21. Бывают в жизни огорченья
5 сентября 2017 г., 08:09
Честно, слушать женщину-издателя было дико смешно, но я держался. Иногда кашлял в кулак, но держался.
— С вашим другом все в порядке? - спросила Эйлин.
— Я в норме, — широко улыбнулся. — Это всего лишь призрачная болезнь!
Дин состроил злобную рожу, беззвучно обещая кое-что ценное оторвать.
В этот раз Винчестеры прикинулись критиками-журналистами, которые решили наклепать рецензию к серии книг Карвера Эдлунда (если я верно запомнил). Это имя так и норовит исчезнуть из памяти!
Наконец разговор удалось перевести на личность писателя и интервью с ним, но уперлась издатель. Ей показалось (из-за слов Дина), что мы напишем разгромную статью и обольем грязью ее "любимых мальчиков".
Дин, действительно, оговаривался странно, плохо скрывая, что эти книжки ненавидел.
Пройдя маленький тест на собственные любимые вещи, даты и песни, братьям пришлось еще показать тату от одержимости. Это в качестве аргумента, что они преданные фанаты самих себя, Сэм показал татуировку пентаграммы, а за ним повторил Дин. А Эйлин Эйрли, спустила брючки и показала такую же татуху на попе. Мне таких сил стоило не заржать!
— А вы? — нахмурилась барышня.
— А я из другого фендома, Эйрли-сан.
— Вы больше похожи на латиноса, чем на японца.
На это я только плечами пожал, улыбаясь во все тридцать два.
Выйдя за порог, я привалился к ближайшему столбу и ржал, пока не потекли слезы и не заболело лицо. В общем, минут через десять, я уже даже хихикать не мог.
— Да хватит уже, — буркнул Дин, схватив меня за ворот и потащил к машине. — Без тебя тошно!
До нужного места добрались часа за три, может за четыре.
Жил Чак Ширли в одноэтажном, с виду опрятном, маленьком домике темно-красного цвета, в тихом районе где-то за городом. В общем ничем не примечательный дом, ничем не примечательная жизнь. Серость и невзрачность.
Дверь нам открыл сам Чак-Бог: низкий бородатый неопрятный тощий мужичок в махровом полосатом халате, трусах и майке-алкоголичке. Гостей он явно не ждал.
Я искал в его лице хотя бы тень лжи и не находил. Чак принял Винчестеров за фанатов, даже порывался вызвать полицию, увидев оружие, которые те решили ему показать, но пятясь наткнулся на меня.
— Если они мои персонажи, то ты тогда кто? — решил подыграть «психам» Чак.
— Я из другой истории и хочу туда вернуться. А они — Дин и Сэм Винчестеры. Те, о ком вы пишете.
И только тогда Ширли поверил, ведь фамилии своих персонажей он нигде не упоминал.
Зайдя в дом, Чак принялся лакать выдохшееся пиво прямо из бутылки. Честно говоря, у Бобби в сарае было опрятнее, чем у Ширли дома.
— Может, я Бог? — начал Чак рассуждать в слух.
— Возможно, — переглянувшись с братом, нехотя сказал Сэм.
— Бог, бог, — это уже я. — Только это плохие для нас новости. Если он заблокировал себе память, чтобы поиграть в человека, так сказать, с полным погружением, мы ничего с этим сделать не можем. Я думал он просто мастерски брешет. А он реально верит, что он — человек обыкновенный. Его даже такие монстры как Захария не заподозрили. А они-то его лично знают.
— Все же, кто ты такой? — вмешался любопытный Чак, тыча в меня пальцем. — Тебя в моих книжках не было.
Сэм смерил писаку недовольным взглядом, мол не лезь.
— И сейчас нет? — уточнил я без всякого интереса.
— Никого похожего!
— А может, мы его того, ну, стукнем? — подал «отличную» идею Дин, будто примеряясь к голове Ширли. — Как клин клином при амнезии. Сразу вспомнит кто он есть!
— Валяй, самоубийца. Я только отойду подальше, чтобы меня не задело.
— Чем не задело? — не понял меня Дин.
— Тем, что от вас останется, после плюхи от архангела, — любезно пояснил я.
— Меня охраняет архангел? — изумился Чак.
— Тебя пророком считают, а каждому пророку положен телохранитель-ангел. Даже если ему, — указал я на Чака, — просто пощечину влепить, тут же прилетит обратка. Только вместо шлепка, удар кувалдой в грызло, — нервно похихикал.
Дин возмутился, что ничего смешного в этом нет, а Сэм сделал страшные глаза, будто говоря «Заткнись пока не поздно!»
Сказав это, я понял, что не знаю как теперь мне быть. План разрушился, мир скукожился до размеров дивана, на который я присел, пошатнувшись. В пору хвататься за голову или биться ею об стену. Мелькнула даже шальная мысль помочь Люциферу, раз Бог недоступен, но так же быстро она была отметена. Я человек, а людей Светоносец ненавидит, а значит и помогать не станет. Максимум — соврет, что поможет после победы.
— Мне очень жаль, — сел рядом со мной на диван Сэм и положил руку на плечо, ободряюще его пожав. — Может останешься? Будешь нам помогать. Бобби о тебе неплохо отзывался.
Я помотал головой. Говорить не хотелось. По крайней мере не сейчас.
