Savin' me

- Мой царь! – на этот раз в тронный зал примчался сам Хеймдалль. Вид у него был крайне озадаченный. - Я слушаю тебя, - бесстрастно протянул Один. Готовый принять даже самую прискорбную весть, он вопросительно глядел на подданного. - Мы нашли Локи, но… - тот неуверенно переминался с ноги на ногу. – Но кто из них Локи, не знаем. - Как это не знаете? – настал черёд Одину удивляться. - Я не знаю, мой повелитель. Их двое! Похожи, как две капли воды – не различить. Вероятно, у Локи в Мидгарде есть двойник, - с запалом говорил Хеймдалль. За последние столетия своей жизни он практически разучился удивляться, но молодой царевич только что исправил это раз и навсегда. – Причём второй, который человек, владеет магией! Я сам видел, как он колдовал! Несчастный Хеймдалль не знал, куда себя деть. Всё перевернулось с ног на голову. Он понятия не имел, как истолковать увиденное, как не ввести Всеотца в ещё большее заблуждение. Лицо Одина же, казалось, не выражало ни единой эмоции. Они были как роскошь, доступная более молодому поколению. Всеотец за долгие тысячелетия своей жизни вдоволь насытился ими, устал от них, возненавидел их, перестал их ощущать, доверяясь только фактам и не слушая сердце. Ещё немного и беспрестанно роящиеся в его голове мысли начали бы звучать под сводами тронного зала. - Локи явно что-то затевает. А этот человек, видимо, лишь пешка в его новой игре. Я не могу пока понять, что эти двое задумали, но, зная моего сына, добром это не кончится. Особенно для мидгардца. Отправьте разведку. Пусть понаблюдают за человеком. Хеймдалль, поклонившись, спешно удалился. - Будем уповать на то, что человек окажется хорошим… - задумчиво изрёк Один. Надежда на то, что Локи изменится с помощью его нового союзника, слабой искоркой забрезжила в сердце старого правителя. * * * Тишь да гладь. Каждый новый день похож на предыдущий. Не предвещая ничего нового, время, которое раньше мчалось галопом, тянулось карамелью. В этой звенящей тишине и одиночестве Локи боялся одного – ждать неминуемого. Том строго-настрого запретил даже в окно выглядывать до наступления темноты. На улицу Локи не выходил даже ночью, опасаясь быть замеченным. Чтобы хоть немного убить время, он спал, а когда спать было уже невмоготу, читал. Когда-то давно он даже предположить не мог, что это ему надоест. Глаза всё быстрее перебегают по ровным строчкам, начинают уставать и болеть. Позже мозг отказывается воспринимать прочитанное и нагло подсовывает под нос воспоминания и размышления. Локи уже не находит себе места, потому что даже его богатый внутренний мир уже изучен от корки до корки. Перед глазами остаются только неясные картины будущего. Он будто снова оказывается в Асгарде и видит, что там сейчас происходит. Солдаты Одина, вооружённые до зубов, выслушивают приказ поймать беглого преступника и казнить на месте. Локи больше не простят. Никто не простит. И только за спинами бравых воинов подёрнутся прозрачной пеленой ясные голубые глаза брата. Он понятия не имеет, за что Локи сейчас снесут голову с плеч. Он не может на это смотреть, но должен привести приказ в исполнение. Глупый-глупый Тор. Может быть, хоть сейчас он осознает, что сам виноват во всём этом сумасшествии. Но он лишь смотрит, до боли закусив нижнюю губу. Он лишь хочет подойти и пожалеть своего потерявшегося в собственных чувствах брата. Спасти его от самого себя. Одну и ту же картину безжалостно подсовывало подсознание, рисуя малейшие детали. Локи даже помнил, какие доспехи были на каждом солдате, как высоко над горизонтом было солнце. Это постепенно начинало походить на паранойю. А потом где-то, будто в другом измерении, хлопала дверь, и наваждение растворялось как сахар в горячей воде. Том возвращался домой всё позже и позже, постоянно говорил, что занят. Эти слова полосовали ножом и без того израненное сердце. Так говорили брат и отец. У них всегда была куча важных дел, которые никак не касались младшего принца. Глубоко в бунтующей тёмной душе зарождалась ненависть ещё и к Тому. Но, наверное, это был один из тех немногих экземпляров хомо сапиенс, который умел погасить её, сказав лишь одно слово: - Прости. Но как он это говорил! Вымученный, едва переставляющий ноги после тяжёлого дня, он просто заглядывал Локи в глаза и надтреснутым уставшим голосом произносил это несчастное слово! Никто и ни за что не просил у него прощения. Никогда и ни при каких обстоятельствах. А Том просил. Лишь за то, что не может с ним просто поговорить. Не для галочки, а с мученическим видом. Том не прекращал удивлять видавшего виды принца. Этого его «прости» было достаточно, чтобы сознание живо нарисовало портрет этого человека. Рядом с ним жуткое чувство пустоты и одиночества, которое следовало за Локи по пятам, сколько он себя помнил, куда-то испарялось. Даже помолчать было о чём. Впервые в жизни Локи чувствовал себя под защитой. Плевать, что она была сомнительной, но, по крайней мере, была. Он мог проснуться ранним утром лишь от того, что дома больше никого нет. Сердце само подсказывало, что теперь он предоставлен сам себе. Чувство покоя и защищённости уходило каждый раз, когда за Томом закрывалась дверь. Локи настолько паниковал даже не из-за того, что теперь он абсолютно беззащитен, появись тут асы. И даже не из-за того, что самое драгоценное - его магическая сила - теперь принадлежит человеку. Уходил тот, кто не побоялся вступиться за него, пусть даже рискуя жизнью. Он до сих пор не мог понять мотивов, которыми Том руководствовался. Везде чувствовался подвох, везде недоверие. Уйма горького опыта уже научила держать дистанцию даже перед союзниками. Догадка о том, что это лишь кристальная честность, а не умелое враньё, до сих пор не допускалась. Локи не осмеливался спросить у Тома, чем тот занимается, куда постоянно ходит, но на четвёртый день их знакомства его всё же начало подмывать любопытство. Ежедневно шурша газетами, он пару раз натыкался на его фото, что и подстегнуло к расспросу. Но Локи был бы не Локи, если бы не врал самому себе. Он до последнего убеждал себя в том, что ему абсолютно всё равно, пока Том сам не обмолвился. В один прекрасный вечер (а вечер был на удивление прекрасный) он вернулся домой в приподнятом настроении. - Локи!!! – позвал с порога счастливый Том. Весёлый возглас разорвал тишину как взрыв снаряда, - Локи от неожиданности подскочил. – У меня четыре свободных дня!!! Асгардец выпрямился, привёл в норму сбитое дыхание и с бесстрастным взглядом мысленно проговорил: «Ну и от чего же свободных?» И почему-то забыл, что его мысли Том слышит. - От работы, Локи! – обиделся тот. - «Что ж, если на то пошло, расскажи, кем ты работаешь. Я, помнится, не спрашивал». - Я актёр. – Том был в слишком приподнятом настроении, чтобы различать в его мыслях сарказм и неприязнь. Локи опять пренебрежительно хмыкнул, присев на диван рядом с уже севшим Томом. Актёр в его понимании был искуснейшим лжецом. А лжец в этой комнате был только один. - Не делай такое лицо, - смутился Том. Его уважаемый собеседник, откровенно говоря, был готов рухнуть на пол от смеха, если нечленораздельное кряхтение сквозь зашитые губы можно было назвать смехом. - «Плохой из тебя актёр, если я вижу тебя насквозь», - хмыкнул бог. - А зачем мне играть перед тобой? – изумился Том. - «Потому что я перед тобой играю. Как тебе такой расклад?» Том поёжился, но уверенности у него не убавилось. - Ты не забыл, у кого тут твоя магическая сила припасена? – угрожающе сверкнул глазами он. Угрожать Локи – дело бессмысленное, с него как с гуся вода. Да и не хотел он причинять ему вреда. До него это успели сделать в Асгарде. А нажить себе врага божественного происхождения в его жизненные планы не входило. - «Как мило, угрожать безоружному», - укорил принц. - Я не угрожаю. Я просто… - Том даже не знал, что ответить. Судя по тому, что он знал об этом умалишённом (иначе он его сейчас и не мог назвать), любую попытку дать совет или хотя бы дружбу Локи воспринимал в штыки. - «Что ты? Хочешь наставить меня на путь истинный?» - он чуть самого себя не задушил за такие мысли. - В какой-то мере да, - подтвердил Том. Лицо Локи живо выразило мнение по этому поводу, скривившись так, словно тот лимон съел. - «Святые небеса! Кому я доверил охранять себя!» - сокрушался он. Причём «охранник», видимо, был настроен решительно: разрешил остаться в своём доме, заботился, даже проникся к нему состраданием. Мерзость какая! Локи ненавидел, когда кто-то копался в его душе. Если бы не его невыгодное положение, он уже давно испепелил бы несчастного Тома одним лишь взглядом. Но на задворках сознания всё ещё маячил один и тот же вопрос: зачем Том всё это делает? Вопрос был настолько животрепещущим, что Локи решил выведать немедленно. - «У меня к тебе вопрос. Откуда ты столько обо мне знаешь?» Том замялся. Сказать прямо – Локи опять будет брызгать слюнями, соврать – догадается и будет брызгать слюнями в два раза больше. Из двух зол выбирают меньшее. - Я как раз играю тебя сейчас, - потупил взгляд Том и приготовился к локальному Рагнарёку. Но Рагнарёк всё никак не наступал. Похоже, Локи сам был в шоке от услышанного. Во всех девяти мирах он был преступником, за голову которого обещали чуть ли не пол-Асгарда в награду. А здесь есть человек, который вот так просто влез в его шкуру. Он был почти уверен, что Том играет его бездарно, но сам факт жутко тешил его эго. И, естественно, Локи в своей привычной манере состроил пренебрежительную гримасу, чтобы человек не обольщался. - «За что мне повезло-то так?» - взмолился он. - Знаешь, в чём твоя проблема? – попытался вырулить Том. – Ты считаешь, что все, кроме тебя одного, поголовно ничтожества? - «С чего ты взял?» – удивился Локи. Он ещё сказать ему ничего не успел, а Том уже заметил. - Ты себя со стороны слышал? - «Зачем мне слушать себя со стороны, если я пока в ладах со своей головой? В отличие от тебя. Научись владеть собой, а потом учи меня. Я же вижу, как у тебя руки чешутся». Том тихонько выходил из себя, но виду не подавал. И как Локи вообще это заметил? - Ты слишком уверен в своей неповторимости! Можешь убить меня за такие слова, но это так, - тут он решил проверить выдержку Локи на прочность. - «Я похож на ненормального?» - вспылил бог. – «Убить тебя, лишиться защиты, крова, знаний, которые я копил столетиями, и ко всему прочему выдать себя?» - Так я и думал, – сложив руки на груди, опечалился Том. – Существовать за счёт кого-то… Больше ни на что ты не способен. В его глазах читалась усталость. Этот разговор стоил ему немалых усилий, чего нельзя было не заметить. Локи не знал, что случится раньше: он набросится на Тома с кулаками или же Том выставит его за дверь после таких разговорчиков. Удивляло одно – любой другой уже сделал бы это. Железному терпению Тома, казалось, нет предела. Он будто исследовал Локи, искал его слабые стороны, готовился к чему-то. Эта мысль не покидала Локи ни на минуту. В какое-то мгновение мнимое чувство защищённости показалось лишь частью хорошо продуманного плана. Вот-вот и ловушка захлопнется. Локи до одурения ожидал этого момента, с садистским наслаждением представлял, что сделает с Томом, когда выпутается из его коварных сетей. Но ничего не произошло ни сейчас, ни через пару часов, и вообще не должно было произойти. Нет, не бывает таких людей! Они не прячут у себя в доме опасных преступников, не пытаются им помочь, не терпят их нахальность и самовлюблённость. А что, если бывают? Локи на секунду даже хотел улыбнуться своим мыслям. Как же они с Томом похожи внешне, и насколько разные внутренне. Локи точно знал, что не раскрывался бы перед первым встречным, произойди с ним такое. А Том… Он как его сводный братец, только… намного лучше? Пожалуй, да. По крайней мере, Том просил прощения, когда видел, что кому-то делает больно. Хотя бы это заставило обезумевшего Локи немного усмирить свою злобу и ненависть к окружающим. Локи продолжал держаться на дистанции, но мысль, что может положиться на Тома в любом случае, постоянно была при нём. И всё равно этот вопрос, который так и не прозвучал: - «Только что ты вылил на меня ведро помоев, попытался упрекнуть за все мои действия и вообще прячешь нож у себя под матрасом на случай, если я вдруг захочу тебя убить. Почему я до сих пор здесь нахожусь? Зачем ты это делаешь?» - он смотрел на Тома с вызовом и недоверием. Скорее, он умолял сказать ему правду. - И ещё одна твоя проблема… Ты никому не веришь. Иначе не задавал бы мне таких вопросов. - «А с чего ты взял, что я обязан верить именно тебе? Ты особенный?» - Локи нервно захихикал. - Неудобно такое о себе говорить, но да. Забыл? Я ведь тебя играю. - «Тем более! Ты притворяешься святошей, а мгновение спустя воткнёшь нож мне в спину». - Я бы сделал это ещё ночью, если бы захотел. Но, как видишь, ты цел и невредим. И даже свою силу рискнул мне отдать. Как же я, такой обманщик и предатель, до сих пор не выдал тебя Одину? У меня ведь такие возможности! – сарказм так и сочился с каждого его слова. - «Выжидаешь нужного момента». - Знаешь что, Локи? – Том дал ему лёгкий подзатыльник. – Ты похож на взрослого ребёнка. А с детьми что делают? Воспитывают! Вот и я, пожалуй, пойду этим путём. Обычно спокойный уравновешенный Том начал откровенно звереть. Напротив него сидел тот, кто успел стать его кумиром несмотря на устроенный им бедлам. Какую же силу воли надо иметь, чтобы пройти через такое и не сломаться!!! И даже если Локи уже надломлен, он стоически держится, не даёт слабину, трезво мыслит, хотя по пятам уже идут асы. Такая воля к борьбе подонкам не достаётся. Локи даже понятия не имеет, чем обладает. Лишь бы суметь ему объяснить. Лишь бы помочь свернуть с этой опасной тропинки. У него ведь даже представления о добре и зле перевернулись с ног на голову!!! Единственное, что не позволяло бросить Локи на произвол судьбы, - это совесть. Том никогда бы не простил себе предательства. - «Знаешь что… Том? – угрожающе сверкнул глазами Локи. – Я уже давно не ребёнок. Это во-первых. Не пожелал бы тебе оказаться на моём месте. Это во-вторых. Ну и в-третьих, я не собираюсь выслушивать нравоучения от напыщенного выскочки, который возомнил себя всемогущим, едва стал немного влиятельнее. Я бы с удовольствием тебя пришиб сейчас, лишь бы ты замолк наконец. Мир бы очистился от ещё одной бессмысленной жизни». То, что случилось потом, было сродни драке с Халком парой недель ранее. Том освирепел окончательно и влепил принцу смачную оплеуху. Ещё никто не смел сыпать на него оскорбления как из рога изобилия. Но Локи был бы не Локи, если бы не ответил на унижение. Совсем забыв о своей беззащитности, он зарядил Тому кулаком в подбородок. Завязалась нешуточная драка. На пол полетел золотистый торшер, пока Том, тряся Локи за грудки, стаскивал его с дивана. Они кубарем полетели на пол, пытаясь друг друга задушить. Локи промахнулся и попал рукой на подбородок. Том умудрился перевернуться и придавить к полу брыкающегося Локи. Ладонь безжалостно сомкнулась на хрупкой шее. Локи беспомощно сучил руками, нанося удары по лицу, но Том и не думал его отпускать. Ярость бурлила в нём, не оставляя для здравого смысла ни малейшего шанса. Лицо уже было порядочно разукрашено синяками, когда он додумался отпустить Локи. Но мстительное божество не хотело спускать ему с рук обиду. Тома оглушил удар в живот, а дальше он уже на собственной шее почувствовал холодные руки. Очень кстати он вспомнил, что помимо физической силы у него есть ещё кое-что. Вспышка озарила комнату, а моментом позже Локи отшвырнуло к стене. Смачно приложившись об неё головой, он закатил глаза и потерял сознание. В пылу драки Том не сразу сообразил, что сделал. У страха глаза велики. Ему казалось, что ещё секунда - и Локи его задушит. А теперь принц лежит с рассечённой бровью, без сознания под стенкой. На секунду Том даже испугался, потому что мог его убить. Но слабый стон с другого конца комнаты отрезвил его. - Ты дурак, Локи! Самый настоящий! Хотелось пнуть его ногой за всё это, но Том лишь пустил скупую слезу и подполз к распластавшемуся по полу телу. А кто говорил, что с этим психопатом будет легко? На задворках сознания замаячила мысль о том, что психопат здесь отнюдь не Локи, но была спешно прогнана. Том уже который раз поволок несносное божество на диван и укрыл пледом. Пусть придёт в себя, а потом разговор продолжится. * * * Тёмные переулки - самые потайные уголки города. Они похожи на автономную вселенную, живущую по своим неписаным законам. Разбитые фонари как немые существа смотрят на годами нетронутую ремонтниками дорогу. Они, молчаливые стражи, видят всё, но не могут выхватить из кромешной тьмы хоть один силуэт. Они всегда молчат о том, что происходит под ближайшей испещрённой граффити стеной. Ветер жалобно завывает в узких проёмах между домами, разметая по тротуарам неприбранный мусор. Этой ночью он был свидетелем чего-то странного и помчался восвояси, чтобы поведать об увиденном хоть кому-то. Он тащил за собой свежий запах озона, который был так несвойственен этому времени года, всё дальше и дальше по переулку, пока тот не растворился в обилии других запахов. Запах был принесён из воронки, которая вдруг разверзлась над землёй, а потом исчезла так же внезапно, как и появилась. - Будьте внимательны! Хеймдалль говорил, что он где-то рядом! По изрисованному трещинами асфальту протопало несколько пар тяжёлых сапог. Впереди была целая ночь для поисков. И, кажется, отряд из Асгарда знал, где искать.