Понять. Простить.

      - Тихонов, где тебя носит? - на весь коридор закричала Рогозина, увидев расписывающегося на ресепшене Ивана, который безнадежно опоздал. - Все отчеты еще час назад должны были лежать на моем столе!       - А они там со вчерашнего дня лежат, - пожал плечами местный гений, который сделал все заранее и не парился. Рогозина вернулась в кабинет и обнаружила там пять аккуратных папок за подписью Вани:       - Действительно лежат. Зря наорала. Хотя, он и не опаздывал никогда...       Она прошла в лабораторию и обнаружила Тихонова уже за работой. Он привычно готовил реактивы для проведения исследований, тихонько напевая себе под нос. Настроение было ни к черту, родители так и не перезвонили, а мама трубку не брала. Завтра они опять летят в свою Африку. На душе погано, не любил Ванька с ними ссориться.       - Вань! - Он даже вздрогнул: не слышал, как начальница вошла. - Ты извини меня. На летучке тебя не было, ты же не знаешь ничего... у нас сегодня министерская проверка в связи с делом Андрейченко. Вынь и положь им результаты. Сам понимаешь, улик там кот наплакал, а наверху уверены, что мы тут ничем хорошим не занимаемся и напрасно едим свой хлеб. Весь день будем под колпаком работать. Все уже навзводе с утра.       - Час от часу не легче, - пробурчал Тихонов. - И какие им результаты давать, спрашивается? У меня, например, все по нулям. Проверка звонков ничего не дала, пальчиков там нет, следов нет никаких.       - Думаешь, глухарь?       - Думаю, песец, - протянул Иван. - Нам.       - Не выражайся на службе! - Галина Николаевна, несмотря на строгий тон, улыбнулась и привычно потрепала парня по волосам почти материнским жестом. Иван не обижался, приемная мать так никогда не делала.       - Галина Николаевна, проверка прибыла! - в лабораторию влетела, докладывая, Аллочка.       - Да, Алла, спасибо, я уже иду. Работай, Иван, может, улыбнется нам удача! - И Рогозина вышла из лаборатории, оставляя Тихонова с бесполезными вещдоками. Он в очередной раз проверил пленку, в которую был завернут труп сына одного из шишек МВД, опять перелопатил все вещи, что были на трупе, в сотый раз проверил кровь... ничего, кроме продуктов распада новомодного наркотика. Но это и неудивительно: парень тратил отцовские денежки, прожигая жизнь в клубах в компании такой же, как и он, золотой молодежи.       - А кто у вас тут работает? Небось, понабрали, не пойми кого... я слышал, у вас даже бывший уголовник работает! - Услышал Иван громкий мужской голос, принадлижащий, по-видимому, ревизору.       - У этого, как вы выразились, уголовника, самая высокая раскрываемость! - влез в разговор Круглов. Иван усмехнулся: давно ли Петрович к нему так же относился?       - Тогда, может, родню свою понабирали по блату? Где все работники? Или они у вас тут только формально числятся и казенные денежки получают? - не унимался ревизор.       - Все на выездах. И не работают у нас тут по-родственному, Геннадий Павлович, - ровно ответила Рогозина, у которой внутри все кипело. Кто и работал по блату, так это полковник Романенко, он же проверяющий. - А, впрочем, пойдемте. Халат наденьте! - В лабораторию вошли Сергей, Валя, Галина Николаевна и Николай Петрович. Следом ввалился Геннадий Павлович.       - Что у тебя, Ваня?       - Да что, что... Я только сам разве что в эту пленку не завернулся, товарищ майор, - отозвался Тихонов. - Нет там ничего. Наркотики у погибшего в крови. Так сказать, новое поколение. Последний раз его видели в ночном клубе "West". Оттуда стоит начать. Наркотик дорогой, не каждому по карману, дельца искать надо. Может, он им за дурь задолжал? Там такое не прощают. В кармане его куртки, кстати, тоже есть следы этого вещества. Может, себе покупал, а может, и продавал...       - Хорошо, Ваня, молодец, - подошла Галина Николаевна. - Просьба у меня к тебе. Проверь всех наших сотрудников на близкородственные связи. Чтоб товарищ полковник убедился, что блата у нас нет.       - Будет сделано. Сейчас зайду в базу сотрудников и запущу сравнительный анализ. Полчаса машина сверяла пробы ДНК сотрудников, дело уже шло к концу, как вдруг на мониторе компьютера высветилось: "Обнаружена близкородственная связь". И компьютер вывел на монитор не две, а сразу три фамилии.       - Во, а говорите "нет родственников в структуре"! - хмыкнул Романенко. Тихонов же прочел написанное, схватил из ящика стола сигареты и, как ошпаренный, выскочил из лаборатории.       - Чего это он? - Сергей и Валя подошли к монитору и тут же вскрикнули:       - Петрович!       - Галя!       Те тоже подошли к компьютеру: "Обнаружена близкородственная связь по типу "Родитель-Ребенок": Рогозина Г.Н. и Тихонов И.Ф. Совпадение 98,6%". В соседнем окне была та же запись: "Обнаружена близкородственная связь по типу "Родитель-Ребенок": Круглов Н.П. и Тихонов И.Ф. Совпадение 99,3%".       - Галь, а ты говорила, где искать... - прошептала Валя, думая по себя, что совпадений и так было много. Стоило раньше догадаться и сравнить их ДНК. Но Рогозина уже не слушала, выбегая вслед за Тихоновым. За ней рванул обалдевший Круглов, ни с того, ни с сего ставший счастливым обладателем взрослого сына:       - Галя! Да стой ты! - Он догнал ее в одном из коридоров на пути в местную курилку. - Может, объяснишь?       - А что непонятного, Коля? Тебе сорок семь, Ване тридцать. Все сходится. Куда он пошел? - Рогозина с одной стороны хотела его найти, обнять, ведь столько лет она мечтала хотя бы одним глазком на него взглянуть... а оказалось, пять лет уже смотрит. С другой - как же страшно! Что ему говорить? Как оправдываться? Как просить прощение за то, что струсила, что бросила искать после первых неудач? Как Круглову в глаза смотреть после такой лжи? Господи, не хватало еще разреветься здесь!       - Галя, я жду объяснений!       - Он, наверно, тоже ждет, Коля. Давай Ваньку найдем, и я все вам раскажу, - Галя схватила Колю за руку и потащила за собой в курилку.       - Погоди, а с Романенко что? - Круглов вспомнил о ревизии.       - Да какой Романенко, - отмахнулась Рогозина. - Потом придумаю что-нибудь. Черт, я ведь тогда сразу что-то почувствовала. Когда увидела его в камере семь лет назад! Надо было сразу проверить.       В курилке Вани не оказалось.

***

      Иван вообще не придумал ничего лучше, чем отключить телефон и поехать к родителям, пока те не улетели. В голове такая каша была! Он не знал, что и думать. Тихонову и в голову не могло прийти, что его родные родители уже пять лет работают с ним, он их прекрасно знает и уважает. Уважал. А что теперь? Как общаться, как их называть? Обижаться, или уже бессмысленно? В внутри все просто переворачивалось: Галина Николаевна с ее заботой, почти материнской, с вечным желанием обнять, потрепать по голове, неумением всерьез его ругать. Может, она все знала? Вопросы, вопросы, вопросы! И ни одного внятного ответа.       Пока он думал, попутка довезла его до дома приемных родителей, он привычно поднялся на этаж, позвонил в дверь... вот только никто не открыл.       - Мам, пап? - крикнул он и снова надавил на звонок. Не могли они уйти, сборы ведь, самолет с утра... - Эй, вы дома? - Ваня толкнул дверь, и она открылась. - Что за... Боже ты мой! - На полу в коридоре лежал отец. Белая рубашка в крови, судя по цвету кожи мертв еще с ночи. - Мама... мама! - Иван влетел в зал. Мама Лиля лежала на том самом старом диване, держа в руке телефон. На экране высветилось его смс. Выходит, их убили ночью. Если бы он только не ушел!       Ваня дрожащими руками включил телефон, который тут же зазвенел: Рогозина. Тихонов поднял трубку.       - Ваня, Ваня, ты где? - судя по голосу, женщина была взволнована. Даже чересчур.       - Галина Николаевна. Пришлите оперативников по адресу... - он продиктовал.       - Ваня, что случилось?       - Родителей убили в их квартире. Я начну осмотр, - и отключился.       - Иван! Ваня...