Под сенью яблонь Сомерсета

Едва переступив порог, Блад подозрительно принюхался: пахло тушеной капустой и чем-то еще, также не вызывающим особых восторгов. Капуста! Fili Dei, miserere mei, peccatoris... Он содрогнулся, и Арабелла сочувствующие, но не без легкой иронии взглянула на мужа, чья бледность стала поистине аристократической. Они прошли в гостиную, и Питер заметил сидящих у окна двух женщин, которые были смутно знакомы ему. Он напряг память и с удивлением понял, что видит перед собой вдову Эндрью Бэйнса и его дочь. Двенадцать полных лишений лет отложили свой отпечаток на их облике, у миссис Бэйнс было усталое лицо, с глубокими складками у рта, худенькая Мэри Бэйнс жалась к матери, а в ее больших голубых глазах читались смущение и растерянность. Он учтиво поклонился неожиданным гостьям, которые изумленно рассматривали богато одетого джентльмена и судя по всему, не узнавали его, пока мисс Питт не представила их друг другу. - Мистер Питт рассказал нам, что вы пытались до последнего помочь моему бедному Эндрью, мистер Блад, — прошелестела миссис Бэйнс и горестно поджала губы: - Мы благодарны вам... В свой смертный час он не был одинок... ...«Ямайский купец» угодил в шторм и осужденных мятежников швыряло на переборки и друг на друга. Во мраке зловонного трюма не умолкали проклятия и стоны, но Блад отчетливо слышал горячечный шепот умирающего Бэйнса, умолявшего и требовавшего разыскать его жену и дочь и помочь им. Длины цепи, которой был прикован Питер, хватило, чтобы добраться до несчастного и пристроить его голову к себе на колени, оберегая от сильной качки. Капитан, несмотря на большое количество заболевших неведомой хворью узников и настойчивые просьбы Блада, не разрешал ему лечить их, и поэтому больше он ничем не мог облегчить страдания своего товарища - разве что пообещать ему позаботиться о его близких. Пусть даже в тот момент надежда не только на возвращение в Англию, но и на то, что они переживут этот шторм, была весьма призрачной. Питер не позабыл о том обещании и, оказавшись в Бриджоутере, навел справки. Усадьбой Олгторп, конфискованной за участие Эндрью Бэйнса в мятеже, владели другие люди и никто не знал, куда подевалась его семья. Блад не оставлял своих попыток найти женщин, пока однажды не заговорил об этом с Джереми. Тот покраснел и пробормотал, что те нашли приют у одной из сестер Бэйнса, а он разыскал их, заплатил долги и помог мисс Бэйнс, перебивающейся случайными заработками, устроиться служанкой. Блад был рад, что семья их товарища уцелела, хотя и понимал, что избежать насилия женщинам не удалось... Он подумал о юной дочери Бэйнса, которой вряд ли было тогда более шестнадцати лет. Воспоминания об июльском утре, когда королевское возмездие в лице драгун Кирка обрушилось на этих людей, перемалывая в прах их судьбы — как и судьбы многих других в Сомерсете, всколыхнули в нем глухой гнев. Знать развязывает войны и затевает мятежи, вот только отдуваться приходится тем, кто по долгу или вследствие собственной глупости имеет несчастье следовать за ней. Бедняга Эндрью, впрочем, был повинен лишь в том, что дал приют раненому... «Передай им, - сказал он, протягивая Питту мешочек с золотыми кронами, - этого должно хватить на обзаведение каким-никаким хозяйством». Молодой человек нехотя буркнул, отводя глаза в сторону: «Они не возьмут, Питер. Я с трудом уговорил мисс Бэйнс принять от меня деньги - и то в качестве дружеского займа, да и положение их было отчаянное...» Бладу еще тогда показалось, что молодой шкипер сказал ему не все, а сегодня их присутствие и сияющий вид самого Джереми, только что вошедшего в гостиную, наводили его на определенные догадки. И подтверждение последовало незамедлительно. Увидев Джереми, Мэри Бэйнс поднялась со стула, и ее лицо озарилось радостью, а он, подойдя к молодой женщине и взяв ее за руку, обвел всех счастливым взглядом и торжественно возвестил: - Мисс Бэйнс оказала мне честь и согласилась стать моей женой. Та потупилась, ее бледные щеки порозовели. - Джереми, неужели! - воскликнула мисс Питт, подбегая к племяннику. - Давно пора! - вторила ей миссис Роулинг, чуть не подпрыгивая на месте, но пытаясь соблюдать степенность, приличествующую замужней женщине. Благодарение Небу, изменившийся статус одной из сестер и ее округлившиеся формы позволяли Питеру больше не путать их, а то бы он вновь решил, что у него двоится в глазах. - Поздравляю вас, мистер Питт, и вас, мисс Бэйнс, - улыбнулась Арабелла и выразительно посмотрела на него. - Рад за тебя, Джереми, - спохватился Блад, - Мисс Бэйнс, мои поздравления. Штурман Питт никогда не сбивался с курса и уверен, что так будет и впредь, и он окажется достойным вас, - он низко склонился перед окончательно вспыхнувшей Мэри. - Благодарю вас, миссис Блад... и вас... сэр, - пролепетала она. На помощь мисс Бэйнс пришла миссис Роулинг, которая, подхватив ее под руку, увлекла молодую женщину на кухню, щебеча о том, что теперь-то она может узнать секрет их знаменитого пудинга, Арабелла отошла к миссис Бэйнс, которая продолжала сидеть у окна, и начала что-то негромко спрашивать у нее. Редко кому удавалось удивить Блада, и менее всего он ожидал этого от Питта, но видно странно начавшийся день был просто обязан закончиться чем-то подобным. - Внезапное решение, Джереми? - спросил он, пользуясь тем, что дамы оставили их наедине. - Я не говорил тебе, Питер - Джереми говорил быстро и тихо, - Мэри никак не соглашалась выйти за меня, все твердила, что недостойна, что не сможет стать мне хорошей женой. Ну... после того, что случилось тогда... Но разве же она виновата?! Проклятый ублюдок Гобарт и его дьяволы! - с яростью в голосе процедил он, сжимая кулаки в бессильном гневе. Блад вздохнул: - Прошло много лет, а время лечит. А сам-то ты что? - Я люблю ее. Наша вера учит, что земные привязанности ничтожны перед лицом Господа, но я изменился... - Изменился, - согласился Блад, внимательно разглядывая напряженное лицо своего друга: - И в этот раз обошелся без советов своего капитана, путь и бывшего, - он усмехнулся, - Теперь я понял, кого мне напоминала мадемуазель дОжерон. Питт смутился: - Я соблазнился мимолетным сходством, и за хороший урок мне стоит поблагодарить капитана Тондера... вкупе с самой мадемуазель дОжерон. И тебя, - он помолчал, глядя на мисс Бэйнс, которая в сопровождении оживленно болтавших тетушек вернулась в гостиную, затем продолжил едва слышно: - Я ведь приезжал в усадьбу Олгторп до той чертовой битвы. Эндрью Бэйнс продавал сидр - знаменитый на всю округу. Так что Мэри я еще тогда заприметил. И мне даже казалось, что и я ей по нраву. А потом вон как все обернулось... - он сокрушенно покачал головой. - Я не надеялся еще когда-то увидеть ее, да мы и не говорили о чем-то таком, но я хотел узнать, как они, живы ли... И я должен был сообщить о смерти мистера Бэйнса, поэтому написал им - как только это стало возможным. Ответа я не получил — оно и понятно, их уже не было в Олгторпе. Но Мэри все эти годы оставалась в моей душе... - Если ты смог сохранить память о мисс Бэйнс, то наберись терпения, и уверен, тебе воздастся сторицей. Ведь сам то ты не сомневаешься? - Ничуть. Оглашение состоится в это воскресенье, - он вдруг схватил Блада за руку и прошептал севшим голосом: — Питер, одно не дает мне покоя... Если бы я не заявился к ним с лордом Гилдоем на руках... - Перестать, Джереми, - прервал его Блад, - Драгуны вели себя в Сомерсетшире как... в Танжере. Рано или поздно, но они пришли бы в усадьбу. Посмотри, мисс Питт кивает нам. Пора за стол. И соберись, мисс Бэйнс не должна заметить твою печаль. *** Блад ковырнул вилкой разваренный листик капусты, и его тут же замутило. Он попытался призвать желудок к порядку, но тот запротестовал и угрожающе сжался. Питер глубоко вздохнул и поднял взгляд от своей тарелки. Однако вид поставленной прямо перед ним глубокой миски с бобами, плавающими в густой жирной подливке, не сильно облегчал его положение. - Думаю, вам больше придется по вкусу вот это, мистер Блад, - раздался рядом с ним голос миссис Роулинг. В руках у нее была большая чашка с горячим бульоном и Питер душевно обрадовался перемене блюд. - Безо всякого сомнения, миссис Роулинг! - Я готовлю его моему Джону, если, прости Господи, ему случится перебрать, - вдруг заговорщически прошептала она. Вот черт! А он считал, что надежно сокрыл... следы неумеренного возлияния. - Премного вам благодарен, миссис Роулинг, - пробормотал Питер, и та одарила его лукавым взглядом. Бульон был необыкновенно вкусен, дело пошло на лад. Питер встретился глазами с сидящей напротив него Арабеллой, которая улыбалась, догадавшись о сути происходящего. Впрочем, капуста на ее тарелке также была нетронута, что в свою очередь дало ему полное право насмешливо изгонуть бровь.