Это не лечится. Хосок и чисто гипотетический Техен
24 января 2015 г., 21:13
"Удачного дня тебе. И с добрым утром"
Так и закончилось его желание завязать со всем этим. Накануне вечером Хосок даже решил, что не будет больше писать на буквально въевшийся в память номер. Так он считал ровно до того момента, пока мать все же не принесла в больницу его телефон.
Все началось около полугода назад. Нелепая идея, однажды пришедшая в голову, перешла в какую-то болезненную зависимость, избавиться от которой оказалось не так-то и просто. С периодичностью раз в несколько недель парень чувствовал себя идиотом и, отправляя очередное сообщение, обещал себе, что оно будет последним. Ага, как же.
/flashback/
Сколько Хосок себя помнил, у платежных терминалов оплаты всегда были очереди. По крайней мере у него по другому не выходило ни разу. Вот и сейчас, стоящий перед ним тонкий парень с огненно рыжей шевелюрой медитативно вводил свой номер, мало заботясь о людях сзади. Судя по всему, его по жизни вообще мало что трогало, и когда этот похуист местного розлива наконец отошел, Хосок вздохнул с облегчением.
Чек остался в терминале.
И, пожалуй, первым побуждением Хосока было настрочить на номер незнакомца пару-тройку гневных строк. Просто потому что. И Хосок, чисто по природе своей хомячной, засунул чек с номером в карман, ведь как никак "в жизни пригодится все". И кто же знал, что все так обернется.
/end of flashback/
"Ты когда-нибудь задумывался о том, сколько людей за день проходит через ворота Центрального парка? Пару десятков тысяч, не меньше. На девятьсот третьей красной куртке я сбился со счета. Люди на удивление однообразны."
Он откинулся на подушку, уставившись в белый больничный потолок. Острый запах лекарств уже стал привычным и почти не чувствовался.
Парень на другом конце провода молчал. Он вообще ни разу не ответил, но Хосоку все же хотелось верить, что его сообщения достигают адресата, а не улетают в никуда. Так спокойней для его самолюбия.
"Самое большое проклятие на свете - это одиночные палаты. С одной стороны, никто не храпит ночью, а с другой, днем одному слишком тоскливо. Наверное, завтра я буду считать посетителей какого-нибудь из кафе. Так можно хоть чем-то занять себя до вечера."