Should You Choose To Remember

На следующее утро невероятно мирная и блаженная атмосфера, в которой находился Джерард, в миг рушится от пронзительного писка телефона в нескольких сантиметрах от его уха. Он рычит и тянется к этому жестокому источнику неприятного звука, какое-то время он вслепую шарит рукой по простыням, наконец, натыкаясь на что-то, напоминающее формой телефон. Он с тяжестью поднимает голову, нажимая на кнопочку приема вызова своими непослушными и невыспавшимися пальцами. — Ммпф? Он точно знает, что до первого приема кофеина стараться быть очаровательным просто бесполезно. — Хэй, Джерард? Это Фрэнк, — произносит телефон тоненьким голосочком, полным надежды. Блять, лучше бы у Фрэнка была стоящая причина, чтобы разбудить Джерарда в такой ранний час. Теперь Фрэнк будет ассоциироваться с ранним утром, а это явно не лучший вариант. Джерард немного подтягивается на кровати и начинает потирать глаза. — Фрэнк? — переспрашивает он, его голос хриплый и очень уж сонный. — Сейчас, ну, только самое раннее... — Он с трудом переводит взгляд на часы. — Полдень. — Ранний полдень, — равнодушно продолжает Джерард. Сегодня суббота, какой кошмар. Полдень — это практически середина ночи. Эта мысль витает в его сознании, пока он наконец окончательно не приходит в себя. — Хэй, а откуда у тебя мой мобильный? Услышав хихиканье Фрэнка, Джерард понимает, что вся его злоба и утреннее негодования куда-то поспешно исчезают. — Ты мне его дал вечером в четверг, чувак. И ты был очень настойчив, хотел, чтобы я его обязательно записал. Дерьмо. А ведь он думал, что находится в ладах со своей головой. Ну, во всяком случае, Фрэнка это похоже не волнует. Джерард слышит, как голос собеседника стал слегка ироничным, и это несмотря на звук его дерьмового телефона. — Ну, и... Я тут подумал, — говорит Фрэнк, как только тишина становится слишком неудобной, а Джерард явно оказывается не в лучшем расположении духа. И, блять, ему так хочется злиться на Фрэнка за то, что тот его разбудил, ну он звучит так неловко и смущенно, будто собирается пригласить Джерарда на выпускной, и сердце парня тает. — Мы могли бы, ну, не знаю, погулять сегодня или что-то такое? Вчера мне пришлось убежать, но ты сказал позвонить, если мне захочется провести с тобой время. Вот. Ты, конечно, был пьян, когда сказал это, но я все равно решил позвонить. Так что, вот, это я. Звоню тебе. Джерард может поклясться, что отчетливо слышит то, как Фрэнк нервно теребит колечко в своей губе. Он был уверен, что вся эта ситуация довольно странная; разве люди звонят почти незнакомцам сразу на следующий день после последней их встречи? Каким-то образом, факт того, что это звонит Фрэнк, все объясняет. Незначительная часть Джерарда все еще пытается связать факты так удивительно вовремя возникающего Фрэнка-серийного-убийцы, но другая, большая его часть, — считает это все глупостью и ей Фрэнк нравится. Джерард тихо зевает, но не видит, как Фрэнк на там конце трубки довольно ухмыляется. — Отличненько. Ну, я примерно помню, как до тебя добраться с той ночи, когда я отводил тебя домой. Так что я буду где-то через час, хорошо? Очередной неразборчивый звук со стороны Джерарда, на этой раз похожий на согласие. — Хорошо. Ну, увидимся!

***

К тому времени, как Фрэнк оказывается на пороге квартиры Джерарда (улыбаясь и перекатываясь на каблуках вперед-назад так, что парню хочется проверить его на наличие балансирующего хвоста сзади), Джерард уже более-менее бодрый, ну, во всяком случае, адекватный. Одетый, причесанный и даже помытый. — Хэй, — произносит Фрэнк с сияющей улыбкой. На долю секунды Джерарду кажется, что парень выглядит каким-то слишком довольным, будто тяжелый груз только что упал с его плеч... Но тут это проходит, ведь Джерард наверняка забыл половину своего мозга под подушкой. — Привет, — улыбается в ответ Джерард, все еще выглядя немного сонным. Фрэнк здесь. Хуй знает почему, но это так, так что Джерард решает наслаждаться моментом. — Ну. Эм. Есть планы? — Я думал угостить тебя кофе. Знаешь, как извинение за то, что разбудил тебя. — Улыбке Фрэнка явно не хватает искренности и раскаяния за свой поступок, и Джерард уже хочет обидеться, но, знаете, кофе. Как только они выходят из подъезда, солнечные лучи бьют по глазам Джерарда, словно знаменитый молот Тора, они ослепляют его, отчего он сильно жмурится, поднимая руку, чтобы прикрыть глаза. Фрэнк сразу взрывается диким смехом, очень высоким и совершенно необъяснимым, а Джерард очень-очень сильно старается не быть очарованным эти придурошным хихиканьем. — Да кто ты, гребаный вампир, что ли? — хихикает Фрэнк. Джерард закатывает глаза и толкает парня, который чуть не приземляется в лужу после вчерашнего дождя, настолько он занят своим безудержным смехом. — Да пошел ты, свет просто... яркий. — Ага-ага, конечно. Ты точно вампир. — До сих пор ухмыляясь, Фрэнк достает из кармана толстовки большое красное яблоко и откусывает огромный кусок, даже не предложив Джерарду, чьи глаза не понимали, что видят. — Яблоко? Серьезно? Ты всегда с собой носишь целый бушель? — Это просто фрукт, чувак. Он тебя не убьет. — Если убьет, — мрачно отвечает Джерард, — то ты будешь ответственным за это. Джерард несколько секунд крутит яблоко в руках, прежде чем укусить и отдать его обратно владельцу. Джерард думает, что ему нравится Фрэнк намного больше, чем следовало бы, и дело не только в этих узких джинсах (которые просто прекрасно — отлично — сидят на нем, если вам интересно знать). Фрэнк запрокидывает голову и снова смеется, его шея будто точеная и ярко подсвеченная солнцем, в этом есть что-то до боли знакомое, что одна мысль об этом заставляет и без этого неустойчивый состав логики Джерарда пошатнуться. Раньше он бы убедил себя, что все это лишь его разыгравшееся воображение, но сейчас все было по-настоящему, этого нельзя было отрицать, и это словно смачный удар по лицу. Все очень странно. Очень странно. До того как он заканчивает сопоставлять все факты странностей Фрэнка, тот хватает его за руку и тянет вниз по улице в сторону кафе. Золотая вывеска на двери гласит курсивом «Ковчег». Джерард отчаянно пытается угнаться за ускользающим потоком своих воспоминаний и подсказок, но он ничего не пил этим утром, так что его желудок заглушает всякие мысли. Дверь со скрипом захлопывается за парнями, а Джерард делает довольный вдох пропитанного кофе воздуха. Фрэнк ловит его блаженное выражение лица и закатывает глаза, продолжая вести Джерарда к одному из круглых столиков. — Никуда не уходи. Я сейчас вернусь, хорошо? Джерард с радостью соглашается на это предложение. Он не понимает, почему никогда раньше не замечал этой кофейни, он точно обошел каждое кафе в радиусе двадцати миль от его квартиры, но, видимо, он ошибается. Здесь все как-то странно, будто это место собрало в себе частички Парижа, Лондона и даже некоторые районы Бельвилля. Он бы с удовольствием сидел здесь часами напролет, если бы была такая возможность. Мгновенный прилив эндорфинов приходит с ароматом кофе, который загрузили в специальную машину. Он пробегается взглядом по стенам из блестящего темного дерева, а то, как мягкие огни от лампочек в настенных бра играют светом, завораживает его. Вообще, его ладони уже изрядно чешутся от недостатка в них бумаги и карандаша, он не может устоять перед красотой стеклянной витрины, выполненной в викторианском стиле. Он думает, что это кафе относится к разряду интересных и мистических мест, где встречаются загадочные люди, которые обсуждают интересные и мистические вещи. Посмотрев вниз, он обнаруживает круглое кофейное пятно на поверхности столика, гадая, чья была эта чашка, как прошел день ее владельца, где он или она сейчас, счастлив ли этот человек, что он из себя представляет. Старбакс, конечно, райское место, но он явно проигрывает подобному заведению, здесь у каждого стола своя история. Фрэнк прерывает его мечтания, отодвигая стул и ставя на стол две слегка треснутые кружки. Он падает на стул, все так же излучая свою сияющую энергию и пододвигает одну из кружек Джерарду. Тот понимает, что смотрит на свой напиток, словно хищник на добычу, но ему все равно. Он поднимает кружку, оборачивает вокруг нее ладони и наслаждается теплом, которое начинает пронизывать его кожу. Он делает осторожный глоток, ожидая, что напиток обожжет его язык. Тем не менее, этого не происходит, температура идеальная, и сам кофе просто идеальный, точно такой же, что Фрэнк отдал ему вчера. Неоспоримые нотки ореха, думает он с закрытыми глазами. Интересно. Необычно. И даже несколько гениально. Он точно вернется сюда. Или арендует здесь несколько квадратных метров и завтра же перевезёт сюда все свое добро. Это ведь не должно выглядеть странно, верно? Фрэнк машет рукой перед лицом Джерарда, улыбаясь. — Джерард? Все в порядке? Вы двое, эм... Вас оставить одних? — Иди на хуй, чувак, — огрызается с улыбкой Джерард, не имея намерений обидеть парня. — Я просто... люблю кофе. — Ага-ага. Ты не зависим, тебе он нужен, чтобы нормально функционировать. Ничего такого нездорового или странного. Джерард старается злобно на него посмотреть, но у него это не совсем получается. В последний раз он старался провернуть это с Майки, но тот лишь поднял свою фирменную бровь — чисто «Майковский» видок под названием «серьезно, Джерард? серьезно?» — и все равно забрал последнее печенье, ублюдок. Джерард старается не выдавать свою детскую натуру, но от этого лишь давится глотком кофе, отчего разбрызгивает его, начиная кашлять и задыхаться. Фрэнка тут же пробирает на смех. — Вот дурак, — прыскает он. Учитывая последние пару минут, Джерард понимает, что не может с этим поспорить, так что он затыкается и продолжает пить свой кофе (не такое уж и пожертвование, потому что, ну, понимаете, это кофе, и просто отличный кофе). Напротив него Фрэнк пьет свой напиток быстро, нетерпеливо, и Джерард наблюдает с неодобрением. Фрэнк, кажется, один из тех плебеев, кто не умеет наслаждаться кофе. С другой стороны, учитывая тот резкий и немного сумасшедший ритм, который Фрэнк отбивает ногой по полу, ему явно не требуется кофеин. Фрэнк делает завершающий глоток и ударяет кружкой о стол, словно только что выпил шот водки, облизнув губы. Джерард, между делом, конечно же, «не» пялится на его рот. Как только он допивает свой напиток, Фрэнк сразу же подскакивает и хватает его за руку, вытаскивая его из кофейни, будто очень спешит куда-то по важному делу. — Эй, Фрэнк! Подожди! Джерард не узнает этот голос, а когда они оба разворачиваются, то видят парня, который работает за кассой. Он довольно симпатичен и крепок, словно яблочный пирожок, совершенная противоположность неряшливой сексуальности с элементами панка, которой обладал Фрэнк, но — Джерард точно понимает — здесь явно что-то не так... В этих мужчинах есть что-то схожее, будто они сделаны из одного теста, понимаете? — Брендон. Так здорово видеть тебя, чувак, — произносит Фрэнк, протягивая руку Брендону для рукопожатия, но в его голосе присутствуют какие-то подозрительные нотки, будто в этой фразе есть какой-то скрытый смысл — Джерард не уверен. — Здорово меня видеть? Это все, что ты можешь сказать? Да ты вообще перестал приходить к нам! Вот сейчас Фрэнк точно одарил этого Брендона диким взглядом и тонко сжатыми губами, которые так и говорили «закрой-блять-хлебало», но Брендон похоже ничего не замечает. Это было бы очень смешно, если бы не было так странно. Брендон дуется, выглядя довольно устрашающим, несмотря на свои роскошно ухоженные волосы, безупречный кремовый фартук и белоснежную рубашку. У чувака даже бабочка есть, серьезно. Может, такое ощущение создается от грозного венчика, который он держит в своей левой руке, что покоится на левом бедре. — Фрэнк, ты всегда где-то отсиживаешься и отказываешься общаться, а когда это не так, то все лишь потому, что он снова показался, и тут становишься слишком занят! Мы скучаем по тебе. Тебя не убьет, если ты просто... И на этом моменте он замечает Джерарда. — Ох! Извини! — Его глаза быстро бегают от Фрэнка к Джерарду и обратно, и Джерард замечает, как Фрэнк устало закатывает глаза. — Я тебя не заметил, это было грубо. — Он наклоняется и берет Джерарда за руку, аккуратно ее пожимая, излучая самую настоящую позитивную энергию. Джерард слегка вздрагивает, потому что, блять, у этого парня, похоже, высокая температура. Его руки такие же горячие, как и у Фрэнка, а у того они были словно только что разогретый тост. — Я Брендон, — произносит парень на случай, если Джерард не уловил это в разговоре между ним и Фрэнком. — Эм. Джерард. Привет? — Он ничего не может поделать, он чувствует себя не в теме. Он будто снова ребенок, который оказался во взрослой компании, и он ничего не понимает. — Приятно познакомиться, — весьма серьезно отвечает Брендон. Он ужасно... яркий, каким-то образом, такой чистый и совершенный, что на него даже больно смотреть. Его глаза большие и карие, невероятно проницательные, так что Джерарду приходится отвести взгляд. Такое ощущение, что этот Брендон может смотреть буквально сквозь него, рассматривать его мысли. К счастью, Брендон снова переключается на Фрэнка. — Это не?.. — Ага, — отвечает Фрэнк немного грубо, — это оно. И нам пора. Знаешь, опаздываем. Брендон выглядит разочарованным. — О, ну, хорошо. Тогда, скоро увидимся? — Может быть. Эта мегаваттная улыбка вновь возвращается, и Джерард с трудом сдерживается, чтобы не закрыть глаза. — Хорошо, — отвечает Брендон, выглядя вполне уверенным. Он вновь оборачивается на Джерарда, чей желудок неприятно сводит. Брендон кажется очень милым (очень, очень милым), но Джерард не может отделаться от навязчивой идеи, что этот парень может читать мысли. — Приходи, когда тебе захочется, — говорит он, будто для него это действительно очень важно. — Кофе за счет заведения. Джерард тут же забирает назад все свои нехорошие мысли в сторону Брендона. — Правда? Хэй, спасибо большое! — Он чувствует, как его самая большая и тупая улыбка расползается по лицу, но ему совершенно все равно, как бы ужасно он сейчас ни выглядел. Фрэнк ухмыляется и пихает его локтем под ребра, что очень, блять, больно, намного болезненнее, чем должно было бы быть. — Богом клянусь, ты и душу продашь за кофе. Брендон, ты понятия не имеешь, что натворил. Брендон начинает смеяться, а теплая дрожь пронзает позвоночник Джерарда. Это звучит... странно, но не в плохом смысле, будто его голос эта гармония мелодий, человеческий смех не может звучать подобным образом. — Слишком поздно, Фрэнк. Пусть эту будет наказанием за то, что ты заставляешь нас постоянно волноваться о тебе. Ладно, скоро увидимся с вами! — Он машет рукой с венчиком, все так же ослепительно улыбаясь. Фрэнк лишь снова закатывает глаза, качает головой и выводит Джерарда из кафе. — Что это было? — спрашивает Джерард, пытаясь не звучать словно пятилетка. Фрэнк пожимает плечами, избегая взгляда Джерарда и шаркая ногой по тротуару. — Брендон и я... Мы очень давно знаем друг друга. Не думай об этом, — коротко ответил Фрэнк. Джерард понимает намек и больше не задает вопросов, но это не значит, что их не осталось, они внутри него, и они жаждут услышать ответ. В этом разговоре было несколько интересных частей, а именно — «ты всегда где-то отсиживаешься и отказываешься общаться, а когда это не так, то все лишь потому, что он снова показался». О чем бы это ни было (или о ком), Фрэнк явно не хочет говорить об этом. Странно, снова думает Джерард. Все очень, очень странно. Но он напоминает себе, что это не его дело. Он роется в своей толстовке в поисках сигарет и зажигалки, он трясет пачку сигарет, пока из нее не выскакивает одна сигарета и зажигалка, он поджигает табак, прикрыв огонек рукой от ветра. Глаза Фрэнка жадно рассматривают пачку сигарет, переводя этот щенячий и просящий взгляд на Джерарда. Тот закатывает глаза. — Ты не перестаешь меня удивлять, — невозмутимо произносит Джерард, но его губы все же искривляются в улыбке, и он выглядит как полный неудачник, когда предлагает Фрэнку пачку. Фрэнк берет две, одну запихивает за ухо, а другую — зажимает между губами, и тут без промедления хватает Джерарда обеими руками за воротник толстовки и притягивает к себе. Джерард издает непроизвольный писк, потому что, черт возьми, Фрэнк оказывается настолько близко к нему, что Джерард может сосчитать его ресницы, что заставляет его сердце выделывать какие-то невероятные трюки. Так и не отпуская, Фрэнк наклоняется ох-как-медленно к сигарете Джерарда, наклоняя свою голову так, будто собирается его поцеловать, а не украсть огонек. Между медленными затяжками Джерард забывает, как дышать. Это Фрэнк — прекрасный, сводящий с ума и такой незнакомый — наклоняется к нему, глаза впились взглядом в его, между ними всего пара сантиметров солнечного света. Он стоит на улице рядом с кофейней и не-совсем-целует Фрэнка, которого даже не знает, ради всего святого, но, Иисусе, это все настолько реально сейчас. Фрэнк не двигается, руки до сих пор тянут толстовку Джерарда, а взгляд впивается в глаза парня, он будто не в состоянии отвести их ни на секунду. Когда он наконец отпускает его и немного отступает, появляется такое ощущение, что время вдруг перезапустилось, а легкие Джерарда вновь стали дееспособными. Он затягивается воздухом, который пропитан никотином, стараясь не пялиться так откровенно, пока Фрэнк делает первую затяжку, а его глаза закрываются от настоящего удовольствия. — М-м, — мурлычет он, — как, блять, давно я не чувствовал этого. Он распахивает глаза и одаривает Джерарда сверкающей улыбкой. — Пошли, — говорит он через плечо, пока начинает спускать по улице. — Куда мы идем? — Джерарду не совсем нравится то, что он буквально таскается за ним. Разве у Фрэнка не должно быть пропорционально коротких ног? У Джерарда до сих пор голова идет кругом, он не понимает, что происходит. Потому что, серьезно, у Фрэнка явно какие-то проблемы с соблюдением личного пространства, но это было... Его мозг превратился в какую-то кашу. Фрэнк мог бы просто попросить гребаную зажигалку, если это все, что ему было необходимо, но, ох, нет, ему понадобилось буквально запрыгнуть на кости Джерарду посреди этой улицы. Это все слишком запутанно, к тому же одна навязчивая мысль никак не покидает задворки его сознания. Сколько уже прошло — что, дня три? — и вот он понимает, как просто может потерять голову с этим странным, прекрасным мальчиком. Он скорее падает, чем прыгает; это все происходит само по себе, он даже пальцем не пошевелил. Это пугающе, так что он перестает думать об этом, запихивает эти мысли в дальний ящик и спешит за Фрэнком.