Глава 6. Тирания Солнца
11 января 2015 г., 03:38
Гаргулья притворялась спящей — Нейрин скользил вдоль неё на расстоянии одного броска, ожидая правильного момента для удара. Тренировки стали для него спасением. Его воротило почти от всего в замке: жителей, атмосферы, даже времени, которое здесь не имело значения. Обещания, договоры и даже банальное «потом» имели неопределённость, которая сводила Нейрина с ума. Он хотел действовать и понимал, как мудра была Астрид, постоянно занимая его. Фьюра, впрочем, тоже пришла к этому очень быстро. Они проводили вместе целые сутки, громя старые подземелья, тренируясь в оживлении статуй и подъемё скелетов. Порой, он ловил себя на мысли, что если бы не Страж со своим ангельским личиком и преданностью своему делу, он бы потратил свою вечность, чтобы завоевать Фьюру.
«Не успела!» — Нейрин перемахнул гаргулью и всадил когти в шею твари, оторвав ей голову.
С полуобвалившегося балкона ему хлопала вампирша. Она призывно улыбалась, а это означало, что она уже давно хочет о чём-то посплетничать, но пока не придумала, как превратить это в очередное состязание.
— Говори, тебе же не терпится, — он повторил улыбку своей наставницы, всем видом демонстрируя, как ждёт её рассказа.
— Мало ли, что мне не терпится, — голос Фьюры с точностью передал мурлыкающий каджитский говор. — Может, мне не терпится рассказать тебе, что почти всё то время, что ты здесь, леди Серана отсутствовала в замке по поручению лорда Харкона. Или, может, я хочу рассказать тебе, что лорд стал одержим тиранией Солнца и мы все скоро забудем, что существует праздное безделье.
— Ты меня обманула! — Нейрин недовольно сдул с лица выбившуюся из хвоста тёмно-рыжую прядь.
— Не хотела портить веселье. Но думаю, что тебе следует знать о том, что происходит, чтобы ты ничего не принял на свой счёт и не устроил драку, как вчера. — Фьюра понаблюдала за его смущением, удовлетворилась эффектом и продолжила: — Лорд Харкон верит, что в украденном охотниками Свитке, было пророчество, которое поможет победить нашего главного врага — солнце.
— Как вечная ночь? — предположил Нейрин, не совсем понявший слова Фьюры. — Серьёзно?!
— Нет, не «вечная ночь». Ох, я не думаю, что могу объяснить это правильно. Лорд Харкон должен совершить мощный магический ритуал, который изменит саму сущность Магнуса. Солнце не будет больше причинять вампирам вреда, а люди ничего не заметят. После чего, как ты понимаешь, начнётся война. Завтра лорд сообщит нам о своём решении и спросит, готовы ли мы следовать за ним. Если он не утратил своего влияния, то его единогласно поддержат. Если нет, то бал превратится в побоище. После чего вопрос будет поднят снова. И так до единогласного решения. В прошлый раз, леди Валерика бросила ему вызов, но проиграла. Сбежала вместе с леди Сераной. Мы столетиями восстанавливали то, что было разрушено. Лорд так и не оправился после предательства. Мне кажется, что после стольких лет, мы можем считать её погибшей. Тебе леди Серана ничего не рассказывала?
Нейрин помотал головой и присел на камень, пытаясь представить масштаб плана прекратить «тиранию Солнца». Это казалось невероятным. И пугающим.
— Нет. Она говорила, что не уверена, может ли мне доверять. Твоё воспитание?
— Так и есть.
— Подожди, — Нейрин встрепенулся, когда Фьюра пошла к выходу из подвалов, — это всё? Мне нужно больше!
— Мне тоже. Проклятье! — Хрупкая стена развалилась под пальцами расстроенной вампирши и камни покатились ей под ноги. — Я думала, что теперь, когда ты спас леди Серану, всё снова станет как раньше. Мы наведём порядок, приведём в дом молодняк, будем воевать с кланами за чистоту крови и перебьём молокососов из Стражи Рассвета. Война с людьми бессмысленна! Это глупо! Что бы ты подумал, узнай, что люди объявили войну курам? Бардак. Ненавижу. — Фьюра успокоилась и повернулась к Нейрину; он заметил, как выгорают алые всполохи в её принявших нормальный, человеческий вид, глазах. — Возьми с собой оружие и будь готов ко всему. Мне нужно встретить леди Серану и присутствовать при её разговоре с отцом. Добей гаргулью.
Нейрин обернулся к обезглавленной, но всё ещё трепыхающейся туше, и силой мысли погасил остатки жизни в каменном теле. В подземелье он остался один, размышлять, куда привела его жизнь. Он не собирался оставаться в замке и участвовать в войне. Он должен был уже быть в убежище и внимать Астрид, которая не позволит ему сидеть на месте. Но он всё равно собирался остаться и посмотреть на этот «бал». Когда ещё ему представится такая возможность?
***
По залу разливалась невероятная, красивая музыка. Нейрин даже не поверил своим ушам. Четверо менестрелей занимали дальний балкон и были отделены от вампиров мерцающей стеной, отчего музыка и была такой тихой и приятной. Зал был убран, натёрт до блеска — ни следа крови и разгульного каннибализма, которым грешили некоторые обитатели замка. Столы были почти пусты, но украшены вазами с ядовитым колокольчиком и свечами. Запах расплавленного воска, цветов и смерти расплывался вокруг празднично разодетой толпы. На балконе, за отдельным столом сидели Харкон и Серана, очень недовольная, судя по тому, как она царапала простое золотое колечко на правой руке. Она увидела Нейрина и отвернулась. — Похоже, теперь я в немилости. — Это ничего не значит, — отмахнулась Фьюра и подала ближайшему зачарованному слуге нечто, обмотанное мехом. — Лучше не глазей и пригласи меня на танец. — Не похоже, танцы заплани... — Два оставшихся балкона заняли ещё с десяток менестрелей и послышались барабаны дикой охоты, а после лёгкий танцевальный мотив. На глазах у Нейрина неприветливые вампиры разбились на пары и наполнили полупустой зал резвым мельтешением. У него не оставалось выбора: — Вы позволите? Фьюра кокетливо поклонилась и подвела его в ту часть зала, где Серана их точно заметит, даже отвернувшись. «Мелкая интриганская политика, — зло подумал Нейрин, но улыбнулся, подхватив партнёршу в танце и затейливо раскрутил, тут же поймав. — Хорошо, что уроки аристократических плясок оказались не просто для унижения». Стало жарче, из подвалов вышли другие слуги, отмытые, даже разодетые в вещи, которые никто не стал бы носить нигде, кроме подобного бала. Они стояли по стенам, с подносами в руках и масками на лице, не шевелясь и едва дыша. Прервав танцы, к ним подходили за кубками с кровью или же заставляли поставить поднос на стол и впивались в их шеи, наслаждаясь стонами сквозь сведённые в параличе губы. Нейрин старался не смотреть на пир, просто танцевать, дать музыке заглушить всё, что он не хотел слышать. — Дети ночи! Услышьте меня! Нейрин до хруста сжал пальцы Фьюры и тут же почти грубо отпихнул её, проверив спрятанные в рукавах метательные ножи и кинжал на поясе. Началось. Голос лорда, как рёв медведя или шторма накатывал на зал, подобно тому, как Нейрин представлял внушение. От этого волосы на загривке вставали дыбом. Харкон в подробностях рассказывал о Свитке и пророчестве, о том, что даже несмотря на его потерю, он готов действовать и подарить своим подданным царство вечной тьмы. Серана, сидевшая подле отца, скукоживалась с каждым словом. Внизу, в зале, тоже что-то происходило. Никто ничего не говорил, не было слышно шепотков или движения, но чувствовалось взаимодействие, ожидание и напряжение. Взгляд Нейрина метнулся к Вингальмо, в своём белом одеянии походившего на глыбу льда. Его тонкая, почти зелёная в тусклом свете рука, лежала на эфесе меча. Он весь выглядел так, будто пришёл драться. Волосы были собраны в хвост, одежда удобная, а не красивая, как у большинства присутствовавших. Фьюра тоже это заметила, а потом на её лице секундным бликом появилось удивление. — А теперь ступайте и сделайте это. Нейрин чувствовал, что сейчас Вингальмо сорвётся и подаст сигнал своим сообщникам, его распирало от желания озираться, чтобы их увидеть. Но к альтмеру на шаг ближе подступил Гаран Марети и обернул пальцами тонкое запястье эльфа. И напряжение откатилось так, что Нейрин едва не пошатнулся. — Это приказ! — вдвое громче прорычал Харкон и расправил руки, будто желая обхватить всю свою клыкастую семью. — Будет сделано, мой лорд, — послышалось со всех сторон. Нейрин не смог раскрыть рта, только смотрел на так же промолчавшую Серану, соскочившую со стула и быстро скрывшуюся в тенях. Менестрели снова заиграли, лорд Харкон спустился с балкона и протянул руку, указав на Фьюру. Та подскочила к нему, будто всё время только этого и ждала. Тут же почувствовав себя лишним, Нейрин решил уйти. Он ничего не понимал и прежде, чем покинет этот клубок со змеями, планировал хотя бы в чём-то разобраться.***
Нейрин постучался, хотя это было лишним. Дверь была открыта, а Серана разбирала небольшую потрёпанную сумку. Вампирша выглядела уставшей и расстроенной, на вид даже похудела — бордовое платье было перетянуто поясом, от того, что его, наверное, не успели ушить к её возвращению. — Чего ты хочешь? — Она даже не обернулась к гостю, показывая всем видом, что ей мешают. — Поговорить. Мы несколько недель не виделись. Похоже, ты не рада возвращению домой. — Не рада. — Серана вздохнула и продолжила рыться в своих вещах, расставляя зелья на настенных полках и кидая одежду горкой на постель. — Но куда мне было ещё идти. — Скайрим большой. — Нейрин философски пожал плечами и стал помогать расставлять флакончики, упорядочивая их по способу воздействия: яды, припарки, непонятная муть. — Не маленький. Для тебя. Фьюра рассказала мне кое-что о Тёмном Братстве. Что вы убили вождя восстания, и теперь в Скайриме не будет гражданской войны. Ты, наверное, бывал в местах и похуже этого. Нейрин промолчал, знал, что если нужно, Серана сама расскажет о том, что её так огорчило. Терпение и участие должны были помочь больше, чем прямые расспросы. Когда с зельями было покончено, он подошёл к окну, снежному от дико завывающего бурана. Белое марево двигалось за стеклом как огромный зверь. — Моего отца нельзя назвать уравновешенным, — тихо и медленно, подбирая слова, заговорила Серана, — это видно по тому, что он сотворил с замком. Ничего удивительного, что он свёл с ума и мою мать. Посвящение семьи Молагу Балу, тирания Солнца... А что дальше? Нейрин не мог ответить. Вечноживущие, скорее всего, уставали от обыденности и искали развлечений или врагов. Всё, что угодно, лишь бы разбавить скуку. — Откажись его поддерживать. Уезжай, я провожу тебя до порта и посажу на корабль. — Нет, — протянула вампирша так, будто Нейрин сказал несусветную глупость. — Я уже была заперта за непослушание. Больше не хочу. Может, если подождать, что-то просто помешает отцу совершить задуманное, и он отступится? Свитка у нас всё равно нет. «Верно. Только не больно это его и огорчило. Должно быть что-то ещё». Нейрин вспомнил речь лорда: — А жрец Мотылька? — Отец поручил мне его поиски. Найду его, тогда и решу, что делать. Мне нужно попасть в Драконий Мост. — Серана достала карту, но не смогла найти нужное название и отбросила её подальше. — Недалеко от Солитьюда, — подсказал Нейрин. — Поможешь мне? Или у тебя опять есть дела поважней? — Есть. Провожу тебя до Солитьюда, а дальше решай, на корабль или за жрецом. Серана насупилась, но согласилась. И тут же выставила Нейрина из комнаты, отговорившись усталостью. Он не возражал, самому было нужно время всё тщательно обдумать.
