стене и прислушался к действию своего амулета, который слегка завибрировал на груди, но ни тревоги, ни страха не генерировал пока. Прижимаясь к стене, он понял, что шипение здесь слышно лучше. Он приложил ухо к каменной кладке. Змеиный голос приближался, теперь Поттер мог довольно четко расслышать слова:
— Сс-славная еда. Посс-слуш-шная. Уж-жасс-сный детеныш-ш-ш будет с-спать веч-чно. Чему учч-чат этих-х детеныш-ш-шей маги? С-с-светить в глаз-за мне? — голос змеи становился все четче, и сейчас казалось, что он раздается прямо напротив за стенкой. А затем змея стала удаляться, и ее голос становился тише. — Мне с-с-светить... Будет с-спать... С-спать...
— Пос-сстой! — не выдержал Поттер и побежал в ту сторону, куда уползала змея за стеной. — Рас-скаж-жи мне. Ос-становис-сь! Я з-здес-сь!
Но змея его не слышала и стремительно удалялась от коридора, ведущего в подземелье. Поттер не стал бегать по всему Хогвартсу, понимая, что это до добра не доведет. Он плотнее укутался в Мантию-невидимку и направился в свою спальню. Теперь он точно знал, что на школьной кухне ему не показалось, и он действительно слышал слова змеи. Почему она разговаривала сама с собой? Может, от скуки и одиночества?
Гарри не жалел, что завтра будет невыспавшимся на занятиях, ведь сейчас было уже довольно поздно. Он предвкушал, как будет рассказывать Северусу и Тому о странном существе, которое видит его, спрятавшегося под Мантией-невидимкой, и больше того, само существо тоже можно увидеть только через ткань Мантии. Будет ли он рассказывать о том, что снова слышал голос змеи за стеной, Поттер пока не решил. С одной стороны, сведения могут оказаться важными для понимания ситуации, а с другой — ему не хотелось лишний раз заставлять Северуса и Тома тревожиться о себе.
* * *
На следующий день Снейп еще раз наведался в больничное крыло. В присутствии мадам Помфри он взял свежие частицы кожи у кошки Филча и поместил их в стоящую на столе склянку, туда же долил на треть посудины слегка зеленоватого, с каким-то почти призрачным внутренним свечением, зелья из принесенного с собой флакона. Реакция в склянке была отменная — зелье, подхватив предложенную ему «пищу», создало что-то похожее на водоворот. Оно самостоятельно, без участия со стороны, кружилось, растекаясь по стенкам. Где-то в глубине вращающегося зелья начали появляться пузырьки то ли просто воздуха, то ли какого-то газа. Они выскакивали из жидкости на поверхность и с легким треском лопались. Все больше появлялось пузырьков, все громче было их шипение и треск. Вот появился новый звук, вплетаясь в общий фон — словно кто-то искусно отбивал ритм, используя кастаньеты. Сердце Снейпа, наблюдающего за реакцией зелья, невольно начало подстраиваться под такт, задаваемый уже, скорее, бурлящим зельем. Северус бросил взгляд на мадам Помфри — та завороженно смотрела на склянку с шумным зельем, ее щеки порозовели, а на виске заметно билась жилка. Она явно была под впечатлением происходящего с тестирующим зельем. Звук стал истончаться, переходя в хрустальный звон, а затем и вовсе в подобие комариного писка. И враз все смолкло. Зелье перестало бурлить так резко, что казалось, оно мгновенно замерзло, даже капли над ним зависли, касаясь поверхности, но не падая. Снейп читал описание действия зелья, но и он не остался равнодушен к увиденному. Подняв склянку, он перевернул ее вверх дном, показывая мадам Помфри, что жидкость и впрямь застыла, потеряв свою текучесть и намертво пристав к стенам посудины. — И что это значит, Северус? — Поппи все еще тяжеловато дышала, успокаивая колотящееся сердце. — Это значит, что все очень плохо, — сказал Снейп, хмуро разглядывая результат проверки — склянку с застывшей слегка-зеленоватой стекловидной субстанцией. — Для Хогвартса плохо, — уточнил он. — Вызывай Альбуса. Сейчас повторим проверку с мальчиком, — он кивнул на кровать с неподвижным телом. Дамблдор с интересом смотрел на необычную реакцию зелья. Оно, как видели Снейп и мадам Помфри, вело себя с пробами частиц тканей мистера Криви так же, как перед этим при проверке кожи пострадавшей кошки. Затем директор поинтересовался у Снейпа, какое зелье тот использовал, и что должна означать такая его реакция. Северус, зная, что Дамблдор весьма неплохой зельевар, хоть и не имеет мастерства в этой отрасли, монографию с рецептом принес с собой. Это было исследование свойств ингредиентов, полученных из василиска, и тканей жертв его взгляда, проведенное весьма известным в прошлом ученым магом. Уж где он брал образцы для исследований — это его тайна. Однако изучение данного вопроса было проведено им весьма многостороннее. Дамблдор полистал довольно толстую книжицу не очень большого формата, обращая внимание на заголовки разделов. Пробежав глазами по описанию зелья, которое Снейп сегодня использовал для диагностики, директор недоверчиво произнес: — Выходит, что Миссис Норрис и мистер Криви подверглись неполному влиянию взгляда василиска? Раз они не окаменели. Странно. Как это может быть? Хотя о василисках не так уж много монографий... — Дамблдор задумчиво постукивал пальцами по обложке книжки, обдумывая кажущуюся нелепость произнесенных им слов, и не видел, каким ужасом наполнился взгляд мадам Помфри. Он уже догадывался, что случилось, только вот не понимал, как это могло произойти. Пятьдесят лет назад это он, Альбус, оставил проход открытым на некоторое время, и василиск смог выбраться из своего логова, мимоходом превратив в камень девчонку. Но тогда он вернулся в свою нору и больше не появлялся. Было логично предположить, что василиск не мог изнутри открыть проход в помещения Хогвартса. Что же сейчас изменилось? Или это другой монстр? Возможно, этим тогда можно объяснить и то, что жертвы его взгляда не окаменели окончательно? Или... Поттер... Он змееуст, и он мог запросто открыть проход в Тайную комнату. Разобраться, откуда он знает о ее существовании, можно позже, а сейчас необходимо срочно поставить на входе в туалет Плаксы Миртл сигнальные чары, настроенные на Поттера. Если это он выпустил василиска, то дело осложнится... Тогда все осложнится... Все эти мысли, одна за другой, промчались в голове Дамблдора, предчувствующего очередные хлопоты. Закрывать Хогвартс по причине его небезопасности директору очень не хотелось. Как-никак, это именно он обязан создавать студентам условия для спокойного проживания и учебы. Расписываться в своей некомпетентности директора не прельщало. — Северус, откуда в Хогвартсе василиск? — Альбус, это вопрос не ко мне. Ты здесь директор, а не я. Меня попросили установить причину странного состояния оцепенения кошки. Я ее установил. Правда, к этому времени пострадавших уже двое. В этой книге, — он указал на монографию в руках Дамблдора, — есть еще один очень полезный рецепт. С помощью зелья, сваренного по нему, мы, предположительно, сможем вернуть к нормальной жизни наших потерпевших, — Снейп придерживался исключительно делового тона. Когда две недели назад он прочел монографию, присланную ему Томом, он понял, что предположение о воздействии взгляда василиска на кошку завхоза имеет под собой очень прочный фундамент. Но даже двухнедельная фора, которая была у Северуса до этого момента истины, оказалась недостаточной, чтобы привыкнуть к мысли, что по школе ползает редчайшая и смертельно опасная рептилия. — Почему предположительно? — поинтересовалась мадам Помфри, все еще неосознанно комкая в руках передник медиковедьмы, снимая стресс от полученной новости. — Потому что в монографии приведен рецепт, скорее всего, теоретического зелья, Поппи. Там нет упоминаний, что оно когда-либо успешно использовалось, — терпеливо пояснил Северус, поглядывая на Дамблдора, который, казалось, пока не собирался бить тревогу и выводить из замка студентов. — Альбус, что ты скажешь? — А что я должен сказать? Твой эксперимент, — директор повернулся к столу и поглядел на склянку с застывшим зельем, — это единственное, что говорит о том, что студент пострадал от взгляда пресловутого василиска. Да и то, можно это лишь предположить, если верить этим исследованиям, — он раздраженно потряс книгой, которую не выпускал из рук, что не очень понравилось Снейпу, который не собирался расставаться со столь редким изданием. Максимум, на что мог рассчитывать Дамблдор — это на копию монографии. — Я проверял зелье на шести разных образцах до этого. Это были ингредиенты из моих запасов: растертый опал, коготь аллигатора, крылья пикси, кора дуба, листья луноцвета и язык висельника, — Снейп с удовлетворением отметил брезгливо поджатые губы директора при упоминании ингредиента для темномагических зелий, который использовался в некоторых видах лекарственных снадобий. — Обязательно было брать язык... — казалось, Дамблдора передернуло от одной только мысли, что Северус использует подобные ингредиенты. — Мне необходимо было проверить зелье на человеческой плоти, что первое попалось на глаза — то и использовал, — фыркнул презрительно Снейп. — Ты сам человек, — напомнил директор. — Вот уж не хватало, чтобы я всякий раз кусок себя бросал в котел, чтобы проверить какое-то зелье, — отмахнулся Северус. — Если хочешь, можем проверить на тебе. Зелье у меня еще есть, — он достал из кармана флакон с диагностирующим зельем и поболтал им в воздухе перед глазами директора. — Так что? Проверим? — Зачем же сразу «кусок»? Волоска было бы достаточно. Я так понимаю, что действие взгляда распространяется на все ткани, не только на кожу или внутренние органы. — Мне нравятся мои волосы, и я не намерен их выдергивать. Так что, будем проверять зелье еще раз? Или, наконец-то, начнем предпринимать какие-нибудь действия для того, чтобы никто больше не пострадал? — Снейп был раздражен. Очень раздражен. Он видел, что Дамблдор собирается умолчать правду о состоянии студента и о причине, его вызвавшей. — Северус, даже если признать правоту сделанных выводов, скажи, откуда здесь может взяться василиск? Здесь — в Хогвартсе? Поппи, я попрошу тебя никому ничего не рассказывать о том, что мы здесь обсуждаем. Не нужно поднимать преждевременную панику, она никому и ничем не поможет. У нас нет никаких доказательств. Никто не видел василиска. Нет никаких свидетельств того, что именно воздействие взгляда этого редчайшего существа повлияло на кошку и студента. Северус, не фыркай. Мы живем в магическом мире. Это может быть действие какого-то неизвестного нам заклинания. Не перебивай! — Дамблдор повысил голос, когда заметил, что Снейп готов схлестнуться с ним, споря. — Ты не можешь гарантировать, что это зелье, которым ты пользовался, не станет реагировать на заколдованного особыми чарами мага так же, как на того, кто подвергся взгляду василиска. Нужны доказательства. А их у нас нет. Есть только пострадавшие по неизвестным причинам животное и мальчик. Все. Северус, свари то зелье, о котором ты говорил, чтобы попробовать вернуть к жизни мистера Криви. Поппи, положи студента в отдельную комнату. Что значит, у тебя нет другой комнаты? — возмутился директор на сетования медиковедьмы. — Да хоть в бельевую помести его. Мистеру Криви не требуется особый уход. Он не станет пачкать твои чистые простыни в шкафах. Я посмотрю, что можно со всем этим сделать. Дамблдор резво направился к двери и уже намеревался выйти из больничного крыла, как был остановлен окриком разозленного Снейпа: — Книгу оставь! Я ее наизусть не учил, чтобы по памяти варить исцеляющее зелье. Директор нарочито медленно развернулся, окинул сердитым взглядом Снейпа, позволившего себе повысить на него голос, но сдержался от желания поставить его на место. Он довольствовался лишь тем, что, не сходя с места, протянул книгу, заставляя Снейпа подойти самому и взять монографию. — Северус, я понимаю, что в тебе говорит гордость зельевара, но ты должен согласиться с логичностью моих выводов, — Дамблдор произносил слова с нажимом, заставляя принять его решение и не спорить. — Ошибаешься. Во мне говорит декан и педагог. Мы отвечаем за безопасность студентов, — раздраженно бросил Снейп. — Я отвечу, — директор выразительно посмотрел на притихшую мадам Помфри, словно снова предупреждал ее о необходимости держать язык за зубами, и покинул больничное крыло. Северус не стал ничего больше говорить и только кивнул медиковедьме перед тем, как отправиться в оранжерею к профессору Спраут, чтобы узнать о наличии некоторых специфических растений, необходимых в качестве ингредиентов для исцеляющего зелья.* * *
Драко благополучно проспал всю ночь, и утром мадам Помфри разрешила ему приступить к занятиям. Еще до начала уроков он по секрету рассказал Рону и Гермионе о том, что Колин Криви разделил судьбу Миссис Норрис и теперь тоже лежит в больничном крыле, словно парализованный. Но тайной эти сведения долго не были. Кто прознал о новом пациенте мадам Помфри, неизвестно. Но к обеду уже вся школа строила догадки о причинах попадания в больничное крыло со странными симптомами первокурсника с Гриффиндора, который раньше повсюду бегал с колдокамерой, снимая всех подряд. Измышлений было много, но большинство из них предполагали вмешательство во все эти события Поттера, как главного объекта, интересовавшего потерпевшего Колина. Гарри старался не прислушиваться, о чем перешептываются у него за спиной, оставляя без внимания глупые выдумки. Он знал, что зелье, сваренное Снейпом по рецепту, который прислал Том, как раз к сегодняшнему дню настоялось и было готово для использования. Подумав, что Северус вряд ли стал бы откладывать проверку потерпевших, лежащих в больничном крыле, Поттер решил перед ужином заскочить к нему на несколько минут и узнать результаты тестирования. После путанного и не очень ясного рассказа Добби и услышанного ночью в коридоре змеиного голоса, Гарри уже не сомневался в том, что именно покажет тест. Ведь змея, по его мнению, явно говорила о Колине Криви, упоминая детеныша мага. Оставив друзей в библиотеке, Гарри отправился к декану за списком литературы для дополнительных занятий. Вполне приемлемая причина, как он считал, для того, чтобы среди недели зайти к Снейпу. Северус не очень удивился визиту Поттера и подтвердил, что результаты проверки однозначно указывают на поражение потерпевших взглядом василиска. Он не стал также скрывать и то, что Дамблдор решил ничего пока не предпринимать. Затем настал черед Гарри рассказывать о том, что он ночью в коридоре видел неизвестное существо, когда возвращался из больничного крыла от Драко. Снейп после его краткого рассказа достал с книжной полки «Атлас животных магического мира» и подал его Гарри. — Держи. Попробуй найти то, что ты видел ночью, — голос был слегка раздраженным и напряженным. Ему явно было не по душе новое открытие вдобавок к истории о василиске. Северус уже высказал Поттеру свое неудовольствие по поводу его ночного вояжа по коридорам Хогвартса, где ползает опасное для жизни пресмыкающееся. После выговора Гарри еще больше засомневался — стоит ли признаваться, что он слышал речь на серпентарго, скорее всего, того самого василиска. Снейп тем временем вернулся за свой рабочий стол и принялся проверять теоретические выкладки по исцеляющему зелью, которое ему предстояло приготовить. Он надеялся найти замену корню мандрагоры, который был так необходим для зелья. Если такой замены не отыщется, то пострадавшим придется ждать до весны. Раньше марта свежего корня зрелой мандрагоры профессор Спраут ему не обещала. — Вот! Это оно! Радостный возглас Поттера отвлек Северуса от расчетов. Он неохотно отложил перо, не желая прерываться посреди вычисления, но все же поднялся и подошел к Гарри, устроившемуся с книгой на диване. — Это полувидим, — Поттер тыкал пальцем в изображение печальной волосатой обезьяны, как определил Снейп, взглянув на рисунок. — Мало нам василиска. Еще и эта тварь, — недовольно прокомментировал Северус, незаслуженно сердясь на животное, которое пока не причинило им никаких неприятностей. — И откуда в Хогвартсе может взяться полувидим? Они живут на другом краю света. Гарри, полувидимов не один раз пытались разводить предприимчивые волшебники, чтобы иметь доход от продажи их шерсти мастерам по изготовлению мантий-невидимок. Но ничего не вышло. Ни у кого. Они не живут в неволе. Только на свободе, и только в лесах Дальнего Востока. Больше нигде, потому что только там растет трава, которой они питаются. Именно поэтому мантии-невидимки так редки и так дороги. — Ты хочешь сказать, что мне показалось? — в голосе Гарри прозвучал небольшой вызов. — Да не хочу я ничего такого говорить, — Северус устало присел рядом с Поттером на диван. — Нашествие редких волшебных существ на Хогвартс, — насмешливо хмыкнул он. — Кого еще мы обнаружим? Мантикору? Или Кельпи в Черном озере? — он потер виски — от всех этих новостей и проблем начинала болеть голова. Иного способа уберечь студентов от василиска, кроме как отправить всех по домам, он не видел, но это было не в его власти. — Но я действительно видел такое вот существо, — как-то обижено произнес Гарри, глядя на изображение полувидима в книге, а затем все же решил признаться: — И василиска слышал снова. Не ругайся, — он жалобно посмотрел на Северуса. Потом вздохнул и подробно рассказал о том, что говорила змея за стеной в коридоре. Заметив, что Снейп все еще сердится, Гарри снова попытался оправдаться: — Я же не специально василиска искал. Я от Драко возвращался. И не нужно говорить, что ночью опаснее, чем днем. Кошка пострадала вечером, не ночью. Да и Криви тоже. К тому же если вспомнить, что оба раза я слышал шипение из-за стены, и змея передвигалась так стремительно, словно на ее пути не было преград в виде простенков, то я подумал, что она ползает внутри стены. Там, наверное, есть свободное пространство. Пустота, вроде трубы, — предположил Гарри и ждал, что скажет на это Снейп. — Возможно, ты прав. Каминные трубы, трубы для воды, вентиляция — все это скрыто в толще стен. Поэтому твое предположение вполне логично, — поддержал его Северус. — И знаешь, как и предупреждал Том, амулет действительно среагировал на приближение василиска — он задергался, привлекая мое внимание, — Гарри понимал, что о нем тревожатся, поэтому сразу же попытался убедить, что у него есть возможность вовремя сбежать от василиска. — Это хорошо, что задергался. Прислушивайся к нему. У меня тоже кое-что есть из артефактов, что должно предупредить, если этот гад поблизости будет. Ты бы своих ребят предупредил. Только так, чтобы они шум не подняли, но были осторожнее, — предложил Снейп, понимая, что очень сложно заставить кого бы то ни было быть осторожным, если не говорить причину. А причину озвучивать было нельзя. Вернее, не желательно, чтобы не вызвать панику среди студентов. — Я уже говорил им, чтобы были осторожными. А сегодня некоторые умники с Гриффиндора пустили слух, что это я заколдовал Криви за то, что он за мной все время таскается. Даже Джинни во всеуслышание предупреждали, чтобы была осторожнее, а то вроде я и ее отправлю в больничное крыло. Думаю, что Рону и Гермионе нужно быть сейчас вдвойне осмотрительными. У них на факультете есть слишком рьяные правдолюбы, с которых станется навредить ребятам из-за их дружбы со мной. — Вы там все поосторожнее будьте с этими умниками. Я Тому расскажу о твоей коридорной находке, может, он что-нибудь подскажет... — Снейп с сомнением покачал головой. Он поднялся и, пройдя к своему столу, выудил из вороха лежащих на нем пергаментов небольшой листок и протянул его Гарри. — Не забудь взять список дополнительной литературы. Я его еще вчера подготовил. Там отмечено, что обязательно следует вам просмотреть, а остальное по желанию. — Спасибо, Северус. И... — Гарри замялся на пару секунд, но все же собрался с духом и выпалил: — Будь осторожен. Я очень за тебя волнуюсь. Ты же не знаешь серпентарго и не поймешь, что собирается делать василиск. Эти ночные дежурства, когда ты ходишь один... Хочешь, я отдам тебе Мантию-невидимку? Будешь в ней дежурить. — Чтобы василиск меня не заметил? А где гарантия, что он, как и твой полувидим, не станет очередным исключением из правила? Не нужна мне Мантия. Но я обещаю, что буду осторожен. Гарри, тебя уже заждались друзья. Да и ужин скоро. Беги. — Хорошо. Я надеюсь, что все будет хорошо, — так, словно уговаривая себя, Поттер покинул гостиную Снейпа.
