С тобой и без тебя

Родной подъезд встретил меня запахом кошек. Понятно, опять Матвеевна не уследила за своим Барсиком, Мурзиком или кем-то еще. Бабулька, живущая в нашем подъезде на первом этаже, была страстной кошатницей. Страдать приходилось всем. Периодически кто-нибудь из ее подопечных сбегал из квартиры и выполнял свой долг по подписыванию всего и вся, что подворачивалось ну не под руку, конечно, а под то самое место, которым коты и ставят автографы. Стараясь не дышать, проскользнул к лифту, поднялся на пятый этаж, своими ключами открыл новенькую, обитую бордовым дерматином железную дверь, и стал разуваться в прихожей. - Ярослав? – из кухни выплыла наша добрая фея Мария Саввишна. – Вы сегодня рано. Я посмотрел на часы, действительно, без пяти шесть. Рановато, но губы сами собой растянулись в улыбке, надо же, удалось сэкономить полторы штуки, ибо дама брала в час именно такую сумму, но обходиться без ее услуг мы, к сожалению, не могли. - Меня пораньше отпустили, я правда в магазин зашел, купил кое-что, - я указал на пакет, бутылки внутри предательски звякнули. Эх, надо было их во что-нибудь замотать или в пластике брать, он беззвучный. - Ярослав, если это то, что я думаю, то я категорически против! – глаза Саввишны метали молнии, а рот сжался в узкую полоску. - Мы по чуть-чуть, - заискивающе глядя в глаза суровой женщине, начал я. - Сегодня же матч Зенит – Локомотив! - Я все слышу, - неожиданно звучно раздалось из комнаты. Я вздохнул, Саввишна покачала головой, но так ничего и не сказав, начала собираться домой. И правильно, за лишние пять минут в нашем обществе, ей все равно уже никто не заплатит, поговорка «Время – деньги» срабатывала в нашем случае буквально. Почему я не люблю футбол? Не знаю, но когда смотрю на стадо мужиков в трусах, лениво гоняющих одинокий мячик по полю, становится грустно. Тут я совершенно солидарен со стариком Хоттабычем, который, помнится, решил вопрос радикально, выдав каждому бугаю персональный спортивный инвентарь. Хлебнул пива и скосил глаза на любимого, который размахивал своей бутылкой со вставленной в нее трубочкой. Полюбовался точеным профилем, какой же он у меня все-таки красивый! Жгуче-черные, недавно подстриженные волосы отливали на свету здоровым блеском. В отличие от многих брюнетов, мой любимый был белокож и не имел синевы на щеках после бритья, да и на теле лишней растительности не наблюдалось, только в стратегически значимых местах. - Что он делает?! Ну что он делает?! – завопил Ян мне практически в ухо, так как я лежал рядом с ним на кровати. – Ты видел? – обратил он ко мне горящий взор. - Форменное безобразие, - глубокомысленно заявил я, соображая, что там могло произойти на экране, пока я размышлял о проблемах командных игр. - А этот куда смотрит? – продолжал кипятиться Ян. – Явное же нарушение! - Угу, - согласился я, думая о том, хватит ли сил досмотреть матч целиком. Обычно на меня накатывает сонливость примерно на пятнадцатой минуте, такое снотворное воздействие оказывает на организм игра, когда-то это было поводом для шуток, а сейчас я честно старался разлепить глаза и следить за происходящим на поле. - Эй, не спи, - обиженно сказал Ян, видимо успел заметить мои осоловевшие и закрывающиеся глазки. - Не сплю, - вяло возражаю и пытаюсь поднять веки. - Иди душ прими, зубы почисти и спать ложись, а то опять не высыпаешься. - Я высыпаюсь, вот полежу немного и пойду, - сил выбраться из вязкой дремы не хватает. Немного поерзав, приваливаюсь к жесткому плечу и последнее, что чувствую, – одеяло, неловко наброшенное сверху. Спасибо. Черт, как болит спина. Видимо я все же отрубился и проспал всю ночь в неудобной позе на краешке, а Ян не стал будить из жалости, думал, что так будет лучше. Ох, вот тебе и чудо техники, супер-пупер мега кровать с матрасом, стоимостью туеву хучу зеленых денег. Настойчивый звонок в дверь повторился, так вот что меня разбудило. Медленно скатываюсь и улиткой ползу в прихожую, кого там принесло с утра пораньше? - Ярослав, вы плохо выглядите, - в квартиру вваливается Мария Саввишна, увешанная сумками и пакетами. – Алкоголь в больших количествах вреден для… Дальше я уже не слушаю, потому что взгляд случайно упал на наручные часы, которые так и остались на руке: на работу я капитально опоздал. Дернувшись сначала, потом притормозил, решив, что опаздывать на час или на два уже не принципиально. Зато можно умыться, побриться и даже принять душ, а если вспомнить про чашечку кофе… Может вообще ну ее, эту работу? Заболел? Хотя нет, не получится, надо документы с подписью биг босса отвезти, а то Ларген качественно прокомпостирует мозги и начальству настучит. - Проспал все-таки? – хриплым со сна голосом встречает меня в комнате Ян. - Ага, - вяло соглашаюсь, подбирая бутылки с пола. Целых две штуки по ноль тридцать три, но Саввишна все равно смотрит на меня с зажатой в руках тарой волком. Молчит, но весь вид говорит о том, что не одобряет. Нашла алкоголиков, мать ее. После душа и влитого в себя кофе – спасибо доброй женщине, что обосновалась у нас на кухне – почувствовал себя человеком. Надо идти, а то начальница сожрет с потрохами и косточками не подавится. - До вечера, - перед выходом заглянул в комнату, где Ян полулежал на кровати, обложенный какими-то бумагами и читал. - Пока, - рассеянно ответил он мне, не прекращая своего занятия. Я вздохнул, когда любимый на чем-то сосредоточен, отвлечь его от этого невозможно. Наверное, он не заметил бы даже землетрясение, случись оно вдруг. На мое счастье Ларген на рабочем месте отсутствовала. Даже странно. Обычно она приходила раньше всех и уходила позже всех и внимательно отслеживала сотрудников. Вот и хорошо. Бросив ей на стол конверт с подписанными документами, вернулся к себе и только нажав кнопку включения компа понял, что Ромашки на месте не было. Думать об его отсутствии было недосуг, навалилось сразу столько работы, что все посторонние мысли быстро вылетели у меня из головы. Разгрести завалы удалось только к концу недели. В пятницу, сидя в курилке и пуская клубы дыма в потолок, я вяло думал, что уже эта чертова работа загонит меня когда-нибудь в гроб. Оно конечно приятно, когда на карточку падает очередная сумма, но порой хотелось тупо выспаться, поваляться в постели, посмотреть телевизор, но все никак не получалось. Ян ворчал, говоря, что я когда-нибудь сорвусь, но он просто не знал, какие счета мне приходится оплачивать, и говорить ему об этом я не собирался. Зазвонил телефон, я поморщился и съехал задницей немного вперед по стулу, вытянув ноги, и достал нетерпеливо вибрирующий аппарат. - Ярослав Сергеевич? – осведомился на том конце хорошо поставленный мужской голос. - Да, - подтвердил я. - Я представляю компанию «Три Икс», мы разрабатываем совершенно новое программное обеспечение для офисов и частных лиц, нам рекомендовали вас как человека, который может написать хороший обзор нашей продукции. Сумма … вас устроит? Интересно кто дал наводку на меня? Дай Бог ему здоровья, как раз для счастья не хватает еще немного шуршащих бумажек, но вслух произношу: - Да, я иногда пишу для компьютерных журналов, но сейчас, к сожалению, очень загружен. В трубке промолчали, и мне стало неуютно, неужели перестарался? - Мы готовы удвоить наше предложение, но тогда приступить вы должны будете завтра. Отлично, лучше не бывает! Ян как раз поедет в свой санаторий, а у меня образуется куча свободного времени, значит смогу его провести с пользой для дела и никто не будет стоять над душой: «Тебе надо отдыхать». - Хорошо, только не завтра, а послезавтра. В субботу у меня запланированы другие дела. - Мы вам платим такие деньги… - Простите, вы мне еще ничего не заплатили, а то, что надо сделать завтра я не смогу ни отменить, ни перенести. Или послезавтра или никогда, - да, вот такая я дрянь, вернее человек, знающий себе цену. - Хорошо, в воскресенье с вами свяжутся, не вздумайте отключить телефон. - Запишите реквизиты для перечисления аванса, - выдал я в ответ. На том конце хмыкнули, поражаясь моей наглости, но цифры, кажется, все-таки записали. Когда довольный до ужаса я убрал телефон обратно в карман брюк, то увидел, что рядом стоит Ромашка, пристально разглядывая меня своими голубыми глазами. Грешным делом подумал, а не расстёгнута ли у меня ширинка, но проверять при нем руками не стал, неправильно поймет еще чего доброго. Скосил глаза, но ничего не увидел, вздохнул, и сказал: - Привет. - Привет, то есть здравствуйте, - ответил Ромашов. - Ты чего меня так разглядываешь? - Как «так»? – переспросил он, опускаясь на соседний стул и запуская пятерню в волосы на затылке. - Как будто я на работу пришел в пижаме, - ответил я, хотя на языке вертелось совсем другое. - Нет, что вы! Я просто думал… Офигеть, интересно, о чем он думал с таким выражением лица? - Я просто подумал, не согласитесь ли вы мне помочь, - тихо закончил Ромашка и покраснел. - Чем же я тебе могу помочь? – удивился я. – Ты со своим экономическим образованием занимаешься такими вещами, что я в них совсем ни бум-бум. Я программист, в фирме занимаюсь программным обеспечением, исправностью компьютеров. Или у тебя комп сдох? – нахмурился я, соображая, где брать время на починку, уж очень не вовремя, вечер пятницы не располагает к таким подвигам, суббота расписана по минутам – заскочить не получится, а воскресенье занято тоже. Ларген не простит, если комп не заработает до понедельника. - Нет, что вы, компьютер исправен, - утешил меня парень, тогда что ему от меня надо? Неужели мебель на дачу перевезти? – Понимаете, я только что устроился по специальности, стажа и опыта работы нет, поэтому перейти куда-то еще не могу, но и здесь работать становится невозможно, - Рома говорил все тише, и чтобы услышать его приходилось напрягаться. - Короче, Склифосовский, чего тебе от меня надо? - не выдержал я его хождений вокруг и около. - Не могли бы вы сказать нашим дамам, что я гей? Приплыли. Что-то я ничего не понимаю, как такая бредовая мысль могла забрести в голову этого чуда? Слов нет! Не выдержав, я заржал. - С чего ты взял, что мне поверят? – отсмеявшись, сказал я. – Тогда уж лучше сам скажи. Ромашка очаровательно покраснел. Видимо, сказать такое про себя он не мог чисто физически. - Не поверят, да? – господи, сколько безнадежности в голосе. - Конечно, ты же как только пришел сюда, стал с девушками заигрывать, - не успокоил я его. - Что же теперь делать? – Ромашка с надеждой посмотрел на меня. - Откуда я знаю? – пожал я в ответ плечами. – Придумай что-нибудь еще. Пусть, например, в понедельник утром тебе забытые ключи вернет любовник. - Но у меня только один знакомый гей, это вы, а друзья не поймут, - опустил голову парень. Как же все у него сложно. Сначала запутался в бабах, теперь решил в геи понарошку податься, но и тут облом. Дите дитем, наверное, рос в семье, где его холили и лелеяли, пылиночки сдували. - Ладно, пойдем уже. До конца рабочего дня чуть больше четверти часа, все на низком старте, - сказал я, вставая, и отмечая краем глаза, что в коридоре стало подозрительно много народа, видимо, любопытные сотрудницы поспешили проверить, куда это чудо запропастилось. Я не знаю, что на меня нашло, но давно забытое чувство бесшабашной веселости накрыло с головой. Я повернулся лицом к поднявшемуся следом понурому парню и, резко рванув его на себя, поцеловал взасос. От неожиданности он не сопротивлялся и ошарашенно приоткрыл рот и даже что-то сдавленно промычал, но я не собирался прекращать – ведь еще не все зрители увидели шоу. Я обнял Ромашку, притянул поближе, рискуя получить коленом по яйцам, и принялся языком обследовать глубину его рта. Он задышал чаще и сам притиснулся ближе, свидетельство его неравнодушия к процессу уперлось мне в бедро. О да! Девочки так не целуются! Так, надо прекращать это, а то вместо невинной шутки выйдет кое-что другое. За спиной раздался сдавленный вскрик и топот каблучков по коридору. - Что вы делаете, - почти шепотом вскрикнул Ромашка и, увидев, сколько было свидетелей его грехопадения, залился краской до самых ушей и опрометью бросился к кабинке мужского туалета, звякнула щеколда, запирая дверь изнутри. Я даже не успел ему сказать что-нибудь вроде: «Порчу тебе репутацию» или «Записываю тебя в ряды тех, кто под радужным флагом», но ничего, парнишка не совсем дурак, наверное, сам понял. - Что это вы с Ромой делали? – поинтересовалась у меня в коридоре Леночка. - А на что это было похоже? – ответил я вопросом на вопрос, проходя - Н-но он же не… и почему его так долго нет? – не отставала от меня девушка, стоя в дверях. - Дрочит, наверное, - ответил я, выключая компьютер, собирая и запихивая свое барахло в сумку. Интересно, сколько в туалете просидит эта жертва гейского произвола, боясь выйти? - А ты… - А я нет, - ответил я, удивляясь тому, какие вопросы задает это нежное создание, успевшее правда покраснеть. - Я не про это! - А про что? – я начал терять терпение, грубым быть не хотелось, но Леночка загораживала дверной проем и выйти из комнаты, не подвинув девушку, было невозможно. - Почему ты с ним так поступил? - Как так? Ты же не думаешь, что я поцеловал его против воли? Ромашка крепкий мальчик, так что шансов принудить его к чему-либо не так много. Почему я не пошел за ним в туалет? Извини, я на работу не ношу с собой ни смазку, ни презервативы. М-да, шокировать Леночку мне удалось капитально! Она вытаращила глаза и несколько долгих секунд молча открывала и закрывала рот, затем, резко развернувшись, убежала. Наконец-то выход свободен! Насвистывая, я удалился в сторону дома, и совесть ни разу не побеспокоила меня на протяжении всех выходных.