Оружие. Танцы. Одиночество

— Господин Грей, Вы сделали то, о чём Вас просила Джувия? — спросила девушка, пока они бежали между стеллажами, заставленными пыльными коробками. — Ты о том, чтобы я взял с собой дополнительные кунаи? Конечно, сделал. И прошу тебя, мы уже два года вместе. Может пора перестать называть меня господином? — Хорошо, господин Грей. — Да ну, это бесполезно, — буркнул Грей, но всё же не смог сдержать улыбку. Слишком милая и нежная, но вместе с этим до ужаса опасная и смертоносная. Похоже, она не просто так попросила взять его с собой больше оружия, причём такого, которое она могла бы ещё и метать. Её острый ум, логика, аналитические способности и просто предчувствия — Грей всегда слепо им верил, и они никогда его не подводили. Вот так. И вот почему он вместе с Джувией и Уэнди работают в одной команде под номером 5. Хотя были времена, когда в его команде были совсем другие люди и другой номер… — Грей-сама, впереди кто-то есть. И правда, чьи-то силуэты постепенно вырисовывались там, где заканчивались эти полки, уже пустые. Джувия внимательно смотрела перед собой, обдумывая план атаки. — Грей-сама, метать ножи отсюда — пустая трата оружия. Я уже оценила обстановку, потому могу предложить следующее… Грей хорошо знал Джувию. Так хорошо знал, что ему не нужно было слушать всё, что она скажет, он и сам поймёт, просто глядя в её голубые глаза. Её предложение было очень правильным, потому Фулбастер согласно кивнул, прикидывая, как будет его осуществлять. Так они могут видеть только пятнадцать врагов, и с помощью следующей атаки они избавятся, по крайней мере, от их большей части. Расстояние между ними уже было не больше пяти метров. Дальше так двигаться уже опасно. — Грей-сама, сейчас! — крикнула Локсар, и парень с девушкой мгновенно вскочили на высокие полки стеллажей по разные стороны друг от друга. Забравшись на нужный уровень, они продолжили бежать уже по ним. В движении Грей незаметно вытащил два пистолета, поглядывая на растерянных врагов, которые сбивались в кучу, ожидая нападения. Что ж, это только на руку. Они уже достаточно близко. — Джу, давай! — Есть! — и девушка, не останавливаясь, вытащила дымовую гранату из кармана и зубами потянула за кольцо, затем с размаху швырнула её во врагов. Через секунду граната взорвалась, и толпа людей затерялась в кромешной тьме дыма, кашляя и чихая. Грею не нужно было особого приглашения. Он сразу же открыл огонь по тому месту, где только что были видны люди. Стрелял он до тех пор, пока не кончились патроны. Постепенно дым начал рассеиваться, и на полу уже отчетливо были видны пятнадцать трупов, валяющихся в собственной крови. Как и всегда, план Локсар был великолепен. «Но всё не может быть так просто». Фулбастер напрягся не на шутку. Тот, кому хватило ума не высовываться в открытую, явно не прост. Так что главный бой ждет их впереди. Он бросил взгляд на подругу. Та оставалась спокойной, выражение лица было непроницаемым. «За неё можно не волноваться. Но я всё равно буду». Внезапно за одним из стеллажей Грей уловил движение. «Вот он!» — пронеслось у него в голове, и в то же мгновение противник с невообразимой скоростью взобрался на стеллаж, где находился Грей и, не сбавляя оборотов, ринулся к нему. В его руке что-то блестело, и он бежал, постоянно меняя траекторию. Грей судорожно схватился за пистолеты, пытаясь уследить за противником, но не успел: тот молниеносным движением рассёк бедро черноволосого каким-то зазубренным лезвием, оставив серьёзный глубокий порез. «Чёрт… — выругался про себя Фулбастер, падая на холодный металл. — Бой даже не успел толком начаться!» — Грей-сама! — послышался крик Джувии, которая ринулась к ним. Ловко перепрыгивая с полки на полку, она наконец добралась до них. — Не надо, Джу! Не приближайся! — закричал Грей, но было уже поздно. Поняв, что его первая жертва не может двигаться, противник решил сразу же разобраться со второй. Вытащив второй нож, он метнул один в девушку, которая без усилий уклонилась, немного удивившись. Но тот не растерялся: достав ещё один нож, он послал два лезвия в полёт, однако под очень необычным углом. «Куда же он целится? — не понял Грей, но в туже секунду до него дошло: — Не может быть…» — Рикошет! — предупредил он девушку, но та уже и сама сообразила что к чему. Ловко завертев на пальце маленький метательный клинок, она изящным движением метнула его в сторону ещё не успевших столкнуться клинков противника, предотвратив тем самым рикошет, да ещё и сделав свой собственный. Противник никак не мог ожидать такого, потому не смог полноценного увернуться от собственного же ножа, внезапно вернувшегося к нему. Рана вышла не смертельной, но довольно болезненной. Теперь на его плече красовался ровный алый порез, из которого текли струйки горячей крови. — Так-так-так, неужели я столкнулся с Мастером рикошета Джувией Локсар? — ухмыльнулся он, поправляя огромные темные очки, скрывающие почти всё его лицо. — Знаешь меня? — настороженно спросила девушка, положив руку на сумку с оружием на всякий случай. — Знаю о твоём прошлом, Джувия-сан, — с вызовом ответил он, не снимая с лица свою противную ухмылку, которую синеволосой хотелось буквально вырезать с его физиономии. — Значит, тебе стоит о нём забыть, — рыкнула Локсар, закипая. — Оно стёрто, ясно? — Может, ты его и стёрла, да вот другие в памяти оставили. Особенно те, кто знали Дождию лучше других… В глазах Джувии мелькнул шок. Но она быстро собралась, взяв себя в руки. — Откуда ты знаешь это имя? — в её взгляде загорелся недобрый огонь. «Что за Дождия?» — удивился Грей. Он не помнил такого имени. — Ах да, — очкарик словно издевался над ней, — это имя знали лишь немногие, правда? И одним из них был тот, кому ты в первый раз проиграла. — Так это ты, Гонщик… — процедила девушка, — давно не виделись. Но я спешу напомнить, что я отыгралась после того проигрыша. Так что счёт один-один. — Тогда, может, покончим с этим? — Покончим, — пообещала Джувия, — раз и навсегда. С этими словами девушка быстро спрыгнула со стеллажей, уводя врага за собой. — Грей-сама, попробуйте пока что остановить кровотечение, — сказала она напоследок. Лавируя между станками для изготовления игрушек, она понимала, что её скорость во многом уступает, так что убегать — не выход. Выбежав на открытое пространство, она обнаружила впереди себя высокую стену. Где-то высоко было небольшое окно, пропускающее немного света в пыльное помещение фабрики. Девушка быстро вооружилась ножами на случай нападения и стала выискивать взглядом врага. Но тот не спешил показываться. Он выжидал. Но зачем? Гонщик — его старое кодовое имя, которое он так и не поменял. В отличие от своих очков… Но это имя ему подходит как нельзя лучше. Скорость, которую он способен развить, просто нечеловеческая. За ним почти невозможно уследить. Поэтому Джувия, оглядывая помещение на признаки движения, не переставала обдумывать свои собственные действия. Но окончательно завершить разработку стратегии ей помешало появление Гонщика, который стал бегать вокруг девушки, набирая всё большую и большую скорость. Локсар был знаком этот приём. С помощью него он и выиграл у неё тогда. В реванше она не дала шанса его использовать. Тут такое уже не прокатит. Но она ему не проиграет, не в этот раз. Внезапно острое лезвие ножа оставило порез на её спине. Гонщик начал действовать. Сжав свои клинки, Джувия пыталась предугадать, куда полетит следующий нож. И пару раз у неё это получилось, но все атаки она отбить не сумела. Раненное плечо саднило, щиколотку щекотала стекающая кровь, на щеке красовалась горизонтальная царапина. Она очень чётко понимала, что таким образом она не победит. Но вдруг на ум сами собой пришли слова мастера Макарова, которые он сказал ей во время одной из тренировок: «Всегда помни о том, что тебя окружает. Возможно, это поможет спасти тебе жизнь». Интеллект Джувии Локсар позволял ей проводить сложнейшие расчёты буквально за пару секунд, поэтому иногда она вполне может быть эффективнее компьютера. Эта способность и сделала её мастером рикошета, где любой просчёт может стать твоим последним. Но для того, чтобы использовать рикошет или хотя бы просто метнуть нож, нужно знать, куда и когда его метать. Джувия может и не видеть противника, но попадет в него, если услышит один-три его шага, чтобы привыкнуть его ритму. Но в случае с Гонщиком эта тактика не работала, она не могла уловить его движения, поскольку двигался он, на удивление, тихо. Как раз для такого случая и требовался такой мудрый совет старика Макарова. Вспомнив, что её окружает, Джувия мгновенно составила план дальнейших действий. Первым делом она резко метнула кунаи в окно, разбив его. Сверху сразу же посыпались осколки стекла, со звоном падая на землю. Джувия, скрипя зубами, терпела всё новые и новые порезы, создаваемые стеклом. — Ну же, Джувия-сан! — послышался голос Гонщика. — Я ожидал от Вас большего, чем дождик из стекла. Хотя это довольно символично, не правда ли, Дождия? — смеялся он, издеваясь. Но девушка не обратила на его слова внимания. Ей было важно то, что враг не сменил своей траектории, продолжая быстро двигаться. Осталось только ждать, когда же он попадётся. Она крепко сжала свой последний кунай. Сейчас всё решится. Девушка сконцентрировалась. — Помните, Джувия-сан, у Вас остался последний нож! — он уже упивался своей победой. Дурак. Гонщик всё также быстро перемещался вокруг девушки, продолжая ранить ту клинками. Было больно, но терпимо. «Надо ждать». Внезапно послышался звон раздавленного стекла. «Вот оно!» — и в тот же миг девушка метнула свой последний кунай. Беготня остановилась. Гонщик рухнул на землю, истекая кровью. Кунай попал ему точно в сердце. Джувия стерла кровь с лица тыльной стороной ладони и глубоко вздохнула. Вот и всё. Затем она подошла к мертвому телу врага, с презрением глядя на него. — Ты не изменился, Гонщик. Все такой же напыщенный засранец, возомнивший о себе слишком много. Ты даже приемы прежние используешь. Нет, Гонщик, ты не изменился. Но твоя сама большая проблема в том, что изменилась я.

***

— Вы, наверно, шутите! — Нацу уже начал злиться. Он решил убить всех и каждого на этой фабрике, но пробегая мимо одной и той же двери вот уже десятый раз, он так никого и не встретил. Да ещё здесь так тихо и темно. «Признайся, Нацу, ты заблудился». Вообще-то Нацу обладал необычайно острым слухом, но даже эта способность ему не пригодилась, чтобы внезапно услышать неподалеку знакомые голоса: — Господин Грей, вы такой тяжелый… — Джувия, я и сам могу… Чёрт! — Я больше не в силах… Щёки Нацу пылали, грудь тяжело вздымалась, когда он добежал да складского помещения. — Вы чем тут, чёрт возьми, занимаетесь?! — закричал Нацу, глядя на друзей. Джувия удивлённо захлопала ресницами. — О, Нацу-сан, я не могу донести господина Грея до машины, может, Вы поможете? Драгнил облегчённо вздохнул. Ну, славо богу, всё-таки они приличные люди… — А что случилось с этим Отмороженным? Да и ты вся изранена. — Меня чертовски больно ранили в ногу, — пожаловался Грей, оставив попытки самостоятельно подняться, — и теперь я не могу двигаться, а Джу слишком устала, чтобы меня тащить. — Ну что с тобой поделать, — Нацу, почесав затылок, подставил Фулбастеру плечо для опоры. — Эх, Джувия, и как же ты живешь с этим балластом? И вообще, где здесь выход-то? — Не волнуйтесь, Нацу-сан, я помню дорогу, — уверила его Локсар, призывая следовать за ней. По дороге они обменялись новостями, информацией о противниках и о количестве убитых, а также об общем положении дел. — Так значит они знают про Люси… — пробормотал Грей, пока Драгнила помогал ему залезть в машину. — Ага, поэтому я с вами не поеду, — усмехнулся Нацу, стирая пот с грязного лица. — Вы же сейчас в гильдию поедете? Присмотрите там за Люси, пожалуйста. Ну, я пошёл! — помахал он и побежал в сторону здания. — Нацу-сан! — вслед прокричала ему Джувия, но он уже её не слышал. — Не тот вход…

***

— Лексус прислал мне сообщение. Они с Мирой уже уехали в гильдию, — захлопнул крышку сотового Жерар, — с ней что-то случилось, но она жива. — Что насчёт остальных? — поинтересовалась Уртир, бросая настороженные взгляды в глубь коридора. — О своих действиях все в первую очередь должны докладывать Эльзе, — пояснил парень, убирая телефон в карман. — Наверное, Лексус просто хотел, чтобы я знал, что с ним всё в порядке. — Я не думаю, что у нас есть причины для волнений, — улыбнулась Мелди, заправив выбившуюся из прически розовую прядь, — ведь они все опытные бойцы, уж как-нибудь справятся. — Так-то оно так… — согласилась Ур, задумавшись, — но что, если вы где-то просчитались? Например, вас не смутило то, что мы не встретили на этой фабрике никакой охраны? Жерар лишь покачал головой. — Не тревожься об этом, уверен, всё ещё впереди. — Верно! — воскликнула Мелди, показывая вперёд. — Там какая-то дверь! — Думаю, что это какое-нибудь большое хранилище, потому что эти двери уж слишком велики для обычной коморки, — пробормотал Жерар и повернулся к внезапно усмехнувшейся Уртир. — Браво, Шерлок. Или же это хранилище потому, что над входом висит табличка «склад». — И Милкович уверенным резким движением распахнула двери. Фернандес же не мог допустить, чтобы девушка шла в неизвестность впереди него, потому поспешил поскорее занять её место во главе колонны. На складе было до ужаса темно, но тусклый свет, проникающий из коридора, позволил им рассмотреть огромные железные полки высотой до самого потолка, плотно уставленные пыльными коробками. Таких рядов было, наверно, с десяток. Узнать, насколько они длинные, не представлялось возможным. Окна в помещении отсутствовали, впрочем, как и любые другие предметы — всё пространство занимали полки. — А тут довольно мило, — Мелди с интересом оглядывала помещение из-за спины своей приемной матери, — просто и со вкусом. — Правда, немного пыльно, — звучно чихнула Ур, недовольно нахмурившись. Её тонкие пальцы сомкнулись на рукояти пистолета. — Не нравится мне всё это. Синеволосый тяжело вздохнул, но вдруг содрогнулся. Обострённые рефлексы помогли ему услышать лязг какого-то механизма, притом движущегося в их сторону. — Такое ощущение, что к нам идёт… — Смотрите! Игрушечный робот! — воскликнула розоволосая, показывая в темноту. В тот же миг они увидели маленькую игрушку, ростом всего полметра, неестественно шагающую к ним. Рот у неё смешно открывался и закрывался, словно она хочет что-то сказать. Мелди радостно хлопала в ладоши при виде этого, но Жерар её остановил. — Погоди, давай послушаем, что он говорит, — девушка сразу же замолчала и внимательно прислушалась. Игрушка говорила по слогам, в такт своим шагам. — Ма-лень-кий… глу-пый… бра-а-тик… ма-лень-кий… глу-пый… бра… — второй раз робот не сумел договорить свои слова, так как пуля из пистолета Жерара мгновенно разнесла его на мелкие кусочки. Руки Фернандеса дрожали, глаза расширились от неверия и растерянности. — Жерар, в чём дело? — спросила Уртир, но ей ответил не напарник, а другой, незнакомый голос из темноты. — Тебе просили это передать, маленький глупый братик. Ах, какая же всё-таки у нас замечательная фабрика игрушек! Такое зрелище, такое выражение лица, а, Жерар? — произнес насмешливый голос, становясь всё громче по мере приближения. И, наконец, перед ними показался невысокий парень со странной причёской из чёрно-белых волос. Его губы были накрашены тёмной помадой, красные глаза подведены, на плечо спадала маленькая светлая косичка, в ушах висели сережки в виде черепов, шею стягивал ремешок. Одет он был в меховую бордовую жилетку и чёрные штаны. — Мама, смотри! Трансвестит! — завизжала Мелди, вцепившись в плечо Ур, которая ехидно глянула на синеволосого. — Это что, брат твой что ли? Ну, вы даёте, Фернандесы. — Спятила? — возмутился Жерар, махнув в сторону пришедшего. — Как, по-твоему, это может быть моим братом? Мы ведь вообще не похожи! — А я уверена, что очень похожи! — откровенно издевалась розоволосая, заливаясь смехом. — Одно лицо! — Ни черта мы с ним братья, — подал голос парень с косичкой, отшвырнув от себя детальку сломанного робота, — меня зовут Миднайт, сын главы организации «Шестеро просящих», которому кое-кто поручил передать привет малышу Жерару. — Где он? Где мой брат? — зарычал Фернандес, сделав изо лба противника мишень. — А почём мне знать? — пожал плечами Миднайт. — Как появился, так и испарился, сказав, что если встречу тебя, то должен передат пожелания здоровья и прочих благ. Но разве тебе сейчас есть дело для сбежавшего братца, когда перед тобой стоит противник? Жерар промолчал. А Миднайт тем временем продолжил: — Я смотрю, Фернандес-младший любит играть в пистолетики? Тогда предлагаю пари: давай сразимся на дуэли. Если победишь, я расскажу тебе о твоем брате. — А тебе-то какая выгода? — подала голос Уртир, нахмурившись. — Всё просто — если я его убью, то смогу сразиться с его старшим братом. К тому же, убить его поручил мне и отец. — Жерар, не соглашайся! — Мелди схватила его за предплечье. — Мы их и так вынесем! — Всё в порядке, я быстро, — сказал он ей, высвобождаясь, — хорошо, дуэль так дуэль. В тот же миг Миднайт щёлкнул пальцами и из темноты появился человек, который преподнёс ему какой-то мешочек. Схватив его, сын главы организации хорошенько его потряс и бросил синеволосому. — Здесь два пистолета, один из них не заряжен. Вытягивай любой, а второй отдай мне. Стреляем одновременно по команде этой милой дамы, — он указал на Уртир, — на расстоянии пяти метров друг от друга. Вопросы? Без лишних слов Жерар запустил руку в мешок и нащупал холодную рукоять одного из пистолетов. «Удобная», — подумал он и извлёк оружие. Кивнув Уртир, он бросил мешок с пистолетом обратно. Миднайт достал его и отошёл на нужное расстояние. Его глаза азартно блестели в темноте, на лбу появились капельки пота. — Готовы? — громко спросила Милкович, к спине которой прижалась напряженная Мелди. — Тогда, на счет три… Раз, два… Пли! Жерар и не надеялся, что ему сегодня повезёт. Поэтому, как только Уртир дала команду стрелять, он сразу же шарахнулся в сторону, достав из-за пазухи свой надежный пистолет. В сантиметре от него пролетела вражеская пуля. «Как знал!» — усмехнулся он и мгновенно выстрелил. Попал. — Чёрт! — сплюнул кровь Миднайт, падая на землю. — А ты грязно играешь, ублюдок… — Какой есть, — ответил парень, нависая над поверженным противником, — не волнуйся, однажды я тоже передам брату привет от тебя. А пока подожди его там, — и Жерар пустил пулю в лоб своему врагу. Тот дёрнулся и затих. — Но Жерар… — Мелди удивленно смотрела в тёмные глаза юноши, — неужели ты не хотел спросить у него про своего брата? — Нет, не хотел. Плевать я на него хотел. А уже через секунду узкое пространство между полками стали заполнять бойцы, видимо, подчиненные Миднайта. Звенели ножи, перезаряжались пистолеты и сверкали кастеты. Они хотят боя? Они его получат. Внезапно откуда-то послышались громкие боевые выкрики. Жерар резко вскинул голову. — Эльза! Она где-то рядом! — Иди уж, Фернандес, этот мусор мы и сами почистим, не волнуйся, — ухмыльнулась Уртир, обнажая свои пистолеты. — Эх, молодость… — Давай, Жерар, иди! — игриво подмигнула её дочь, извлекая меч из-за спины. Жерар улыбнулся и направился к выходу со склада. О них можно не беспокоиться, эти двое кому хочешь зад надерут. Но почему же его не покидает эта тревога, ноющая в груди? Наверное, поэтому он чувствовал острую необходимость присоединиться к Скарлетт. Тишину вновь и вновь разрывали звуки яростной битвы, среди них различались звон скрестившихся клинков и голос Эльзы. Затем чей-то крик боли, сменившийся яростью. Буквально через пару минут до него донеслись чертыханье Титании и звук упавшего тела. После этого другой голос, судя по всему, принадлежащий Симону, который отчаянно закричал её имя. Жерар вздрогнул, но впереди уже показался вход туда, куда он так спешил. Собрав оставшиеся силы, он сделал последний рывок и вбежал в помещение, разглядев рассыпавшиеся на полу алые локоны. Скарлетт лежала, вполне живая, но изрядно избитая. Синяки и ушибы, порезы и разорванная одежда — всё это было, но главное, что она дышит. «Почему же она не встаёт?» — не понял Жерар, который вбежал в комнату и позвал напарницу. — Эльза! — но та не повернулась, лишь с ужасом смотрела куда-то впереди себя. Фернандес, почуяв неладное, проследил за её взглядом, и его сердце остановилось. — Эльза! Живо убирайся! Вставай! Он стал лихорадочно искать пистолет, но с отчаянием понимал, что не успевает. — Чёрт! Чёрт! Чёрт! К неподвижной Эльзе стремительно приближался огромный человек с длинной бородой и с одной более-менее уцелевшей рукой; он уже занёс свой невероятных размеров меч для смертельного удара. Девушка как-то странно забила руками, пытаясь отползти, но не выходило. Тогда она просто упала и закрыла глаза. Всё кончено. Плюнув на пистолет, Жерар ринулся к аловолосой, чтобы хоть что-то сделать. «Нет! Она не умрёт! — кричал сам себе он, спотыкаясь. — Не на моих глазах!» Но он опоздал. Лезвие ножа проткнуло тело насквозь, окропив всё вокруг. Только ранило не её. Перед ней неприступной стеной стоял Симон, загородив собой Эльзу. В его руке была катана. Меч противника торчал из его спины, кровь стекала по его подбородку. Ему проткнули сердце. Ему осталось не больше двух минут. Симон, сплюнув кровь, решительно сжал рукоять катаны и воткнул её в сердце старика, слабо оттолкнув от себя. Старик упал сразу же, а за ним и Симон, завалившись на бок, прямо у ног Эльзы. Та с широко распахнутыми глазами смотрела на своего друга, спасшего её и теперь умирающего рядом с ней. Мир остановился. Стук её сердца был самым громким звуком в помещении. Жерар чувствовал это. Он замер, всё ещё смотря туда, где только что встретил смерть темноволосый парень. «Если бы я пришел чуть-чуть раньше, — горько думал он, — то я бы сам спас её… и он бы жил». — С-симон… Симон! Ответь мне! Скажи что-нибудь, дурак! Идиот! Хоть слово! — плакала Эльза, из последних сил ползя в сторону умирающего друга. Судя по всему, её ноги не двигались совсем. — Не смей, слышишь? Не смей умирать! Наконец достигнув цели, девушка стала аккуратно извлекать огромный меч из тела напарника, приговаривая «Потерпи…» и «Ничего-ничего, заживет…». Затем перевернула его на спину и упала на окровавленную грудь, ещё едва вздымающуюся. Симон слабо улыбнулся, гладя её по красным волосам. — Эльза… посмотри на меня. Его потухающий взгляд встретился с заплаканными карими глазами прекрасной девушки, которая отчаянно просит его не умирать. Жаль, что приходится уходить на её руках, но, с другой стороны, сейчас самое время. — У меня к тебе просьба… Хочу, чтобы ты забрала мою катану себе, на память. — Придурок! — всхлипнула Скарлетт, судорожно сжимая в ладонях его рубашку. Тот усмехнулся, но новая струя крови снова потекла по его щеке. — И ещё… Знаешь, Эльза, я всегда любил тебя. И я так рад, что наконец тебя нашел, — прошептал он, теребя длинный красный локон. Из его глаз потекли слезы. Каждое слово давалось ему с трудом. — Спасибо за всё. Я счастлив… умереть на твоих руках. Прощай… Его глаза закрылись, на губах застыла радостная улыбка. Он умер. Ушёл от неё. — Не-е-е-ет! Симон!

***

— Добро пожаловать! — дружелюбно улыбнулся он и жестом пригласил войти. Меня зовут Брейн, и я глава организации «Шестеро просящих». Твои товарищи сейчас сражаются с остальными пятью и их свитой, ну, а ты, Титания, пожалуй, сразишься со мной. В руках Эльзы моментально засверкали лезвия ножей. Во взгляде отражалась сталь и непоколебимость. — Обещаю, ты сильно пожалеешь об этом. Брейн довольно улыбнулся, предвкушая отличный поединок. Затем, откинув свой странный длинный плащ, с лязгом извлёк из ножен невероятных размеров меч с толстым лезвием. Такими рыцари когда-то сражались с драконами. Щёлкнув длинными пальцами, старик осклабился, глядя, как его подчиненные выходят из тени, заполняя помещение. Затем, издав боевой клич, он вместе с ними ринулся в атаку. — Симон! — Понял! Количественное преимущество противников их явно не волновало. И они ответили на вызов, с яростью бросаясь на врагов. Эльза должна была признать, что сражаться против охраны и их лидера одновременно было очень тяжело. Но это лишь распаляло аловолосого киллера, и та с остервенением кружилась, танцуя со своими парными клинками. Пусть посмотрят её «танец смерти» напоследок. Краем глаза она наблюдала и за своим напарником. Тот тоже не отставал от неё, поражая соперников одного за другим. «Неплохой у него был учитель» — улыбнулась Эльза про себя. Но она не могла не заметить, что большинство ударов Брейна, довольно тяжелых и мощных, были направлены именно на неё. «Он хочет дуэли!» — догадалась она, и рывком вырвалась из кольца битвы, увлекая старика за собой. — Справишься? — крикнула она Симону, кивая в сторону старика. Парень утвердительно кивнул в ответ. Эльза повернулась к Брейну. — Не стоит прятаться за спинами подчинённых, если хочешь честного поединка, — процедила она, направляясь к нему. — Я и не прятался, — он покачал головой, — я выжидал. Чего он там выжидал, девушка решила не спрашивать, вместо этого сделала резкий выпад, целясь в живот. Однако старик, оказавшийся, на удивление, ловкий, увернулся, потому удалось лишь немного поцарапать рёбра. Тот решил не оставаться в долгу и направил меч в плечо девушки. Между ними завязался нешуточный поединок не на жизнь, а на смерть. Брейн атаковал её выпадом, действуя своим огромным оружием, как при уколе шпагой. «Он что, думает, что этот меч — пушинка?!» — поражалась Эльза, уклонившись. Она сделала шаг вперёд и в сторону, одновременно развернув свой корпус для сокращения зоны поражения. В левой руке Брейна что-то заблестело и вонзилось в бедро Титании. Та чертыхнулась и, закружившись как волчок, она отрубила старику руку. Жаль, не ту, которой он держал меч, но всё же ту, которой он её порезал. — Ах ты тварь! — заорал Брейн, отскочив он неё. — Моя рука! — Сколько людей погибло от этой руки? — процедила Эльза, стряхнув кровь с лезвия ножей. — А от твоей? — усмехнулся он, крепче сжимая свой меч. Эльза нахмурилась. Тут он прав. Много. Но тут она вспомнила про порез и оглядела его. Вроде ничего серьёзного, неглубокий и не особо болезненный. Не помешает. Она перевела взгляд на врага, сжав клинки. Однако Брейн стоял расслабившись. — Какого хрена?! — разозлилась Эльза, но внезапно ответ пришел к ней сам собой. — Яд? — Не совсем, — отозвался старик, довольно улыбаясь. — Чёрта с два я сдохну! — выкрикнула Эльза и вытащила из-за пазухи шприц с прозрачной жидкостью, и тут же ввела его в вену. Затем, отбросив его в сторону, она вновь набросилась на врага, осыпая того градом ударов. — Ублюдок! — Что, ещё можешь двигаться? — осклабился он, с лёгкостью уворачиваясь от её атак. — Ещё как! — рыкнула в ответ Титания и рассекла морщинистую щёку оппонента. — Посмотрим, на сколько тебя хватит, — пробормотал он. «Да о чём болтает этот сумасшедший?» — не понимала Эльза, продолжая наносить удары, которые тот иногда пропускал. Он же видел, что она себе вколола антидот. Так в чём же дело? «Только не это!» — взвыла Эльза, внезапно почувствовав, как тяжелеют ноги. Неловко увернувшись, она чуть не упала, поплатившись за это раненным плечом. Теперь удары стала пропускать она. — Но как же так? Противоядие… — Оно не поможет, милая. Страх тут же сковал сердце девушки. Разум захватило состояние аффекта, и она мощным ударом ноги с разворота отшвырнула от себя Брейна, а затем упала. Она уже не чувствовала ног. — Что за дрянь ты мне вколол?! — Парализующий наркотик. Лично его создал, — похвастался старик, стирая кровь с лица. — Уникальный состав, и твои универсальные антидоты против него не помогут. Ты проиграла, Титания. — Он сжал в руке меч, замахиваясь. Потом, довольно рассмеявшись, он ринулся к поверженной противнице, чтобы оборвать её жизнь раз и навсегда. Тем временем Симон прикончил последнего из подчинённых Брейна, с которым сейчас сражалась Эльза. Вообще-то он за неё не волновался, но увидев, как она безвольно упала, напрягся. А после того, как он понял, что послужило причиной этому, осознал, что дело дрянь. «Нет, ты не умрёшь Эльза». Да, он помнил, почему он бросил рисовать. Помнил, как грел на своем сердце её портрет, пока их таскали по приютам всего королевства. Как плакал иногда, пока никто не видел. Это было слишком больно, терять её. Он знал, что она будет их искать, он тоже будет. Сегодня — второй самый счастливый день в его жизни. Первый — когда встретил её, второй — когда нашёл. Нет, он больше никогда её не потеряет. — Эльза! Он успеет, не позволит ей страдать. Его смерть ничего не изменит. Ни его чувства, ни её. Главное, что они всё-таки встретились. Он слышал, как она плачет над ним, умирающим. А он теребил эти прекрасные алые локоны, которые обжигали его кожу, словно языки яростного пламени. Он чувствовал, что умирает. Тело холодеет, разум путается в простейших мыслях. И он слышал, как она зовет его, успокаивает, говорит что-то. Глупая, ведь он и сам знает всё. Но есть то, что она должна узнать перед тем, как он уйдёт. Чтобы покинуть её с миром и смотреть на неё уже оттуда, с неба. Теперь он будет молиться, чтобы ещё долго с ней не встречаться. Последние слова даются ему очень тяжело, но он не сдался и нашёл в себе силы, смешав признание с последним выдохом. — Знаешь, Эльза, я всегда любил тебя. И я так рад, что, наконец, тебя нашёл, — прошептал он, последний раз коснувшись её длинного красного локона. — Спасибо за всё. Я счастлив… умереть на твоих руках. Прощай… «Я люблю тебя. Будь счастлива. И главное — живи, несмотря ни на что». Конец второй арки.