Should You Choose To Remember

Очевидно, маршрут домой через темные переулки был не лучший вариант. С другой стороны, учитывая, как обычно оборачиваются подобные решения Джерарда, — лучший вариант, это как посмотреть. Его руки крепко держали ремни рюкзака спереди, его лицо оборачивалось назад через плечо уже пятидесятый раз за полторы минуты. Там никого нет. Иисусе, соберись же. Боишься пустой улочки? Как же ты жалок, думает он про себя. А сейчас ты протащишь свою задницу с гордостью прямо до конца улицы, ни разу не оборачиваясь. И в самом деле, он больше не оборачивается. Несмотря на то, что тихий мат позволил ему расслабиться и отвлечься от звука собственных шагов, его никак не покидало ощущение, что кто-то пристально следит за ним. Сердце начало стучать быстрее, в ушах шумит. Это все твое воображение. Он шмыгает носом; воняет мочой, разлитым пивом и разлагающимся мусором. В Бельвиле есть милые места. Где-то. Не здесь. Он быстро идет, и со стороны Джерарду кажется, будто он агент и спешит на срочное задание (нет, это выглядит вовсе нет так). Он взглянул на свисающую пожарную лестницу на одном из кирпичных зданий и задумался, сколько же на ней может быть ступеней. Не оборачиваться, не оборачиваться. И вот — шаг, это точно не эхо от его ботинка, и, блять, теперь невозможно отрицать, что за ним действительно кто-то идет. Никто не станет преследовать незнакомцев в темном переулке с наилучшими мотивами; Джерарду конец. С трудом одолевая желание пуститься в беспамятный, сверхзвуковой и отчаянный бег, он заходит за угол, в надежде успокоить себя заходящим солнцем. Он останавливается, но вместо солнца утыкается лицом прямо в гигантский и крайне пахучий мусорный бак. Тупик. Блять, блять, блять, он не может пойти назад, ведь там будет грабитель/убийца/маньяк/женщина в розовом из магазина. Сердце в его груди полностью отдалось панике, но даже бурная кровь в ушах не смогла заглушить звук ножа, мягко вынимаемого из ножен. Джерард понимает, что он не относится к категории людей, что при опасности сразу же успокаиваются, думают логично и быстро. Вместо этого, его мозг транслирует непрерываемый поток слов из о-боже-я-умру-здесь-о-боже-о-боже-о-боже-я-слишком-молод-чтобы-умирать-не-дай-мне-умереть-иисус-кажется-я-забыл-выключить-телевизор-это-блять-ужасное-место-чтобы-умереть-и-тут-воняет-и-это-так-блядски-тупо-я-буду-следующим-трупом-который-будет-найден-в-пруду-и... Он ожидает неизбежной смерти, смотрит в стену, глаза сильно зажмурены, будто так будет меньше боли. Разносится мерзкий звук ломающихся костей и сильный, глухой удар тела об асфальт. И больше ничего. Ни боли, ни света в конце тоннеля, ни ангелов, ни монтажа из лучших событий в жизни. Он осторожно открывает один глаз, смотрит вниз и обнаруживает себя достаточно живым. Он открывает другой глаз и тихонько кладет руку на живот, слегка сжимая пальцами чуть пухлое тело. Черт, все на месте, могли бы и обрезать. Очень-очень медленно он оборачивается с поднятыми руками, до сих пор ожидая почувствовать удар ножа меж ребер. На земле лежит огромный парень в толстовке и джинсах, явно без сознания. Его лицо впечаталось в разброшенный фаст-фуд и еще бог знает что. Нож, большой и на вид довольно тяжелый, валяется от него в паре метров. Рядом с ним стоит низкий, темноволосый парень в узких джинсах и слегка рваной майке Ramones, который только заканчивает ударять это чудовище своей кроссовкой. Джерард ударяется спиной о мусорный бак и падает, совершенно не думая о возможной грязи на нем и мусоре, который свалился ему в капюшон. Его сердце до сих пор бешено колотится, наверняка этот случай отнял от его жизни добрых двадцать лет. Он растерянно смотрит на своего спасителя, надеясь, что он не выглядит как принцесса, освобождённая рыцарем в сверкающих... эм, в майке. Он уже открыл рот, чтобы сказать спасибо. Вместо этого он выдал: — Кто ты? — Я? Твоя гребаная фея-крестная, — лениво протянул парень, поджигая сигарету. — А ты кто? И в этот самый момент предельной социальной неловкости, Джерард забыл свое имя. К счастью, он получил отсрочку в несколько секунд. Парень ухмыляется, и будто фонарь освещает этот тупик — белоснежные зубы и светящиеся глаза. Как очаровательно. — Да не, я просто шучу. Я Фрэнк. А вот теперь все становится действительно странно. — Привет. Джерард. И, ну, спасибо, — произносит рот Джерарда. Точно — прости, Фрэнк, какой я глупый, я это знал, ты не моя крестная, конечно же, не знаю, что со мной не так сегодня, произносит его мозг. Хорошо, что его рот оказывается под контролем сегодня. Если бы до него первым добрался мозг, он бы выглядел еще глупее. Радует, что он никогда не видел этого парня раньше, Фрэнка, он бы его точно запомнил. Тем более, кого-то настолько милого. Он запихивает это недодежавю в обувную коробку и кладет ее на дальнюю полку своего сознания. Все это просто последствия мыслей о скорой кончине и неожиданного спасения в последнюю минуту милым, слегка неопрятным панком, представляющимся феей-крестной, — кстати, Джерард не был бы против. — Ну что, просидишь в этой грязи весь день? — бормочет Фрэнк, отталкивая нож ногой подальше от преступника. Со всей этой суматохой он совсем забыл, что упал. Он хватается за татуированную руку перед ним (теплую, даже горячую; странно) и неловко встает. Даже слегка пугающие татуировки не делают парня менее привлекательным. Хорошо, весьма привлекательным, тем более, Джерард бы никогда не познакомился с таким человеком, если бы не обстоятельства. Джерард слегка улыбается, но получается довольно вымученно. Фрэнк тревожно смотрит на него, не отпуская руки. — С тобой все хорошо? Выглядишь не очень. — Нет-нет, я в порядке. Просто нужно... - Он отчаянно машет рукой в воздухе. Дыхание снова перехватывает, а черты характера, привитые матерью, начинают показывать себя. — Но, ну, спасибо. Знаешь. Ты спас мою жизнь, наверное. Пойдешь со мной? — выпалил Джерард. — Я куплю тебе выпить. Мне самому стаканчик не помешает. Он сам не знает, что творит, а полузабытая статья из газеты о двойном убийстве всплывает в памяти. Во Фрэнке есть что-то успокаивающее (к тому же, этот рост), но ведь он уложил этого здорового ублюдка и даже глазом не моргнул. Какая-то часть Джерарда хочет доверять Фрэнку — хотя, он уже не раз убеждался, что в людях он разбирается просто отвратительно и работать в поведенческом отделе ФБР ему не суждено. Он мог бы прямо спросить у полного незнакомца/рыцаря в сияющих доспехах/майке, не является ли он сообщником и не подстроено ли это все. Но тут Фрэнк снова ухмыльнулся, еще шире и ярче, чем прежде. Джерарду пришлось моргнуть, потому что, черт подери, эти зубы просто люминесцентные. На долю секунды он выглядит странно и даже... иначе, но тут все прошло, что бы это ни было (если и даже было), и Джерард идет вместе с ним, пока адреналин все также гуляет в его венах.