Узумаки, ты идиот

Кушать не хочу. Пить тоже не хочу. Спать хочу, но не могу. Смотрю на настенные часы, которые я купила на свои первые деньги, заработанные за самую первую в жизни миссию. Они не были какими-то особенными, часы как часы, однако сколько раз я на них смотрела и гадала. Ну, что-то наподобие: «если я сейчас посмотрю на часы, и большая стрелка будет на пяти, то я сдам экзамен на шиноби». Или «если сейчас будет четный час, я точно получу звание чуунина». Не стоит ваших аплодисментов, я знаю, какая я умная. Я уже четвертый раз гадаю примерно этим же способом, и уже четвертый раз даже часы говорят мне о том, что ничего хорошего в моей затее нет. Я так же пытаюсь себя убедить, что мне это все приснилось. Что я не ходила к Хатаке, и не умоляла его, чтобы он любым способом сделал меня женой Наруто. Я не наблюдала за косым взглядом Какаши и не слушала его фраз, типа: «ну, наконец-то Харуно, а я думал, что не доживу». Из меня вылетает стон сожаления, и я пытаюсь спрятать голову в подушке. Зажмуриваю глаза и тут же их открываю. А что если Наруто влюблен в Хинату? Что если он планировал вскоре на ней жениться? А что если она вообще его судьба? Что если у них должны были родиться дети… Двое, к примеру! Сын и дочь, со странными именами, типа Боруто и Химавари? Вся эта картина меня жутко выбесила и я решила резко выпрыгнуть из кровати. Учитывая, что я уже давно не спала и давно нервничала, я смачно упала на пол. Это было настолько четко, что я даже решила, что мне стоит взвеситься, потому что легкие девушки с таким грохотом и грациозностью не падают. Сижу на полу, обнимаю себя за колени, и пытаюсь понять, что же мне делать. Ни в будущем, ни завтра, а вот именно сейчас. Сначала, я решила, следует что-то сделать со своей сонливостью, поэтому я достала свои чудо-таблетки собственного приготовления, которые я не принимала до последнего момента. Взяла одну, и через пару секунд вторую. Как вести себя дальше я смогу понять только на свежую голову. Так же говорят? Может и не так. Тем не менее, я уже ни о чем не думаю, а погружаюсь в принужденный мною же сон. *** Вы все еще переживаете по поводу того, что я принимаю какие – то таблетки и тут же засыпаю? А о снотворном Вы тоже ничего не слышали? В любом случае, думайте обо мне все, что пожелаете. Лично я уже все о себе передумала. Что я коза, потому что мешаю счастью Узумаки и Хьюга. Потом я поняла, что я еще и тварь, потому что меня совершенно не беспокоит тот факт, что они могут быть счастливы. А еще, я кажется шлюха. Потому что теперь я думаю не только об Узумаки, но и об Учихе. — Ааагх, — из меня вырывается ужасный стон, который сам мне противен. — Сакура? Мама приоткрывает дверь моей комнаты, и просовывает через щель свое лицо. — А, — мама на секунду осекается, — ты все еще страдаешь… В общем, когда закончишь — спускайся вниз, солнышко. Мы с папой приготовили ужин. Шикарно! Моя мама — богиня поддержки. Никогда я еще не чувствовала себя так хорошо! Я еще раз делаю глубокий вдох и глубокий выдох. Медленно считаю до десяти и начинаю сопоставлять факты с предполагаемыми возможными действиями. Учиха предлагал мне… Ну, как это назвать… Грубо говоря, Саске предложил мне с ним встречаться. Я ему в принципе отказала. Это было больше похоже на отказ, честно! Я даже, если честно, возмутилась и реально разозлилась. Как он мог себе представить, что я смогу с ним быть связана каким-то отношениями, кроме: «привет» и «пока». Что касается второго – Узумаки – этот мне ничего не предлагал. Хотя, я даже ни разу после войны не оказалась рядом с ним наедине. То, что я приживила ему руку: не считается. Мы там не были одни. Почему я сама к нему не подходила? Ну, я просто боялась. А вдруг он будет с Хинатой, когда я к нему приду? А вдруг он меня просто не захочет слушать? Вдруг не поверит, что я вот так вот раз и… Так или иначе, я поняла. Делаю вздох и еще больше заматываюсь в одеяло. Смотрю на фотографию нашей команды. Я поняла, что влюбилась в Наруто. Ни вчера, ни сегодня, ни неделю назад. Если быть откровенной, я начала давно в него влюбляться. Да, это происходило медленно и тянулось даже несколько лет, и я этого совершенно не понимала, потому что перед глазами и в разуме постоянно маячил Саске и я была уверена, что так и должно быть. Я расстроилась, когда узнала, что Узумаки покидает деревню аж почти на целых три года. Я, конечно же, этого не показывала, но я по нему скучала. Через полгода я уже свыклась, тем более тренировки с Цунаде-сама занимали все мое время и разум, хотя это не означает, что я не думала ни о Саске, ни о Наруто. Думала, и еще как. А тот день, когда он вернулся… Боже, как бы я хотела еще раз прожить этот день. Он же просто стал красавцем, разве нет? Он больше не был этим худощавым хулиганом и грязнулей. Он стал парнем. Более высоким, более крепким и более глупым. Хотя последнее… Нет, пожалуй морально он остался самим собой, если только не стал крепче духом. Боже, это был счастливый день. Ха! Я до сих пор помню взгляд Хатаке и Наруто, когда я долбанула по земле. И то это был слабенький удар. Наша первая и весьма серьезная битва по спасению Казекаге. А ведь я тогда могла умереть. Это была первая миссия, после которой, пожалуй, я серьезно задумалась о том, какая опасность меня ждет впереди. Все миссии до этого, даже с тем страшным Забузой – это были пустяки, по сравнению с тем, что нас ожидало впереди. Раньше я всегда знала, что случись что – к нам придут на помощь либо учителя, либо товарищи – кто угодно, но на помощь придут. А тут, после возвращения Наруто все будто изменилось в считанные секунды. Теперь либо ты можешь за себя постоять и заодно спасти товарищей, либо ты просто труп. Помотав головой, будто, отдаляясь от нахлынувших меня воспоминаний, я неожиданно для себя понимаю, что все-таки моя затея была полным бредом. А также, учитывая что прошло уже пару дней, а от Хатаке никаких новостей, возможно он даже принял мою просьбу за шутку или даже розыгрыш. Потому что даже мне сейчас стало казаться это все полным бредом. Кого я обманываю? Себя? Его? Нас обоих? Ведь если рассуждать логически, Наруто уже давно не предлагал мне сходить на свидание или же просто прогуляться. Более того, сейчас он встречается с Хинатой. И даже неважно она ему предложила встречаться, или он – хотя, если предложила она, тогда я могу верить, что она его завербовала и подчинила себе, и тогда я могу смело ее обзывать. А вдруг его влюбленность в меня испарилась так же как моя влюбленность в Саске? Боже. Вот я дура. А еще попросила женить на мне. И вот, хорошо, поженили нас. Что дальше? Я начну его влюблять в себя? Или я покажу насколько я лучше Хинаты? А чем я лучше? Она вообще с ним была с самого начала, даже когда я на него не обращала никакого внимания и даже била и издевалась. От этих мыслей мне стыло жутко и стыдно одновременно. А я еще думаю, что могу ему нравиться. Да хрен там был. Нет, я погорячилась. Нужно срочно сообщить Какаши-сенсею, чтобы он все это отменил. Я все же решила спуститься вниз к родителям. Какаши-сенсей это одно, но вот жрать хочется всегда – захвачу что-нибудь по дороге, и сразу к нему. Надеюсь, что я успею. Однако кроме еды мне почему-то захотелось привести себя в порядок, что бывает со мной редко в последнее время и более того, мне захотелось что-то в себе изменить. Что, в принципе, было сложно. Волосы и так слишком короткие, длинными они в одну секунду не станут. Я резко распахнула дверцы шкафа и через пару секунд наткнулась на костюм, который пару недель назад мама откопала для меня. Такого сейчас точно нигде не найдешь, потому что как вы могли догадаться, это была старая одежда, которую мама так в молодости никогда и не одевала. — Я тогда уже была беременна тобой, и мое пузо никуда не помещалось, — говорила она тогда. Как-будто на первой неделе беременности я уже сразу была размером с обычного новорожденного ребенка, тем не менее, все еще пребывала в животе. Так или иначе, хоть костюм был старым, кажется, мне он подходил. Темно зеленые, практически черные, длинные штаны, сужающиеся и подчеркивающие мои стройные ноги. В принципе, это была единственная часть тела, которая мне нравилась. Кроме штанов к костюму прилагалась кофта чем-то похожая на байку Наруто. Она была скорее светло зеленого цвета, и, все-таки была женской кофтой, поэтому к ней прилагался пояс. Поэтому, напялив на себя топ черного цвета и привычную для всех шиноби дырчатую майку, я надела байку с широким поясом, попыталась что-то сделать с волосами, и вот только тогда наконец-то выбежала из своей комнаты. — Мам, — кричу я куда-то вдаль, быстро спускаясь по лестнице, — я скоро вернусь, и тогда… — У нас гости, — сияя, пробормотала мама. Хотя и без нее я заметила копну так полюбившихся мне светлых волос. Он уже успел снять кофту, и оставался лишь в одной майке. Я видела его со спины, однако уже сейчас я не могу отвести взгляда от его мускулистых рук. Ну почему они такие привлекательные?! Наруто обернулся настолько резко, что он успел заметить, как я любуюсь его телом. Черт. Тем не менее я успела заметить как он — как бы это самонадеянно не звучало — любовался мною. — Ого, — непривычно для него и меня отметил Узумаки, обернувшись ко мне в пол оборота, — тебе очень идет, Сакура-чан! — Когда ты пришел? — искренне удивляясь, я решила начать разговор именно с этого вопроса. Ведь это так важно узнать, как давно она находится в моем доме. А вдруг он слышал мои стоны? Или это мама позвала его, мол, спасай свою подругу от депрессии? Она ведь могла. — Твоя мама говорит, что ты какая-то странная в последнее время. Укоризненно смотрю на маму, которая старательно избегает встречи с моим злобным взглядом. Ничего, сейчас пятно на лбу прожгу. — Все со мной в порядке, — с привычным раздражением отвечаю я. — Ну, не знаю, — бурчит Узумаки, пристально наблюдая за каждым моим движением, когда я присаживаюсь за стол напротив него. — Ты даже стиль сменила. — Стиль? — я позволяю рассмеяться в голос. — Ну, конечно. Я смотрю в сторону и понимаю, что у меня начинает появляться настроение. Странно, не так ли? «Начинает появляться настроение». Такое увлекательное ощущение, когда ты понимаешь, что быть унылым говном не так уж и интересно, и начинаешь копаться в сам себе и за считанные секунды осознаешь, что день не такой уж и плохой, что сам по себе, как человек, ты не такой уж и несчастный, и что день сегодня можно прожить с лучезарной улыбкой. Почему бы и нет? Но я то знаю, что это все из-за него. Из-за Наруто. — Спасибо большое. Очень вкусно! Я наблюдаю, как Узумаки сам ставит тарелку в раковину и даже пытается начать ее мыть, на что мама сразу высказывает свои претензии. Не успеваю я поковыряться еще пару секунд в своей тарелке, как Наруто напрочь сбивает меня с толку. — Ну, что — пойдем? Он скрестил руки на груди и пристально вглядывается в меня, будто пытаясь понять насколько тяжела моя депрессия. Господи. — Куда это мы должны идти? — К Хокаге. Разве ты не получила сообщение от Какаши-сенсея? Мои внутренности реально сжались внутри меня, и, кажется, не собирались возвращаться в привычную форму. Это то, о чем я думаю? — Он нас ждет у себя, — бормочет Наруто ухмыляясь, когда я закрываю за собой дверь дома, - сказал, что у него есть для нас важные новости. О, Наруто, боюсь, важнее и не придумаешь. Почему мне сейчас так неловко? Хотя «неловко» это еще не то слово. Мне жуть как страшно. Страшно, что будет, когда Наруто узнает, что… Боже. Я провожу рукой по лицу и, Слава Богу, он этого не замечает. А может, ничего страшного? Узумаки, все-таки ко мне зашел, может быть, он хочет признаться, что все еще надеется на свидание со мной? А я тогда могу сказать ему сразу, что готова сразу выйти за него замуж! Или это уже слишком с моей стороны? А может вообще лучше сейчас остановиться и во всем признаться? Я, к своему удивлению, протягиваю ладонь и почти хватаюсь за плечо Узумаки, как справой стороны, тоже к моему удивлению, к нему подходит Хината. Я резко останавливаюсь. — Привет, солнышко, — писклявый голос Хинаты вводит меня в заблуждение. — Давно тебя не видела. — Прошло же только пару часов, — улыбается Узумаки. Он стоит ко мне спиной, но я знаю, что эта скотина улыбается. И тут к моему ужасу они начинают целоваться. Хотя нет, это не поцелуй. Это самый настоящий засос. Странно, что Хината еще не лапает его за задницу. Мне становится стыдно, потому что я осознаю, что я бы точно схватилась за ягодицу Наруто. — О, Сакура, привет. Мое лицо явно искривляется, однако Хьюга этого не замечает: Слава Богу, на дворе поздний вечер. А еще эта коза просто называет меня «Сакура». Звучит так, будто я проигравшая, а она выигравшая. «Ну, погоди, Хьюга», — вертится у меня в голове, когда я резко выхватываю Узумаки от цепкой Хинаты, и веду его к Хокаге. — «Мы еще посмотрим».