В главных ролях

На следующее утро Джон Ватсон проснулся в новом мире. В этом новом мире он был голубым мужчиной, состоящим в голубых отношениях с другим голубым мужчиной, и вообще - все вокруг было голубее, чем небо в майский день. Джон не чувствовал никакой разницы между собой сегодняшним и собой вчерашним или между собой до встречи с Шерлоком - и после. Он уже давно перестал ломать себе голову над тем, как ему себя классифицировать. Гей? Бисексуал? Натурал с оговорками? Имело ли это вообще какое-нибудь значение? Ему, впрочем, хватало мудрости понять, что как бы он сам себя не позиционировал, мир применит к нему свои собственные критерии - и объявит геем. Джон любит Шерлока, находит его сексуально привлекательным, и его тело доставляет Джону наслаждение. Значит, он гей, правильно? Но не будь они с Шерлоком вместе, нравились ли бы Джону другие мужчины? Стал бы он искать другого партнера мужского пола или снова начал встречаться с женщинами? “Если бы мы с Шерлоком не были вместе”. Джон не мог себе такого представить - не быть вместе с Шерлоком. Уже не мог. Он повернул голову и посмотрел на Шерлока. Тот, развалившись на спине, спал рядом. Косые лучи раннего утреннего солнца пробивались в окно их спальни и отбрасывали тени на инопланетном рельефе лица Шерлока. Джон медленно обвел его взглядом. У Джона было достаточно времени, чтобы изучить эти черты, но каждый раз, когда он смотрел на Шерлока, то всегда находил новый предлог им полюбоваться. Словно почувствовав на себе взгляд Джона, Шерлок открыл глаза и посмотрел на него со своей подушки. Какое-то время они лежали молча, разделяя друг с другом тепло своих тел и солнечный свет нового дня и новой реальности, с которой им скоро придется столкнуться. - Полагаю, излишне надеяться на то, что вчерашний день мне только приснился, - хриплым от сна голосом пробормотал Шерлок. Джон улыбнулся. - Это был не сон, чему я очень рад. И плевать, что нас теперь ожидает. Я рад, что больше не надо прятаться. И еще рад, что ты мой, и весь мир об этом знает. Шерлок погладил его по щеке. - У меня такое странное ощущение. Даже не знаю, как его описать. - Пора бежать за врачом? Шерлок засмеялся. - Вряд ли это что-то медицинское, скорее, эмоциональное. Я подозреваю, что это… - Он вздохнул. - Мне кажется, то, что я ощущаю - это счастье. Улыбка Джона стала еще шире. - Правда? - Да. Это ни на что не похоже, и я начинаю понимать, почему люди так настойчиво к стремятся к счастью. Джон нежно его поцеловал. - Ты делаешь меня очень счастливым. Чуть нахмурившись, Шерлок смотрел на его губы. - Правда? - Правда. - Хотел бы я знать, как у меня это получается. - Разве так важно знать - как? - Конечно. Что бы я там ни делал, я хочу продолжать делать это и дальше, чтобы ты постоянно был счастлив. Если я не буду знать, что именно я делаю, я могу случайно перестать. - У тебя не получится. Тебе для этого придется перестать быть самим собой, а я сомневаюсь, что ты на это способен. - Хм… Наверное, и правда неспособен, - Шерлок притянул Джона к себе и поцеловал. Обвив руками его стройное тело, Джон ответил на поцелуй, а затем опрокинул Шерлока на спину и устроился сверху. - Знаешь, как мне хочется провести сегодняшний день? - прошептал он. - Как? - Весь день валяться с тобой в постели и заниматься любовью. - Хм-м… Как бы ни была соблазнительна эта идея, боюсь, что у сегодняшнего дня на нас другие планы. Хлопнула дверь гаража, а затем послышались шаги Ирэн. - Мальчики, - крикнула она. - Я ставлю вариться кофе, а потом иду наверх. Так что если вы заняты, то давайте быстрее. У вас пять минут! Время пошло! “Мальчики” захихикали. - Она что, подслушивала? - спросил Джон. - В принципе, пяти минут хватит, чтобы как следует поцеловаться, - заметил Шерлок. - Тогда давай не будем терять ни секунды, - сказал Джон. Он расслабился в объятиях Шерлока и полностью растворился в поцелуе. Такие поцелуи он любил больше всего: сонное тепло, шершавость от щетины, уютный кокон постели, бесконечные объятия и никакой спешки. Скоро в спальню проник запах кофе, а с лестницы послышались шаги Ирэн. Они неохотно оторвались друг от друга. К тому моменту, когда в спальню вошла Ирэн, неся в одной руке сразу три кружки кофе, а в другой свою здоровенную сумку, они уже успели благопристойно расположиться на кровати и целомудренно прикрыться одеялом. - О, здорово. Вы и правда не спите. А то я сомневалась, - Ирэн подала им кружки с кофе, а потом забралась на постель и уселась по-турецки у них в ногах. На ней были джинсы и футболка группы Band of Horses. Волосы заплетены французской косичкой, на лице никакой косметики. Все это делало ее похожей на студентку, которая затеяла то ли уборку, то ли перестановку мебели. - Доброе утро, - сказал Джон, поудобнее устраиваясь в кровати. Ирэн, казалось, совсем не смущал тот факт, что ее клиенты были в чем мать родила. Эти трое уже давно перестали друг с другом скромничать. Шерлок внимательно ее разглядывал. - Ты совсем не спала, да? - Сон - это для слабаков, - вид у нее был несколько одержимым. - О, господи, сколько кофе ты уже выпила? - спросил ее Джон. - Кофе? Я тебя умоляю. Кофе я пью вместо успокоительных. Я уже накатила пятерку “Рокстаров”, - Ирэн одним махом опрокинула себе в рот полчашки кофе. - Надеюсь, вы хоть поспать успели, а то денек у вас будет очень длинный. - Насколько все плохо? Мой телефон пока молчит. Ирэн наградила Джона взглядом, как бы говоря: “Милый, какой ты наивный”. - Джон, ты как маленький. План “Дельта” включает в себя переадресацию всех ваших входящих телефонных звонков, мейлов и текстовых сообщений ко мне в офис. С того момента, как вы вчера во второй раз появились на сцене, Бруно начал фильтровать все ваши средства связи. - А, ну да. Неуловимый Бруно, - хихикнул Джон. - Он проверяет все входящие запросы. Не волнуйся. Скоро вам начнут пересылать все, что надо будет увидеть или услышать. И не беспокойтесь по поводу своей родни. План “Дельта” подразумевает также и их защиту. Прессу мы к ним не допустим. Джон с трудом удержался, чтобы не хлопнуть себя по лбу. - Моя родня. О, господи… я о них даже не подумал. - Джон, Гарри уже поговорила с твоими родителями, братьями и сестрами. Их телефоны и почту тоже взяли под охрану, так что проходить будут только звонки и сообщения от контактов из белого списка. Им не будут досаждать. Шерлок, с твоим братом я имела беседу еще несколько недель назад. Он меня уверил, что уже предпринял все необходимые меры предосторожности и что их будет достаточно. - Не сомневаюсь, - сухо сказал Шерлок. Ирэн зажала кружку кофе между своими скрещенными ногами и достала Айпад. - Чего вам сначала - любви или ненависти? Шерлок с Джоном переглянулись. - Давай сначала ненависти, - сказал Джон. - У консервативного радио сегодня прямо именины сердца. Не буду утомлять вас деталями их бредней по этому поводу, сами догадаетесь, не маленькие. В Канзасе какой-то радио-диджей собирает среди населения диски с вашими фильмами для публичного сожжения. - Прелестно, - сказал Шерлок. - Как это по-христиански. - Пусть жгут “Медовый месяц в Майами”, сколько влезет, - фыркнул Джон. - Я им сам пришлю все экземляры, которые остались в продаже. - А что там на студии? - спросил Шерлок. Ирэн скривилась. - Они, конечно, не в восторге. Джим вчера звонил. Чуть не разорвался, бедный: одновременно радовался за вас и трясся за судьбу фильма из-за всей этой шумихи, - она провела пальцем по экрану планшета. - Еще по вам плачет легион обездоленных фанаток, лишившихся иллюзорного шанса заполучить ваши великолепные гетеросексуальные персоны. Ну и прочая шелупонь завела свою любимую волынку про то, как вы будете гореть в аду и как вам теперь нельзя смотреть в глаза приличным людям, - Ирэн вздохнула. - А СМИ просто жаждут хоть какой-то информации. “Пипл” вчера уже ушел в печать, но потом весь тираж отозвали, чтобы поместить вас на обложку и тиснуть в номер статью. Думаю, что большинство желтушных журналов сделали то же самое. - Они уже и статью написать успели? - недоумевающе спросил Джон. Ирэн снова наградила его взглядом из серии “Милый ты мой...” - Джон, обложку со статьей они давно заготовили, оставалось только добавить подробности вашего откровения. Эти люди хорошо знают свое дело. - А-а, - протянул Джон, чувствуя себя полным профаном. - Но не все новости плохие. Говард Стерн сегодня все утро говорил только о том, какие вы молодцы. Его послушать, так вы восстали против системы, или как он там выразился. Интернет в своей основной массе тоже от вас без ума. На “Oh No They Didn’t” про вас запостили уже пятую подборку ссылок, а в комментах там просто вечеринка. Фанатские форумы по большей части в экстазе. Отредактированная версия вчерашнего выступления распространяется, как вирус. Когда я заглядывала туда в прошлый раз, там было уже восемьсот тысяч просмотров, и их количество быстро растет. Джон покачал головой. - Я поражаюсь такой скорости. - Бруно говорит, что когда в интернете происходит какая-нибудь эпическая фигня, спать никто не ложится, - ухмыльнулась Ирэн. - Так, ладно. Встреча “Бригады Ух!” через час. Джон рассмеялся. - “Бригады Ух!”? - Это я придумала, так что не спорь с бригадиром. Твое дело маленькое - быть звездой экрана. - А кто у нас еще в “Бригаде Ух!”? - спросил Джон. - Салли и Гарри, Майк, Грег и, конечно, Бруно, хотя этот будет принимать участие только по телефону. Они уже в пути. Гарри обещала привезти пончиков. Так что вставайте и марш в душ. Я буду внизу, - с этими словами Ирэн вскочила и исчезла в дверях. Джон вздохнул. - Пять “Рокстаров”. Шерлок допил кофе. - Ну что, я первый в душ? - Ага, давай, - Джон смотрел, как Шерлок встает и идет в ванную, на ходу приглаживая волосы. Джон склонил голову набок, с удовольствием разглядывая его стройные бедра и задницу. Потом отставил в сторону кружку с кофе и откинулся на подушки. “Мать-мать-мать, денек будет еще тот.” *** Когда, приняв душ и одевшись, Шерлок и Джон спустились вниз, Гарри уже успела приехать вместе с пончиками, а Салли варила новую порцию кофе. Подключив к Айпаду клавиатуру, Ирэн устроилась за столом. По громкой связи доносился голос Бруно - типичный хрип заядлого курильщика. Джон любил фантазировать о том, кто таков этот таинственный Бруно. Шерлок же успел кое-что вычислить, но не спешил делиться информацией. Бруно лет двадцать пять-тридцать. Жаждущий признания музыкант родом из Бостона. Как минимум одно законченное высшее образование и по крайней мере один внебрачный ребенок, с матерью которого он уже расстался. И еще - Бруно отчаянно влюблен в Гарри Ватсон. - Только что звонили из офиса Леттермана - удостовериться, что Шерлок во вторник примет участие в программе, - хрипел по громкой связи голос Бруно. - Из офиса Эллен спрашивают, не сможет ли Джон поговорить с ней сегодня днем. - Ну, тут у нас все в ажуре. Джон, поговоришь с Эллен? Зуб даю, она позовет тебя на эксклюзивное интервью. Справишься? - Так это же будет только в среду. Может, к тому времени голова у меня хоть чуть-чуть встанет на место. - Бруно, можешь передать, что Джон согласен. И внеси номер Эллен в белый список. Позже к ним присоединились Грег и Майк. Они тискали Шерлока с Джоном в объятиях, жали им руки, умудряясь выглядеть одновременно радостными и озабоченными, открытыми и осторожными. Шерлока завораживал этот противоречивый язык жестов. Казалось, всем было неудобно впадать в отчаяние из-за того, что по сути являлось источником счастья для их клиентов. Когда все с кофе и пончиками расселись за столом, Ирэн жестом потребовала внимания. - Так. Ладно. Ближе к делу. Живи мы в идеальном мире, то сейчас мы бы только и делали, что выражали Джону и Шерлоку наши наилучшие пожелания, а потом перешли бы к обсуждению цветов их костюмов для премьеры фильма. Увы, наш мир пока далек от идеала. Шерлок всмотрелся в лица присутствующих, серьезные и решительные, будто здесь и сейчас обсуждалась стратегия грядущей битвы. Впрочем, именно этим они, вероятно, и занимались. - Первым делом взгляните вот на это, - Ирэн резко развернула свой Айпад, чтобы показать фото Шерлока и Джона, сделанное вчера у ресторана. Те держались за руки, смотрели друг другу в глаза и счастливо улыбались. - Лучше не придумаешь. Все борзописцы используют именно это фото для своих почеркушек. Никто не потащит из закромов неудачные фотки и не станет пытаться добыть новые, еще более неудачные. Таким образом мы уже контролируем ваше присутствие в СМИ, потому что вы вчера решили выйти из парадной двери, как хозяева положения, черт подери! Молодцы. - Мы это не специально, но рады, что тебе понравилось, - сказал Джон, ухмыляясь. - Однако больше мы не будем полагаться на случайные победы. С этой минуты самое главное - действовать с умом. К счастью, многое играет нам на руку. - Правда? - нахмурившись, спросил Шерлок. - А я думал, положение отчаянное. - Ну, не такое отчаянное, как могло бы быть. Во-первых, ты как-то умудрился выбрать самое подходящее время. Если бы вы и правда собирались обнародовать ваши отношения до выхода фильма, я бы порекомендовала вам сделать это за две-три недели до премьеры. Для СМИ две недели - это целая вечность. Вроде и премьера уже скоро - это фильму только на пользу, но и есть время в запасе, чтобы основная шумиха успела затихнуть. К тому же, велики шансы, что какая-нибудь новая сенсация успеет потеснить вас из заголовков. Во-вторых, это большая удача, что вчера все получилось так спонтанно. Никто не сможет сомневаться в искренности того, что произошло. Все было по-честному, искренне и непредсказуемо - это вызывает сопереживание. Все вчера видели, как трудно и неприятно вам было скрываться, и это отличный пример несправедливости того, что кто-то вообще вынужден это делать. Люди будут вам сочувствовать. Также большой плюс в том, что никто из вас обоих не состоял перед этим в отношениях, так что за вами не тянется шлейф разбитых сердец и травмированных фотогеничных младенцев. И еще. Вы оба… Вы оба, извините за прямоту, не похожи на гламурных гомиков. Мне неприятно выражаться такими терминами, но что есть, то есть. Даже если бы великое гей-лобби на небесах специально решило создать пару звезд мировой величины для совместного каминг-аута, им не удалось бы найти никого лучше вас. Джон осторожно улыбнулся. - Это ты нас так подбадриваешь? Надо сказать, у тебя получается. - Не расслабляйся. Теперь мы должны контролировать информацию и ваше присутствие в СМИ. И это будет ходьба по лезвию бритвы, ребята. Начнется настоящая осада. Я понимаю, приятного тут мало, но скрываться вам уже нельзя. Могут подумать, что вам стыдно появляться на людях или что вы жалеете о своем каминг-ауте. Правда, слишком много улыбаться и махать тоже не надо, а то получится, что вы работаете на публику и пиаритесь. Если начнут подозревать, что все это было рекламным ходом - на сочувствии можно ставить жирный крест. Так что в свет выходить все-таки придется, хоть и не слишком часто. Гарри схватилась за голову. - Блин, мы как будто вторжение в Нормандию планируем. - Первым делом - пресс-релиз, - сказал Грег. - Нужно его опубликовать как можно скорее. Сейчас самое главное - контролировать слухи. Если мы не дадим людям информации, они сами такого напридумывают, мало не покажется. - Уже, - сказала Ирэн, передавая по кругу листы бумаги. - Это набросок вашего заявления. Прочитайте. Если что надо подправить, давайте подправим, и Бруно сразу его опубликует. “Ирэн Адлер: частный пресс-атташе” 9321 бульвар Санта-Моника, Беверли Хиллз, Калифорния, 90210 212 542 5277 adlermgmt.com 19 ноября 2011 г. К НЕМЕДЛЕННОЙ ПУБЛИКАЦИИ КОНТАКТ: Ирэн Адлер, adler@adlermgmt.com ЗАЯВЛЕНИЕ Re: Отношения Холмс/Ватсон ЛОС-АНДЖЕЛЕС В подтверждение информации, прозвучавшей вчера на показе фильма “К незнакомцу”, Шерлок Холмс и Джон Ватсон официально заявляют, что состоят в отношениях уже три месяца. Холмс и Ватсон стали близкими друзьями на съемках, но их романтическая связь начались лишь несколько месяцев спустя. Несмотря на то, что они изначально предполагали обнародовать эту информацию, вчерашнее заявление прозвучало раньше предусмотренного срока. Действуя в интересах фильма, Холмс и Ватсон планировали проинформировать общественность позже, чтобы не создавать нежелательного резонанса в прессе. Однако сохранение этого факта в секрете потребовало от актеров усилий и затрат, к которым они оказались не готовы. Подтверждением тому служат вчерашние события. Джон и Шерлок осознают высокую заинтересованность масс-медиа и готовы к диалогу после выхода на экраны фильма “К незнакомцу”. В данный момент они надеются, что фильм, которым они оба гордятся, будет оценен по достоинству. - А это у тебя точно пресс-релиз, а не предвыборная программа? - поинтересовался Майк. - А что делать, - вздохнула Ирэн. - То, что произошло вчера, было незапланировано, а Шерлок с Джоном все это время только и делали, что уверяли общественность, мол, они типа просто друзья. Должны же мы объяснить, почему они так поступали. Мы не занимаем в этом пресс-релизе никаких конкретных позиций, не для того он нужен. Джон кивнул. - Мне нравится. Прямолинейно. Шерлок пожал плечами. - Ну, наверное. - Тебе не нравится? - спросил Джон. - Слишком иносказательно и казенно. Хотя, полагаю, будет не слишком конструктивно выпускать релиз, в котором бы говорилось: “Шерлок Холмс и Джон Ватсон с восторгом заявляют, что много трахаются, обожают друг друга до поросячьего визга и хотели бы тактично, но настойчиво порекомендовать всем, кому это не нравится, пойти к чертовой матери”. Все рассмеялись. - Безумству храбрых поем мы песню, - ухмыльнулась Салли. Джон, глядя на Шерлока, расплылся в улыбке. - Я тебе сегодня уже говорил, что я тебя обожаю? Шерлок почувствовал, что краснеет. - Есть вещи, которые я никогда не устану слушать. Джон положил ладонь Шерлоку на затылок, притянул его к себе и быстро поцеловал. Это был их первый поцелуй на людях, но, казалось, никто не обратил внимания. - Ну что, мы довольны текстом? - спросила Ирэн. Все закивали. - Хорошо. Бруно, ты слышал? - Так точно, кэп, - отозвался тот. - О кей. Наша следующая задача - определиться, как нам выпускать вас из дому. Грег, Майк, сколько там за воротами собралось фотографов? - На вид человек пятьдесят. Джон округлил глаза. - Пятьдесят папарацци? - Вообще-то я думала, будет хуже. Значит, так. Стоит кому-то из вас сунуться за ворота, они тут же сядут вам на хвост. План таков: сегодня вы выходите по отдельности, а вместе мы вас выпустим через денек-другой. Джон, у тебя в десять спортзал. Шерлок, у тебя в два часа поздний ланч с Эммой Хадсон. - Да неужели? - Ужели. Я спрашивала у Эммы, не согласится ли она поучаствовать. Мне нужно, чтобы вас увидели с кем-то достаточно известным и узнаваемым, но кого не примут за соперника Джона. Эмма была рада помочь. Шерлок стиснул зубы. Ему не нравились помыкания и приказы. Словно он был пятилетним ребенком, которого за ручку тащили на занятия танцами или играть с ровесниками. Шерлок признавал необходимость действий Ирэн, но, тем не менее, не мог подавить в себе раздражение от ее указаний и поучений. “Ты вчера заварил кашу, Холмс, теперь расхлебывай”. Джон украдкой похлопал его по бедру. Шерлок поднял взгляд. Джон не смотрел в его сторону, но Шерлок ощущал его понимание и сочувствие. Джону все это явно нравилось не больше, чем самому Шерлоку. По крайней мере, им хотя бы не надо было страдать в одиночку. Ирэн сложила руки на столе. Вид у нее был довольно мрачный. - А теперь самое трудное, мальчики. У вас обоих уже достаточно опыта встреч с папарацци, но то, что вас ждет сейчас, не идет ни в какое сравнение. Это будет тотальная осада. А потом они пойдут на штурм. Станут вас окружать, преграждать вам путь, толкать, пихать, давить. Кричать вам всякие мерзости с целью спровоцировать вас на скандал. Будут оскорблять ваших близких и делать вульгарные замечания по поводу вашей интимной жизни. Для них самое главное - поймать кадр, где вы психуете и орете. А если вы набьете морду одному из них, а другие это заснимут, вы станете для них золотой жилой. Я понятно выражаюсь? Это будет ужасно неприятно, но через это надо пройти. Думайте, о чем хотите, только держите себя в руках. Изо всех сил сохраняйте спокойствие и растите дзен. От вас никто не ждет лучезарных улыбок, это только покажется неискренним. Вы должны казаться невозмутимыми, будто ситуация полностью под контролем. Это самая трудная актерская задача в вашей жизни. Ирэн остановилась и перевела дыхание. Джон пристально ее разглядывал. - Ирэн, ты, по-моему… расстроена. - Да, расстроена. Мне противно, что пока все это не утихнет, за вами будут ходить по пятам. И еще мне противно, что приходится бросать вас в самое пекло, - Джон положил руку ей на плечо. Ирэн глубоко вдохнула и пригладила волосы. Затем широко улыбнулась. - Все в порядке. Все будет просто отлично. - Ты полагаешь, Джону стоит записывать с Эллен целую передачу? - спросил Шерлок. - Если она попросит - обязательно. Более доброжелательной публики и понимающего ведущего ты просто нигде не найдешь. Это отличная возможность преподнести информацию в выгодном для нас свете. Джон посмотрел на часы. - Ого, уже девять. Раз уж я должен идти в спортзал, то пора собираться. Ирэн, у тебя что-то еще? - Дофига и больше, но оно может подождать. Иди уже. Джон вскочил и отправился наверх. Шерлок остался сидеть. Вид у него был мрачнее тучи. Он чувствовал, что все взгляды устремлены на него. - Ему придется тяжелее чем мне, да? - спросил он. Ирэн вздохнула. - Боюсь, что да. - А почему Джону будет тяжелее? - нахмурилась Гарри. - Потому что у них разные амплуа, - сказал Грег. - Шерлок, скорее, эстет. Интеллектуал из высшего класса, который между фильмами играет в театре Шекспира и Мэмета. У него и так была репутация аутсайдера, будто он не от мира сего. А Джон, да простят меня британцы - свой в доску рубаха-парень всея Америки. С тем, что Шерлок гей, люди еще как-то готовы смириться, но вот в случае с Джоном я бы на это не слишком рассчитывал. - А что станет с его карьерой? - спросил Шерлок. Грег вздохнул. - Ну, это очень хорошо, что он как раз искал перемен в этой области, потому что теперь они определенно наступят. Романтические комедии с большой вероятностью уйдут в прошлое. Скорей всего, какое-то время романтические роли вам обоим предлагать не будут. Может, пару-тройку лет, или еще дольше. Вернулся Джон со спортивной сумкой. Все тут же повскакивали со своих мест. Джон рассмеялся. - Господи боже, вы меня как будто на войну провожаете. Я же просто в качалку иду. Помните еще, что это такое? Покидаю железки, отожмусь пару раз… Ирэн обхватила себя за плечи. - Помни, что я сказала, хорошо? Дзен и спокойствие. Не ввязывайся. Представляй, что вокруг тебя силовое поле. - Ирэн, расслабься. Я большой мальчик. Как-нибудь справлюсь, - Джон повернулся и направился к двери. Шерлок пошел следом. - Если бы я стал утверждать, что не переживаю, я бы солгал, - сказал он. Джон вздохнул. - Милый, рано или поздно нам придется столкнуться с миром. Шерлок моргнул. - Ты только что назвал меня “милый”? Джон переступил с ноги на ногу и покраснел. - Ага, назвал. Извини, просто как-то вырвалось. - Хм-м… Я думаю… Да. Я думаю, мне понравилось. Джон расцвел в улыбке. - Правда? - Только не злоупотребляй этим, - Шерлок наклонился и поцеловал его. - Удачи. - Если мне придется думать о чем-нибудь хорошем, я закрою глаза и представлю, что мы у тебя в Суссексе, - сказал Джон. - И если уж это не хорошее, то я даже не знаю, что может им быть. Джон улыбнулся и ушел. Шерлок остался стоять, уставившись на дверь. Он надеялся, что Джон вернется домой целым и невредимым. *** “Черт бы подрал этих долбаных папарацци”, - думал Джон по дороге в спортзал. Он чувствовал себя героем “Буллита”. Треща без умолку по своим телефонам и рациям, они кружили вокруг на мотоциклах, легковушках, фургонах... Стоило машине Джона выехать за пределы охраняемого квартала, как его сразу же узнали. Папарацци бросились фотографировать его, невзирая на тонированные стекла машины, а потом повскакивали на свои мотоциклы и рванули следом. Когда Джон припарковался у спортзала, он увидел, как его преследователи бегут к нему наперегонки, побросав свои средства передвижения. “Дзен и спокойствие. Дзен и спокойствие”, - повторял про себя Джон. - “Зона комфорта. Шерлок в горячей ванне в горах Шаста. Мы с Шерлоком лежим под звездами в Суссексе”. Он сделал глубокий вдох и выбрался наружу. Папарацци столпились так близко от машины, что Джон с трудом смог открыть дверь. Он был чертовски рад, что на нем темные очки, потому что это оказалось хуже любого фотоколла. Вокруг колыхался океан фотоаппаратов, вспышки с расстояния считанных сантиметров били по глазам. Джон направился к спортзалу. Папарацци шли рядом. И кричали. Он старался не прислушиваться, но все равно слышал. - Джон, а ты давно гей? Джон, а кто из вас снизу? Джон, а ты любишь сосать? А он тебя просит? Наверняка просит. Джон, а кто из вас мужик? Джон, а кто из вас баба? А куда тебе больше нравится? А ты давно даешь в жопу? А ты давно отсасываешь? А ты давно врешь? У тебя СПИД? А с кем ты еще спал? А ты спал с..? А ты спишь с..? Они всё наседали, и Джон уже не мог продвинуться дальше ни на шаг. Еще немного - и, чтобы расчистить себе путь, ему пришлось бы пустить в ход кулаки. “Не сопротивляйся. Тебе не дают пройти? И не надо”. Джон встал, как вкопанный. Скрестив руки на груди, опустив голову, он уставился на асфальт у себя под ногами. Потом, пользуясь тем, что на нем темные очки, закрыл глаза и сосредоточился на дыхании. Затворы камер все щелкали, вспышки все вспыхивали, крикуны все кричали. Он не двигался. Он ждал. Джону вспомнилось, как Шерлок рассказывал ему о способе, которым кое-кто из театральных актеров отвадил фотографов, карауливших их у служебки. Каждый вечер после спектакля эти актеры появлялись в той же самой одежде, что и в предыдущие дни, и выглядели на всех фотографиях одинаково - независимо от того, в какой день их фотографировали. Так как никто не стал бы платить фотографам за одинаковые снимки, у них пропало всякое желание дежурить у служебного выхода. У Джона не дрогнул ни единый мускул. Пусть фотографируют, сколько вздумается - на всех снимках он будет выглядеть одинаково, в одной и той же скучной позе. В конце концов им придется сдаться. По крайней мере, он на это надеялся. Джон был поражен тем, как хорошо сработала эта тактика. Через минуту прекратились крики. Через две - вспышки и щелчки камер. Он не двигался. Постепенно, один за другим, фотографы начали отступать. Осознав, что Джон не пошевелится, пока не пошевелятся они, папарацци опустили камеры и попятились. Наконец, после того, как он простоял так добрых пять минут, наступила благословенная тишина. Джон поднял голову, оглянулся на папарацци и коротко кивнул. Джон беспрепятственно дошел до дверей спортзала. Никто его не преследовал. Уже заходя в спортзал, Он услышал несколько отдельных щелчков камер, но теперь он был в безопасности. - О, господи, Джон, - сказал тренер из-за своей конторки. Это был Фил, любимый спарринг-партнер Джона. - Кошмар какой-то. - Я сейчас в моде. Скоро они найдут себе новую жертву. - Ты в порядке? - спросил Фил. - Ага, все хорошо. Ты, наверное, уже слышал? - поинтересовался Джон, когда они поднимались в тренажерку. - Дык, блин, все слышали, - они зашли в большое, просторное помещение, заполненное кардиотренажерами, всякими утяжелителями, спортивными снарядами и любопытными взглядами посетителей. - У нас тут и среди тренеров геи найдутся, и среди клиентов приличное количество, хотя про тебя я как-то никогда не думал. - Я тоже не думал, - улыбнулся Джон. - Забавно, как меняется восприятие, когда влюбляешься в мужчину. Фил засмеялся. - Да, наверное, так и бывает. Свисти, если захочешь побоксировать после кардио, лады? - Лады. Мне, наверное, действительно захочется выпустить пар. Фил оставил его разогреваться. Джон начал с беговой дорожки, запустив ее на самую большую скорость, которую только мог выдержать, а потом еще и увеличил наклон. Было приятно просто бежать, топая по покрытию, чувствовать, как колотится сердце в груди, как стекает по лицу пот, как кровь несется по венам, вымывая мысли из головы и яд из тела. Джон пробежал шесть миль, прошел еще одну, чтобы успокоить пульс, а потом отправился набрать воды. По пути в него довольно чувствительно врезался здоровый, туповатый с виду парень. - Извини, приятель, - сказал Джон, хоть и не был виноват. Он двинулся было дальше, но… - Смотри, куда прешь, педрила, - пробурчал парень. Джон застыл на месте. “Оно что, на самом деле?” - Что ты сказал? - спросил он, не веря своим ушам. Верзила тут же картинно обернулся с явной надеждой на то, что Джон потребует сатисфакции. - Я сказал: “Смотри, куда прешь, педрила”. Застигнутый врасплох, Джон только моргнул от удивления. Он, конечно, понимал, что это может произойти, но ему и в голову не приходило, что кто-то наедет на него прямо в спортзале в Беверли Хиллз. - Вы, артисты, небось все такие, да? - сказал парень, самодовольно ухмыляясь. Джон осмотрелся по сторонам. По крайней мере, их вроде бы никто не слышал. Только эпических сцен ему сейчас и не хватало. - Моя частная жизнь тебя не касается, - сказал Джон. Он снова попытался пройти, но его новый приятель так быстро не сдавался. - А больше ничего не скажешь? - спросил парень, повысив голос. - Давай не будем, ладушки? - А может, я не хочу, чтобы всякие гомосеки пялились на мою задницу, об этом ты не подумал? Джон уставился на него. “Ну вот, Джон. Знакомься. Это твой дебютный гомофоб. Может, стоит поблагодарить его за мой первый раз - чем бы все ни закончилось”. Это была неудачная мысль, потому что из-за нее Джон расхохотался. Парень совсем набычился. - Ты че ржешь? - О, господи, - сказал Джон, все еще смеясь. - Неужели тебя только это и волнует? Называешь меня педрилой, а сам боишься, что я буду пялиться на твой зад? - Он покачал головой. - А я еще переживал из-за таких, как ты. - Джон утер слезы от смеха. - Братишка, у тебя такой вид, будто ты пришел в массовке играть. - Он описал круг почета вокруг парня, который теперь выглядел окончательно сбитым с толку и даже не пытался хоть как-то Джону в этом воспрепятствовать. - Да, кстати. Не волнуйся, не нужна никому твоя задница. До моего парня тебе в этом плане, как до луны. Ухмыляясь и чувствуя легкое адреналиновое опьянение, Джон продолжил свой тернистый путь за водой. Пугало из его кошмаров материализовалось, назвало его в лицо педрилой, и Джон это пережил. Не провалился сквозь землю от стыда, не взорвался от ярости. По сути, это пугало оказалось скорее смешным, чем страшным. Джон набрал воды в бутылку. “Если бы я еще мог поверить, что их всех так легко победить”. *** Джон вернулся домой вскоре после полудня. Он был все еще на взводе от встречи с придурком в спортзале, однако не тешил себя надеждой, что и прочие злопыхатели будут столь же по-гусарски прямолинейны в своем злопыхательстве. Если и дальше все будет не хуже, чем сегодня, он это как-нибудь переживет. К сожалению, Джон знал, что хуже все-таки будет. Грег и Майк уже уехали, но машины Гарри, Салли и Ирэн все еще стояли у дома. Джон надеялся умыкнуть Шерлока на полчасика: он был на взводе, и ему чертовски хотелось трахаться. Стоило ему войти в дом, как на него обрушился запах. Пахло, как… как… на похоронах. Нахмурившись, он прошел на кухню и остолбенел. Все поверхности, включая стол и барную стойку, были уставлены разнокалиберными букетами, корзинами фруктов и прочими дарами. Появилась Гарри с очередным букетом. - А, Джон! Здорово, что ты вернулся. А то Шерлоку уже мерещились картины страшного суда. - Какого хрена тут происходит? - Ты как ушел, так сразу и началось. Уже восемнадцать штук притащили. Вот это от Нила и Дэвида, - она достала карточку, торчавшую в букете из печенья и, грызя один из цветков, зачитала. - “Добро пожаловать на темную сторону. И да, это правда, у нас есть печеньки”. С наилучшими пожеланиями и все такое. По-моему, все открытые гомопары мира послали вам по букету. И еще кое-кто. Вот этот вот от Уилла и Кейт. У Джона отвисла челюсть. - Уилл и Кейт прислали нам цветы? - А то. Открытка там очень формальная и тактичная, но все сводится к тому же: поздравляем, борьба за равноправие, бла-бла-бла. - Сохрани их открытку. Мама, небось, захочет отлить ее в бронзе. По лестнице загрохотали шаги Шерлока. - Джон, это ты? - Ага, - отозвался тот, обалдело разглядывая букеты. Шерлок ворвался в кухню и стиснул его в объятиях. - О, хорошо, руки-ноги еще на месте. Как все прошло? Ужасно? Насколько ужасно? - Ну-у… И хуже, и лучше, чем я думал. Блин, Шерлок, ты только посмотри на все это! Шерлок нетерпеливо отмахнулся. - Бессмысленные жесты. - Для меня не бессмысленные. - Джон, - умоляюще сказал Шерлок. - Что там в спортзале? Случилось что-нибудь? - А… ну… Да, кое-что. Давай позовем Ирэн, и я вам все расскажу. Ирэн обнаружилась в кабинете. Она работала, уткнувшись в свой Айпад. Джон поведал им свою историю, начиная с того, каким способом он воспользовался, чтобы разрядить обстановку с папарацци, и заканчивая рассказом о своей встрече с верзилой-гомофобом. - В обоих случаях приятного было мало, но я как-то это все пережил и в следующий раз уже не стану так дергаться. В дверь снова позвонили. - Я подойду, - сказала Салли. Гарри с кем-то говорила по телефону, а Ирэн вернулась к своему Айпаду. Джон, чье терпение было на пределе, рывком поднял Шерлока на ноги и поволок за собой из кабинета. Шерлок наклонился и поцеловал Джона в шею. - Меня возбуждает, когда ты приходишь домой такой потный, - пробормотал он, касаясь губами кожи. - Я знаю, поэтому так и пришел, - ответил Джон. - Я так завелся, когда препирался с этим идиотом. С тех пор только и думаю, как бы тебя нагнуть, - сказал он тихо и настойчиво Шерлоку на ухо. - О, боже, Джон, - простонал Шерлок. Он схватил Джона за руку и потащил вверх по лестнице. - У нас есть полчаса, а потом мне надо начать готовиться к встрече с Эммой. - А чем мы займемся в остальные двадцать минут? - спросил Джон, пинком захлопывая за собой дверь спальни. *** - Шерлок, солнце мое, - прощебетала Эмма и потянулась к нему, чтобы обнять. Шерлок, улыбаясь, наклонился, чтобы обнять ее в ответ. - Спасибо, что согласилась встретиться. Я знаю, что все получилось несколько… хм… спонтанно, - сказал Шерлок, усаживаясь напротив нее. Он не решился выбрать свое излюбленное место на террасе, потому что теперь вокруг, как стая голодных пираний, бесновались папарацци. Эмма только отмахнулась. - Глупости какие. Я рада помочь. Кстати, тебе повезло, что ты меня застал, а то на следующей неделе я улетаю в Лондон. - Эмма поглядела в окно, за которым маячила толпа фотографов. - Эти шакалы у тебя весь день на хвосте? - Сегодня, в принципе, мой первый выход из дома, но - да. Пока я сюда ехал, они от меня не отставали. Хорошо, что тут есть служба парковки - я хоть мог выйти из машины и сразу попасть внутрь, пока они меня не догнали, а вот Джону сегодня утром у спортзала повезло гораздо меньше, - он кратко пересказал ей историю, которой поделился с ним Джон. Эмма поцокала языком. - Как несправедливо, что вас преследуют. - Это пройдет. Новизна померкнет, и появится кто-то свежее и скандальнее. То, что мы с Джоном сделали каминг-аут, еще не значит, что мы тут же побежим по ночным клубам надираться в дым, шляться по рейв-вечеринкам и раскатывать кокаиновые дорожки на телесах моделей нижнего белья. Мы такие же скучные, как и раньше. Они заказали выпить. Официант наградил Шерлока игривой улыбочкой. Шерлок нахмурился - за сегодня это был уже второй мужчина, который так себя с ним повел. Перед этим ему подмигнул парковщик, когда принимал у Шерлока ключи от машины. - Я так счастлива за тебя, Шерлок, - сказала Эмма. - Я прямо разревелась над видео с вашего просмотра. Вид у тебя там совершенно измученный. Шерлок кивнул. - Так оно и было. Жаль, конечно, что из-за меня начался весь этот цирк. Хотя не могу сказать, будто я огорчен тем, что все открылось. Мне повезло, что Джон не рассердился. - Он хороший парень, твой Джон. Шерлок улыбнулся. - Лучше, чем я заслуживаю. Какая-то часть моего сознания все ждет, когда он придет в себя и задастся вопросом, какого черта он делает с таким ублюдком, как я. - Эмма? - послышался голос. Они оба подняли взгляды и увидели Фиону Бисли, второго помрежа “К незнакомцу”. - А, Фиона, дорогая, привет! - сказала Эмма, приподнявшись, чтобы ее обнять. Шерлок ждал, когда на него обратят внимание, но, казалось, Фиона намеренно его игнорирует. - Эм-м… - сказала Эмма, взглянув на Шерлока. - Как ты? - Я в порядке, спасибо. Меня как раз позвали первым помрежем в новый фильм Де Пальма. Через пару недель начинаем подготовку, - сказала Фиона, встав так, чтобы оказаться к Шерлоку практически спиной. Эмму, казалось, это озадачило. Шерлоку же все было ясно. - И тебе тоже привет, Фиона, - сказал он ледяным тоном. Фиона помедлила, затем обернулась. Лицо у нее было каменное. - Шерлок, - процедила она, выбрав самый короткий из всех возможных ответов. Шерлок откинулся на спинку стула и склонил голову набок. - Я так понимаю, ты мной недовольна. - А тебя это удивляет? Я согласилась работать за копейки, лишь бы только попасть в этот фильм. И я была не одна такая. А ты только что пустил это все псу под хвост и даже глазом не моргнул. - Так, значит? Думаешь, мне плевать на фильм? - Ну, судя по твоему поведению - плевать. Чего тебе в шкафу не сиделось? Месяц еще не мог потерпеть? Какое-то время Шерлок смотрел ей в глаза и видел там не только раздражение от текущей ситуации, но и глубоко спрятанную застарелую боль. - Мне жаль, что твоего брата уволили с флота за то, что он гей, но в этом нет моей вины. Ее глаза округлились. - Как ты, черт возьми..? Нет, неважно. Не хочу знать. И дело не в Джейсоне, дело в во всем этом шоу-бизнесе и твоем привилегированном положении. У меня есть друзья, которые годами сидят в шкафу, но сделать то же, что и ты - не могут, потому что у них на каминной полке нет Оскара. - Если ты думала, что мне станут делать поблажки, то тебе приятно будет узнать, что это не так. - А как же Джон? Он тоже этого хотел? Шерлок с трудом сглотнул. Он чувствовал себя достаточно виноватым и без подобных обвинений, высказанных в лицо. - Нет, не хотел, - сказал он. Фиона вздохнула. - Наверное, я сошла с ума, раз говорю с тобой в таком тоне, но, честно говоря, я уже задолбалась переживать. У этого фильма было большое будущее, а теперь это просто кино, в котором два актера завели роман и стали геями. Шерлок закинул ногу на ногу и посмотрел на нее. - Рано или поздно мы бы вышли из шкафа, и фильм все равно оказался бы “кино, в котором два актера завели роман и стали геями”. А сидеть в шкафу до второго пришествия мы не планировали. Казалось, что у Фионы внезапно прошел запал. - Хорошо быть звездой - можно такое и попланировать. Приятно, наверное. Рада была повидаться, Эмма, - она повернулась и вышла из кафе. Эмма покачала головой. - Фионе не следовало этого говорить, - голос ее звучал раздраженно. - Она не имела права устраивать тебе такую сцену. - Уверен, она не одинока в своих чувствах. - Я тоже работала над этим фильмом, Шерлок, но я же на тебя не сержусь. - Спасибо. Боюсь, в будущем я мало кому смогу верить на слово. Публично против нас, конечно, никто выступать не посмеет, а то еще ханжой посчитают. Так что все будут улыбаться нам, улыбаться - и прятать камни за пазухой. Эмма усмехнулась. - Голливуд есть Голливуд. - Я знал, что могу на тебя рассчитывать, - сказал Шерлок, успокаиваясь. - От попыток понять, кто что о тебе думает, голова кругом. - Милый мой, так можно и умом тронуться, если все время об этом волноваться. Ты не один такой. - Раньше чужое мнение меня никогда особо не волновало. Почему же оно так волнует меня сейчас? - Потому что сейчас ты беспокоишься не за себя, солнце. А за Джона. Когда речь заходит о ком-то близком, сразу начинаешь беспокоиться. Шерлок кивнул. - Я бы с радостью пожертвовал своей карьерой, если бы знал, что карьера Джона от этого выиграет. Мне плевать, если ненавидят меня самого, но мысль о том, что кто-то ненавидит его из-за меня, просто невыносима. - Это потому, что ты боишься его потерять, Шерлок, - Эмма посерьезнела, и из-под ее привычной внешности старой доброй английской бабушки показался проницательный исследователь человеческой природы, которому никогда не составляло труда видеть Шерлока насквозь. - Ты боишься всех тех последствий, которые могут обрушиться на Джона из-за того, что он выбрал тебя. На самом деле ты просто боишься, будто Джон решит, что ты недостоин таких жертв. Но ты достоин. Из всех людей на свете он выбрал тебя. На просмотре он взял тебя за руку и вытащил обратно на сцену, потому что любит тебя и не хочет больше смотреть на твои мучения. Неужели ты не можешь уважать его решение? Ты не толкал его на это. Джон - взрослый человек. Ставки были высоки, и он сознательно пошел на риск. Я думаю, у него серьезные намерения. Шерлок улыбнулся. - Какая ясность мысли. Ты просто женщина моей мечты. Эмма подмигнула. - Твоей голубой мечты. Оба все еще смеялись, когда официант принес им заказ. Как и парковщик у входа в ресторан, он тоже подмигнул Шерлоку и наградил его слишком долгим взглядом. - Эмма, мне кажется, с тех пор, как я сюда зашел, ко мне клеится уже четвертый парень, а украдкой на меня пялятся еще как минимум трое. - Не кажется, маленький, не кажется. - Они разве не знают, что я уже ангажирован? - Знают, конечно. Добро пожаловать на другую сторону, Шерлок - в чудесный мир мужских взглядов. Смею заметить, тебя ждет масса сюрпризов. А теперь давай рассказывай.. И Шерлок рассказывал - обо всех вчерашних событиях и об их с Джоном свидании после предпоказа. Болтать с Эммой, обладавшей не только чутким сердцем, но и острым умом, было легко и приятно, и Шерлок все говорил, обрушивая на нее то самые свои сокровенные мысли, то бурные восторги в адрес Джона. Шерлок как раз во всех подробностях докладывал Эмме о цветах и подарках, которые прислали сегодня утром, когда к их столику подошла официантка. - Простите, мистер Холмс. - Да? - Извините, что прерываю, но там у входа два молодых человека просят узнать, нельзя ли им подойти к вам на два слова. Что-то про театр. Шерлок посмотрел ей за спину. У дверей топтались два парня (явные геи) и старательно изображали светскую непринужденность. Оба в джинсах и футболках, один с дредами на голове, другой ярко-рыжий, в руках по пачке флайеров - живое воплощение восторженного энтузиазма. - Хорошо, - сказал Шерлок. Официантка вернулась к молодым людям, те заулыбались и поспешили к его столику. - Мистер Холмс, огромное спасибо, - затараторил парень с дредами. - Мы тут разносили флайеры и увидели папарацци, а потом увидели вас и… ну… просто не могли не рискнуть. - Чем могу служить, джентльмены? - спросил Шерлок своим изысканнейшим тоном актера-паиньки, окинув подошедших беглым взглядом. Парень с дредами из богатой семьи, но отдалился от них, когда вышел из шкафа. Средний Запад, возможно, Великие Равнины. Учится в школе кинематографистов, вероятно, в Университете Южной Калифорнии, как минимум два года в отношениях, вегетарианец, возможно, веган. Рыжий - из Сиэттла, поддерживает тесную связь с семьей, но одинок. Как минимум, одна подработка официантом и кошка. Нет, две кошки. - Мы работаем в артхаусном кинотеатре в Западном Голливуде. У нас всего два зала. А после того, что вчера случилось… Ну, все просто в восторге! - улыбаясь до ушей, сказал Рыжий. Парень с дредами наградил своего спутника выразительным взглядом, явно говорившим: “Держи себя в руках, тряпка!” - У нас сегодня будет импровизированное мероприятие, - сказал он и протянул Шерлоку на удивление хорошо нарисованный флайер, оповещающий о “Фестивале Шерлока и Джона”. В рамках этого фестиваля обещали показ фильмов “Каниша” и “Перемотка” вместе с полной версией встречи со зрителями в театре “Варьете” и неким сюрпризом. Шерлок не смог сдержать улыбки. - Надо отдать вам должное, ребята, времени вы даром не теряли, - заметил он. - Мы все вчера сидели в чате и смотрели вашу встречу со зрителями. Ждем не дождемся выхода “К незнакомцу”. Вообще-то, у нас на следующей неделе в полночь будет показ, а перед этим вечеринка. А когда мы увидели, как вы и мистер Ватсон… ну, вы понимаете… Мы сразу начали обсуждать, как бы нам устроить специальный показ ваших фильмов, а потом придумали этот кинофестиваль. Надеюсь, вы одобрите наш выбор картин, - обеспокоенно сказал Рыжий. - Я лично хотел показать “Из шума городского”, потому что “Каниша” все и так уже видели. - Не все, - возразил парень с дредами. - К тому же, это классика! Я вот до сих сомневаюсь насчет “Перемотки”. Может, надо было взять какую-нибудь драму. - “Перемотка” - один из самых известных фильмов Джона, - сказал Шерлок. - Да и из всех его романтических комедий мне он нравится больше всего. А Джон будет счастлив уже потому, что вы не выбрали “Медовый месяц в Майами”. - Но круче всего то, что мы покажем десятиминутный отрывок из “К незнакомцу”, который нам прислала ваш менеджер! - А, так вы говорили с Ирэн! - Она такая милая. То есть, мы понимали, конечно, что шансов у нас никаких, но мы все равно позвонили, потому что думали - а вдруг вы все-таки придете на наш кинофестиваль, а она сказала, что вы не сможете. Но пообещала, что свяжется с “Фокусом” и попросит, чтобы нам прислали расширенный ролик для показа. А еще у нас будет благотворительная лотерея. Мы пожертвуем все доходы проекту “Тревор”, - парень с дредами в это мероприятие явно вложил всю душу. - Собственно, поэтому мы и... э-э… В смысле, мы пришли, потому что надеялись, что вы подпишете нам флайер. Это будет отличный лот для лотереи. - Конечно, - Шерлок взял у рыжего маркер и подписал свободное место на флайере. - А вы не выручите за него больше, если Джон тоже подпишет? Парень с дредами и рыжий в восторге вытаращились друг на друга, как будто вот прямо сейчас сбылись их самые сокровенные мечты. - О, господи, еще бы! Это же будет историческое событие! Ваш первый совместный автограф после каминг-аута! Просто легендарно! Эмма тихонько хихикала над их энтузиазмом. Шерлок ничего не мог с собой поделать - ему хотелось их осчастливить. - Тогда я возьму флайер с собой. Уверен, Джон будет рад его подписать. А флайер я вам потом отправлю с курьером до начала мероприятия. Согласны? Рыжий, казалось, был готов разрыдаться. - Мистер Холмс, вы даже не представляете себе, насколько это будет прекрасно. Вы правда готовы сделать это для нас? - Мне несложно. Давайте сразу три штуки, мы же можем подписать больше, чем один. Кстати, возьмите автограф и у моей подруги, она тоже играет в этом фильме. Разинув рты, рыжий и парень с дредами уставились на Эмму, которую умудрились каким-то образом до сих пор не заметить. - О боже! Мисс Хадсон! - воскликнул парень с дредами. - Я вас обожаю! Фильм, где вы играете с Энтони Хопкинсом… Я каждый раз рыдаю, как младенец, когда его смотрю, прямо стыдно. Эмма улыбнулась. - Спасибо, мальчики. - Мы будем очень рады, если вы тоже подпишете флайер. - Я подпишу отдельно, - сказала она. - Пусть у вас будут флайеры только с нашими героями, - она подмигнула Шерлоку и подписала им два флайера. Рыжий натурально запрыгал. - А можно с вами сфотографироваться? - парень с дредами, казалось, стеснялся, но Шерлок ждал этой просьбы. - Хорошо, - они позвали официантку, та их сфотографировала, и молодые люди откланялись в вихре благодарностей, рукопожатий и эйфории от встречи со звездами. Эмма покачала головой. - Шерлок, я потрясена. У меня еще свежи воспоминания о временах, когда ты велел бы этим парням проваливать и оставить тебя в покое. - Возможно, Эмма, я учусь ценить тех, кто ценит меня. Мне нужна вся поддержка, которую я только смогу получить. *** Ирэн от души посмеялась над рассказом Шерлока о встрече в кафе. - Я уже успела побеседовать с хозяином этого кинотеатра. Он хотел, чтобы вы оба пришли на его маленький фестиваль. Мечтать не вредно. - А с чего ты взяла, что мы не захотим пойти? - спросил Джон. - А я как раз знала, что вы захотите, поэтому и отказала. Джон, вы только вчера вышли из шкафа. Вам еще слишком рано бегать по разным тематическим мероприятиям. Создастся впечатление, что вы примазываетесь к гей-сообществу, и ярлык “актеров-геев” к вам прилипнет окончательно. А именно этого мы и хотим избежать. Зато подписывать флайеры - вполне безобидно и очень мило. Джон поставил свою подпись рядом с автографом Шерлока. Ирэн сфотографировала их с флайерами в руках, а Салли ушла распечатывать снимок. - Что бы нам еще для них подписать? - спросил Джон, озираясь по сторонам. - А! Знаю! У нас есть пара свеженьких экземпляров “Энтертейнмент Уикли” с нами на обложке. Давай один подпишем и тоже отправим! - Они нашли серебряные маркеры и поставили свои автографы на обложке. Шерлок, розовея от смущения, наблюдал за тем, как Джон рисует в углу обложки большое сердце, пронзенное стрелой и украшенное вензелем “ДВ+ШХ”. - Джон, ради бога, что ты делаешь? - Увлекся чуток. Хочется осчастливить людей, которые действительно рады нашему каминг-ауту. - Ой, подождите! - сказала Ирэн. Она порылась в сумочке и достала программку показа в “Варьете”. - А это подойдет? - Блин, точно! - Джон выхватил программку у нее из рук. Он поставил автограф и передал ее Шерлоку, который, посмеиваясь, тоже поставил свою подпись. - Боюсь себе представить, чем все это может закончиться, - сказал он. - Хорошо, что мой Оскар остался в Лодоне, а то вы бы и его для лотереи пристроили. - По-моему, достаточно, - сказал Джон, глядя на небольшую стопку предметов, которые они умудрились насобирать. - Как бы мои друзья из кафе от счастья не лишились чувств, - сухо сказал Шерлок. - Их чуть удар не хватил, когда я сказал, что попрошу тебя подписать флайеры. Джон улыбнулся, с нежностью глядя на него. - Это было так мило с твоей стороны, Шерлок. Видишь, я всегда знал, что ты не такая сволочь, какой тебя считают. - Да нет, они правы. Я все еще сволочь. Просто я менее сволочной рядом с людьми, которые для меня хоть что-то значат. ***. В девять часов вечера Джон, наконец-то, всех выставил. - Но, но… - заикаясь, протестовала Ирэн. - Джон, мы еще ничего не решили насчет Эллен, я уже не говорю о премьере... - Это подождет, - сказал Джон, ведя ее под белы рученьки к входной двери. - Ты скоро упадешь. Даже на “Рокстарах” нельзя продержаться два дня без сна. А мне хочется снова побыть хозяином в доме. Ирэн, Салли и Гарри неохотно позволили выпихнуть себя за дверь, которую Джон закрыл за ними со вздохом облегчения. Он остался у двери и ждал до тех пор, пока не удостоверился, что они завели свои машины и действительно уехали. - Они уже ушли? - Да, - сказал Джон, возвращаясь в кабинет. Шерлок валялся на диване с ноутбуком. Джон приподнял ноги Шерлока, плюхнулся на диван и положил их к себе на колени. Потом взял пульт от телевизора и включил “Новости шоу-бизнеса”. “Голливуд до сих пор лихорадит от новости, которая обещает стать величайшей сенсацией этого года: роман звезд мирового экрана Джона Ватсона и Шерлока Холмса, который продолжается уже несколько месяцев. Пара познакомилась на съемках фильма Энга Ли “К незнакомцу” и обнародовала свои отношения на вчерашнем показе фильма в Беверли Хиллз. Вирусное видео этого неожиданного и эмоционального события собрало сегодня более трех миллионов просмотров. В официальном заявлении, опубликованном общим менеджером Холмса и Ватсона, звезды признали, что скрывали свои отношения ради фильма и карьеры, но со временем эта скрытность стала для них невыносимой. Реакции публики колеблются - от восторга до шока и негодования. Сегодня по пути на тренировку Ватсон стал жертвой толпы папарацци, а Холмс встретился за ланчем со своей давней подругой и коллегой по фильму “К незнакомцу” Эммой Хадсон. После вчерашних событий еще ни один из актеров не обращался к публике с официальными заявлениями”. - Слыхал? - спросил Джон. - Мы с тобой - величайшая сенсация. - Тот факт, что подобное заявление делается на полном серьезе, является печальным свидетельством извращенных приоритетов этого общества, - пробормотал Шерлок. - Справедливости ради, я думаю, что они имели в виду величайшую сенсацию из мира шоу-бизнеса. - Пусть даже и так. Все равно, не стоит подавать с такой помпой простой факт, что двое британских парней решили жить вместе. - Вряд ли стоит, но уж как есть. Шерлок вздохнул и захлопнул ноутбук. - Пойду поваляюсь в ванне. Это был чертовски длинный день, - он убрал ноги с колен Джона, отпихнул в сторону компьютер и вышел из кабинета. Джон, нахмурившись, смотрел ему вслед. Обычно, когда Шерлок куда-нибудь уходил, Джону на прощание доставался поцелуй, или хотя бы нежный взгляд. “Новости шоу-бизнеса” продолжались, но Джон их уже не слушал. Какое-то время он просто сидел, чувствуя, как внутри нарастает беспокойство. Джон никогда об этом не говорил, но была еще одна причина, по которой он хотел повременить с оглаской до Оскаров. Тогда к тому времени, как грянул бы весь этот цирк с прессой, они бы уже месяцев семь-восемь были вместе. Сейчас, по прошествии чуть более двух месяцев, Джону хотелось иметь в запасе чуть больше времени, чтобы укрепить их с Шерлоком отношения. Конечно, отношения у них были и так достаточно крепкими, но оставались еще неизведанные опасности, непроверенные узлы, недосказанные тайны, незалеченные раны. Уверенность Джона в их с Шерлоком способности вместе пережить свалившиеся на них испытания подтачивало понимание, что потерять Шерлока сейчас было для него равнозначно смерти. Он этого просто не переживет. Даже мысль об этом казалась невыносимой. Шерлок стал самым важным человеком в жизни Джона. Самым важным человеком, который вообще когда-либо у него был. Его спутником, его партнером, его самым строгим критиком и самым большим поклонником, его любовником, его лучшим другом. Джон никогда никого не боялся потерять так сильно, как боялся потерять Шерлока - потому что никогда в жизни никого так сильно не любил. Джон встал, выключил телевизор и отправился наверх. Из ванной доносился звук капающей воды, в воздухе висела влажность. Помедлив, он сбросил одежду и открыл дверь. Шерлок лежал так низко, что вода закрывала ему подбородок, а волосы завивались трогательными кудряшками от поднимавшегося пара. Когда Джон вошел, Шерлок поднял на него взгляд. Чувствуя легкое смущение и неуверенность в том, что присутствие его желательно, Джон прошлепал босыми ногами к ванне, присел на краешек и посмотрел в раскрасневшееся от жары лицо Шерлока. Шерлок вздохнул, протянул мокрую руку и взял ладонь Джона в свою, поднес ее к лицу, поцеловал и держал так, не отнимая губ. Потом потянул Джона за руку и приглашающе кивнул. “Давай, залезай”. Джон осторожно погрузился в ванну, стараясь не наступить на Шерлока или - того хуже - не поскользнуться и превратить все мероприятие в беспомощное барахтанье с морем брызг. Шерлок притянул его к себе, прислонил спиной к своей груди и обнял за плечи. Жар от воды и тела Шерлока проникал в мышцы и заставлял Джона расслабиться. Он протяжно выдохнул и сплел свои пальцы с пальцами Шерлока. Оба молчали. Мысли Джона метались. Он старался найти способ выразить свою подспудную тревогу и попросить Шерлока развеять ее. “Ты мне нужен. Пообещай, что мы не расстанемся. Я люблю тебя. Скажи, что и ты любишь меня, в печали и в радости. Что меня тебе достаточно. Что тебе никто не будет нужен, кроме меня. Скажи мне это, и я скажу тебе то же самое. Поклянись, что мы все преодолеем. Позволь мне услышать, как ты это говоришь. Меня никто не предупреждал о таком побочном эффекте безумной любви, как необходимость в заверениях, что ты не одинок в своей любви и своем безумии”. Джон набирался храбрости сказать… Он и сам не знал, что именно. Сделав глубокий вдох, он сел так, чтобы посмотреть в глаза Шерлоку, и… Все, что бы он там ни собирался произнести, комом застряло у него в горле, а потом ухнуло куда-то к чертовой матери. В глазах Шерлока отражался тот же страх, с которым сам Джон боролся весь день. Шерлок приложил палец к его губам. - Да, - прошептал он. - Все - да.