Планета, которой нет

«Герой» Республики       Их корабль приземлился на одном из частных космопортов Антарии. С ними так никто и не связался, и не выяснил цель их визита или наличие разрешения на посадку, хотя на планете действовало военное положение.       Дарсол спокойно вышел по трапу на улицу, а Хани следовала за ним тише травы и ниже воды. Перед посадочной платформой высилось одно из деловых зданий столицы с эмблемой банка Фьюжн. Хани ни разу тут ещё не была, но сразу сообразила, что именно это здание было главной штаб-квартирой Дарсола на Антарии.       Их никто не встречал, кроме десяти боевых дроидов, выстроенных в две шеренги по каждую сторону от трапа. Как только Дарсол поравнялся с ними, даже не глядя, дроиды развернулись и, грохоча по бетону своими ногами, последовали за начальником и Хани.       - Что это? – Сдавленно спросила Хани.       - Наша армия, которая уже здесь. – Коротко ответил Дарсол.       Хани молча кивнула, косясь на Дарсола крайне недоверчиво.       Тот будто шестым чувством ощутил её недоверие и также спокойно пояснил: - У меня было соглашение с сенатором Гангеном, по которому я мог доставлять сюда любые грузы без проверки. Так они сюда и попали. Но я надеюсь, ты понимаешь, что их численность не настолько велика, чтобы всерьёз угрожать размещённым тут войскам?       - Тогда на что расчёт?       - Скоро увидишь.       Хани не стала продолжать.       Но как только они зашли внутрь здания, где не было ни единой души, она снова не удержалась и выдавила из себя то, что всё вертелось на языке.       - А вы вообще человек? – Спросила она вкрадчиво и неловко.       - Человек. – Уверенно ответил Дарсол. Но затем в его тоне почувствовались нотки сомнения. – Только очень необычный.       - Тогда почему вы такой?       - Если честно, я не знаю. Знаю только, что стал таким не сразу. Разве что детство и юность у меня были вполне обычными. У меня есть несколько догадок, но пока не более того. Впрочем, я понимаю, Хани, что у тебя очень много вопросов. Но времени на них мало. Давай сначала сделаем дело. Потом всё обсудим. А пока обрати внимание на небо. Скоро там станет очень ярко.       Хани не успела последовать его совету, как заметила боковым зрением незнакомую фигуру в коридоре. Это была щуплая рыжеволосая девушка необычно низкого роста, похожая скорее на ребёнка. В её руках была непропорционально большая плазменная пушка больше её собственного роста. А на лице незнакомки была кривая и недобрая улыбка, которая не предвещала ничего хорошего.       Сердце Хани упало в пятки. Но Дарсол был совершенно невозмутим, да и боевые дроиды ни разу не шелохнулись в сторону предполагаемой угрозы.       - Дзана! – Дарсол поприветствовал незнакомку и явно ждал её здесь. – Рад видеть тебя! И жду твоей помощи.       - Господин Дарсол, - ответила Дзана дерзким голоском, - вы только укажите цель. И я уничтожу её.       Дарсол кивнул, заложил руки за спину и сказал: - Скоро, Дзана. Я понимаю твой настрой, но время не ждёт и не торопит.              Флот трёх Великих Кланов даже не заметил, как огромный корабль вышел из гиперпрыжка на окраинах системы Антарии и спокойно состыковался с пусковой платформой космического гольфа Дарсола. На мостике корабля находился только профессор Контадор в компании дроидов, которые сидели за пультом управления крейсера. Вместо лица профессора на мониторе буквально точками отражались боевые единицы объединённого флота противника, размещённые вокруг столичной планеты.       - Скоро они нас увидят. – Профессор воззвал к своему экипажу. – На вызовы не отвечать!       - Роджер! Роджер! Роджер! – Дроиды загомонили в ответ своими писклявыми голосами, слившимися в хор странной какофонии. Благо, что человеческих ушей у профессора больше не было. И ему этот жутковатый скрежет не мешал.       - Не вижу сигнатур Внутреннего Флота. – Сказал Контадор.       - Так и есть, господин Профессор. – Отозвался один из технодроидов. – Ни одного из их кораблей мы не регистрируем.       - Карамба! Жаль. Но ничего. Их флот всегда был по сути декоративным. Но Лемеллин решил избежать своей участи. Надеюсь, мои подозрения не оправдаются.       Крейсер «Озарение» ускорялся, смещаясь ближе к Антарии, и уже через минуту мостик крейсера был буквально завален входящими вызовами от почти всех кораблей объединённого флота. Послушные дроиды не нарушили приказа, и «Озарение» остался безмолвным.       - Фиксирую множественные малые цели. Запущены истребители. Идут встречным курсом. – Технодроид вновь озвучил то, что профессор и сам видел буквально своими «глазами».       Но и Контадор не стал его перебивать.       - Продолжать сближение прежним курсом! Цель – системный разрушитель «Честь Гангена» и его боевое охранение. Плазменные ускорители готовы к бою? Цель в зоне досягаемости?       - Так точно, профессор! – технодроид подтвердил.       - Огонь! – Скомандовал Контадор.       Огромный крейсер хоть и впечатлял своими размерами, но всё равно в одиночку шёл против объединённого флота, в котором было три системных разрушителя, пять тяжёлых крейсеров и ещё 57 малых кораблей различного типа в боевом охранении. В целом по меркам Республики это был очень мощный кулак, способный стереть в пыль целые планеты.       Ровно посередине каждого борта «Озарения» имелся огромный плазменный излучатель, который внезапно заискрил ярчайшей плазмой. Сейчас разгорался излучатель левого борта.       На мониторе профессора отражалась область вероятного поражения. В неё уверенно входил и сам системный разрушитель флота Гангенов, и еще 6 единиц охранения.       Облако плазмы отделилось от «Озарения» и на огромной скорости устремилось к цели, медленно расширяясь в и становясь немного тусклее. Контадор хорошо видел, что все корабли объединённого флота уже подняли свои отражающие энергетические щиты на полную мощность. Явно готовились переждать атаку под ними и тут же ответить незваному гостю всей своей артиллерийской мощью. Эскадрильи мелких истребителей уже стартовали от каждого системного разрушителя и синхронно устремлялись на его корабль. Но до боевого контакта им было ещё где-то минут 10. Этот бой вёлся на неожиданно большой дистанции для всех.       Могли ли командиры кораблей Великих Кланов уже что-то заподозрить? Возможно. Но времени среагировать уже не было. Их ждал неприятный сюрприз.       Облако плазмы стремительно накрыло 7 кораблей и две истребительные эскадрильи, оказавшиеся у них на пути. И ушло дальше, рассеиваясь в пространстве. А после ничего вроде бы не произошло!       Но все корабли, попавшие под удар, словно потеряли управление. Продолжали лететь по инерции, без малейшего намёка на корректировку курса и маневрирование. Истребители двух эскадрилий продолжали идти тем же курсом, но как-то бессистемно. Словно, не могли ни маневрировать, ни тормозить. Вот два из них уже столкнулись друг с другом и разлетелись в пыль.       Все попавшие под удар корабли объединённого флота, были обесточены. Пока экипажи на борту этих кораблей и не задетых кораблей, не поняли, что произошло, Контадор отдал приказ: - Запуск всех старфайтеров! Орудиям главного калибра по целям огонь!       «Озарение» развернулся носом к повреждённой эскадре, и открыл массивный огонь из орудий главного калибра. Обесточенные корабли стали разрываться в мелкую космическую пыль в ослепительных вспышках плазмы.       Профессор понимал, что пока главные орудия ведут огонь по противнику, а аккумулятор электромагнитной пушки перезаряжается для нового выстрела, энергетические щиты установить не удастся.       Причём, на ходу было ещё два системных разрушителя со своим охранением, и они уже начали расходиться в стороны, их командиры понимали, что единственным их шансом является рассредоточение.       Сам крейсер «Озарение» словно покрылся облаком пыли из мелких дроидов-истребителей, которые должны были атаковать объединённый флот. Но им до своих целей лететь так же было минут 10-15. Силы противника всё ещё имели многократное превосходство.       Профессор Контадор хорошо знал, что до полной перезарядки электромагнитной пушки осталось всего 5 минут. Расстояние до объединённого флота пока страховало их от попаданий, и дроиды на командном мостике уже послушно разворачивали корабль правым бортом к противнику. Теперь будет стрелять батарея правого борта.       Возможно, профессор-робот где-то в глубине своего сознания нервничал. Но разве можно это было понять по его лице-монитору?       Внезапно позади «Озарения» раскрылись многочисленные вспышки выхода из гиперпрыжка. В пространстве начали материализовываться небольшие десантные корабли Империи Сомех. Вслед за ними – их истребители, которые были значительно быстроходнее, и они резко устремились к Антарии и объединённому флоту, даже умудряясь обгонять дроидов корпорации Фьюжн.       А сразу же вслед за ними вышли тяжёлые крейсеры сомехов. И только тут лицо на мониторе профессора выразило самодовольную ухмылку. Перезарядка орудия правого борта закончилась.       - По второй эскадре огонь! – Скомандовал профессор.       - Роджер! Роджер! – запищали дроиды, чьи голоса слились в вибрирующее эхо.       Последовала новая вспышка излучателя правого борта крейсера, устремившаяся на группу правее.       Когда в бой вступили тяжёлые крейсеры сомехов, для объединённого флота Великих Кланов всё было практически кончено. Десант с их малых кораблей начал высадку на Антарии, где не встретил почти никакого сопротивления. Блокада связи над столичной планетой не позволяла подать сигнал о помощи. Сбылась мечта идиотов. Войска державы, с которой когда-то диктатор Иомар Стэн вёл десятилетнюю войну, высадились прямо в его столице. Но крейсер «Озарение» к концу битвы полностью израсходовал запас энергии и ушёл к солнцу системы, чтобы перезарядить свой аккумулятор.       *******************************************              Хани Ло наблюдала лишь вспышки в небе при дневном свете, не понимая ничего толком. Было ясно, что в космосе вокруг столичной планеты идёт бой. Но не более того. Дарсол ушёл куда-то и своих боевых дроидов забрал с собой. Дурные мысли роились в голове. Но больше всего она переживала за Уго Беренца. Дарсол сказал, что скоро он должен объявиться. И когда это произойдёт, ей нужно будет с ним поговорить. О чём? И что сказать? Что вообще будет со столицей к тому моменту?       Уже начало смеркаться, когда жутко довольный Дарс Дарсол снова явился в штаб-квартиру. Хани Ло порядком утомилась от ожидания непонятно чего и в отсутствии любой связи с боссом, улеглась на диван для гостей и просто отключилась.       Хани вообще раньше не видела такого выражения лица Дарсола, но первый же её вопрос ввёл его в ступор.       - Уго уже здесь? – спросила она.       - Нет. – Дарсол не сразу ответил. – Но у нас сейчас есть дела поважнее.       - Какие же?       - Нужно ехать в Сенат. Там мы и будем ждать Уго.       Хани устало протёрла глаза и с недоверием взглянула на своего начальника.       - Хорошо. – Ответила она наконец. – Только можно я приведу себя в порядок? Не идти же вот так в Сенат.       Дарсол согласно кивнул в сторону дамской комнаты.       Но ожидание затянулось. И терпение Дарса было на исходе. Уже стали одолевать смутные сомнения, а не могла ли его помощница сбежать куда-то. Хотя, насколько он помнил, оттуда просто некуда было бежать.       Дарсол уже подошёл к двери, чтобы поторопить мисс Ло, но дверь открылась у него буквально перед носом. И сама Хани оглядела его раздражённым взглядом.       - Если можете ждать веками, можете и пару минут подождать. – Ответила она мимоходом.       Дарсол открыл было рот, чтобы возразить что-нибудь, но тут же счёл за нужное промолчать, а просто проводил её к двери, за которой уже стоял его глайдер.              На этом глайдере они быстро долетели до здания Сената. Улицы города были пусты, да и сама огромная площадь перед зданием Сената была заполнена только войсками сомехов. Их закованные в силовую броню солдаты сами по себе напоминали боевые шагающие танки, расставленные в две шеренги, образуя коридор для глайдера банкира, который скользил над площадью на высоте человеческого роста.       Они очень быстро долетели до ворот здания, которые были изрядно потрёпаны взрывами и опалены. Но не похоже, что бой тут был долгим и жестоким. Иначе, тут всё было бы в руинах. Но даже это совсем не радовало Хани. Дарсол был спокоен, но он не антариец, да и вообще не совсем человек. Его лицо было сейчас невозмутимо и бесстрастно.       Но Хани хорошо помнила рассказы родителей, да и вообще исторические уроки о той войне с империей сомехов. Она сама привыкла, как и её семья и преподаватели в университете, считать войну исключительно самодурством диктатора Стэна. По крайней мере, убеждала себя в этом. Но видеть сейчас бронированные войска их империи в самом центре своей столицы у ворот здания главного символа пусть и почти развалившегося, но всё равно родного государства, это зрелище даже у неё вызывало холодок на коже.       Но делать было нечего. Дарсол спокойно вёл глайдер и припарковал его у самых ворот Сената. Здесь уже ждали его невозмутимые боевые дроиды.       - Эти ваши друзья с нами не пойдут? – Спросила она язвительно.       Но Дарсол даже и бровью не повёл.       - Нет. Они обязались остаться тут, пока я не разрешу.       Вот, так Дарсол теперь может разрешать войскам заклятого врага, входить им в здание Сената или нет.       Но Дарсол не знал об этих мыслях Хани. А может быть и знал, но ухом не повёл. Он приземлил глайдер у выбитых парадных дверей в здание Сената. Встречали их Дзана со своей непомерной скорострельной пушкой и трое боевых дроидов. Мелкая дарсианка кажется совсем поехала кукухой, ибо её лицо было исполнено восторга и жажды крови. Должно быть Дарсол пообещал ей нечто «весёлое».       Но он всё так же был невозмутим и собран. Спокойно отдал ей команду следовать за ним. И мелкая даже и не подумала возражать.       - Хани, - внезапно обратился он и к ней, - прими данные от Озарения на свой комлинк. Мне нужно, чтобы ты отслеживала состояние крейсера постоянно.       Помощница была сперва даже сбита с толку и не сразу собралась. Но потом проверила входящие сообщения на своём линке и поняла, что получает телеметрию с их крейсера в режиме реального времени. Но сказать-то было особо нечего.       - Господин Дарсол, аккумуляторы крейсера сейчас в режиме перезарядки у солнца. – Сказала она, подбирая слова, всё ещё не понимая, зачем её боссу это нужно.       - Отлично. Но ты же должна понимать, что это значит для климата, да?       Хани только сейчас осознала, на что намекает Дарсол, но не успела ответить, её босса снова отвлекли.       - Мне пора в зал заседаний. – Сказал он коротко и ушёл, оставив Хани в раздумьях. Ведь если Озарение продолжит заряжаться до стопроцентной зарядки своих накопителей, оно сильно ослабит излучение местного солнца настолько, что на Антарии скоро станет очень холодно.              Сам зал заседаний Республики изначально вмещал более 600 человек, но сейчас был заполнен лишь наполовину. Но все те, кого Дарсол ожидал тут, присутствовали. Это были члены Сената, от четырёх союзных олигархических фракций. Здесь присутствовали и сам Уннар Ганген, и вступившие в договорённость с ним, Йиржи Пац, Робе Дей Гартон и Леон Коста. Трое из них собрали свои флоты вокруг столичной планеты. Именно их остатки добивали потом корабли сомехов. А теперь и они сами оказались в ловушке в здании Сената, когда, как им казалось, они добились полного успеха.       Все сенаторы находились на своих местах под неусыпным взором боевых дроидов корпорации Фьюжн. Не сказать, чтобы они были очень счастливы находиться здесь и не желали бы как можно скорее покинуть это проклятое место, но несколько лужиц крови на опалённых ступенях между трибунами сената явно свидетельствовали о том, что стало с нетерпеливыми и непослушными. Теперь бывшие владыки более чем половины Республики ожидали своей участи.       Тем большим оказался их шок, когда в парадных дверях показался сам Дарс Дарсол и неспешной походкой начал спускаться к трибуне председателя. Словно он хотел, чтобы все могли хорошенько его рассмотреть.       Взятые в заложники сенаторы подняли гомон возмущения. Но Дарсол не отвечал, только его ироничная улыбка на молчаливом лице служила куда более красноречивым ответом на это всё. Гул не стих, и когда он наконец занял трибуну председателя и жестом пригласил всех садиться.       - Здравствуйте, господа верховные сенаторы Республики! – обратился он с трибуны спокойным, но уверенным голосом. – Наконец я могу лицезреть вас всех в столь ответственный момент разом. Полагаю, вы немного удивлены моим появлением здесь.       С трибун донеслось несколько гневных возгласов: - Так это ты, мерзавец! Какого черта?! Ты привёл синерожих сюда, в столицу?!       Гомон криков снова начал подниматься, сливаясь в сплошной неразличимый человеческий гул, полный оскорблений и проклятий. Дарсол пока молча оглядывал перекошенные то от злости, то от негодования, страха и ярости лица этих людей. Он знал, что этим они уже ничего не изменят, но они этого ещё не знали.       Внезапно он резко повысил голос, не срываясь в истошный крик.       - Тишина-а! – Дарсол не столько рявкнул, сколько протяжно провозгласил.       И зал разом затих. Действительно, никто из сенаторов даже не пикнул после этого, хотя с людьми это обычно так не работает. Хоть кто-то из самых ретивых еще мог бы что-то вякнуть и даже счёл бы это своим долгом. Но никто не решался. Все глядели на человека, стоящего на трибуне председателя, подвалено и со страхом, словно языки прикусили.       Дарсол ещё выждал некую паузу и продолжил всё тем же ровным тоном: -Благодарю! О чём это я? Ах да. Прошу понять меня. Я уважаю любой труд и затраченные усилия. Вас всех можно уважать за то, что в условиях развала прежней системы, вы смогли взять себя в руки, собрать по кусочкам то, что осталось, и выстроить на их основе что-то новое. И вы боролись и рисковали всем тогда, 40 лет назад. Созданное вами простояло немало, так что ваши заслуги нельзя отрицать. Вы стали по итогу богаче и могущественнее.       Но вы заигрались. Вы забыли ответственность перед вашим собственным народом, который вы приняли под своё крыло. Решили, что теперь осколки бывшей Республики - ваша собственность. Как вы всем этим распорядились? Растратили свои же ресурсы? Погрузились в дрязги друг с другом настолько, что не заметили, как чужак, выскочка навязал вам свои условия? Вас обуяла такая ненависть друг к другу, что любым моим словам вы готовы были поверить, лишь бы ещё немного продлить вашу власть. И теперь я здесь.       - Кто дал тебе право судить нас? И на каком основании? – внезапно с трибун подал голос сенатор Йиржи Пац, глава клана Пацев.       - Я никого не сужу. Вы просто дали мне шанс, и я им воспользовался. Всем вам корпорации, связанные со мной, ссудили огромные деньги на поддержание ваших прохудившихся бюджетов. Каждый из вас должен мне. Как думаете, откуда у неизвестного ранее банкира, выскочки из других систем, такие огромные деньги? Маленький секрет. У меня таких денег нет. Вот и ваш ответ про войска сомехов здесь. А всё благодаря вам. Вы меня пригласили к себе. Ну а я кое-что пообещал сомехам.       Дарсол картинно ухмыльнулся.       Зал снова возмущённо заголосил. Но Йиржи Пац оказался снова первым.       - Да проклянёт тебя Всевышний! Если ты думаешь, что вышел сухим из воды, то ошибаешься.       Дарсол резко поднял руку, отчего весь зал снова разом примолк.       - С этим вы немного опоздали, сенатор Пац. Он меня уже проклял.       Из-за спины Дарсола как-то незаметно выплыла фигура Дзаны со своей четырёхствольной пушкой. Её садистская улыбка и восторженное выражение лица сильно контрастировали с мрачным Дарсолом. Она словно ребёнок, что добрался до конфет. Уж неизвестно, как профессор промыл ей мозги, но сейчас это было не важно. Мечта всей жизни вот-вот осуществится именно благодаря Дасолу, а не адмиралу Беренцу.       - А теперь прощайте! Как вы когда-то обманом стёрли старую Республику, так и сегодня с доски истории стирают вас. Я немного лукавил, наверное, когда говорил про уважение. Я скорее вас презираю.       Боевые дроиды выставили вперёд свои боевые излучатели. Когда Дарсол такой же неспешной походкой и с тем же мрачным выражением лица покидал зал заседаний, за его спиной уже полыхало пламя взрывов и струй плазмы.       Хани Ло находилась на первом этаже и не слышала звуков стрельбы. Когда её босс как ни в чём ни бывало снова приблизился, она была обеспокоена.       - Господин Дарсол, - сказала она, - в систему только что вошли множественные цели. Это явно чьи-то боевые корабли.       - Понятно, - Дарсол был всё так же спокоен и собран, - а вот и наш Беллерофонт явился на бой с химерой.       *******************************************              Флот Народного Фронта вышел из прыжка на внешней окраине системы Антарии. Мартин Пико сильно спешил, хотя и не знал совершенно, что их может там ждать. Силы их были невелики. Это совсем новый крейсер Вольный, захваченный на абордаж крейсер Бунтарь, вспомогательные носители истребителей народа зау в количестве четырех и пять носителей десанта с Тарумы. Для Великих Кланов это был вообще не флот, а так, небольшая тактическая эскадра. Хотя и с хорошей огневой мощью двух лёгких крейсеров.       Обстановка вокруг столичной планеты уже была почти сразу считана ИИ Вольного, и она не радовала. Флота Кланов не было, зато было много десантных и вспомогательных кораблей Империи Сомех. Это в корне меняло всю суть дела и ставило их на грань конфликта галактического масштаба.       Но перед озадаченным лицом адмирала Беренца внезапно вспыхнула голограмма знакомого человека.       - Адмирал Лемеллин! – Удивился Мартин. - Какими судьбами?       - Адмирал Беренц, если намереваетесь атаковать, лучше остерегитесь. Противник многократно сильнее и против него у вас нет ни единого шанса. Предлагаю объединить наши силы. Могу ли я с помощницей подняться к вам на борт? Обсудим план действий?       Озадаченный Мартин молча кивнул.       С флагманского крейсера Внутреннего Флота Республики стартовал небольшой шаттл, который вскоре сел в ангаре Вольного. Из шаттла вышли только двое. Сам командир Внутреннего флота и его помощница. Взволнованный Мартин ждал их на мостике в окружении своих командиров.       Лемеллин улыбнулся и пожал руку Мартину. Что-то в его лице казалось ему знакомым. Если бы не борода, он может быть и узнал. Да и его молчаливая помощница выглядела странно. На её худощавом теле в чёрном платье неловко и аляписто смотрелся белый военный китель с эполетами, а фуражка на голове сползала на бок из-за своих непропорциональных размеров. Она точно не была военной или чиновницей. В отличие от Лемеллина, не улыбалась.       - Я так понимаю, адмирал, вы просите нашей помощи. – Спросил Пико.       Лемеллин ответил не сразу, а только после того, как оглядел окружающих.       - Можно и так сказать, адмирал Беренц. Прошу, моя помощница. Морган.       - Вас зовут Морган? – Спросил Мартин. – Откуда вы?       - Я родилась в Британии. – Ответила она холодно и без запинок.       Мартин был потрясён.       - То есть вы с Земли? Вы англичанка? Как вы здесь оказались?       - Не англичанка. – Помощница Лемеллина иронично улыбнулась. – Британка. Мой старинный друг попросил меня о помощи. И теперь я здесь.       - Морган дочь последнего комита Саксонского берега. Предки тех, кого сейчас называют англичанами, убили всю её семью, когда ей было всего 10 лет. Её приютили и вырастили друиды. Так что несмотря на то, что много уже воды утекло, называть её англичанкой не очень верно и тактично. – Подметил Лемеллин. (Прим. авт. Саксонский берег, лат. Litus saxonicum, название комплекса прибрежных крепостей, созданных Римской империей в IV веке для защиты морского побережья повинций Британия, Белгика II и Лугдунская Галлия.)       Мартин вообще не понял ничего из сказанного, хотя каждое слово было произнесено на бэйсике.       - И что вам нужно? Ваш флот же создан почти исключительно для парадов? – Спросила вечно скептичная Мирелия.       Лемеллина это должно было задеть. Но он вида не подал.       - Ну не только для парада, конечно, госпожа премьер-министр. Но в чём-то вы правы. А потому мы не стали вмешиваться в бойню, которую развязали здесь войска Дарсола и сомехи. Наши два флотских соединения находятся на расстоянии одного прыжка на внешнем контуре системы. Могут прибыть через полчаса.       Мартин с сомнением оглядывал внезапных гостей.       - Если сомехи уже вмешались в нашу внутреннюю политику, это напрочь перекраивает все договорённости, достигнутые после Великой Межпространственной войны. Но и бросить всё так мы уже не можем.       - Не сомехи - наша главная проблема. У них пока тут только десантные корабли и две эскадрильи истребителей. – Лемеллин активировал свой голографический передатчик на ладони, чтобы показать всем объёмное изображение суперкрейсера Озарение. – Именно атака этого корабля уничтожила почти весь флот Великих Кланов здесь.       - Что это такое? – Спросил Мартин.       Все с удивлением уставились на голограмму.       - Главный боевой корабль Дарсола. Крейсер, несущий электромагнитное оружие. Каждый из этих излучателей, генерирует мощный электромагнитный импульс, сжигающий всю электронику на любом корабле. Защиты от него нет. Никакие энергетические щиты этот импульс не блокирует. После этого весь, флот, попадающий под действие импульса, превращается в неуправляемый хлам, который можно просто безнаказанно расстреливать. Дальность выстрела пока не ясна, но во время битвы крейсер успешно атаковал флот кланов на орбите Антарии с расстояния 200 тысяч миль. И даже на таком расстоянии мы никакого эффекта рассеивания импульса не заметили.       - Это просто безумие. – Мартин был в шоке, да и остальные его спутники тоже были под впечатлением. – Какая энергия нужна для такого залпа?       - Точно не известно. Но сейчас этот крейсер подзаряжает свои аккумуляторы у Антарис – Прайма.       Все спутники Мартина снова молча уставились на гостя с явным недоверием.       - Он берёт энергию от Солнца? Но таких технологий пока нет.       - Боюсь, что теперь есть, адмирал Беренц. – Лемеллин мрачно покачал головой. – Но сейчас крейсер крайне уязвим. Возможно, сейчас у нас единственный шанс его уничтожить. Когда они закончат, и когда Империя Сомехов перебросит свои подкрепления сюда. Сами знаете, что нам грозит. А ещё круче будет, если Дарсол передаст технологию солнечного залпа сомехам. Точнее, когда передаст.       Все разом представили возможные последствия. И это вызвало холодок на коже почти у каждого из здесь находящихся.       - Мы уничтожим этот крейсер, пока он заряжает свои батареи. – Решительно заключил Мартин. – Я лично отправлюсь к нему с эскадрильей наших лучших пилотов. Король Борса, я прошу содействия вашей эскадрильи.       Король кошек промурчал что-то решительное, и без перевода все поняли, что ответ был утвердительным.       - А пока, адмирал Лемеллин, вам тоже следует привести все наличные силы сюда. Нужно любой ценой заглушить всю связь Антарии с внешним миром, чтобы они не могли вызвать никаких подкреплений.       Лемеллин развернулся к своей помощнице и с ухмылкой приметил: - Вы слышали приказ главнокомандующего. Почему не исполняете?       Морган в ответ лишь молча закатила глаза кверху и выдохнула с явным раздражением.              Мартин не стал тянуть и во главе эскадрильи лёгких бомбардировщиков тут же устремился к солнцу, где подзаряжался крейсер Озарение. Время перезарядки было неизвестно, и риск был велик. Но риск бездействия был ещё больше. Озарение они заметили достаточно быстро. Крейсер находился прямо над солнечной короной и хорошо выделялся тем, что буквально всасывал в себя вещество звезды, словно аккреционный диск вокруг какой-нибудь чёрной дыры, только размерами несравнимо меньше.       Профессор Контадор на мостике крейсера уже хорошо знал, кто летит к нему в гости. По сигнатуре головного истребителя, он знал, чей это корабль. И лицо на его дисплее уже ухмылялось от садистского удовольствия.       - Сколько нам до полной зарядки накопителей? – Спросил он.       Один из технодроидов за пультом управления пропищал: - Господин профессор, аккумуляторы заряжены только на 48%.       Контадор был скорее раздосадован, но не расстроился. Огневой мощи его корабля хватило бы, чтобы распылить тысячу таких же посудин, как у Мартина Пико. А их всего десять.       - Приостановить подзарядку! Всю энергию на носовые орудия! Огонь по готовности!       - Но сэр! - Внезапно пропищал уже другой технодроид. – Господин Дарсол вряд ли одобрит подобные действия.       Контадор лишь одним ударом своей бронированной руки снёс голову нерадивого дроида.       - Estúpido! – Воскликнул он. – Дарсола тут нет. И ему незачем об этом знать. Остальным всё ясно?       - Роджер! Роджер! – технодроиды заголосили в знак подтверждения своими вибрирующими голосами.       - Огонь! – Скомандовал профессор.              Мартин заметил, как аккреционный диск вокруг корабля на время прекратил вращаться и стал медленно распадаться. Это открыло местоположение главного аккумулятора крейсера. Очевидно, что он и был самым уязвимым местом этого гиганта. Достаточно было лишь одного попадания торпеды, чтобы вызывать цепную реакцию, которая разорвёт корабль на атомы. Но намётанный глаз уже заметил опасный разворот носовых орудий в их сторону.       - Разлёт! – скомандовал Мартин в комлинк.       Он сам взял резко вверх, а бомбардировщики за ним разошлись в разные стороны. Гигантские струи раскалённой плазмы прошли всего в паре метров от его корпуса, но не задели никого.       Мартин ухмыльнулся. Неужели, Контадор не знает с кем имеет дело. Это был буквально залп в пустоту.       Теперь пришло время испытать свои торпеды. Мартин нажал на гашетку штурвала, и две торпеды ушли прямо в сторону командного мостика. Но взорвались, не дойдя и ста метров до поверхности. Похоже, только что был установлен энергетический экран вокруг крейсера. И экран очень мощный. Ведь всё очевиднее становилась другая проблема. Корпус их бомбардировщиков уже начал нагреваться от жара звёздной короны. А крейсер находился словно в безопасном коконе и мог не беспокоиться об этом. Время играло против них. Нужно было отойти от звезды и перегруппироваться.       - Отходим! – скомандовал Мартин. – Нужно подготовиться к совмещённому залпу. Иначе у нас нет шанса пробить его.       В ответ пришли сигналы от пилотов эскадрильи, уже переведённые на человеческий ИИ корабля. За штурвалом одного из этих бомбардировщиков вообще-то был сам названный брат короля Борсы.       Эскадрилья Мартина отходила от крейсера, каждый по своему маршруту. Так было проще уклоняться от выстрелов противника.              Контадор был уже разозлён.       - Caramba! Они оказались манёвреннее, чем я думал. Но они не могут надолго погружаться в корону. Где наши старфайтеры?       - Профессор, в строю остались только 4 боевых единицы. Все остальные уцелевшие старфайтеры нуждаются в ремонте после боя у планеты. Они небоеспособны.       - Mierda! – выругался Контадор. – В таком случае и мы выходим из короны. Начать преследование!       Дроиды переглядывались, но не смели оспорить приказ своего непосредственного начальника. Программа не позволяла. Да и судьба не в меру любопытного коллеги была уж слишком наглядной. Здесь они были почти неуязвимы. Но приказ есть приказ. Крейсер начал выход за пределы короны Антарис-Прайма.       Вошедший в раж преследования Контадор был непреклонен. Приказ был прост, бить по единственной цели – бомбардировщику самого адмирала Беренца без передышки.       И только тут Мартин наконец понял, в какую западню он попал. Несмотря на разлёт всех истребителей его эскадрильи в стороны, это его положения не облегчило. Его соратники атаковали крейсер непрерывно, но он был плотно накрыт защитным экраном, и эти удары не наносили никакого ущерба. Зато сам крейсер бил только по нему. Без остановки, медленно загоняя вглубь звёздной короны.        - Не прекращать огонь! – Командовал профессор, словно войдя в некий транс. – Мы разделили их. Пощёлкаем их поодиночке. Adelante!       Покуда залпы крейсера загоняли его ближе к звёздной короне, Мартин стал явственнее осознавать, что не подготовился к этой атаке и повёл себя слишком самоуверенно. И расплата за эту самоуверенность уже была близка.       Очередной залп отбросил его бомбардировщик еще ниже, и что случилось дальше, он так и не понял. Буквально только что он боролся за живучесть своего корабля и за свою собственную. Но сейчас он был за столом какой-то космической станции. Совершенно не знакомой ему. Обстановка вокруг была явно дряхлой. Станция видно, долго была в небрежении, или это так казалось. Напротив него за столом сидел человек средних лет, незнакомый, немного сутулый, в белой мятой рубашке. Небритое лицо, взъерошенные волосы, нервная отрывистая речь. Но Мартин не слышал ни единого слова. Почему-то всё вокруг было накрыто куполом глухой непроницаемости. Но собеседник, кажется, был весьма дружелюбен. Несмотря на свой внешний вид, глаза у него были весёлые, с азартом. И похоже, что самого Мартина (или того, кто был сейчас за столом) воспринимал как своего друга.       Внезапно он поманил его за собой. Мартин встал и последовал за ним. Тот, чьими глазами Мартин сейчас обозревал всё это, скорее всего, был работником этого предприятия и коллегой или соратником небритого.       Они шли по технологическим, тускло освещёнными коридорам, пока не пришли в опрятно обставленный кабинет с хорошей мебелью, ковром на полу и большим обзорным окном с видом на открытый космос с россыпью бесконечных звёзд. За столом в кресле спиной к окну кто-то сидел. Но с первого взгляда, Мартин распознал то самое женское существо, которое предстало перед ним на месте рассерженной Кори на планете Яосу. Она выглядела точно так же, в той же одежде наподобие кимоно. Только никакого «свечения» от её лица не шло. Просто её кожа была непривычно бледной и тонкой. Он был в шоке, но его небритый «коллега» совершенно спокойно вёл себя в её присутствии, хотя она точно не была человеком, а представителем какой-то другой расы.       Она что-то строго спрашивала у обоих с невозмутимым каменным лицом, а тот, в чьём теле сейчас был Мартин, спокойно отвечал. А небритый «коллега» даже как-то пытался неудачно пошучивать. Её присутствие в их компании и её кабинет на какой-то полуразрушенной станции выглядели сюрреалистично. Словно какая-то небесная богиня снизошла до небритых людишек в помятых штанах и ещё могла разговаривать с ними на равных. Только, о чём шла речь, Мартин не понимал. Он ничего не слышал, а движения губ намекали на то, что они тут разговаривали на каком-то незнакомом языке.       Тем не менее, таинственная дама держалась с аристократичной статью и достоинством, или высокомерием, как кому нравится. Ни мускул не дрогнул на её безупречном лице. Она явно что-то приказывала обоим. Хотя делала это вежливо и без грубостей. И эти двое спокойно принимали её приказы.       Он и его «коллега» покинули кабинет таинственной женщины, и он сел за штурвал какого-то звездолёта неизвестной ему модели. Небритый «коллега» спокойно и тепло попрощался. Кажется, тот, на чьём месте находился Мартин, постоянно летал на этой машине.       Поначалу полёт в прыжке шёл нормально. Ничего не предвещало беды. Но вдруг вспыхнул датчик тревоги на панели управления на незнакомом языке. Ни на Земле, ни в мирах Антарии Мартин таких букв не видел. Его корабль внезапно выкинуло из гиперпрыжка. Он не понаслышке знал, насколько это было опасно. Можно было запросто вылететь внутри роя астероидов или у гигантской звезды, которая тут же затянет тебя своей гравитацией. И спасения после этого не будет.       Но тут, похоже, ситуация была иной. Он успел подать сигнал бедствия. Его выкинуло у какой-то планеты, и повреждённый корабль сейчас как раз нёсся прямо к ней. Пилот что-то пытался сделать с системой управления, но выходило плохо. Хотя корабль начал понемногу тормозить.       И только тут Мартин с ужасом осознал, что в отличие от пилота, хорошо знает эту планету. Это была его родная Земля. Только какая-то странная, не совсем знакомая. Пока корабль стремительно проходил над планетой, Мартин задержал взгляд на поверхности. Внизу он явно видел Индию. Только на месте Пакистана был большой морской залив. Дальше шли Иран и Аравия. Но они были явно зеленее, там было меньше пустынь и больше растительности. И никаких намёков на человеческую деятельность.       Его звездолёт снижался и подчинялся пилоту крайне плохо. Но как-то удалось стабилизировать его скорость и траекторию полёта. Похоже, что корабль должен был совершить незапланированную посадку где-то на территории Аравии.       И эта посадка наконец состоялась. И была она жёсткой. Внизу не было никаких посадочных полос. Да и вообще никаких поселений. Только простиравшаяся на много миль саванна с редкими деревьями и реками. Пилот, чьими глазами Мартин всё это обозревал, наконец приземлил свой корабль, который от удара едва не развалился. Но всё равно пропахал корпусом грунт у основания какого-то холма за рекой. Наконец, остановка. Стало тихо. Но космолёт в любой момент мог рвануть, и нужно было срочно покидать машину.       Он выбрался наружу. Воздух был горячим, но пригодным для дыхания. Солнце уже клонилось к вечеру, но не село. Он осмотрел свою дымящуюся машину и длинную борозду, которую он только что проделал в сухой земле.       Вокруг простиралась саванна с отдельно стоящими, но высокими деревьями, позади была почти высохшая речка, а впереди небольшой холм. Скорее всего, в саванне на данный момент царил сухой сезон. Внезапно он понял, что не один тут. К нему приближались какие-то животные. Это была стая больших кошек, похожих на львов, но это были не львы. Они выглядели коренастее и мускулистее, гривы у них не было. Зато из пасти каждого животного торчали саблезубые клыки, которые сочетались со странно оттопыренными вниз подбородками, которые удачно прикрывали длинные клыки-сабли.       Скорее всего, шум от падения космического аппарата привлёк этих зверюг, и они решили выяснить, есть ли в этом месте, чем поживиться. Мартин не знал названия этих животных, но понял, что это жители Земли. Причём очень древней Земли. Всё говорило в пользу того, что он приземлился на свою родную планету, но в эпоху, когда климат был другим, а людей на ней ещё не было, или они были в совершенно примитивном первобытном состоянии.       А ещё он понял, что пилот воспринимает этот мир как совершенно чужой и незнакомый, не отмеченный ни на каких звёздных картах. И он паниковал. У пилота не было никакого оружия. Мартин так же ощущал, что пилот пытается найти выход из положения. Сигнал бедствия он отправил, даже если он будет принят, помощь придёт не скоро. А залезть в кабину корабля – тоже плохая идея. Повреждённый при посадке реактор может в любой момент взорваться. Бежать от корабля прямо в пасть к этим хищникам? Ближайшее дерево далеко, и не факт, что они сами на него не залезут. Лапы у них с когтями, позволяющими хорошо лазать. И вместе с тем, чьими глазами он сейчас смотрел на свой необычный мир, Мартин сам начал паниковать.              Но видение на этом и прервалось. Мартин Пико снова был кабине своего бомбардировщика, и этот бомбардировщик летел на всех скоростях по какому-то туннелю, освещённому ярко синим пламенем. Двигатель работал нормально, его никто не атаковал. Но теперь он явно услышал знакомый голос, который раздавался скорее всего у него в голове.       - Не легко же было достучаться до тебя, Дам-Дам. – Сказал немного ироничный и надменный, но очень знакомый голос из далёкого прошлого.       - Какого хрена, Азу! – Мартин чуть не вскрикнул. – Я погиб?! Меня сбили?!       - Стоп! Пока ты не завалил меня кучей дурацких вопросов, нет, ты не погиб. Я открыла тебе коридор внутри звезды, по которому ты сможешь выйти прямо на уязвимую точку вражеского корабля.       Эти слова не объясняли вообще ничего. Почти ничего. И от всего произошедшего за минуту можно было знатно прифигеть.       Но голос продолжал: - Я бы сама не справилась. Но наш общий знакомый вывел меня на тебя. Времени у нас мало. Ты летишь на бой с могущественным существом, одолеть которое у тебя нет ни единого шанса. И даже адмирал тебе тут не поможет.       - Думаешь, я не смогу справиться с ходячей консервной банкой?       - О нет. Речь не о нём, а о его хозяине. Это древнее проклятое чудовище, для которого ты просто муха. Я сама о нём почти ничего не знаю. Но чувствую его силу и ярость, и его давящее присутствие. Ему наш разговор очень не нравится, и он хочет, чтобы ты пришёл к нему и стал ему служить. Его план был немного нарушен, но теперь он снова манит тебя к себе. А твоя смазливая подружка с Тимарона ему в этом поможет.       - Узнаю твой фирменный сарказм. Ты про Хани?       - Да. Про неё.       - Но что же мне тогда делать?       - Не идти у него на поводу, не лететь на ту планету.       - Не вариант. Контадор и его партнёр захватили столичную планету, привели туда войско врагов-пришельцев. Если я не остановлю их, они уничтожат там всё и моих друзей.       - Друзей? Ты пиратов и наёмников называешь друзьями? Или неудачника-президента, который сдал тебя в обмен на мирный договор?       - Не понял, это про кого ты сейчас?       - Про того, кто помог мне найти тебя. Но он это сделал не ради тебя или нас.       - Нас? Пусть даже и так, что ты предлагаешь?       - Послушай меня, Марти, внимательно. Хоть это и странно звучит, но звезда, в ядре которой я теперь живу, производит много элементов. Из них я могу создать себе новое несокрушимое тело. Тебе нужно только прилететь туда и забрать меня. И тогда вместе мы одолеем Дарсола. И он падёт.       - Что же будет с этой планетой?       - Учитывая то, что консервная банка выкачивает сейчас энергию этой звезды, скоро там наступит ледниковый период. Технология, которую придумала смазливая Хани. Иронично, не правда ли?       Мартин нервно помотал головой.       - Это чушь какая-то, Азу! Бросить вот так столицу Республики!       - К сожалению, твой второй выбор — это либо погибнуть, изображая никому не нужный героизм, либо стать рабом.       Коридор из ярко-синей плазмы раскрылся, и он снова вылетел в открытый космос. В лобовом стекле явно приближался крейсер Озарение, который снова сформировал аккреционный диск из звёздного вещества вокруг себя. Только теперь Мартин заходил на него с тыла.       В голове снова раздался голос давно потерянной возлюбленной, теперь он стал печальнее: - Я знаю, ты всегда старался принести пользу другим. В этом видел своё призвание. Но другие этим только пользовались. Одно чудовище превращало тебя в оружие. Другое хочет отобрать это оружие. Это грандиозно и масштабно. Но где здесь твоё место? Где тут твои желания, Марти? Я, наверное, была такой же когда-то. Это добра мне не принесло. Только ты принёс. Теперь позволь спасти тебя. И тогда нас никто не остановит. Никто твоими мечтами больше играть не будет.       Но после этих слов внутри у Мартина Пико поднялась волна какого-то неутолимого гнева.       - Не будет играть мечтами? Никто, кроме тебя?!       От злости он закусил губу, активировал торпедный аппарат и навёл прицел прямо на аккумулятор крейсера, который становился визуально всё больше и больше, перевёл побелевший от гнева и напряжения палец на гашетку.       - Хватит читать мне нотации! Прошло время кого-то слушать!       Последний вскрик затухающего психического контакта почти прокричал: - Пожалуйста, это ошибка! Вернись назад!       - Время мочить! – Со злостью прошипел адмирал и втопил пальцы в гашетку.              На борту крейсера Озарение крайне самодовольный профессор Контадор гордо вышагивал гоголем туда-сюда вдоль кресел на мостике, за которыми сидели его технодроиды. Наверное, если бы его тело не было металлическим, оно бы просто раздувалось от важности.       Но идиллия была внезапно безнадёжно испорчена писклявым голосом одного из дроидов командного мостика: - Господин профессор, зафиксирован приближающийся бомбардировщик противника в задней полусфере. Быстро сокращает дистанцию. Готовится открыть огонь по накопителю.       Контадор даже не успел толком обмозговать смысл всего сказанного. Торпеды от Мартина Пико уже ушли и успешно поразили подставленный бок его супер-пупер корабля. Буквально через секунду силуэт его бомбардировщика пролетел прямо перед ними, едва не чиркнув по обшивке. А мостик только тогда тряхнуло от удара, настолько большим был его крейсер.       - В накопителе разрастающаяся пробоина! – Продолжал технодроид тем же писклявым, но монотонным голосом.       Однако, офигевшее лицо на мониторе профессора очень быстро собралось.       - Так, ясно! Пора валить!       - Простите. Что вы сказали, профессор? – спросил тот же дроид.       - Ничего, ничего! G1721, теперь ты капитан этого корабля. Поздравляю с повышением!       Контадор, ретиво побежал, сел в особое кресло с гравитационными зацепами, и когда произнёс слова «Будь ты проклят, Мартин Пико!», кресло с ускорением унесло его куда-то вверх.       - Спасибо, профессор, это большая честь! – пропищал монотонно G1721, обращаясь к тому, кого на мостике уже не было.       - Капитан, - пропищал уже другой технодроид, - но перегрузка в реакторе уже достигла 99%. Полная разгерметизация. Ваши приказания?       - У-у-упс! – успел только пропищать G1721, как рядом с Антарис-Праймом возникло второе солнце, только поменьше раз в сто.              Пока бой разворачивался на орбите главной звезды системы, за ним неотступно наблюдали Хани Ло и Дарс Дарсол. Они вдвоём стояли у огромного окна прогулочной галереи Сената Республики. Хотя они не могли сами видеть ничего, они изредка поглядывали на солнце, которое сейчас стояло в зените. Точнее, Хани Ло постоянно отслеживала состояние корабля, который когда-то сама помогла сконструировать профессору Контадору.       Дарс Дарсол был не в духе и чем-то обеспокоен. Хани совершенно не хотелось его ни о чём спрашивать. Ибо она откровенно боялась его, и не понимала, чего ей ожидать в его присутствии. Но когда она увидела показатели работы реактора крейсера, даже она не смогла сдержать эмоции и промолчать. Хотя они и приходили к ней с задержкой в 8 минут.       Она неловко сглотнула и обратилась к своему боссу подрагивающим голосом: - Господин Дарсол, в реакторе Озарения пробоина. Быстро растёт. Разрушение корабля неминуемо!       Она говорила так, словно была обозревателем какого-то спортивного матча, и только что в игре произошёл какой-то судьбоносный поворот, но такой, которого не ожидал никто.       - Корабль уничтожен! – прошептала она, не веря глазам своим.       Но Дарсол как будто пробудился от дремоты и встрепенулся. Поскольку он примерно на голову был выше ростом, он повернулся влево и вопросительно посмотрел вниз.       - И тебя это беспокоит? – Внезапно спросил он.       Хани говорила, запинаясь: - Д–да! Вы же сами велели. И и там же Уго. И…       - С ним всё нормально. Ты беспокоишься за него?       - Да, конечно, я за него беспокоюсь! – Теперь в голосе Хани уже чувствовался протест.       - А за Алехандро тоже беспокоишься? – снова спросил Дарсол.       - За кого?       - За профессора.       Хани только сейчас поняла, что настоящее имя профессора совершенно вылетело из головы.       - Конечно, за него тоже беспокоюсь. – Ответила она уже менее уверенным тоном.       - А по виду кажется, что гораздо меньше.       Хани нахмурилась и снова ответила с явным протестом: - Конечно, вам легко! Если вы говорите правду. Для вас же это всё игры. Мы для вас словно вечерние подёнки. Утром взлетаем, а вечером уже умираем. Вы наверняка от скуки нашими судьбами играетесь. Можете влезть мне в мозги, стереть мне память, мне уже плевать!       Но тут же прикусила язычок, явно решив, что сболтнула лишнего и сильно напугалась.       Но Дарсол даже не шелохнулся. Он нахмурился, а затем спокойно ответил: - Немудрено, что именно так ты думаешь. Во-первых, нельзя ни к кому просто так влезть в мозги. Это на будущее. – Затем снова взглянул на солнце. – Во-вторых, одно время я действительно думал примерно так же. Пока не начал подмечать странности.       - Странности? – Теперь Хани уже была заинтригована.       - Или закономерности. Вот сидишь в таверне в далёкой стране. За соседним столиком незнакомый человек. Впервые его видишь. Но ловишь себя на мысли, что знаешь его. Лицо другое, тело другое, голос другой, всё вроде другое. Но глаза те же. И шутки те же. И манеры, язык тела, словно видел это всё давно, только не можешь вспомнить, где и когда. Пара наводящих вопросов незнакомцу, и догадка превращается в уверенность. Он сам не понимает толком, что ты спрашиваешь, но характер его ответа не оставляет сомнений. Внимательность к деталям и хорошая память, и через пару столетий ты уже видишь то, что больше никому не дано. Это сложно описать обычными словами. Это примерно, как пытаться объяснять незрячему от рождения человеку, что такое синева неба и лазурь моря. Он в общем что-то поймёт, но не сможет прочувствовать ничего.       Заметив, что Хани Ло впала в ступор и смотрит на него с недоверием и страхом, Дарсол ехидно ухмыльнулся и продолжил: - Давно на моей родной планете я знал одного хорошего человека. Он был учёным-изобретателем. Даже гением. Он изобрёл способы лечения болезней, которые до того были приговором всем больным. И потом, на склоне лет, получил самую престижную премию в области медицины на моей родной планете. Стал знаменит на весь мир. Но даже его гениальность не могла повернуть время вспять, и его тело медленно, но неотвратимо дряхлело и отказывалось служить.       А потом спустя время я встретил его вновь. Только на этот раз это был семилетний мальчик из нищей, охваченной гражданской войной страны. Я был военным журналистом. И узнал его сразу в госпитале для раненых. Ну как сказать, в госпитале. Скорее в свалке безнадёжных людей, до которых никому не было дела. У медиков уже не было ни лекарств, ни перевязочных средств. И они ничего не могли сделать. Его родители погибли при обстреле со стороны правительственных войск. А ему оторвало обе ноги. Так он и истёк кровью на моих глазах. И я не мог ему ничем помочь.       А представь, Хани, если бы этот человек родился не в бедной раздираемой войнами, дыре. А в благополучной и богатой стране, как в первом описанном мной случае. Каких бы высот он смог достичь, чего бы смог изобрести. Но ему не повезло. Так что не стоит думать, что я людей воспринимаю, как подопытных насекомых. Я стал другим, но я всё равно человек. И мне не плевать на нас и наш мир. А ещё я потихоньку осознал, что тот, кто когда-то был злейшим врагом, в других обстоятельствах может стать лучшим другом. Потому что в сердце горит огонь, не позволяющий сделать шаг назад. Вопрос лишь в том, как создать нужные обстоятельства.       Хани потупила глаза в пол, а тело подрагивало, к горлу подступала тошнота. Весь мир её снова перевернулся, и она совершенно не знала, что с этим делать. И ей было страшно, очень страшно.       Она не решалась задать этот вопрос, но он вертелся у неё на языке. Но вопросительный взгляд её босса настаивал на том, что он ожидал от неё как раз этого.       - Господин Дарсол, - начала она, запинаясь и не решаясь взглянуть ему в глаза, - если вы раньше встречали людей, которые умерли несколько раз, может ли быть так, что вы встречали и меня тоже?       Дарсол снова загадочно улыбнулся.       - Твоя проницательность не разочаровывает, Хани! Это правда. Только тебя встретил тогда не я. А профессор Алехандро Контадор. Тогда он ещё не был профессором, а был лишь прыщавым студентом с вполне обычным человеческим телом и безнадёжно влюблённой душой. И я думаю даже, что ты знаешь, в кого он был влюблён.       Дарсол многозначительно промолчал, а Хани лишь нервно сглатывала и пыталась собраться с мыслями.       - Он попросил меня найти тебя. Я никогда раньше не пытался найти перерождение какого-то конкретного человека, особенно, того, кого раньше не знал. Но в обмен на мою помощь, он предложил мне свою. И вот спустя 300 лет эти поиски увенчались успехом. – Дарсол сказал это даже с какой-то гордостью.       Ноги у Хани Ло подкосились, и она чуть не упала, но Дарс Дарсол подхватил её аккуратно.       - Зачем вы так со мной?! – Она чуть не заплакала.       Её знакомство с профессором, учёба в университете, работа в корпорации Фьюжн были не случайными стечениями обстоятельств отнюдь, и даже не её личным выбором, а заранее и чётко распланированными ходами, где вся её жизнь была размечена до её рождения и помимо её воли, о чём она и догадываться не могла.       - Чудовище! – Только и выдавила она.       - Послушай, Хани! – Дарсол говорил мягко, но настойчиво. – Я всё это сказал не потому, что хочу напугать или обидеть тебя. Но время не ждёт. Скоро Контадор прибудет сюда. И Мартин Пико вслед за ним. Тебе нужно быть готовой к встрече. И кроме того, я вижу в тебе огромный потенциал. Твои глаза смогут открыть то, что я не смогу разглядеть и за миллион лет. Ты нужна мне. Твои таланты могут послужить людям. Раскрыть наш потенциал. Прекратить эту глупую возню. Дать людям шанс на достойную жизнь. А не только лишь избранным или очень хитрым.       Хани Ло снова встала на ноги и постаралась собраться с мыслями. Утёрла слёзы.       - Ну же! Ты же учёный! Страсть к новому у тебя в крови. Я же знаю. То, что пугает тебя поначалу, тебя же и интригует. Пробуждает твой голод к знаниям. Сама же чувствуешь это. А по моему опыту, большое видится на расстоянии. И даже я далёк от мысли, что прошёл достаточное расстояние, чтобы видеть абсолютно полную картину.       Хани кивнула головой.       Дарсол снова сложил руки за спиной и, взглянув на небо, продолжил задумчиво: - Впрочем, предстоящие сутки лёгкими не будут. Вместе с Уго прилетят двое моих старых знакомых. Ты же помнишь, Беллерофонт ещё должен одолеть химеру.       - Ваши друзья? Такие же, как и вы? – Снова недоверчиво спросила Хани.       - Были когда-то друзьями. Такие же бедолаги, что и я. Так что подумай хорошенько, что ты им всем скажешь. Или лучше уступишь эту роль мне.       Внезапно непривычный и крайне раздражённый возглас отвлёк их обоих: - Дарс Дарсол! Как это понимать?!       К ним шла группа сомехов вместе с их главнокомандующим. Хани впервые смогла рассмотреть его вблизи. Синекожий пучеглазый гуманоид с полным отсутствием носа на лице в сером кителе с золотой отделкой до самых пят с замысловатым воротником с высокой горловиной. У всех абсолютно лысая голова безо всяких головных уборов. Сразу за ним та огромная бабища в трёхметровом шагающем бронескафандре, причём её рост и без скафандра был на три головы выше остальных. Именно она первой снесла ворота здания Сената Республики. И ещё 10 солдат в обычной пехотной броне, но с мощными дальнобойными винтовками, которые скорее всего были тоже тяжёлыми. И скорее всего, чтобы носить их в броне этих солдат были встроены дополнительные сервомоторы. Ну либо они все как один обладали богатырской силой.       Командующий этих существ очевидно был крайне недоволен. Их гнев Хани чувствовала буквально кожей.       - Ваше чудо-оружие уничтожено. – С места в карьер заявил сомех. – Мои солдаты заблокированы на планете. Наша связь заглушена. Мы не можем попросить подкреплений. Ты ручался за успех, Дарсол! Как ты собираешься выходить из этой ситуации?       - А вот и генерал Чингачгук –большой змей пожаловал. – Дарсол заявил это настолько нарочито и с такой ироничной улыбкой, что даже Хани поняла, что её босс сейчас открыто нарывается.       Хотя она не знала настоящего имени генерала, но догадывалась, что слова Дарсола к нему никакого отношения не имеют. Откуда он их взял, она не знала. Наверное, что-то из культуры его родной планеты, подумала она. Только момент для пародий и каламбуров был ну очень неподходящим.       Генерал явно смутился сначала, затем подобрался и ответил: - Надеюсь, это была шутка, и слишком глупая. Я более чем уверен, что ты хорошо запомнил моё имя. Слова по делу у тебя есть, умник?       - Конечно, я в курсе произошедшего. Мы работаем над этим. – Дарсол изобразил довольно глупую улыбку на лице.       - Ах. Работаете?       Но в голове у Хани внезапно как гром среди ясного неба раздался его очень требовательный голос, «Хани, немедленно выйди из зала! Сейчас же!»       А выражение лица Дарсола было всё таким же нарочито невинным и оправдывающимся.       Побледневшая от страха Хани тут же удалилась от них, не проронив ни слова.       Как только Дарсол проводил её взглядом и убедился, что дверь в зал за ней закрылась, он с облегчением ответил генералу: - Да, работаем. Мы не с детьми здесь имеем дело. Военная удача - изменчивая штука. Сами знаете.       - Этого недостаточно, Дарсол! Я отвечаю за жизнь 25 тысяч моих бойцов, и такой ответ меня не устраивает.       - Почему вас так это беспокоит?       - В каком смысле? – Сомех снова был сбит с толку.       - Ну то есть, как можно переживать за судьбу тех, кого тут нет?       - Давай тут без своих шуточек!       - Какие же это шуточки?! Ведь вы сами знаете, что официально ни вас, ни ваших солдат на Антарии нет. Я ведь прав, генерал? – сказал Дарсол и ехидно подмигнул трёхметровой бабище.       В этот момент генерал сомехов сплюнул кровью синего цвета и заметил, что правая рука Дарсола, как-то невероятно быстро успела войти ему в грудь по локоть.       Огромная бабища немедленно подняла два мощных рельсовых ускорителя в обеих её руках, являвшихся частью её боевого скафандра, но в тот же миг отлетела назад, словно пуля и припечаталась к стене сенатского комплекса, из её груди торчал настоящий стальной меч с рукояткой в виде головы злобного индийского ракшаса. Этот меч и пригвоздил её многотонное тело, как листок картона.       В тот же неуловимый миг сам Дарсол легко швырнул сомеха в мундире как щепку на ближайших к нему солдат, которые, похоже, и сами не успели сообразить, что происходит. Он резко вытянул левую руку в сторону пригвождённой к стене и уже не подававшей признаков жизни великанши, и торчащий меч сам выскользнул из её тела и прыгнул ему в руку, словно притянутый каким-то мощным магнитом. Причём, пока он торчал из её груди, он казался длиной в рельс, а теперь был не длиннее человеческой ноги. Он ловко перехватил меч правой окрасившейся синей кровью рукой, и улыбка на его лице стала уже хищной.       Как только Хани выбежала из зала отдыха сенатского комплекса, она уже была не в лучшем расположении духа. А как только увидела то, что оказалось перед ней, вскрикнула от ужаса. В предбаннике зала стояли боевые дроиды в колоннах по трое с уже заряженными и готовыми к бою излучателями. Хани едва успела отбежать от роскошных дверей парламента, как ближайший дроид вышиб двери ногой, а все остальные разом начали поливать огнём своих бластеров всё, что было спереди, то есть в зале отдыха.       Хани не стала наблюдать это побоище, а схватившись за голову, в ужасе побежала к лестнице вниз.              Когда отметина бомбардировщика Мартина снова появилась у всего флота Народного Фронта на сканерах, никто не мог поверить в случившееся. Они уже всерьёз помышляли об оставлении системы Антарии, ибо против электромагнитного корабля-монстра Контадора ни у кого тут не было ни единого шанса. А когда корабль-монстр взорвался у солнца, шок у всех уступил место эйфории. Но их адмирал поднялся на борт в настроении, совершенно не похожем на эйфорию. Он был скорее зол и настроен на скорейшее завершение конфликта, путём решительного разгрома противников.       Когда он поднялся на мостик своего флагмана, лицо его было мрачным. Его уж и не чаяли видеть в живых, поэтому лишних вопросов никто не задал. Даже Лемеллин.       Но когда, он спросил о последних новостях и обстановке, Лемеллин предпочёл промолчать. Докладывал капитан Галл.       - Господин Адмирал, мы зачистили орбиту Столицы от всех кораблей сомехов. Большинство были сбиты, остальные совершили посадку на поверхности и были добиты уже там. Экипажи частично скрылись на планете. Противник изначально занял лишь оборонительный периметр вокруг здания Сената, контролируя только площадь и пару кварталов вокруг него. Но около часа назад, боевые дроиды корпорации АДБ внезапно напали на войска сомехов, размещённые чересполосно. Сейчас между ними идут бои, но, если верить данным наших сканеров, нападение было настолько внезапным и стремительным, что большая часть гарнизона сомехов на данный момент уже уничтожена. А остальные ведут круговую оборону без связи с другими подразделениями. Положение на остальных территориях планеты стабильно и находится под контролем местных префектур и полиции. Мы вышли на связь с некоторыми из них и предупредили о сбежавших экипажах и офицерах сомехов. Они вроде адекватно восприняли наше предупреждение. Скорее всего из-за присутствия сил Внутреннего Флота среди нас.       Мартина эта новость сильно озадачила. Но это на самом деле мало что меняло для них, хоть и немного облегчало работу на поверхности.       Он развернулся ко всем присутствующим и громко обратился: - Бойцы и командиры Народного фронта, час, который мы так долго ждали, настал! Недавно глава корпорации АДБ Дарсол казнил членов Сената, и некоторых глав Великих Кланов. О них горевать мы не будем. Но он привёл в сердце наших миров наших заклятых врагов, с которыми наши прадеды жестоко сражались много лет назад. Хотел бы я пообещать вам всем славное окончание всех наших страданий, да не могу. Впереди главный бой! Никто кроме нас свободу и честь нашему народу не вернёт. Посему приказываю всем бойцам и командирам немедленно готовиться к десанту. Дроидов АДБ уничтожать, а солдат сомехов, если попадутся живыми, ловить и допрашивать, кто их сюда направил и зачем. Каких подкреплений и откуда ни ждут. Сегодня пора закончить с этим!       Собравшие офицеры Фронта и Внутреннего Флота яростно и одобрительно заголосили.       Нахмурившаяся Морган наклонилась к уху Лемеллина и спросила: - Мы видели, как его корабль исчез в потоках солнечных протуберанцев у самой поверхности звезды, а теперь он здесь. И что ты думаешь?       - Да тут и думать нечего! – С явным самодовольством ответил Лемеллин. – Я просто попросил нашу общую знакомую подстраховать его.       Но скепсис из голоса Морган не исчез.       - Прекрасно. Ты знаешь, с кем нам сейчас предстоит столкнуться. Кто нас подстрахует?       - Будем импровизировать, если что. – Сказал лишь Лемеллин.       - Угу. Помнится, когда в прошлый раз ты такое сказал, ничем хорошим это не закончилось.       - А какой у нас выбор? – Лемеллин уже стал более раздражённым.       - У меня выбор есть, если что. А у него? – Она кивнула на Мартина.       Внезапно голос одного из операторов на мостике отвлёк всех.       - Адмирал Беренц! Входящий вызов с поверхности.       - Прими! – Скомандовал озадаченный Мартин.       Перед ним предстала голографическая проекция той, о которой он и сам во всей кутерьме совсем забыл, но сейчас резко вспомнил.       - Привет, Уго! Давно не виделись. – Сказала уставшая Хани Ло. – Прости, что не звонила тебе и не пыталась найти тебя. Когда мы расстались, я была очень зла на тебя и твоё решение. Дурой была. Жаль, что сейчас приходится звонить вот при таких обстоятельствах.       - Хани! – Только и выдавил ошарашенный Мартин.       В его глазах она совсем не изменилась за эти 14 лет. Но сейчас лицо её выглядело уставшим и грустным. То, что она разозлилась, когда он решил перейти к повстанцам, он уже и сам почти забыл. Не забыл её заботу и доброту. Но, то, что она сказала дальше, привело его в ещё большее смятение.       - Точнее, Мартин Пико. Так ведь?       - Откуда ты знаешь?       - Дарсол сказал. Совсем недавно, если что.       - А что ещё он сказал? – теперь уже и Мартин повысил голос.       - Сказал, что ждёт тебя и твоих командиров на нижнем этаже бункера Республиканского Сената. Сказал, что пора заканчивать эту бойню. Дроиды не окажут сопротивления. И в битве нужды нет. Тебе и твоим сопровождающим укажут дорогу к нам.       - Зачем?       - Для передачи власти, так он сказал. – Хани понуро потупила глаза. В голосе чувствовались усталость и раздражение.       - А он тебе не сказал, что сделал со мной и со всеми нами? Считаешь, это нормальным? Считаешь, что мы можем тебе доверять? – Мартин показал свою левую бионическую руку.       Хани не была удивлена. А лишь продолжила всё тем же тоном: - Честно? Не считаю это нормальным. Есть ли у меня полная гарантия, что это не ловушка? Нет. Но если сейчас есть шанс наконец закончить эту дерьмовую войну без лишнего кровопускания, то почему бы не воспользоваться им? А спросить за всё вот это, ты сможешь лично у него.       Мартин вопросительно посмотрел на Лемеллина.       - Думаю, мы сможем воспользоваться этим шансом. Численный перевес всё равно на нашей стороне. Мы с Морган вас подстрахуем, благо что и у нас к Дарсолу тоже много вопросов накопилось. Только помните, Мартин, всё, что скажет вам этот человек – ложь.       Мартин согласно кивнул и снова развернулся к голограмме Хани.       - Хорошо, передай своему боссу, что мы спускаемся.