Е2-Е4 или совсем другая история. Часть 2. Ученик Хогвартса

Певерелл-мэнор встретил Гарри обычным спокойствием и умиротворением, которые были так отчетливо заметны после предельно нервной и опасной обстановки в охотничьем доме. У него создалось такое впечатление, что после бурных волн штормящего моря он погрузился на самое дно, где нет ни малейшего намека на движение в густой, как сироп, тишине. Гарри даже тряхнул головой, потому что ему вдруг показалось, что он потерял слух. Но, сразу же поняв свою ошибку, он смущенно улыбнулся Тому, который заметил этот его неосознанный жест. - Переодевайся и спускайся в столовую – нужно поесть, - Том не приказывал, но его тон не допускал ни малейшей возможности отказаться или проигнорировать предложение. - Хорошо, - согласился Гарри и поспешил в свою комнату, ему хотелось хоть ненадолго остаться одному. Случившееся не укладывалось у Гарри в голове. Он уже много раз представлял себе, как познакомит Сириуса с Томом, но ни один из его выдуманных вариантов и близко не походил на то, что произошло на самом деле. Сириус будто сошел с ума – он даже не пытался прислушаться к тому, что ему говорили, и сам нес околесицу. Он порывался устроить драку, вцепиться в Тома и причинить ему боль – Гарри отчетливо видел это по судорожным порывам крестного. В итоге Сириус попытался убить Тома. Нет, он не угрожал, не предупреждал – он просто не успел договорить заклинание. Если бы не Северус, так вовремя появившийся в комнате, то еще неизвестно, чем бы там все закончилось. Гарри был настолько поражен и испуган действиями Сириуса, что в ту секунду не мог ничего другого придумать, как только закрыть Тома собой. Ведь Сириус его крестный. И это из-за его, Гарри, оплошности он застал Тома в охотничьем доме. Да, в конце концов, Гарри просто не мог допустить, чтобы Том погиб у него на глазах! Гарри присел на кровать и постарался выровнять дыхание, которое сбилось, пока он бегом одолевал последние ступени на лестнице. А может, это и не бег был тому виной?.. Ему просто не хватало воздуха – внутри все жгло так, словно кто-то насыпал углей из камина прямо ему в душу. Слезы, так порой помогающие снять напряжение, все не шли, словно заранее высыхая от того жара, что заполнял его до краев. Гарри казалось, будто что-то внутри него сломалось, и теперь из образовавшейся раны хлещет вулканическая магма, грозя утопить его в своей огненной реке. Когда от невыносимой боли начало темнеть перед глазами, Гарри почувствовал, как его обнимают – он даже не заметил, что в его комнату кто-то вошел. - Кричи, плачь, разнеси все вокруг, но только не держи в себе, - голос Тома с трудом дошел через шум в ушах. – Выпусти немного магию – не бойся, я помогу ее удержать и преобразовать. Она не причинит большого вреда окружающему. - Мы поможем, - Гарри почувствовал, как с другой стороны к нему прижимается Северус, готовясь укрощать дикую энергию. – Давай. Тебе станет легче. И Гарри послушался. Стараясь не потерять голову и не довести себя до истощения, он все же вытолкнул жгущий его изнутри сгусток, наблюдая, как тот осыпается цветными звездами по комнате. Затем еще раз. И еще… Воздух начал поступать в легкие, в ушах постепенно затих противный шум, и Гарри услышал сбившееся дыхание Тома и Северуса. Поглядев на них по очереди и заметив испарину на их лицах – все же рассеять его выброс сырой магии оказалось не так-то легко – он расслабился и прошептал: - Спасибо вам. - Тебе лучше? – Том глубоко дышал, словно до этого надолго задерживал дыхание, что, вероятнее всего, ему и пришлось сделать, полностью сосредоточившись на впитывании и преобразовании магии, хлынувшей из Гарри. - Я… Простите, что довел себя до… Но я не понимаю, как он… - ни одно предложение Гарри не удавалось завершить. Слова казались слишком бледной заменой тем чувствам, что все еще бурлили внутри. - Поттер, если бы ты меня слушал раньше, что твой блохастый крестный – идиот, - Северус говорил нарочито безразлично, - то тебе не пришлось бы так сильно в нем сегодня разочаровываться. Ты бы просто воспринял все как еще одну его дурацкую выходку. Близнецы Уизли у тебя ведь не вызывают такую вот реакцию? Это потому что ты уже подсознательно ожидаешь от них только неадекватных поступков. Вот и от Блэка не ждал бы разумных действий. - Он не слушал меня и хотел убить Тома, - казалось, что Гарри не может перестать думать о том, что произошло. - Ты же понимаешь, что ему это не удалось бы? Я не стоял бы на месте. Зачем ты кинулся?.. – Том не смог выговорить «спасать меня», потому что и сам осознавал – он поступил бы точно так же. И тем не менее поступок Гарри поразил его в самое сердце. – Ладно, все уже позади. Не обвиняй слишком Сириуса – он же все-таки Блэк. А они все импульсивны до потери сознания – зачастую сначала делают, а лишь потом думают. - Нарцисса не такая, - Гарри улыбнулся – его боль благодаря помощи Тома и Северуса уже почти не чувствовалась, и ему стало намного легче следить за тем, что ему говорят. - Ты ее просто не настолько хорошо знаешь, - бросил Северус, громко фыркнув. - Правда? – Гарри посмотрел на него, стараясь понять, говорят ли ему правду или просто подшучивают. - Правда-правда. Теперь мы можем спокойно пойти переодеться? – Северус, как всегда, старался показать, что ничего необычного не произошло. - Конечно. И… - Гарри замялся, не зная, как сказать, что он не просто им благодарен, а и готов на все, чтобы вечно иметь возможность оставаться в уверенности, что их объятия всегда будут для него открыты. Но он почему-то засмущался и просто повторил: - Спасибо вам. - Все будет хорошо, - пообещал Том. – Не нужно себя изводить, когда все самое неприятное уже позади, - он поднялся с кровати и легонько похлопал Гарри по плечу. – Переодевайся, и мы ждем тебя за столом.

***

Регулус аккуратно вколол иглу «Глазка» в бархатную подушечку, помещенную внутрь красивой шкатулки с резным узором. Он сам купил ее в деревне, когда ходил туда за продуктами. Артефакт, магически связанный с его партнером Барти, не должен был валяться где попало. Поэтому Регулус и выбрал для него эту чудесную, вырезанную из кости дракона шкатулку. На ней был магический замочек, который слушался и Барти, и самого Регулуса. - Что ты там застыл? – Барти, уже принявший свой человеческий облик, был немного резковат. Он всегда становился таким после нескольких часов непрерывной работы – уставал. - Красивый рисунок, - Регулус, уже закрыв шкатулку, скользнул пальцем по ее крышке. – Два дракона, парящих среди облаков. Кажется, что они сейчас вырвутся и улетят. - Не выдумывай, Рег, - уже гораздо спокойнее или, может, безразличнее сделал замечание Барти. – Ты утром о чем-то хотел поговорить. Если желание не пропало, то давай пообедаем, заодно ты расскажешь, что там у тебя стряслось. - У меня ничего не стряслось, - поджав губы, слегка раздраженно заметил Регулус, отправляясь на кухню, чтобы принести блюдо с мясом и тушеными овощами. - Прости, я не так выразился. Что ты такой обидчивый стал? – Барти, заняв свое место за столом, внимательно проследил за выражением лица вошедшего в комнату Регулуса. - Мне не нравится Петтигрю. Какой-то он ненастоящий, - Регулус передернул плечами, показывая, как ему неприятно даже вспоминать о Питере. - Почему ненастоящий? И когда ты успел его изучить? Он только дважды был здесь. Оу… Великолепно пахнет. У тебя золотые руки, - Барти будто через силу улыбнулся, оценивая обеденное блюдо. Восхищение мясом, которое приготовил Регулус, вышло каким-то бледноватым, словно было произнесено лишь из вежливости. Однако Регулус уже привык, что после упорной работы Барти не особо эмоционален. А учитывая, что работе он отдавал практически все время, когда не спал, то, следовательно, он почти всегда был именно таким – достаточно любезным, но каким-то не очень живым. Совсем не таким, как в первые годы их затворничества. Тогда он был горячим, чувственным и веселым. Он радовался свободе и жизни. Ему ничего не стоило посреди любого эксперимента схватить Регулуса в охапку и утащить куда-нибудь подальше от лаборатории, чтобы заняться сексом или просто посидеть вдвоем на пороге дома, слушая, как вокруг шумит лес. Но постепенно работа все сильнее и сильнее увлекала его, и казалось, что с каждым днем она будто стирает некоторые черты его характера, которые так нравились Регулусу – порывистость, бесшабашность и вместе с тем бесконечную преданность тем, кого Барти любил и уважал. Сейчас все было далеко не так, как раньше, но Регулус старался почаще напоминать себе о том, что они уже совсем не те подростки, сбегавшие по ночам из факультетской спальни на Астрономическую башню, чтобы там вдоволь пообниматься или заняться кое-чем еще более приятным. Он продолжал любить Барти, несмотря ни на что. - Я рад, что тебе по вкусу то, что я готовлю, - Регулус аккуратно наполнил свою тарелку, но перед тем, как приступить к еде, повторил: - Мне не нравится Петтигрю. У него вид притворщика и лгуна. - Если бы ты не готовил нам еду, мы уже давно скончались бы от голода. Ведь у нас нет возможности завести эльфа, не привлекая внимания к этому дому. Так что я очень ценю твое умение из куска мяса и всяких корешков творить настоящее чудо поварского искусства, - Барти подцепил вилкой только что отрезанный кусочек мяса и отправил его в рот. Прожевав, он добавил: - А насчет Питера не переживай и… Знаешь, ты можешь с ним даже не общаться, раз он тебе не нравится. Альбус привел его к нам только для того, чтобы у меня было на ком проверить чары, когда я добьюсь успеха в своих изысканиях. Не на тебе же я буду их испытывать? – Барти натянуто улыбнулся. Регулусу даже показалось, что тот забыл, как это правильно делается, и сейчас лишь пытался повторить увиденный ранее мимический жест. – Питер обеспечит меня материалом для исследований и экспериментов, когда придет время. А оно придет очень скоро, поверь мне. - Я знаю, что ты добьешься успеха, и никогда не сомневался в твоих способностях достигнуть поставленной цели, - не стал спорить Регулус. – Но Питер все равно мне категорически не нравится. Он себе на уме, Барти. Так что будь предельно осторожен и не делись с ним своими планами. Разве ты не понимаешь? Альбус приставил его к тебе шпионить. - Что? – Барти даже перестал жевать и задумался над словами Регулуса. – А ведь ты можешь оказаться очень прав, - протянул он медленно, расчетливо щурясь. – Я всегда говорил, что ты гораздо наблюдательнее меня и на порядок лучше разбираешься в людях. Ты молодец, Рег. Спасибо, что предупредил. Я обязательно буду очень внимателен с этим Питером, - Барти произнес имя так, словно оно было на серпентарго. – Посмотрим кто кого, Альбус-с-с. Регулус постарался сдержать дрожь – Барти в последнее время все больше перенимал повадки своей аниформы: почти не жестикулировал, двигался то плавно и неспешно, то резко и как-то рвано, разговаривал, совершенно не проявляя эмоций. Все это были издержки его бесконечных превращений и изнуряющей работы над созданием знака, подобного метке. А еще… Дамблдор принес им несколько книг о древнем народе нагов. Что уж в тех трудах было правдой, а что выдумкой – неизвестно. Но Барти решил, что его способность при анимагической трансформации понимать змей и говорить на их языке дана ему потому, что когда-то в его роду отметились наги. Не исключено, конечно, что он был и прав, но все же стремление Барти пробудить в себе древнее наследие нагов казалось Регулусу блажью. Тем не менее Барти менялся – неуловимо, медленно, но все же сейчас по прошествии времени Регулус видел явные признаки перемен в его характере и поведении. - С Дамблдором воевать непросто, Барти, - отметил очевидное Регулус, откладывая приборы в сторону. – Волдеморту не удалось выиграть у него. - А мы пойдем немного другим путем. Я и не собираюсь все доводить до войны с ним. Это ведь Дамблдор изъявил желание, чтобы мы восстановили братство умников. Вот и будем делать то, чего он хочет. А там посмотрим… Но с Питером можно и поиграть в «кто кого обхитрит», если окажется, что он нечестен со мной, - Барти нехорошо усмехнулся собственному намеку. – Я пойду прогуляюсь по лесу. Все же неполная трансформация – неприятное и утомительное состояние. Моей змейке нужно поползать вволю, - Барти поднялся из-за стола, подошел к Регулусу и, наклонившись, легонько поцеловал его в висок. – Спасибо, дорогой, за то, что заботишься обо мне.

***

Остаток каникул для Гарри пролетел быстро. Северус в этом году, на удивление, согласился отметить свой день рождения в отличном маггловском ресторане, хотя обычно предпочитал тихий семейный ужин. Затем Том и Северус посетили ночной клуб, в который, само собой, Гарри их не сопровождал. Хотя именно он вручил Северусу билеты туда в качестве одного из подарков, за что был удостоен пятиминутного допроса о том, откуда он знает про этот элитный маггловский закрытый клуб и как достал билеты. Признаваться, что ему в этом помог Люциус и его связи, Гарри не стал, заставив Тома и Северуса подозрительно на него коситься. Но от возможности побывать вдвоем в развлекательном заведении они не отказались и, судя по всему, остались вполне довольны несколько необычным для них времяпровождением. Чтобы не зацикливаться на поступке Сириуса, Гарри загрузил себя работой – приводил в порядок документы на поставку некоторых редких ингредиентов, вчитывался в книги по экономике и магическому праву, до изнеможения выматывался в тренировочном зале. Том с удовольствием ему в этом помогал, найдя в лице Гарри неплохого спарринг-партнера. И хотя до того времени, когда они смогут сойтись в бою абсолютно на равных, было еще далеко, все же тренировки получались у них весьма оживленные и продуктивные. За несколько дней до конца каникул Гарри наведался в Малфой-мэнор. Проигнорировать приглашение Нарциссы он не посмел. Во-первых, он очень уважал маму Драко, а во-вторых, его заинтриговал намек Северуса, что миссис Малфой тоже способна на импульсивные поступки. Однако выяснить, так ли это, Гарри не удалось – Драко утащил его на вечеринку к Паркинсон, которая собрала у себя чуть ли не всех слизеринцев, присутствовавших на Святочном балу. Драко был неимоверно рад, что Гарри выбрал для визита к нему именно этот день, а не позже. Он даже не удержался при встрече от восторженных «Здорово!» и «Отлично!» и упрекающего «Где ты прятался?» - Ты бы видел, как Панси расстроилась, когда сова с приглашением вернулась, так и не отыскав тебя. Это ведь ее первая вечеринка, которую родители позволили провести так, как она сама захочет. Тогда я сам попытался связаться с тобой и не смог, - Драко, собираясь в гости, вводил Гарри в курс дела, чтобы объяснить ему свое весьма эмоциональное состояние при встрече. - Сириус, которому я написал, ничего конкретного мне не подсказал. Он тоже не знает, где ты был на каникулах? - Не знает, - сухо ответил Гарри, отвернувшись к окну. Разговор о Блэке не входил в его планы. - Ясно, - непонятно, что там было ясно Драко, но расспрашивать он не стал. - Лишь уверения отца, что нет никаких причин для паники, заставили меня терпеливо дожидаться, пока ты сам не дашь о себе знать. - Прости. Я просто не подумал, что кто-то решит мне написать на этих каникулах, - Гарри, уходя от Дурслей, снял с их дома чары, ранее позволявшие ему узнавать, когда совы приносят туда корреспонденцию, считая, что Гарри именно там и находится. А в Певерелл-мэнор ни одна сова не могла попасть – Том об этом позаботился, скрывая место своего жительства. Весь бизнес Поттеров велся исключительно через Гринготтс, даже в собственном новом деле Гарри сам лично не встречался с партнерами по организации поставок ингредиентов, не желая давать пищу для обсуждения своих способностей «не по возрасту». Так что Гарри совсем не подумал, что ему необходимо позаботиться об организации для себя почтовой связи с внешним миром. - Надеюсь, летом ты не исчезнешь так, - заметил Драко, а затем, подмигнув, предложил: - Ну что, пойдем и отдохнем как следует перед очередным семестром? На вечеринке у Паркинсон было весело. Гарри в полной мере познакомился с тем, как развлекается молодежь магической Британии, когда ее не сдерживают многочисленные школьные ограничения. Пунш и вино были доступны в неограниченных количествах, стол ломился от изысканных закусок, сладостей и фруктов. Музыка в бальном зале не затихала всю ночь. Несколько гостиных предоставляли возможность желающим поиграть в азартные игры или просто побеседовать в относительной тишине. Гостевые комнаты исправно служили тем, кто нуждался в том, чтобы привести себя в порядок, или хотел провести некоторое время в уединении со своей подружкой или другом. А уж фантазия Панси в области розыгрышей и всяческих шуточных конкурсов оказалась весьма богатой и непредсказуемой. Одним словом, Гарри получил отличный шанс отвлечься от забот, сопровождавшийся хорошим настроением, которое не испортила даже необходимость целых двадцать минут изображать из себя почтовую сову, выполняя правила одной из игр, придуманных Панси. Несмотря на легкую головную боль, заработанную к утру из-за непривычки так активно и насыщенно проводить ночь, Гарри был доволен, что смог попасть на эту вечеринку.

***

Поездка Гарри с друзьями в школу на Хогвартс-экспрессе ничем особо примечательным не отличалась от любой подобной – отдельное купе, спокойная обстановка, неспешный разговор. Разве что Рон немного всех удивил своим внезапным вопросом, раздавшимся практически чуть ли не посреди рассказа Гермионы о том, как она провела каникулы: - Это ведь Дамблдор подстраивал все те нападения? Да? - Ты о чем? – Гермиона пару секунд не могла соотнести его вопрос со своим рассказом, но затем ей удалось собраться с мыслями. – А-а… Ты о тех книгах, что я тебе прислала? Да, Рон, я сделала точно такой же вывод, как и ты, - Гермиона, хоть и отвечала Рону, свой вопросительный взгляд обратила все же к Гарри, будто требовала от него подтверждения этим мыслям. - Большинство нападений было организовано членами Ордена Феникса, которым руководил Дамблдор, - не подвел ее Гарри, высказывая собственное мнение, опирающееся на твердый фундамент фактов. - Я не знаю, как он объяснял своим соратникам необходимость убивать невинных людей, но думаю, без обмана и подтасовки фактов там не обошлось, особенно в отношении жертв-магов, открыто не поддерживающих ни одну из сторон противостояния. Мне все же не хочется думать, что те, кто причислял себя к светлому воинству, были настолько жестоки и неразборчивы в выборе методов ведения борьбы за признание правоты их политических идей. Вернее, идей Дамблдора, которые они приняли как свои, - Гарри произносил фразы неспешно, словно взвешивал каждое свое слово. Он понял, что пришло время расставить все по своим местам и более-менее четко обозначить собственную позицию в данном вопросе. – Какая-то часть нападений, конечно же, была организована Упивающимися Смертью, как акт мести или как превентивный удар, чтобы разрушить планы Ордена Феникса. Замалчивать ответные действия ортодоксов, представляя их покорными овцами, не смеющими дать сдачи, Гарри не собирался. Драко явно был с ним согласен, кивая его словам. - А вот нападения на магглов, которые не имеют никакого отношения к магическому миру, скорее всего, нужно и вовсе выделить в отдельную категорию. Появление в небе знака при таких акциях было не столь уж и обязательным. Метка чаще висела над теми домами маггловских семей, у которых были родственники волшебники. Это, по словам того же Дамблдора, якобы доказывало, что нападение было произведено по идейным соображениям. А вот остальные случаи… - Гарри на несколько секунд замолчал, подбирая слова. - Возможно, те Упивающиеся-перебежчики, которые были способны сотворить метку, не имели возможности присутствовать при всех налетах на магглов. А еще, думаю, метку над домом не всегда создавали из мер предосторожности, чтобы не попасться аврорам – ведь колдовство такой силы на маггловской территории отслеживается Министерством. Узнавали о подобных случаях в магическом мире, судя по статьям в газетах, только с подачи кого-то из Ордена Феникса, чаще всего - самого Дамблдора, указывающих на детали, незаметные на первый взгляд, которые подтверждали то, что преступление совершено волшебниками. Если бы не эти заявления, то большую часть тех нападений можно было бы списать на обычные грабежи, каких в маггловском мире тоже немало. Гарри сделал паузу, давая Рону и Гермионе осознать сказанное им, а затем все же пояснил: - Дамблдор и его последователи специально обращали внимание магического общества на те преступления в маггловском мире. Сейчас сложно судить, были ли они все и в самом деле совершены магами, потому что далеко не по всем проводилось расследование Авроратом. Но тем не менее их осуществление без всяких сомнений приписывали Упивающимся. А как иначе? Дамблдор ведь личность, известная своей борьбой за сближение с маггловским миром. Да и кто подумает, что он так вот открыто будет давать интервью о преступлениях, совершенных его людьми? - Он не боялся разоблачения своими же соратниками? Не думаю, что можно было так легко придумать причину, по которой следовало бы убить маггловскую семью. Особенно, учитывая его промаггловские воззвания, - Гермиона с сомнением покачала головой. – Не сходится… Возможно, там все же было что-то иное… - Я тоже так думаю, Герми. Есть еще одна почти идеальная закономерность - именно после сообщений о нападениях в маггловском мире совершались рейды Ордена Феникса по уничтожению магических семей Упивающихся и сочувствующих их идеям. Вон и Блэк, например, твердо уверен, что убийства магглов - это дело рук Упивающихся. Он не располагает никакой информацией о том, что в подобном замешан Дамблдор, поэтому и не сомневается в своих выводах. Я, конечно, не настолько близок с Блэком, чтобы расспрашивать, в каких именно рейдах он сам принимал участие, но судя по его словам, орденцы уничтожали лишь тех, кто представлял реальную опасность, то есть тех, кто якобы убивал сторонников светлых сил, магглов и магглорожденных, - слова, произнесенные Гарри, звенели от напряжения в его голосе. Рон бросил пытливый взгляд на него, не понимая, чем вызвано такое состояние Гарри, но вопросов задавать не стал. – Опираясь на имеющиеся у меня факты, я убежден, что Упивающиеся не имеют отношения к нападениям в маггловском мире. Не скажу обо всех – возможно, там и мстили кому-то из магглорожденных, но по идейным соображениям Упивающиеся ни на кого не нападали. А значит, можно сделать вывод, что для подобных действий был создан или созданы и вовсе отдельные отряды, о которых не знали члены Ордена Феникса. А если и знали – то лишь единицы, которым от этого была своя польза: тот же грабеж, который практически всегда сопровождал подобные нападения. - С чего ты взял, что Волдеморт не мог точно так же создать подобный отряд? – Рон, казалось, и сам знал ответ на свой вопрос, но все же он решил убедиться в правильности собственных рассуждений. - Прежде всего – это не согласуется с их настоящими идеями. Только Дамблдор старался всех убедить, что Упивающиеся Смертью хотят покорить маггловский мир и в конце концов его уничтожить. Да ортодоксам по большому счету не было дела до магглов. Они лишь убедительно предупреждали, что нельзя открывать тайну существования нашего мира, иначе снова начнется охота на ведьм и зажгутся костры инквизиции. Так что у Упивающихся не было никакой причины для подобных действий, а скорее, напротив, они старались бы подальше держаться от магглов. Во-вторых – Министерство было на стороне Дамблдора, хоть и не афишировало этого. Именно поэтому в газетах, которые в своем большинстве, как мы знаем, подчиняются действующей власти, вы практически не отыщете интервью ортодоксов, выражающего их точку зрения по поводу нападений на магглов. Следовательно, вся информация магическому обществу подавалась исключительно однобоко. И в-третьих, Упивающиеся подвергались репрессиям именно по тем пунктам, которые были выдуманы Дамблдором, а не из-за своих настоящих идей. Значит, вполне логично предположить, что… - Что именно Дамблдору были выгодны нападения в маггловском мире, чтобы создать базу для подтверждения выдуманных им обвинений Упивающимся, - закончила вместо Гарри Гермиона. - Да, - Гарри кивнул, скупо улыбнувшись на поддержку своих выводов Гермионой. - Получается… - Рон закусил губу, подбирая слова. – Получается, что Дамблдор развязал войну по каким-то своим причинам… Ему понравилось быть победителем Темных Лордов? Это же Дамблдор стал называть Волдеморта Темным Лордом, ведь так? А раньше он Гриндевальда убил… - Не убил, - как-то слишком поспешно уточнил Гарри, – а заключил в тюрьму. - Я имел в виду – победил, - отмахнулся Рон, но снова почувствовал, что у Гарри, на этот раз при упоминании Гриндевальда, проявились сбивающие с толку эмоции. – Тогда непонятно, почему он не приписал победу над Волдемортом себе. Ведь это именно Дамблдор всем растрезвонил, что ты стал Мальчиком-Который-Выжил. Логично в таком случае было об этом не говорить. - Логично в этом случае было бы поинтересоваться, откуда Дамблдор так уверен в своем заявлении? Он что, все это видел собственными глазами? - Драко презрительно скривился. – Гарри, я не сомневаюсь в твоей исключительности, но… - Он мне сказал, что все выяснили эксперты из Аврората по остаточному магическому фону в доме моих родителей, - Гарри понял, что и тайну своего выживания скоро придется раскрыть друзьям. Но определенно – еще не сегодня. - И как доказательство верности подобных выводов привел отсутствие в помещении волшебной палочки и тела Волдеморта, хотя якобы наверняка известно, что он из дома не выходил. - Но это полная чушь! А аппарация? – Гермиона хоть и удивилась тому, куда свернул их разговор, но все же была заинтригована темой. На каникулах она прочла несколько трудов Волдеморта и была впечатлена ими. – Да и вообще – волшебник с таким магическим потенциалом и столь обширными знаниями в различных областях наук, каким его описывают даже в многочисленных доступных источниках, вполне мог найти способ выйти из дома, не потревожив магические щиты. - Блэк говорил мне, что защита на здании отсутствовала, когда он в ту ночь добрался до дома моих родителей – а он там оказался первым. Дамблдор якобы прибыл чуть позже него, - Гарри не хотел резко прерывать тему, чтобы у друзей не создалось впечатление, что он что-то намеренно скрывает от них. Но и продолжать ее не хотелось, потому что говорить правду пока было рано. - Гарри, а почему ты Сириуса называешь Блэком? – Гермиона заметила, что Драко легонько покачал головой, предупреждая ее о том, что не следовало задавать этот вопрос. Еще во время визита Гарри в Малфой-мэнор он понял, что не зря ответ Блэка ему показался слишком сухим и официальным. - Мы поссорились. И больше не спрашивай о нем, пожалуйста. Я сам разберусь, - Гарри постарался, чтобы его ответ не прозвучал слишком резко. - Из всего этого получается, - Рон сделал вид, будто только что не было неловкой ситуации в купе, и вернулся к теме, с которой начал этот разговор, - что Дамблдор – старая лживая задница. Это он втянул всех в свои игры, из-за которых началась война. У моей мамы тогда погибли два брата. Я уверен, что они были хорошими людьми, хоть и поддерживали идеи Дамблдора. Он всем заморочил голову. И мне кажется, что он и сейчас что-то замышляет. - Он всегда что-то замышляет. Это его естественное состояние – всеми манипулировать к собственной выгоде. Стоит признать, что он мастер интриг и многоходовых комбинаций. Поэтому сложно понять, чего же на самом деле он хочет добиться тем или иным своим действием, - Драко сморщил нос так, словно в помещении запахло чем-то неприятным. - Ну мы это за директором уже давно заметили. Правда, не оценивали его деятельность в столь крупных масштабах, как попытались сегодня, - заметила Гермиона, соглашаясь со словами Драко. Она была благодарна Рону, который отвлек внимание беседующих на себя. Заявление Гарри о ссоре с Сириусом ее встревожило, но, судя по его тону, она поняла, что лучше не только не расспрашивать, но и вообще пока не напоминать ему о крестном. - А как вы думаете, кого видели в Косом Переулке на Рождество? Ну… Я о той статье в «Ежедневном Пророке»… Вы же читали? Это тоже очередная интрига Дамблдора? – вдруг спросил Рон, явно будучи заинтересованным услышать ответ на свой вопрос. Он переводил внимательный взгляд с Гарри на Драко, весьма обоснованно считая, что именно они могут помочь ему разобраться. Теперь стало понятно, почему Рон начал весь этот разговор об Упивающихся и нападениях, якобы ими совершенных в прошлом – он заметил некоторую, пусть и слабую, аналогию в поведении хулиганов, вызвавших переполох в Косом Переулке на рождественской неделе. Возможно, никто и не обратил бы особого внимания на пьяных дебоширов, устроивших десятиминутную потасовку прямо на улице, попутно разбивших пару стекол в витринах маленьких магазинчиков и распугавших своими криками и руганью праздно шатающихся волшебников, если бы они не были одеты в черные мантии-балахоны и белые маски Упивающихся. Да еще и жуткая метка в небе над Косым Переулком, повисшая немой угрозой после их дружной аппарации, не оставила обывателей равнодушными, внушая им страх и тревогу. - Читали, конечно, - ответил Гарри, а Драко и Гермиона только слегка кивнули, подтверждая его слова. – Вывод, определенно, напрашивается очень нехороший, - Гарри на несколько секунд замолчал, собираясь с мыслями, он все еще не мог успокоиться после необходимости говорить о ссоре с Сириусом. - То, что это опять игры старика? – уточнил Рон. - Да. Но вполне может случиться, что это и вовсе кто-то посторонний. Просто группа отморозков, решившая развлечься таким вот образом, - Гарри переглянулся с Драко, не зная, как еще можно ответить на вопрос Рона. - Это не ортодоксы. По крайней мере, те, кого раньше называли Упивающимися Смертью, таким безответственным поведением не отличались, - заметил Драко после небольшой паузы, в течение которой каждый из них мог обдумать слова Гарри. – Однако, учитывая произошедшее на Чемпионате по квиддичу, я не думаю, что эта бузотерская акция - случайность. Кто-то все же ведь запустил в небо метку… - В «Пророке» написали, что появление метки однозначно указывает на Упивающихся. Но мы ведь пришли к выводу, что не все сторонники… Риддла оказались преданными ортодоксам, - Рон, казалось, просто рассуждал вслух. – Так что категоричное приписывание действий тех неизвестных именно Упивающимся является необоснованным. - Да. Я все же предпочла бы прислушаться к тому, кто аргументирует свои заявления, опираясь на факты, - Гермиона поддержала мнение Рона. – Это так же, как и с прошлыми разногласиями во время противостояния… Если концепция дальнейшего пути развития общества не подтверждена научными данными и результатами исследований истории, то кнат ей цена. Пустые лозунги и призывы на хлеб вместо масла не намажешь. Нужно подвести доказательную базу своим словам, чтобы заявления не звучали голословно. - То есть ты хочешь сказать, что идеи Дамблдора тебя не вдохновляют? – Гарри насмешливо приподнял бровь. – Он же ратует за… - Почему же? У него есть умные идеи, кроме полностью нереальных и даже опасных. Но самое поразительное, я заметила, что именно приемлемые, с моей точки зрения, концепции развития магического мира, высказываемые Дамблдором, практически совпадают с подобными у ортодоксов. Тогда как все «притянутое за уши» как раз и стало предметом споров и разногласий. Хотя мне еще сложно судить о каких-то конкретных направлениях взглядов обеих сторон бывшего противостояния, но я все же считаю, что запретами на разные виды колдовства, равняясь на самых слабых магов, нельзя добиться развития общества волшебников, - Гермиона, словно подводя итог своим словам, резко вдохнула и выдохнула, даже плечи ее поднялись и опустились в такт дыханию. - Вот и я подумал - Дамблдор как-то странно представляет себе наше будущее. Если и дальше так пойдет, то скоро нам вообще нельзя будет колдовать ничего сложнее бытовых чар. А Темный Лорд… После того, что я прочел, он не такой уж и темный получается. Тот же Гриндевальд, вон какую войну развязал, даже магглов в нее втянул, - Рон заметил, как Гарри непроизвольно закусил губу при упоминании Гриндевальда, и это становилось уже интересным, правда, не настолько еще, чтобы лезть с расспросами. - В общем – я, как и Гермиона, склоняюсь к тому, что у ортодоксов больше умных мыслей в их взглядах на наше будущее. Хотя я и не со всем согласен безоговорочно. Взять те же ритуалы с человеческими жертвоприношениями – их точно нужно запретить. - Ну с этим, пожалуй, согласится любой разумный волшебник. Рон, ты же не думаешь, что ортодоксы кровожадные твари? Рррр… – Драко попытался изобразить чудовище. - Конечно, не думаю. Но некоторые их принципы все же следовало бы пересмотреть, - было заметно, что Рон устал обсуждать тему бывшего противостояния в магическом мире, хоть он сам и начал этот разговор. – Гарри, а ты разобрался с тем золотым драконьим яйцом? - Ты же знаешь, что нет. Чемпионам ведь не позволили забрать их из Хогвартса. Флер и Виктор свои артефакты оставили в директорском кабинете. Мадам Максим и Каркаров упрятали их в зачарованные коробки, запечатав собственной магией. А мой подарок от дракона у Снейпа в кабинете ждет своего часа, - Гарри вдруг вспомнил, что и в самом деле раньше не говорил об этом друзьям. - Тебе стоит поторопиться и разобраться, как узнать подсказку на второй тур, - с назидательным тоном произнесла Гермиона. – Вопрос с прессой и выступлением Джинни, – она бросила извиняющийся взгляд на Рона, - уже решен. Святочный бал и подготовка к нему тоже уже позади. Так что пора браться за дело. - Зато впереди День святого Валентина, - напомнил Драко, намекая, что Гарри теперь вроде как встречается с Чжоу, и ему придется уделить внимание своей девушке. - Это не оправдание. Приноси свое крикливое золотое яйцо в нашу комнату – будем вместе думать, что с ним делать, - предложила Гермиона, упомянув о том, что при попытке вскрыть артефакт в комнате раздавались ужасные визги. – Правилами это не запрещено, насколько я понимаю. - Уговорила. Гарри не хотел пока признаваться, что вероятнее всего, он уже знает, что нужно делать для получения подсказки. Осталось только попробовать и убедиться в этом. Буквально накануне Святочного бала и предстоящего отъезда Виктор, улучив момент, когда они остались втроем, рассказал ему и Флер, как чуть не утопил свой артефакт, отвоеванный у дракона. Крам отправился в ванную комнату для старост, в которую у всех гостей был доступ. Там, как известно, кроме душевых кабинок, есть довольно внушительных размеров бассейн. Так получилось, что, доставая чистую одежду из своей сумки, Виктору пришлось выложить оттуда золотое яйцо, чтобы не мешало. Он не рисковал оставлять его где-либо без присмотра, поэтому и носил все время с собой. А оно возьми и покатись прямо в воду. В общем, Виктор заявил, что артефакту понравилось купаться. И сказал он это таким тоном, что Гарри и Флер только переглянулись, поняв столь откровенный намек, а затем поблагодарили Виктора за интересный рассказ. До самого приезда в Хогсмид ребята больше не затрагивали в разговоре серьезных тем. Гермиона и вовсе решила немного почитать. Рон и Драко играли в шахматы. А Гарри усиленно обдумывал, что же подарить Чжоу на День святого Валентина? Он и не вспомнил бы о празднике, если бы Драко не напомнил о нем. Добравшись до Хогвартса, Гарри сразу же посмотрел на Черное озеро – даже в густых сумерках было отлично видно, что корабль дурмстранговцев уже вернулся и теперь лениво покачивался на воде в еще не успевшей затянуться льдом полынье недалеко от берега. Гарри был уверен, что где-то там, в тени, стоит волшебная карета, доставившая гостей из Шармбатона. Только теперь он окончательно понял, что каникулы остались позади, а впереди его ожидает очередное испытание Турнира.