Хочешь, чтобы я забыл, как мы целовались?

Следующие дни напоминали какой-то сюрреализм. До Сэма медленно стало доходить, что Дин счастлив. Он не помнил ничего, что произошло с ним после четырех лет, так что все плохое прошло мимо него. Из-за этого его брат вел себя так, словно ничего сверхъестественного никогда не случалось ни с ними, ни с их семьей. Он был веселым и открытым. У него осталось то же самое глупое чувство юмора, только без злого налета, который он приобрел за прошедшие годы. И он не сильно отличался от того Дина, которого Сэм знал и любил, зато темнота из него ушла. Этот Дин был настолько ярким, что Сэм едва мог на него смотреть. Когда Сэм проснулся в субботу утром, солнце только поднималось. Он потер рукой лицо и сел, опустив ноги на пол. Он совсем не выспался, чего уже давненько с ним не случалось. Но все равно натянул шорты, сунул ноги в кроссовки и спустился вниз. Попытался было прокрасться мимо Дейзи незамеченным, но прекрасно знал, что это дело гиблое, так что когда она зашумела, отстукивая радостно по полу хвостом, он на нее зашикал: - Тише ты, Дина не буди! Пришлось быстренько вывести ее на улицу, и как только она совершила утренний туалет, запереть обратно в доме. - Я скоро вернусь, - пояснил он ей, и она забавно склонила голову, прислушиваясь к его словам. Сэм закатил глаза и побежал по дороге, что расстилалась перед их домом. Он бежал по своему привычному пятимильному маршруту и думал только о дыхании и ноющих мышцах в ногах, запрещая себе размышлять о чем-либо другом. Когда Сэм вернулся, запыхавшийся и потный, немного выпустивший в атмосферу свой беспокойный утренний тремор, он какое-то время постоял на кухне, поглощая воду прямо из-под крана и тупо пялясь на яблоню в окно. Затем, немного охладившись, пошел наверх, чтобы принять душ. Посередине их кровати сидел Дин, с фотографией в руках - Джон, Мэри, четырехлетний Дин и младенец Сэмми. Старший выглядел настолько естественно, сидя там, с поджатой под себя обутой ногой, как он всегда делал, и отчего Сэм постоянно с ним ругался, что он пачкает покрывало. Но тут и сейчас Сэм просто забыл об этом. Он забыл о том, что Дин не помнит, что это его место, поэтому и улыбался. Пока Дин не посмотрел на него любопытными, добрыми глазами. - Эй, это мы, да? Дин показал фото, как будто Сэм не в курсе, что на нем изображено! И Сэма словно ударили под дых. Ему удалось не выдать себя, когда он молча кивнул. - Мама была симпатичная, - сказал Дин и закрыл глаза. - Я помню ее волосы, их запах. Сэм понятия не имел, как пахли волосы их матери. Единственные воспоминания, которыми располагал Дин - это память о тех вещах, которых младший брат никогда не знал. Дин открыл глаза и смотрел на него. Сэм постарался улыбнуться. Видимо, получилось не очень, так как на лице Дина появилось немного озадаченное выражение. - Расскажешь мне о них? Сэм прикоснулся к своей пропитанной потом футболке. - Сначала я душ приму. Дин кивнул. - Конечно, Сэмми. Нежно улыбаясь, он снова принялся разглядывать снимок в руке. Сэм склонил голову под льющуюся из душа горячую воду, позволяя ей смыть с плеч напряжение. Когда он там стоял, глядя на Дина, его поразило, почему он все время называет его Сэмми? А это все, что Дин помнит. Он помнил Сэма ребенком, и никак иначе. И ведь Сэм знал об этом. Дин едва ли называл его Сэмом вообще с момента пробуждения в больнице. Так же он не называл его принцессой, Самантой или ботаном. Только Сэмми. Дин ничего не знал о том, кем был парень по имени Сэм Винчестер. Ни единого факта. Он заставил себя выключить душ и выйти. Наскоро обтеревшись и обернув бедра полотенцем, Сэм вошел в спальню, вытащил чистую пару боксеров из ящика, и только тогда заметил, что Дин неотрывно за ним наблюдает. Сэм обернулся. Дин уставился на него, кончики ушей покраснели. Младший ощутил ответный жар. Может, его обнаженное тело подтолкнет память в нужном направлении? Тед ведь говорил - дать как можно больше информации. - Что? - Сэм буквально боролся с собой, чтобы не кинутся прикрывать голую грудь трусами. - Ничего, - Дин покачал головой. - Чувак, а ты качок. Он оттянул ворот футболки, чтобы взглянуть на себя. - У меня таких кубиков нет. Он снова глянул на Сэма. - Разве это не должно быть что-то генетическое или типа того? Передаваться по наследству? Сэм удивился сам себе - оказывается, он может смеяться. - Чувак, нет. Надо поработать, чтобы стать таким. Импульс смеяться моментально исчез, как только перед его мысленным взором предстал Дин, прокладывающий поцелуями дорожку по груди вниз, к паху. Каждый мускул живота и ниже изучен влажным языком. Очевидно, вид этих мышц вовсе не вызывал никаких воспоминаний у Дина, так что Сэму внезапно стало ненавистно дальнейшее исследование. Он отвернулся, в одной руке сжал боксеры, другой нашарил в шкафу первую попавшуюся рубашку и удрал обратно в безопасную ванную. Одевшись, он вернулся в спальню и надел джинсы. Дин по-прежнему сидел, разглядывая снимок. Но вот он поднял голову и посмотрел с надеждой на Сэма. - Сэмми? Сэм кивнул, ожидая продолжения, и присел на кровать рядом, оставляя между ними расстояние, по крайней мере, в фут. - Этот снимок сделан в Лоуренсе, Канзас. Это место, где мы родились, и это дом, в котором мы жили. Папу звали Джон, а маму - Мэри. Мне кажется, я знал об этом. Они все еще живут в Лоуренсе? Вот же черт! - Нет. Гм, мама умерла вскоре после того, как была сделана эта фотография. Дин дернул головой и шокировано посмотрел на Сэма. - Мама умерла? Она... она умерла давно? - Да, Дин. Мне жаль. - Сэм глубоко вздохнул. Надо со всем этим покончить. - И папа умер приблизительно десять лет назад. Автокатастрофа. Это самое большее, что Сэм был готов рассказать Дину о смерти их родителей. - Я не... А какой сейчас год? Сэм был уверен, что они называли Дину год, когда он проснулся, однако, может быть, то, что он забыл дату, является какой-то частью его странного нынешнего состояния "Не волнуйся и будь счастлив!". Сэм этого вообще не понимал. Если бы с ним такое случилось, то он бы яростно желал узнать все, и все вспомнить. Может, у Дина это был какой-то защитный механизм? - Сейчас две тысячи пятнадцатый, - сказал Сэм. Дин медленно кивнул. - Так после смерти мамы папа заботился о нас? Сэм считал, что тут других вариантов и быть не могло. - Да. Он хорошо о нас заботился. Сэм почувствовал, как в глазах защипало. Это была правда - Джон приложил все усилия, по крайней мере, делал все так, как он считал лучше. - Так как оно было? Мы остались в Лоуренсе? - Дин улыбался. - Я был капитаном школьной футбольной команды? Встречался с горячими чирлидершами, да? Готов спорить, что чирлидерши были, а, Сэмми? Сэм вымученно улыбнулся. - Да, Дин, были чирлидерши. Он сделал паузу, пытаясь решить, сколько же можно сказать, затем продолжил: - Но не в Лоуренсе. Мы много переезжали. Дин смотрел на него с любопытством. - А чем занимался папа? - Мм, всякие случайные заработки. Он находил работу в любой точке страны. Иногда мы оставались на одном месте несколько месяцев, а иногда переезжали без остановок. - А кто-нибудь из нас поступал в институт? Ты выглядишь умником, Сэмми. Он прикрыл глаза, задумавшись, затем открыл их и покачал головой. - Мне не кажется, что у меня здесь присутствует высшее образование, - весело сказал он, постучав себе по лбу. - Ты - нет. Я пару лет учился, - неохотно признался Сэм. Он очень надеялся, что Дина не заинтересуют подробности. Если бы у него была возможность все переиграть, он никогда не уехал бы в Стэнфорд. Все равно это не имело никакого значения, ничего в итоге не изменилось, но его отъезд причинил Дину сильную боль, а об этом Сэм очень сожалел. - Я знал, что ты умник! - воскликнул Дин торжествующе. Он еще раз взглянул на фото в его руках, и затем, казалось, потеряв интерес, встал. - Ты как насчет завтрака? Слона бы съел! Тэд сказал, что Дину ничто не препятствует снова выйти на работу. Его физическая травма головы вылечена, и психически он здоров. Плюс ко всему, наступила весна, и строительство набирало обороты после зимнего затишья. Рон с радостью принял Дина обратно в бригаду, даже невзирая на то, что Дин кое-какие навыки подзабыл. - Эй, ну он же живой человек и все равно помнит, как работать. В большинстве случаев он знает, что надо делать. Рон рассмеялся и взял из рук Сэма пиво. - Вот только не помнит, как работать с пневмопистолетом для гвоздей. Наверное, какой-то ментальный блок. Был теплый апрельский вечер, и они втроем сидели на их маленьком заднем дворе и болтали ни о чем. Дин засмеялся вместе с Роном, который как раз переворачивал гамбургеры на гриле. - Я просто ничего не могу с собой поделать. Кажется непривычным держать оружие в руках. - Это не оружие, - резко вставил Сэм. Дин и Рон удивленно посмотрели на него, на что он просто пожал плечами. - Не оружие. Он молча забросил мячик Дейзи к самой ограде и смотрел, как она понеслась за ним. - Ла-адно, Сэмми, - протянул Дин. Сэм очень скучал по такому голосу брата, но сейчас ему было больно его слышать. Дин раскидал гамбургеры по тарелкам, и они втроем уселись за обшарпанный садовый столик и принялись есть мясо и салат с пастой, запивая все это ледяным пивом. Беседа была приятной и поверхностной, как и большинство разговоров с Дином в последнее время. Весь нараспашку, как понял уже Сэм, внутри больше ничего не спрятано. Так как Сэм чаще всего работал дома - проводил всякие исследования и печатал на своем лэптопе, Дин начал ездить на работу на машине младшего брата. Это все еще была та самая машина, взятая напрокат у Чарли. Они оба надеялись, что Дин когда-нибудь снова проявит интерес к своей Импале. - Твоя машина в гараже, ты в курсе? – напомнил ему Сэм. - Знаю, и все жду, когда они ее починят, - ответил Дин таким тоном, словно это была простая машина, и словно было в порядке вещей, что к ней прикоснется кто-то чужой. - Я думал, ты сам захочешь ее отремонтировать, - не глядя на брата, сказал Сэм. Он совсем не хотел прочесть на его лице безразличие. - Я? – У Дина от удивления глаза округлились. – Я что, механик? Мне казалось, я - строитель. - Ты не можешь не помнить, что в жизни можно уметь делать не одно дело, - грубее, чем следовало, сказал Сэм. – Эта машина… Она очень важна для тебя, поэтому я и думал… Дин легкомысленно пожал плечами. - Как скажешь, старик. Но машина - это просто машина. И если она в хлам, то нам стоит найти себе другую. Он рассмеялся. - А если тот кусок дерьма, который ты водишь, и есть хорошая машина… Он замолчал, заметив, как на него смотрят Рон и Сэм. - Что? - Дин, друг, эта машина - твоя гордость и твоя радость, - сказал Рон. – Я даже случайно слышал, как ты ее называешь деткой. - Ни за что, - удивленно улыбнулся Дин. – Машина - это просто средство передвижения, -заявил он повторно. Однако задумался. - Подождите, так поэтому у меня полно журналов "Популярная механика"? Я, типа, помешан на автомобилях? Ух, ты! – Он покачал головой. – Это так странно. Сэм решил, что его сейчас стошнит. Ну, как он, блядь, вообще мог быть его братом? - Давай завтра после работы заедем на нее посмотреть? - как можно обыденней спросил Сэм. - Как скажешь. Если тебе от этого полегчает, - легко согласился Дин. И странно, но Сэм поверил, что Дин именно об этом и думал, когда соглашался. Как потом понял Сэм, поездка в гараж к Чарли провалилась. Они притормозили у ворот гаража, и Дин вышел из машины, неуверенно осматриваясь. Их вышел встречать сам Чарли. - Привет, я - Чарли, - протянул он руку для приветствия. Такое впечатление, что он каждый день называет свое имя давно знакомым парням. Сэм был ему безмерно благодарен за такое тактичное поведение. - Дин, - брат пожал протянутую руку, улыбнулся облегченно. – Но ты это и так знаешь. - Точно, - соглашаясь, улыбнулся Чарли. Сэма он приветствовал шлепком по плечу. – Привет, Сэм. Они втроем постояли еще какое-то время на посыпанной гравием парковочной площадке. Это неловкое ожидание - кто же сделает первый шаг - наконец прервал Чарли: - Ну, что, пойдем, посмотрим на твою красавицу. - Ладно, - Дин неуверенно улыбнулся в ответ. - Она и правда когда-то была милашкой. Дин провел рукой по капоту Импалы, и на какую-то секунду Сэм ощутил надежду, что все вернулось, у него даже слегка голова закружилась. - Но не уверен, что ее стоит ремонтировать. Ну, то есть... Какого года эта штука? - 1967, - сказал Чарли почтительно. - Ого, так она старая! Это же… - Дин остановился, нахмурившись. – Какой там год сейчас, Сэмми? У Сэма от всего этого горло словно запечатало, и он не мог ничего произнести, только помотать головой. - Сейчас две тысячи пятнадцатый, - нервно рассмеялся Чарли, заглядывая в лицо Дину. – Не мучайся, ей сорок восемь лет. - Ни хрена себе! - сказал Дин, и в его голосе послышалось почтение. И стало ясно, что таким образом он просто выразил мнение о том, насколько она старая, а не подумал о том, как давно она была с ними и насколько красивой была эта машина. Что она была их домом, невзирая ни на что. Дин пожал плечами. - Делай, как знаешь, Сэмми, - сказал он просто, и прозвучало это так, будто ему действительно наплевать, что случится с этой машиной. Сэм позвонил Чарли на следующий день, и они договорились, что оставят пока Импалу в гараже, и Сэм будет выплачивать помесячную аренду. Что чинить ее пока не надо, так как Сэм был уверен, как только к Дину вернется память, он захочет отремонтировать ее сам. - Но Сэм, если пройдет много времени, поврежденные места просто проржавеют. Твоему брату не понравится, если я позволю такому случится. - Дай мне знать, когда придет время. Сэм верил, что память вернется до того, как машина начнет ржаветь. В доме как такового подвала не было. Был просто небольшой подпол, хотя Дин, например, мог там встать во весь рост. Вход являл собой две массивные створки, открывающиеся вверх, как в "Волшебнике из страны Оз". Братья надежно закрывали его на несколько замков, а ключи прятали в разных местах, например, под поддельным камнем и старым цветочным горшком. Дин считал, что опасно держать их вещи взаперти. И больше всего он опасался оказаться неподготовленным в случае чего сверхъестественного, а не того, что кто-то случайно (а надо сказать, гости вообще нечасто к ним захаживали) забредет к ним в подвал. Но Сэм настоял, поэтому все следы их прошлой охотничьей жизни нашли там свое пристанище. Соль, ружья, жидкость для розжига, святая вода, распятия, миллион всяких книг, даже нож Руби был там. Время от времени они получали сообщения о том, что нечто сверхъестественное требует ликвидации, и выезжали на охоту. Но по большей части, с возвращением Левиафанов назад в Чистилище и Бога на Небеса, они не часто спускались в этот подвал. Сэм понятия не имел, как Дин нашел ключи. Возможно, это было естественное любопытство четырехлетнего пацана, которым он так ясно себя ощущал, но это произошло. Сэм зашел за угол дома, и увидел, что обе створки двери подвала широко распахнуты. Вот, блядь! Скачок адреналина впрыснул в кровь немного паники, отчего кожу на лопатках стало покалывать. - Дин? Сэм спускался вниз по ступеням, наклонив голову. - Дин! Сэм замер и глубоко вздохнул. Дин стоял с ножом Руби в одной руке и его старым обрезом в другой. Он явно был и восхищен, и напуган своими находками. - Ничего не хочешь мне рассказать, а, Сэмми? В его голосе слышались нотки раздражения, и это было так похоже на старого Дина, что у Сэма в груди опять блеснул лучик надежды. Может быть, вся эта охотничья хрень заставила его хоть что-то вспомнить. Сэм неотрывно смотрел на Дина, потом кивнул на нож в его руке. - Ты его помнишь? - Нет. Зачем мне помнить нечто подобное? Дин уставился на нож, будто это была самая жуткая штуковина в мире. Может, он таким и был на самом деле. - А это, нахрен, что такое? Дин махнул рукой с ружьем, обводя комнату вокруг, и Сэм инстинктивно вздрогнул. - Чувак, - сказал он резко. - Поосторожней с этим. Дин бросил ружье, словно оно ему руку обожгло, и Сэм снова дернулся. - Блядь, Дин, хватит уже. - Боже, - дрожащий голос показал, насколько он был напуган. – Что за хрень, а? - Дин, я все объясню, - протянув руку к брату, произнес Сэм. - Нет, серьезно, что за фигня? – Дин уже почти визжал, и Сэм смог расслышать, как на заднем дворе Дейзи залаяла в ответ на этот крик. – Что все это за дерьмо, и почему оно у нас в подвале? - Положи нож! Осторожно! Блядь, Дин, смотри, что ты делаешь! – Сэм покрылся потом от испуга. – Прекрати махать оружием и давай уйдем отсюда! – Ему удалось схватить протестующего брата за руку. - Я все тебе объясню, давай просто найдем место, где ты не поубиваешь нас. - Эй! - искренне возмутился Дин. Сэм с удовольствием заметил, что это явно улучшение, по сравнению с недавней паникой. На мгновение возникла опасность, что Дин не сдвинется с места без объяснений, но тут он снова осмотрел комнату и побледнел от одного вида развешанных в ряд на дальней стене мачете разных видов. - Хорошо, давай убираться отсюда, - заявил он, и, оттолкнув Сэма, зашагал вверх по лестнице. Дейзи дожидалась их у входа и, как только они вылезли, залаяла на Сэма. Она прекрасно помнила - если хозяева спускались туда, значит, они скоро уедут. А, следовательно, Сара Браун, живущая дальше по улице, будет заходить, проверять, есть ли еда и вода, и выводить ее пару раз в день. Сэм знал, что Дейзи не нравилось оставаться одной, потому что она всегда протестовала, когда они исчезали в подвале, чтобы прихватить кое-что для охоты. - Ладно, девочка, все нормально, - Сэм похлопал ее по голове. - Пошли в дом. После того, как Дин уселся за кухонным столом с пивом, а Дейзи присела на полу около него со своей любимой косточкой в зубах, Сэм начал: - Хорошо. Это прозвучит странно. Вообще, все это довольно невероятно. Просто... ты просто выслушай. Дин сделал большой глоток пива и затем махнул бутылкой Сэму. - Мне понадобится что-то покрепче? - Давай пока отложим это, - ответил Сэм. После аварии Дин лишь изредка баловался пивом и вообще не притрагивался к виски. Сэм очень хотел, чтобы так и оставалось. Младший осушил свою бутылку пива, лихорадочно соображая, как, черт возьми, начать свой рассказ. Нырнул в холодильник еще за пивом. Одну бутылку вручил удивленному Дину, вторую открыл сам. Присел за стол и уставился в окно над раковиной, собираясь с мыслями. - Чувак, разродись уже. Кончай увиливать. Ты - серийный убийца? Был лишь один способ решить эту проблему. Сэм глубоко вздохнул и начал: - Ладно. Существует всякое… сверхъестественное. Такие штуки как… как призраки. Он решил, что с этого легче всего начать. Боже, он очень надеялся, что Тэд был прав, насчет того, что люди с амнезией все же сохраняют какие-то общие воспоминания, даже потеряв память о событиях из своей личной жизни. Он не знал, как будет объяснять существование вампиров или оборотней, если Дин не имел представления, что это вообще за создания. У Дина в памяти остался довольно обширный пласт информации о разных любопытных культурных фактах, и Сэм мог только надеяться, что у него все еще был к нему доступ. - Призраки? Как Патрик Суэйзи? Сэм облегченно выдохнул. - Да, типа того. И еще есть вампиры и оборотни. Этого, думается, достаточно для начала. В базе общих данных памяти Дина об окружающей его жизни, кажется, совсем ничего не осталось о вендиго или штригах. - И эти штуки реальны, - в голосе Дина не прозвучало вопросительных интонаций, но Сэм все равно согласно кивнул. - Кроме всего прочего. - И? - И мы на них охотимся, - Сэм смотрел прямо в глаза Дина. – Охотимся, убиваем, мешаем им вредить людям. Все, что там, в подвале… Мы этим пользуемся. Он ждал. Почти не дыша, ждал со страхом, что Дин сейчас встанет и выйдет из кухни. А также из жизни Сэма. - Мы охотимся. И убиваем? Мы с тобой? Дин выглядел сейчас более задумчивым, но изумлялся уже меньше. Сэм и не смел ожидать такой реакции, после того как старший узнал, что они убивали монстров, и что большая груда смертельного оружия в подвале - это то, чем они привыкли пользоваться для этой цели. - Зачем? – все-таки спросил Дин. - Зачем что? - Сэм не понял вопрос. - Сэмми, - нетерпеливо объяснил Дин. - Зачем мы охотимся за ними и убиваем? – Ну, как я уже сказал, чтобы они не причиняли вред другим людям. Зачем же еще? – ответил Сэм, словно это было просто и понятно и без пояснений. - Не, это-то я понял, - и голос Дина прозвучал уверенней. – Я спрашиваю - почему мы? О, вот вопрос на шестьдесят четыре доллара! И ответов на него было огромное количество. С самого начала явно не расскажешь. Да и с какого начала? С Каина и Авеля? Люцифера и Михаила? Захарии и Азазеля? И Сэм решил начать с Джона и Мэри. - Пожар в доме, где погибла Мэри, не был случайным, - сказал Сэм, не особо подбирая слова. – И папина автомобильная авария тоже не была несчастным случаем. Их убили демоны. Сэм внимательно следил за лицом брата, пока рассказывал. В эти дни Дин существовал без сотни своих защитных масок, без стен, окружавших его душу, без своих язвительных шуточек, сдерживаемых эмоций и без алкоголя. Его лицо было чистым, он ничего на нем не прятал и ничего не скрывал. Но на это было нелегко смотреть. Сэм практически не помнил, когда видел у Дина выражение невиновности или же чистого шока. Этого уже так давно не случалось. - После смерти мамы папа понял, что ее убило нечто сверхъестественное. Он стал охотником и нас этому научил. Существо, на которое он охотился, наконец догнало его восемь лет назад. Сказать это оказалось легко, и он подумал, что именно вот такой простой и понятный рассказ - то, что сейчас было нужно Дину. Дин смотрел еще какое-то время, потом моргнул и проговорил: - Я... я думаю, что верю тебе, Сэмми. Ну, то есть, зачем бы еще там были все эти вещи в подвале, - он задумался. - Я так понимаю, что все это означает, что мы с тобой невъебенно круты, а? Сэм захохотал. - Да, Дин, мы невъебенно круты. Старший еще задал пару вопросов, пока они допивали пиво, но в целом он казался удовлетворенным общими фактами и не требовал подробностей. На его память, по-видимому, эта информация никак не повлияла, так что когда он сказал, что хочет вывести Дейзи на прогулку, Сэм не протестовал. Сэму, вообще-то, не часто снились кошмары. Кроме того времени, когда его мучили видения. Но кошмары – нет. Его подсознание очень редко подсовывало ему всякое дерьмо во сне. И сейчас если ему снился кошмар, то обычно он был о Преисподней. И он подозревал, что его кошмары не шли ни в какое сравнение с жутиками Дина. Тот, конечно же, преуменьшал ужасы своих сновидений и вел себя так, словно лично виноват в плохих снах младшего братишки. Это очень беспокоило Сэма, пока он не сообразил, что это нужно Дину, что ему необходимо ставить Сэма с его снами про Ад всегда на первое место. Это то, с чем он мог хоть как-то справиться. Но теперь Дин не тащит на себе весь этот груз вины. Ничего не знает о том, что Сэм побывал в Аду, и почему он там оказался. Ни черта не знает ни о сделках, ни о демонской крови или о сломанных Вратах Ада. Ни о Печатях или предательстве. Этот Дин не знает об ангелах или судьбе, и поэтому, когда Сэм однажды ночью, спустя две недели после возвращения Дина домой, разбудил его своим криком, старшему было просто интересно, но и не сказать, чтобы очень сильно. Тогда Сэму приснилась обычная хрень: невыносимая жара, липкая кровь, воздух, насыщенный медным зловонием. Голос Люцифера, предвкушающий развлечения с огоньком, пощекотал кожу за ухом Сэма, когда он подкрался сзади, обвил себя вокруг Сэма, обернул его своими руками, жестко обхватывая пальцы Винчестера. В правой руке, сжатой в кулак, скальпель. Сэм жуть как хотел его отбросить, распрямить пальцы, обнимающие ручку из твердого металла, но Люцифер быстро зафиксировал его кисть и заставил врезаться в плоть Дина, как будто это было масло. Другой рукой Люцифер вынуждал Сэма сдирать кожу с груди Дина, его живота, горла, отовсюду, где он скальпелем выводил причудливые дорожки. Дин кричал до тех пор, пока скальпель не вонзился глубоко в его гортань. Крики стали тогда беззвучными, но они все еще были, брызгами крови в лицо, оглушая Сэма. Люцифер надавил на руки Сэма, заставив его опустить их ниже, срезая кожу и мышцы лентами, вычерчивая кровавую линию вниз по внутренней стороне бедра Дина. - Сэм! Сэмми, проснись! Сэм! Голос Дина. Но как это возможно? Ведь он беззвучно кричит. Это невозможно, и Сэм не мог выносить этот голос, напряженный от мучившей его агонии, хриплый от постоянных криков. - Нет, нет! - и это уже орал Сэм, выворачивая свои руки из захвата Люцифера и тяжело ударяясь обо что-то с глухим стуком. - Сэм! Ох, блядь, Сэм, проснись же! Чьи-то руки хватали его за запястья, и Сэм боролся за свою свободу, а голос Дина становился все слабее и терял жуткие интонации боли и страха из кошмарного сна Сэма. Сэм смог, наконец, вздохнуть, вынырнуть из кошмара и очнуться в своей постели. Хватка на его запястьях ослабла, а затем и вовсе исчезла, после чего Сэм, часто и тяжело дыша, снова упал на матрас. - Сэм? - Дин позвал его мягко. - Сэмми, ну давай, открой глаза. Сэм сделал то, что ему сказали - открыл глаза и увидел взволнованное лицо брата над собой. Облегчение показалось в глазах Дина, и он откинулся назад, неловко похлопав Сэма по плечу. - Ну, ты в порядке теперь, чувак? Должно быть, кошмарный сон тебе приснился. Сэм помнил, как обычно старший просыпался от кошмаров. Во рту пересохло и он попытался сглотнуть. Сэм кивнул брату и прохрипел: – Да. Я уже в норме. Он был далеко не в порядке, но этого Дина он не мог просить дать ему то, что нужно. Этот Дин не обернется вокруг него всем телом, не сожмет его в объятиях, и не сдавит его кисти с такой силой, чтобы прикосновения любимого брата смыли ощущения от рук Люцифера. Этот Дин не станет осыпать нежными поцелуями затылок или чувствительную кожу за ушами, шепча: "Все хорошо, Сэмми, я с тобой". И повторять это снова и снова, дыша в шею, пока не исчезнет даже отзвук голоса Люцифера. И этот Дин не сунет свою ногу между колен Сэма. Не возьмет член Сэма в руку, стягивая боксеры младшего вниз достаточно, чтобы его собственный член улегся ровненько между ягодиц. Этот Дин не будет одной рукой дрочить перепуганному младшему брату, а второй крепко удерживать его в захвате, и изливаться своим оргазмом ему в задницу до тех пор, пока сон не растает, не исчезнет совсем за стеной, которой давно уже нет. Сэм всегда был так благодарен Кастиэлю за то, что тот забрал его воспоминания. Дин тогда сказал, что это меньшее, что ангел мог бы для него сделать. Старший так никогда до конца и не простил его за то, что тот сперва все-таки сломал стену в памяти Сэма, хотя сам Сэм уже давно простил Каса. Дин рассматривал его как-то неуверенно, затем отстранился, убрал руки и встал. - Гм, хорошо, я тогда вернусь в свою кровать. Он жестом указал на свою комнату, и Сэму пришлось крепко сжать зубы, чтобы сдержать слова, готовые вырваться. Он хотел попросить Дина остаться, растянуться рядом, вернуться туда, где он должен быть, но Сэм не смог. Он потратил остаток ночи, бездумно пялясь в темноту, чувствуя себя более одиноким, чем когда Дин был в Аду.