От ненависти до любви один шаг

Зораиде заботливо укрыла спящую Хадижу одеялом. Девочка уснула прямо на коленях у матери во всех своих многочисленных золотых украшениях. Она весь вечер то скакала на кровати, то просила маму танцевать с ней, то бежала показывать свои новые украшения, которых Саид в отсутствие жены подарил ей даже в излишнем количестве. Когда Жади опустилась на кровать без сил и взмолилась о пощаде, потому что она уже больше не могла прыгать, как ребенок, Хадижа еще долго кружилась вокруг них с Зораиде, изображая движения маминых танцев. Надо сказать, что у Хадижи действительно здорово получалось. И дело тут было не только в том, что мама учила ее танцевать. Хадижа еще и была похожа на нее. Она была маленькой копией Жади и уже обещала в скором времени стать редкостной красавицей. Только в отличие от матери, у нее был совершенно иной характер. Жади с самого детства пыталась вложить в нее стремление получить образование, интересоваться окружающим миром, не запирать себя в стенах супружеского дома, а жить своей жизнью. И только исключительно в этом дочка была ее полной противоположностью. Жади разводила руками: ну откуда в ней это стремление выйти как можно скорее замуж и скупить все золото на свете? Как будто не она провела с Хадижей бесконечные вечера, пытаясь объяснить, насколько устарели эти понятия и как интересна окружающая жизнь. Сколько всего происходит в мире, сколько там красивого и какие разные есть на свете люди, как многому можно научиться и какие перспективы открывает перед женщиной профессия. Дочка внимательно слушала ее, а потом вновь и вновь просила показать, как мама танцует, чтобы уметь красиво исполнять танцы будущему мужу. Жади вздыхала и шла за костюмами для танцев. Ее саму тоже учила танцевать мать. Многие говорили, что Саула в молодости была очень хороша собой и считалась непревзойденной танцовщицей. Зораиде рассказывала, что на всех праздниках ей не было равных. А Жади, конечно, училась и запоминала, так как любила мать, но считала это глупым занятием. Хотя, надо признать, что умение грациозно двигаться все же пригодилось ей в жизни: она могла вить веревки из Саида, когда хотела чего-то от него добиться, и танцевала несколько раз для Лукаса. Сладкие воспоминания накрыли Жади. Девушка подумала о танце в касьбе. Тогда ощущение опасности только распаляло желание. И ей казалось, что из-за этого все вокруг стало таким особенным. Она вспомнила и свой первый танец для любимого в доме Дяди Али, когда она еще не знала, что он за ней наблюдает. Да, тогда состоялась их роковая первая встреча. Как замерло тогда ее юное сердце. Она чувствовала, что влюбилась навсегда. Это было очень острое счастливое чувство, ведь в молодости не знаешь преград и не думаешь, что они бывают непреодолимыми. «А еще не знаешь, что твоя единственная на свете вторая половинка может любить тебя далеко не так сильно, как ты того ждешь. Или вообще не любить…» Жади открыла глаза. Зораиде поправляла одеяло на ее маленькой девочке. Хадижа так переволновалась за сегодняшний вечер, что им не хотелось ее тревожить. А когда дыхание девочки стало глубоким и ровным, стало понятно, что она крепко спит, они нежно переложили ее на подушку прямо в постели Жади. Она ведь тоже очень скучала по дочке и сейчас не хотела расставаться ни на секунду. После того, как она нежно поцеловала девочку в лобик, Жади наконец-то смогла поговорить с Зораиде. При дочке рассказывать свою несчастную историю, конечно, было нельзя. Служанка тоже это понимала и помалкивала до поры до времени, радуясь и танцуя вместе со своими любимыми воспитанницами и изображая, что возвращение матери Хадижи в порядке вещей и нисколько ее не удивляет. Зораиде присела рядом с Жади на краешек кровати и обняла ее: - Милая моя девочка, я уже и не надеялась увидеть тебя в этом доме. - Да уж, жизнь заставляет нас совершать поступки, которые мы сами от себя не ждем, - прошептала Жади, чтобы не разбудить Хадижу. – Я тебе должна все рассказать, пойдем в гостиную. Пускай моя принцесса немного поспит. Как я молюсь, чтобы у нее была счастливая судьба! Женщины тихо спустились в нижние комнаты. Везде уже был выключен свет, и они не решились его зажигать. Поэтому, взявшись за руки, в темноте они так и сидели почти до самой середины ночи. Жади начала свой длинный рассказ еще с марокканских событий, ведь именно с тех пор они не виделись: разговора с Лукасом по телефону, свадьбы, мыслей о Зейне, их первой брачной ночи и таком полном отчаяния утре. Зораиде все крепче сжимала ее холодные ладони. Она согласилась, что еще по ответам Лукаса с самого начала можно было понять об отсутствии у него тех решительности и напора, которые необходимы были для исполнения плана Жади: - Ну и чего бы ты добилась, если бы все удалось, не смотря ни на что? Да, ты бы сейчас была с Лукасом. Кстати, неизвестно, как бы он повел себя в Бразилии. Но, самое главное, ты бы никогда, никогда больше не увидела свою Хадижу! - Пожалуй, ты права. Я была так ослеплена любовью. Я и сейчас люблю Лукаса. Но, похоже, надо смириться, что он – нет. Я ведь видела его перед советом на улице. Он увидел меня, но даже не подошел. - Не может быть! Это совсем не похоже на него! – вступилась Зораиде. – Я не одобряю его, но все же, мне казалось, у него есть к тебе чувства. - Знаешь, Саид мне много раз повторял, что я для Лукаса только диковинная игрушка и он выбросит меня и забудет, как только наиграется. Так и произошло, по всей видимости, - слезы снова наполнили глаза Жади. Она продолжила свой рассказ про то, как Зейн увез ее в Рио-де-Жанейро, про его предложение, которое она не успела даже обдумать из-за появления Саида, про все произошедшее после, про то, как уехала в дом к Латифе, как говорила с дядей, как проходил совет. Она подробно изложила свои мысли и переживания после подстроенной встречи с Лукасом, которые и привели ее в итоге сюда, в дом к своему бывшему мужу. - Да, Зораиде, я поняла, что единственная ценность в моей жизни – это моя дочка. И, похоже, я могу быть рядом с ней, только принеся себя в жертву. - Милая, ты сделала правильный выбор. Сердце ребенка так легко разбить. Она страдала без тебя. Я уже не знала, что ей отвечать, а она продолжала спрашивать, где ты и когда вернешься. Бедный Саид скупил все ювелирные лавки в округе, чтобы хоть как-то ее отвлечь. - Так вот откуда такая роскошь в ее шкатулках, - засмеялась Жади. - Да, Саид очень хороший отец и любит тебя, - с нажимом на последнем сказала Зораиде. - Нет, может быть, и любил в молодости, а сейчас – это гордость, уязвленное самолюбие, обида, да все, что угодно. Любящий человек не поступил бы так грубо со мной и не подверг бы мою жизнь опасности. Я уже молчу про то, как он запирал меня до нашего развода. Теперь у него есть Ранья, надеюсь, она заполнит пустоту в его душе, а я буду просто счастлива с дочкой. - Какие же глупости ты говоришь. Твердишь о любви круглые сутки, а не можешь разглядеть влюбленного мужчину у себя под носом. Да если Саид отвернется от тебя, ты только тогда узнаешь, какая это несчастная судьба. Не гневи Аллаха, помирись с мужем, - советовала мудрая женщина.