Should You Choose To Remember

Бар был довольно неплохим: дешевая выпивка, достойная музыка, никто не задает лишних вопросов. Джерард редко заходит сюда, потому что ему попросту не с кем провести вечер за бутылкой пива, а ходить в бары одному ему неудобно (да и уходить из них в одиночестве тоже неприятно). Подобные ситуации заставляют его чувствовать себя еще большим социофобом, кем он и является, а если он напивается, то сразу же начинает танцевать, что оборачивается сущим кошмаром для пострадавшего заведения и несчастных посетителей. Сегодня играет какая-то группа, солист которой представлялся темноволосым испанцем в поношенном сером костюме и неопрятном галстуке, яростно выделявшим его брови. Пока он проходил к бару, то заметил, как Фрэнк рассматривал певца со своей фирменной ухмылкой. — Твой знакомый? — спрашивает Джерард, безуспешно пытаясь привлечь внимание бармена и совершенно не замечая искры безосновательной и бессмысленной ревности где-то внутри. Фрэнк размышляет пару мгновений. — Да, вроде того. Гейб... тот еще кадр. Сам Гейб точно заметил Фрэнка; он ответно улыбается, кивая в их сторону. Джерард не совсем мог разобрать их последующую беседу, лишь отрывочно поняв пару слов вроде «поверь мне» и «если это тебя заводит». В улыбке этого человека было что-то темное и странно притягивающее. Он вдруг напомнил Джерарду заклинателя змей, отчего по спине пробежались мурашки. Тот снова бросил взгляд на Фрэнка, но парень лишь мотнул головой. «В его мечтах», — произносит он, переведя свой взгляд прямо на Джерарда. Тут на него снова накатывает волна необузданных и необъяснимых эмоций, будто эффект дежавю. Но никаких воспоминаний из прошлого не следует, так что он внезапно обнаруживает Фрэнка, который его пристально разглядывает. — Ты уверен, что с тобой все в порядке? — Да, да. Все отлично. Выпьем? Фрэнк довольно кивает, и этот жест заставляет Джерарда задуматься: «Блять, а почему бы и нет?» Так что, когда Фрэнк приглашает его потанцевать через полчаса (или пару часов, или день, или неделю — он потерял счет), он просто не может отказать ему.

***

На следующее утро Джерард просыпается отнюдь не по своей воле. Будто пробуждение было плохим решением, и его тело яростно возмущается. Он смутно припоминает, как выпивал подряд нескончаемый парад из пивных кружек, как танцевал, словно полный придурок, две горячих руки вокруг его плеч, как кто-то подхватывает и волочет его до дома, низкий, грязный голос у его уха ("больше не гуляй по темным переулкам, пока меня нет рядом, хорошо?"), скрип его собственного деревянного пола, рука, пробежавшаяся по его волосам, скрежет двери, которую аккуратно закрыли, это все. И вот, в его памяти всплывают какие-то перья и горящие единороги, которые пытались украсть его пинту, и еще какие-то перья. Ясно одно — часть его воспоминаний явно сгенерирована количеством выпитого. Итак, что в итоге получается? Он отчаянно старается выстроить все воспоминания в общую картинку, чтобы она приобрела какой-то смысл. Он в порядке (ну, он жив, во всяком случае; «в порядке» может и не подходить), так что Фрэнк (который был явно трезвее его) тоже должен быть «в порядке». Он лениво и неосторожно тянется за телефоном, чтобы убедиться в своей теории, но тут вспоминает, что номера у него нет, как и адреса. Каким-то образом, этот факт расстраивает его намного больше, чем следовало бы. Хотя, если честно, он даже не уверен в том, что ему хочется поговорить с Фрэнком. Вообще, он наверняка дико опозорился перед ним вчера вечером, так что Фрэнку действительно лучше больше его не видеть. Все не так плохо, как кажется. Кроме того, он явно проспал, голова сильно болит, язык немного опух, ежик поселился в его горле, а другой забрался в его рот и сразу же сдох, ну и в завершении всего — на улице дождь. Пару секунд он лежит очень-очень тихо, подсчитывая плюсы и минусы перспективы остаться сегодня в кровати, но он решает отказаться от варианта превратиться в Джерардообразную лужу и встает с кровати. Ему наверняка придется объясняться перед боссом, мистером Шехтером, если он окажется в магазине. Не здорово, конечно, но и не конец света тоже. Наверняка ему все сойдет с рук — он самый настоящий пример для подражания, отличный сотрудник. Ну, большую часть времени. К тому же снаружи просто отвратительно, такой дождь заставляет промокнуть до нитки шагов за десять. Еще и ветер. А постель такая теплая, было бы так хорошо... И тут его осеняет — ему придется оправдывать себя перед Бобом. С рыком, которым бы гордился любой ходячий мертвец, он подрывается с кровати и направляется прямиком в ванную. Гребаные утра, они не должны быть даже легальными. Ему не хочется знать, сколько сейчас времени — слишком поздно, и в то же время слишком, слишком рано. Точная цифра на часах ему не поможет, так что он не проверяет циферблат, отправляясь на невыполнимый квест по поиску чистой одежды. После нереально быстрого душа и пары таблеток тайленола, ему уже лучше. Он старается поджечь такую необходимую сигарету, но огонь чуть не подпаливает его волосы, так что Джерард бросает это занятие и приступает к выбору обуви на сегодня. Невероятным образом он вспоминает, что обувь должна будет подходить к его одежде, это просто чудо. Он вглядывается в маленькое окошко в не менее маленькой кухне, а от увиденного строит недовольную физиономию. Черт. До сих пор идет дождь. Проклиная мир и все на этой планете, он начинает искать зонт. Он опоздал уже достаточно, чтобы задержаться еще на пару минут. В череде интригующих, но довольно раздражающих событий сегодняшнего утра, появляется еще одно — исчезнувший зонт (зонт, который был дешевым куском дерьма, но все равно лучше, чем ничего), явно попавший в лапы черной дыры, которая поселилась в его квартире. Это единственное объяснение серии невероятных исчезновений бесчисленных зонтов и прочего дерьма, которое он только и успевает покупать. Он стоит в темном коридоре, прямо в подъезде перед дверью, гадая, стоит ли выходить под этот ледяной ливень, когда на нем всего-то кожаная курточка. Просто сделай это, говорит он сам себе. Это как сорвать лейкопластырь. Преодолевая себя, он выходит под нещадные потоки воды, пока холодный капли скатываются по шее и на спину, доставляя дискомфорт при порывах ветра. Почему он? Почему сегодня? Блять, блять, блять. Но он знает, правда, можно возмущаться сколько угодно — это не поможет. Он продолжает идти. Его настроение нисколько не улучшается после того, как он ловит свое отражение в сияющей витрине магазина. Он выглядит как гребаный зомби, а на его голове явно началась вечеринка: половина волос отчаянно и довольно-таки зрелищно сопротивляется гравитации, а другая — пластом прилипла к черепу. Бобу нет никакого дела до его внешнего вида, пока он показывается полностью и прилично одетым, но вряд ли его «видок» покажется приемлемым для мистера Шехтера, если тот на месте. Он слышит некое хлюпанье, которое так четко выражало его душевное состояние, но, скорее всего, это была вода в его якобы непромокаемых ботинках. — Джерард! Он медленно оглядывается, весь вымокший и уже уставший. Он совершенно не в настроении вести с кем-либо диалог сегодня. Это Фрэнк, он на противоположной стороне дороги, приподнимается и опускается на пальцах, яростно машет рукой, трясет непомерно гигантским зонтом и держит — если Джерарда не обманывает зрение — гигантский бумажный стаканчик, в котором обычно носят горячие напитки, содержащие кофеин. Не в настроении? Ага, вычеркните это. Джерард еще никогда не был настолько рад видеть кого-то. Совершенно беспардонно и даже с опасностью для жизни, Фрэнк перебегает дорогу, виляя между машинами, вынуждая водителей злобно бибикать. Парень одаривает их всех самой красочной и разнообразной бранью, пока Джерард наблюдает за этим суицидом с замиранием сердца. — Это тебе, — произносит Фрэнк, уж слишком сильно ухмыляясь для такого часа и передавая Джерарду горячий стаканчик. Его улыбка чуть вздрогнула. — Ты же не всегда такой король вечеринок, не так ли? Мне немного стыдно за то, что я позволил тебе так нажраться вчера. Теперь тебе точно нужна доза кофеина. Джерард машет рукой на его извинения, чувствуя себя очень смущенным. Он не отказывается от кофе, а забота Фрэнка кажется такой согревающей. Джерарду давно не семнадцать, черт подери, что за сопли. Ему нельзя так растекаться по асфальту. — Да ничего, это не твоя вина. Не переживай, чувак. Здорово, что мы снова встретились, да? Фрэнк неловко пожал плечами. — Да нет. Вчера вечером ты рассказывал о своем пути на работу. Думал, что мне стоит проводить тебя сегодня. Джерард совершенно этого не помнит, но верит. Другой мог бы задаться вопросом, как Фрэнк узнал точное время, когда Джерард будет здесь проходить, этот факт кажется довольно подозрительным и немного пугающим. Но Джерард совершенно не настроен допрашивать парня, который на кануне спас ему жизнь, так еще и принес кофе. Вообще, этого вполне достаточно, чтобы признаться в вечной любви. Раз Фрэнк здесь, то Джерард мысленно гладит себя по головке за то, что не полностью облажался вчера и не отпугнул парня окончательно. Джерард забирает стаканчик (который прилагался с половиной зонта парня) и вдыхает аромат напитка, наконец пробуя его. Кофе, ужасно сладкий, богатый и горький вкус с еле заметной ноткой ореха. — Черт. Пахнет просто невероятно. Чувак, спасибо тебе. Ты что, мой гребаный ангел-хранитель? От этих слов улыбка Фрэнка снова появляется на лице парня. — Да, что-то вроде того. В любом случае, тебе не надо спешить на работу? Джерард морщится. Точно, работа. — Ага, туда я и направлялся. — Он с надеждой рассматривает зонт, его спокойно хватает на двоих, а Фрэнк вроде и не спешит никуда. Он чувствует себя мудаком — Фрэнк только и делает, что помогает ему, но дождь не собирается останавливаться, так что можно и спросить: — Пройдешься со мной? — спрашивает он, по-детски распахивая глаза, этот прием Майки называет «взгляд древесной лягушки». Он предпочитает думать, что выглядит мило. — Тут недалеко. Фрэнк осматривает его с головы до пят, начиная буквально хихикать, вот зараза. — Не уверен, что мне стоит напрягаться. Ты мокрый настолько, насколько это вообще возможно. Фрэнк нравится Джерарду настолько, насколько это вообще возможно для человека, с которым знаком всего сутки, но теперь и капелька ненависти закрадывается в его мысли. — Пожалуйста? — снова подает голос Джерард, строя щенячьи глазки так, будто глазные яблоки вот-вот выпадут из орбит. Фрэнк закатывает глаза и в шутку толкает Джерарда своим бедром. — Ох, ну ладно. Пошли, меня аж затошнило от твоей миловидности. Не могу сказать «нет» такому несчастному лицу. Пошли, блять, уже. В какую сторону? Джерард никак не мог собраться с мыслями после такой победы. Только на прошлой неделе Майки говорил ему, что социальные способности парня точно такие же, как у амебы. Невероятная победа.