Гарри Поттер и Золотая Рыбка

      Гарри, Рон и Гермиона втроем возвращались в гостиную Гриффиндора и обсуждали собрание в Выручай-комнате. Гермиона пыталась донести до Поттера то, что ему ну просто жизненно необходимо составить план занятий. — Кстати, Гарри, как ты узнал о том, что я наложила заклятье на лист с подписями? Я ведь, кажется, никому об этом не говорила... Поттер пожал плечами. — Наверное, открылся дар предвидения. А что? Я всегда знал, что я весьма способный, во всех областях, мальчик. Кроме того, что этот самый мальчик был «способным во всех областях», он был еще и жаден до сливочного пива и мороженого, потому-то в его лохматую голову и пришла одна незамысловатая идея. «Ведь большинство событий, которые должны произойти, мне уже известны. Да, я решил кое-что изменить, но как то, что мистера Уизли не покусает огромная злющая змея может повлиять на жизнь такой заурядной личности, как Эрни Макмиллан, к примеру? А между тем, на этом можно подзаработать, — думал Гарри, который, кстати говоря, был еще и весьма корыстным мальчиком. — Ах да, мистер Уизли... мне необходимо будет придумать способ его предупредить.»       Дойдя до гостиной, Рон и Гарри распрощались с Гермионой и направились к себе. Дин и Симус уже легли спать. Вскоре и Поттер с Уизли, и Лонгботтом, который не забыл пожелать спокойной ночи своей Мимбулус мимблетонии, заснули.       Гарри уснул очень быстро. Ему снился Эрни Макмиллан, который кричал что-то на китайском, гонялся за Поттером и бил бедного мальчика книгой по голове за то, что тот назвал его «заурядной личностью». На помощь Гарри пришла Гермиона, которая заявила Эрни, что если он не прекратит портить великое достояние человечества, получит заклинание в глаз. Правда, как оказалось, под «достоянием человечества» она имела в виду не Поттера, который подумал, что гриффиндорке стало жалко его, а книгу. Вдобавок ко всему она подсказала Эрни, что бить Гарри сковородкой будет гораздо целесообразнее. Картина сменилась. Теперь профессор Снейп отчитывал Поттера за то, что тот взорвал класс. Потом зельевар превратился в рыбку, ту самую Золотую рыбку Невилла. Она пучила свои огромные глаза и требовала конфеты.

***

      Гермиона пробиралась сквозь толпу хихикающих учеников. На стене, рядом со всевозможными декретами Амбридж, висела табличка, которая произвела на студентов не меньшее впечатление, чем «слегка» ненормальное поведение Поттера за завтраком в Большом зале. Табличка гласила:

Гарри Джеймс Поттер Потомственный маг, целитель и провидец. Предскажу будущее, сниму порчу, верну любимого. Обращаться к личному секретарю — профессору Трелони.

«Что за чушь? — подумала гриффиндорка. — Нужно пойти к Трелони и все выяснить.» Она направилась в кабинет преподавателя прорицаний. Трелони сидела за маленьким столиком возле входа и записывала что-то в небольшую книжечку. Большая часть класса была отгорожена ширмой, за которой девушка увидела какую-то двухголовую тень, размахивающую руками. Гриффиндорка решила пойти туда. — В очередь! — рявкнул кто-то. Гермиона повернулась к источнику шума и заметила кучку недовольных учеников. — Нет, ну вы посмотрите на нее, вы только посмотрите! — негодовала Джинни Уизли тоном базарной бабушки. — Мы тут значит ждем, а она лезет без очереди! Каково, а? Могла бы и уважительнее относится к старшим, — заявила Кэти Белл, которая, как известно Гермионе, была старше ее всего на год. — Да что здесь происходит, в конце концов? — крикнула Грейнджер, она была явно недовольна незаслуженными замечаниями в свой адрес. Из-за ширмы выглянула голова неизвестного. По предположению Гермионы, это была голова Поттера. Голова Поттера посмотрела на гриффиндорку, после чего из-за ширмы вытянулась рука неизвестного. Гриффиндорка смекнула, что это, должно быть, рука того же Поттера. Рука Поттера подозвала девушку жестом, после чего за ширмой скрылась и рука, и голова Поттера.       Зайдя за ширму, Гермиона увидела следующее: за столом сидел Гарри и что-то бубнил, держа Ханну Аббот за руку. Та охала и ахала, слушая его речь, и со стороны можно было подумать, что он делает хаффлпаффке предложение руки и сердца. Вокруг прыгала Луна, одетая в какую-то звериную шкуру и, завидев Грейнджер, стала стучать костью в бубен. На втором столе, стоявшем у стены, находился котел, в котором варилась смесь болотного цвета. Смесь жутко булькала и выплескивалась из котла, грозясь претворить сон Поттера о взорванном кабинете в реальность. — Что здесь происходит? Кто-нибудь может мне объяснить?! — воскликнула Гермиона. — Он такой же нормальный, как и я, — произнесла Луна, указывая на Гарри. — Это я уже поняла. Но что это за... идиотизм с предсказаниями? — Понимаешь, Гермиона, я тут обнаружил, что могу предсказывать будущее. И я несказанно рад тому, что могу поделиться своими предсказаниями с народом! — восхищенным тоном произнес «Великий Провидец». — За определенную сумму, разумеется, — добавил он вполголоса. Послышался какой-то странный шум. В кабинет вбежал запыхавшийся Макмиллан и громко крикнул: — Атас! Амбридж! Ученики тут же побежали прочь из кабинета. Профессор Трелони хлопнула в ладоши, и ширма, и столик у входа исчезли. Класс вернулся в прежнее состояние. — Спокойно, Вася. Гермиона — за учебник! — скомандовал Поттер и швыранул книгу в гриффиндорку. — Луна — действуем по плану! — Луна кивнула и нацепила поттеровскую мантию-невидимку. В кабинет вошла Амбридж. На ее лице опять была фирменная жеманная улыбочка. Однако, на сей раз, она приоткрыла рот, обнажив свои белоснежные зубы. (Зубная паста МагГель! Зубная паста МагГель, и улыбка а-ля Златопуст вам обеспечена! Косая Аллея, магазин «Clean & Wash») — Что у вас тут происходит? Мне стало известно, что здесь организована несанкционированная деятельность сомнительной организации! — Ничего такого, — преспокойно произнес Гарри, — мы тут, это, тему не поняли и профессор Трелони любезно согласилась нам все объяснить. Не правда ли, девочки? Ханна и Гермиона, державшая в руках перевернутую книгу, кивнули. Амбридж пыталась сосредоточиться и выдвинуть сформулированное обвинение, но обвинение сформулироваться не хотело. Виной тому был странный шум, действующий на нервы. То Луна прыгала в мантии-невидимке и стучала костью в бубен над ухом Долорес. Поттер невинно хлопал глазками. Амбридж подошла к столу, на котором варилось зелье. Трелони ойкнула: она совсем забыла убрать эту жуткую смесь. — Что это здесь? — спросила Амбридж. — Супчик, — пожал плечами Поттер. — Мы, видите ли, проголодались, и профессор любезно согласилась накормить изголодавшихся учеников, дабы те, то есть мы, не упали в голодный обморок. Хотите попробовать? — спросил он, в надежде, что Амбридж траванется-таки приготовленным им зельем. Долорес наклонилась над котлом, в котором кипело и бурлило то, что Гарри назвал «супчиком». В это время Луна, неустанно стучавшая в бубен, оступилась. Так как она находилась совсем рядом с Амбридж, девушка упала на нее, а профессор в свою очередь полетела прямо на кипящий котел. Благо, последняя вовремя спохватилась и отскочила, однако, это не помешало ей получить костью в глаз. — Ох, как нехорошо получилось! — злорадствовала Трелони. Амбридж, разозленная и пострадавшая, назначила Поттеру неделю отработки. «Опять будет заставлять писать заколдованным пером», — вздохнул Гарри.

***

      Близилось Рождество, а значит, необходимо было предупредить мистера Уизли о грозящей ему опасности. Но как быть, почта ведь проверялась? Тогда Гарри решил сообщить это профессору Дамблдору, но тот почему-то все время был занят. То у него МакГонагалл в кабинете, то Снейп, то Флитвик, то вообще ученик какой-нибудь. Уж чем они там таким важным занимались — неизвестно, однако Поттера туда не пускали. Иногда из кабинета доносились крики. То надрывал глотку портрет Финеуса Найджелуса, который был вечно чем-то недоволен.       После долгих раздумий, Поттер пришел к следующему заключению: необходимо поговорить с Сириусом, уж тот-то передаст все куда следует. Но камины были под наблюдением, это было крайне опасно. Однако ничто не встанет на пути у отважного Гарри! Ни увещевания Гермионы, ни стук зубов Рона. Именно в этот момент они втроем выжидали, когда же мистер Блэк соизволит поговорить с ними. Наконец в камине появилась голова Сириуса. — Гарри! Гарри, ты здесь? Мне стало известно, что ты хочешь поговорить. — Да! Сириус, я буду говорить быстро, а ты слушай и молчи! МистераУизлихочетсъестьзмея, мнеприснилось, тынавернодумаешь, чтоясумасшедший, ноэтомнеприснилосибудеттак, тыдолженегопредупредить, — затараторил Поттер. Сириус посмотрел куда-то в сторону. Из камина появилась рука Амбридж, как в тот раз. — Это она! Опять она! Я же предупреждал! — закричал Рон и стал готовиться грохнуться в обморок. Не долго думая, Гарри схватил руку Амбридж и вытащил профессора из камина. Теперь та стояла перед Поттером, исступленно глядя то на него, то на Гермиону с Роном. — Ахт...апх.., — очевидно, от негодования профессор потеряла дар речи. Теперь она стала больше похожа на кудахтающую курицу, нежели на жабу. По версии Рона же она просто хотела сказать какое-нибудь крайне неприличное слово, но здравый смысл мешал ей это сделать в присутствии трех учеников. У Гермионы не было версий. У Гермионы были подкошенные ноги, готовые вот-вот закатиться глаза и желание. Желание убить этого чертова Мальчика-который-вместо-того-чтобы-убежать-вытащил-Амбридж-из-камина. Гарри ехидно улыбнулся. Видно, задумал что-то. Долорес пыхтела, как чайник, глядя на него. — Камин проверен, все чисто! Я уж было принял Вас, профессор, за нарушителя! — нашелся Поттер. — Служу родному Министерству! Разрешите идти? — громко сказал он. Амбридж растерялась. Впервые ей не в чем было упрекнуть ненавистного пацана. — Р-разрешаю, — сквозь зубы процедила она. Гарри натянул улыбку до ушей и замаршировал к выходу. Грейнджер и Уизли последовали его примеру. — Фух... я уж думал все... я думал: попали, — затараторил Рон, когда он с Гарри оказался в своей комнате. — Чего было волноваться-то? У меня всегда все под контролем! — заверил его Поттер. — А теперь, давай-ка займемся домашним заданием, иначе Снейп оторвет нам головы и сварит из них зелье!