Там, где мы есть

      Вот уже почти месяц Колин ОʼДонохью бился над решением головоломки под названием Робби Кэй. Хотя как можно разгадать загадку, когда даже не понимаешь — с чего начинать? Этот странный зеленоглазый парень был уверен, что никакой дружбы между ними быть не может, а Колин никак не мог понять — почему? Почему этот мальчик сторонился его, пресекая все попытки сближения? Почему дружелюбный и улыбчивый с другими Робби, с ним становился холодно-вежливым и закрытым? Почему каждый раз, когда Колин был уверен, что отношения между ними налаживаются, все возвращалось к исходной точке — не друзья, всего лишь коллеги? Порой Колину казалось, что он плутает в лабиринте, пытаясь найти выход. И какой бы путь Колин ни выбирал, он неизменно оказывался в тупике, запутываясь еще больше и больше…       Первую неделю съемок они с Робби даже не пересекались. Почти не пересекались. По крайней мере, совместных съемок у них не было, а редкие встречи в холле отеля, где обычно по утрам собирались все, кто был задействован в этот день на съемочных площадках, сближению не способствовали. Через свою ассистентку Колин узнал, что первую неделю у Роба съемки на «натуре», причем в основном в вечернее время, а вот вторую неделю молодому актеру предстояло поработать на одной из «зеленых» площадок. У Колина тоже вся вторая съемочная неделя проходила на «зелени», где они снимали сцены на «Веселом Роджере» с кучей спецэффектов в основном водных. Просто бесконечные тонны воды, которые создавали иллюзию штормящего океана… И по странному стечению обстоятельств у Роба были съемки на соседней площадке, где ему предстояло немного «полетать». Они столкнулись в коридоре, когда каждый спешил в свой павильон, и Колин чуть было не вылил на Робби стакан горячего утреннего кофе-эспрессо, который всегда помогал ему проснуться. Колин взял стаканчик с кофе из автомата и, развернувшись, с кем-то столкнулся, расплескивая обжигающий напиток себе на руку и немного на того, с кем пришлось неожиданно встретиться.       — Твою мать! — горячий кофе обжег руку, и Колин чуть было не выронил стакан.       — Вот именно! — знакомый голос заставил Колина резко поднять голову. — Черт! Куда так спешить-то? — напротив стоял Роб и брезгливо отряхивал с одежды, попавший на него кофе. — Надеюсь, что никто не заметит этих пятен, — Робби уже переоделся в костюм своего героя, и надо сказать, что на грязно-зеленом плаще кофейные пятна были действительно незаметны.       — Извини, не заметил тебя, — Колин улыбнулся парню, надеясь улыбкой разрядить обстановку.       — Нужно закрывать стакан крышкой, тогда бы не пришлось извиняться, — Роб нагнулся и поднял стакан закрытый крышкой из кофейни Starbucks, который, по всей видимости, выронил во время их столкновения. — Вот видишь, даже и капли не пролилось, — Робби показал стакан с черной крышкой Колину, а затем демонстративно бросил его в мусорное ведро.       — Извини, что оставил тебя без кофе, — ситуация была какой-то неловкой, и Колину было чертовски неуютно от проницательного взгляда зеленых глаз.       — Боже! Как много извинений для одного утра, — Роб закатил глаза и хмыкнул.       — Давай, я угощу тебя кофе? — Колин уже было направился к автомату.       — Спасибо, конечно, — Робби усмехнулся лишь уголком губ. — Но я предпочитаю кофе из Starbucks, поэтому не стоит суетиться, — Роб снова ухмыльнулся Колину и направился в свою студию.       — Тогда я буду должен тебе кофе из Starbucks, — Колин сам себе напоминал подростка, который во что бы то ни стало хотел завладеть вниманием понравившейся ему красотки и задержать ее хотя бы еще на мгновение.       — Ты все равно не угадаешь, какой кофе я предпочитаю, — Робби на мгновение обернулся, прежде чем скрыться за дверьми павильона. — Поэтому просто забудь…

Chris Daughtry — Every Time You Turn Around

      Но Колин не забыл. Он, удивляя себя своей же настойчивостью, выведал у ассистента Робби, какой кофе любит его подопечный. Патрик оказался довольно дружелюбным парнем. И, хотя к вопросу о пристрастиях мистера Кэя отнесся с долей подозрения, все же рассказал, от чего Робби Кэй не сможет отказаться, потому что лично каждое утро покупал для Робби любимый кофе в любимой кофейне. Попутно Колин выяснил, что Роб будет сниматься в соседней студии до пятницы, и тут же вызвался на пару дней подменять Патрика в роли курьера по доставке кофе для мистера Робби Кэя. Забавно наблюдать за человеком, который предпочитает начинать свое утро с чашечки кофе, ну или со стакана с любимым напитком, но по какой-то причине лишенного такого удовольствия. Не проснувшийся и недовольный — вот эти определения, которые как никогда подходили Робби Кэю, когда Патрик ему сообщил, что не сможет привезти обожаемый им гранде мокко с белым шоколадом. Роб уже было направился к автомату с кофе, чтобы сделать себе хотя бы латте, когда его окликнул знакомый голос.       — Ты же не пьешь кофе из автомата, — Колин удивленно вскинул бровь и улыбнулся. — Только Starbucks.       — Я говорил о том, что предпочитаю их кофе. Но если нет выбора, то могу глотнуть и такого кофейку, — Роб снова повернулся к автомату. — Удовольствия, конечно, не получу, но и не умру.       — А я хочу, чтобы ты все же получил удовольствие от сегодняшнего утра, — Колин протянул стакан с известной всему миру зеленой эмблемой и черной крышкой. — Два утра подряд без любимого кофе — это уж слишком безрадостно. Робби недоверчиво взял протянутый ему стакан и, не отводя от Колина ничего не выражающего взгляда, сделал глоток.       — М-м-м-м… — Роб прикрыл глаза от удовольствия и облизнул губы, незатейливым движением языка вводя Колина в ступор — этот мальчишка вызывал в нем какие-то не поддающиеся контролю эмоции. — Как ты узнал, что это мой любимый?       — Патрик сознался… — Колин никак не мог отвести взгляд от ярких губ парня.       — Ты его пытал, что ли? — Роб засмеялся. — Надеюсь, не своим устрашающим крюком?       — Нет, — смех Робби заставил Колина наконец-то оторвать взгляд от губ парня и рассмеяться в ответ. — До крюка дело как-то не дошло… Они еще некоторое время стояли в коридоре, болтали и пили кофе. Роб свой мокко, а Колин все же предпочел эспрессо, который тоже взял в знаменитой кофейне. Роб был прав — кофе из Starbucks было в разы вкуснее бурды из автомата. С каждым глотком кофе взгляд Роба становился теплее, а улыбка искреннее, и Колин ловил себя на мысли, что готов вот так стоять и разговаривать с этим мальчиком вечно. Но их обоих уже ждали съемочные группы, о чем им напомнили ассистенты операторов. Поэтому, торопливо допив кофе, они поспешили каждый в свой павильон. И уже когда Колин почти закрыл дверь, Робби окликнул его:       — Спасибо за кофе, Колин!       — Всегда пожалуйста, — Колин обернулся и улыбнулся Робу. — Завтра жду тебя на том же месте в тот же час.       — Это как-то смахивает на… Ты мне что, назначаешь свидание? — Роб саркастично хмыкнул и изумленно изогнул левую бровь.       — О чем ты, Робби? Это всего лишь общение коллег, — Колин подмигнул Робу и скрылся за дверью, оставив парня в некотором недоумении.       Колин решил, что в этот раз не будет торопиться с дружескими отношениями. Его радовало уже одно то, что Роб хотя бы шел на контакт. Почти всю последующую неделю они встречались каждое утро перед съемками, неторопливо пили кофе и разговаривали. Ни о чем таком, что могло хоть как-то смутить Робби. Правда, Колин все равно чувствовал себя как на минном поле, потому что с этим мальчиком было совершенно непонятно, что именно и в какой момент его может вывести из состояния покоя и уравновешенности, когда теплый оттенок зелени глаз сменялся обжигающим холодом. Поэтому Колин по большей части молчал, но с удовольствием слушал болтовню Роба в основном о съемках. Колин не признается Робби, что почти в каждый выпавший перерыв в собственных съемках втайне наблюдает за ним, укрывшись за декорациями. Коллеги поговаривали о том, что с Робби чертовски неуютно находиться на одной площадке даже вне съемок — во время перерывов.       — Ты не представляешь… — Дженнифер как-то делилась своими ощущениями с Колином, после совместных съемок с Робби Кэем. — Как только он одевает костюм своего героя и гримируется, то моментально превращается в какого-то саркастичного злобного ублюдка и ни на минуту не выходит из этого образа… Даже в перерывах съемок. У меня волосы на руках дыбом встают, когда он только проходит мимо меня. И знаешь, мне даже приходилось концентрироваться в совместных сценах, чтобы не забыть свои реплики. Я чувствовала себя кроликом, который смотрит в глаза удава… Странный парень. Он как будто не играет роль Питера Пэна… Как будто он сам и есть Питер Пэн. Одно дело слышать, что о Робби говорили коллеги, другое дело — наблюдать эти метаморфозы. Вот буквально только час назад они непринужденно болтали, и в глазах Робби мелькали озорные искорки, когда он рассказывал что-то забавное о Джареде Гилморе. Теперь же герой Джареда — Генри — терялся от бездушного взгляда Питера Пэна, а Колину казалось, что ребята вовсе не играют… По крайней мере, Робби. Дженнифер была права — Робби не играл роль Питера Пэна, он был Питером Пэном. И еще, глядя на парня, Колин каждый раз ловил себя на мысли, что он откуда-то знаком и с жестами этого мальчика, и взглядами, и голосом, и даже с левой бровью, которая словно живет собственной жизнью. Хотя он уверен в том, что не встречал этого парня раньше. Колин ОʼДонохью все еще не оставлял надежду разгадать головоломку под названием Робби Кэй и собирал о нем информацию по крупицам воедино, пытаясь как-то все сопоставлять и анализировать, чтобы нащупать то, что приведет его к разгадке. И если с Робби-актером Колин был уже неплохо знаком, как ему казалось, то вот о Робе в обыденной жизни он знал катастрофически мало. Колин, конечно, рисковал снова оказаться в нулевой точке их более-менее наладившихся отношений, когда в четверг — последний день, когда их съемки проходили в соседних павильонах, во время совместного утреннего распития кофе предложил Робби присоединиться к их компании субботним вечером и провести время в одном пабе, который они с Майклом Реймондом об­лю­бова­ли, еще снимаясь во вто­ром се­зоне.       — Серьезно? — Роб саркастично выгнул бровь, а Колин испугался, что снова сделал неверный шаг. — Я подумаю. И если у меня не изменятся планы, то может и приду, — Робби пожал плечами, а Колин испытал какое-то чувство эйфории, когда не увидел в глазах собеседника ожидаемого холода.       — Можешь прийти с Шоном — он в курсе, а можешь дать мне номер своего телефона, и я сброшу адрес и время, когда мы соберемся, — сейчас Колин уж точно рисковал, когда смотрел в настороженные глаза Роба, который словно обдумывал последствия, если у Колина будет его номер телефона.       — Хорошо, — Роб снова пожал плечами. — Записывай…       Колин так и не сбросил Робу адрес паба, куда его позвал. И Робби, в общем-то, и не собирался никуда идти, но в последний момент почему-то передумал и пришел вместе с Шоном в тихий, по-семейному уютный паб, который был буквально в паре кварталов от их отеля. Майкл вместе со своей гитарой уже поджидал их за одним из столиков.       — Колина сегодня не будет. Всем привет, — Майкл поприветствовал их. — Говорят, что его не было на съемках и в пятницу, и пришлось срочно перекраивать график. Поговаривают, что он улетел в четверг ночным рейсом в Дублин. Наверное, время пришло, — Майк подмигнул. — Но думаю, что мы и без Колина неплохо проведем время. Время они действительно провели неплохо. Робби позвонил Паркеру Крофту и пригласил присоединиться к их маленькой дружной компании. И в то время как Шон и Майкл играли на гитарах и распевали песни с местным бэндом, развлекая немногочисленную публику, Роб, развалившись на уютном диванчике и головой устроившись у Паркера на коленях, думал, как ни странно, о Колине ОʼДонохью и размышлял над словами Майкла о том, что «время пришло». К чему пришло? И почему Колин так спешно сорвался в Дублин? Что случилось такого важного, из-за чего даже перекроили график съемок? Спрашивать об этом Майкла было как-то неудобно… И, в общем-то, не все ли равно, что Колина не было? С одной стороны, Робби был даже рад этому факту. С другой, где-то в глубине души ему было немного обидно, что Колин не пришел и даже не предупредил его… За несколько дней совместного распития утреннего кофе Робби успел изменить свое отношение к Колину и все чаще подмечал жесты и мимику своего Киллиана, по которому отчаянно скучал. А теперь, когда Колин неожиданно исчез, Роб поймал себя на мысли, что скучает и по Колину тоже. Черт! Ведь он мог позвонить или хотя бы бросить сообщение… Хотя с чего это Робби так решил? Это друзьям сообщают важные новости в первую очередь, а они с Колином даже не друзья, а так — коллеги. Поэтому новость о том, что у Колина ОʼДонохью родился сын, Робби узнал вместе с остальными коллегами по съемкам в понедельник, когда Колин вернулся обратно в Ванкувер. Новость застала Роба врасплох — он почему-то даже не думал, что у Колина есть семья… А оказалось, что есть — красавица-жена Хелен и вот теперь крошка-сын Эван. Получается, что в феврале, когда произошла их злополучная встреча в ночном клубе, жена Колина уже была беременна? Как же это все… мерзко. И как бы Робби ни хотелось видеть в Колине ОʼДонохью своего Киллиана, память возвращала его в полумрак душной туалетной кабинки снова, снова и снова, разрушая все его иллюзии.       Прошла целая неделя с тех пор, как они виделись последний раз. Все это время Робби избегал встреч с Колином, как, впрочем, и общения, потому что категорически не отвечал ни на телефонные звонки, ни на сообщения. Колин ничего не понимал и даже как-то, пытаясь подкараулить парня в отеле, несколько часов провел под дверью его номера, пока Паркер, с которым они полдня репетировали сцену сражения для завтрашних съемок, не сообщил ему, что Роб вряд ли появится, потому что встретил какого-то знакомого из Хьюстона и, скорее всего, зависнет у него надолго. Колин встретился с Робби только в четверг на совместных вечерних съемках, и ему хватило лишь одного взгляда, чтобы понять, что между ними снова образовалась пропасть — Роб, проходя мимо, удостоил его ничего не говорящим взглядом и кривой ухмылкой. А Колину отчаянно хотелось схватить этого мальчишку, развернуть, встряхнуть как следует и потребовать ответа на вопрос — что случилось? Услышать хоть какие-то объяснения его молчания и полного игнорирования. Но Робби уже вошел в образ Питера Пэна, и Колин не решился даже подойти к парню, потому что чувствовал исходящую от него… опасность. Коллеги вовсе не шутили, когда говорили, что рядом с Робби чувствуют себя чертовски неуютно. Колин слышал это уже и от Майкла, которому «посчастливилось» поработать с Робби Кэем. И Май­кл же еще говорил, что Роб никогда не запарывает дубли, играя сразу начисто, и его раздражает, когда приходится переснимать сцены. В общем, Колин не рискнул подойти к парню. К тому же, Феликс не отходил ни на минуту от своего Питера Пэна, и Колин решил, что поговорит с Робби позже, после съемок. Он уверен, что все разъяснится. Но одна-единственная фраза, адресованная Питером Пэном Капитану Киллиану Джонсу, выбивает Колина из колеи.

Arctic Monkeys — Do I Wanna Know?

      — А вот жульничать нехорошо… Гадко! — Роб неторопливо вышагивает по вершине небольшого холма, возвышаясь над все­ми участниками, снимаемой сцены, а Колин не может оторвать от него взгляда. — Я жду большего от Капитана, — Роб презрительно, с некоторой брезгливостью поджимает губы и выразительно выгибает левую бровь, бросая на Колина злой взгляд. И вроде Колин понимает, что и это презрение, и эта фраза адресованы Питером Пэном Капитану Джонсу, но в то же время ему кажется, что Роб говорит именно ему — Колину — про большее гадкое жульничество, потому что ему становится не по себе от взгляда полного ненависти. Такую ненависть сыграть невозможно. И Колин теряется и забывает свою реплику, запарывая тем самым дубль.       — Слушай, он тебя реально ненавидит, — в небольшой перерыв между дублями Лана подошла к Колину и поделилась своими наблюдениями. — Если нас Робби, вернее, Питер ненавидит по сценарию, то тебя, Колин — по-настоящему… Когда и чем ты успел насолить парню? Эпизод сражения с Пропащими мальчиками для второй серии сезона снимали несколько часов подряд, а Колин все это время после разговора с Ланой пытался понять — чем заслужил такую ненависть? Тем что не смог прийти в прошлую субботу в паб? Так у него на это была уважительная причина. Робби должен был его понять. Ведь буквально еще неделю назад они чудесно общались… Или случилось что-то еще, о чем он даже не догадывается? Колин с нетерпением ждал окончания съемочного дня и, услышав: «Снято. Всем спасибо», сорвался на поиски Роба. Он едва успел перехватить его на съемочной площадке — парень уже садился в машину своего ассистента.       — Роб, мы можем поговорить? — Колин окликнул Робби, который уже было открыл дверцу автомобиля.       — О чем ты хочешь поговорить, Колин? — Роб обернулся и смерил Колина презрительным взглядом.       — Может, отойдем? — Колин мельком глянул за спину Роба — в машине все тактично отвернулись, но ему все равно было неловко. Робби проследил за взглядом Колина, хмыкнул, но все же отошел на приличное расстояние — в темноту уже наступившей ночи, где их было почти незаметно, если бы не вышедшая из облаков луна.       — Что случилось? — Колин решил не ходить вокруг да около. — Ты избегаешь меня, игнорируешь сообщения, не хочешь разговаривать, не отвечаешь на звонки…       — А должен? — Роб усмехнулся, глядя на растерянное лицо Колина.       — Хотелось бы… — Колин нервно облизнул губы.       — Странно, что ты нашел мой номер в своей адресной книге. Я думал, что ты потерял его, и поэтому не смог сообщить мне, что улетаешь в Дублин…       — А должен?       — Хотелось бы… Хотя бы потому, что я бы тогда знал, что не стоило тащиться в паб.       — Я не успел. Все получилось как-то спонтанно. Мне позвонили, сказали, что Хелен увезли в больницу… Я растерялся и ничего не соображал. Все решала Сара, — Колин улыбнулся. — У меня не ассистент, а просто золото… Она и с продюсерами договорилась, и билет на самолет купила, и в аэропорт отвезла, и даже на стойке регистрации практически передала меня экипажу, чтобы они за мной присматривали, — Колин снова улыбнулся, но уже как-то виновато. — Прости, что не предупредил. Но я предлагаю собраться в эту субботу — отпразднуем рождение моего сына. Ты как?       — Поздравляю тебя, Колин. Ты, оказывается, семейный человек, а теперь еще и счастливый отец, — Роб ухмыльнулся… Нет. Скорее болезненно поморщился. — Но вряд ли я смогу разделить с тобой эту радость. Завтра улетаю домой. Вернусь только в воскресенье вечером, — Роб пожал плечами. — Извини, но я хочу провести пару дней со своей семьей.       — Понятно… — Колин задумчиво провел ладонью по затылку, взъерошивая волосы. — Но может тогда в следующий раз? Мы каждую субботу тусим в том баре. Приходи. Я буду ждать тебя.       — Ничего не могу тебе обещать, — Робби скривил свои красивые губы.       — Хочешь, я встречу тебя в аэропорту в воскресенье? Во сколько твой рейс прилетает в Ванкувер? — Колин отчаянно цеплялся за любую возможность попытаться снова наладить отношения с этим мальчиком, который был ему интересен.       — У тебя здесь есть машина? — Роб изумленно выгнул левую бровь, когда Колин утвердительно кивнул. — Оу! Надо же… — Робби так и подмывало расспросить Колина подробнее о его машине, но… — Но не стоит утруждаться. Меня встретит Патрик. Поэтому увидимся на съемках, Колин. Думаю, что нескоро — в графике на следующие три недели у нас вроде нет совместных съемок. Робби развернулся и уже направился было к машине, в которой его все ждали уже довольно долго, как вдруг остановился и снова повернулся к Колину.       — Колин, тебе все так же сниться темнота? — Роб смотрит своему собеседнику прямо в глаза. Пристально. Не моргая. Ему и не нужен ответ, потому что он знает его. Но все же усмехается, когда Колин медленно кивает. То ли свет от луны падал как-то по-особенному, то ли сказывалась усталость после съемок, но Колину показалось, что глаза у парня стали абсолютно черными… Как та непроглядная темнота, которая снилась ему каждую чертову ночь. Темнота, от которой не убежать, не скрыться… Темнота, в которую он погружается во сне… Темнота, в которой приходил Он. Вот только последнее время Колин весь сон томится в удушающе-липкой темноте один в надежде, что Он появится и…       — И ты все так же ждешь его в этой темноте. Тебе ведь нравится, что он делает, да? — и снова Робби знает ответ, но его забавляет растерянность и даже испуг в глазах Колина, когда тот после минутного замешательства снова утвердительно кивает. — Странные сны для порядочного семьянина, не находишь? Может, ты не такой уж и порядочный, Колин? — Робби широко улыбается неподвижно застывшему мужчине и подмигивает, а Колин с изумлением отмечает, что черные глаза мальчика снова стали нормальными… Это просто какое-то наваждение… Он молча наблюдает, как его персональное наваждение направляется к машине, садится в нее и уезжает, оставляя Колину вместо ответов, еще больше вопросов.       Вопросы роятся в голове Колина ОʼДонохью, мешая ему уснуть. Колин абсолютно уверен, что Робби все знает о его снах. Вопрос — откуда? Откуда этот мальчик может знать, что делает тот, кто приходит в его сны? Он что, читает мысли? Или он умеет считывать сны, проникая в подсознание? Не мальчик, а сплошная чертовски сложная головоломка, ответ на которую Колин никак не может найти. Может, не там ищет? Может, нужно искать ответ в снах? Жаль, что ему последнее время снится темнота… Только темнота. Уже не такая пугающая и давящая. Он привык к ней. Сроднился. Но он все так же каждый раз ждет Его… И Он появляется сразу же, как только Колин проваливается в свою удушающе-липкую темноту. Как будто Он поджидал его. Он дышит Колину в затылок, а затем обжигает своим дыханием шею… ключицу… плечо… Снова возвращается к шее. Он не сокращает едва уловимое между ними расстояние, а Колин почти не дышит, страшась спугнуть свое долгожданное наваждение, и вздрагивает всем телом, когда чувствует, как Он проводит горячим языком по всей шее от ключицы до уха, оставляя влажную дорожку. Колин так долго ждал Его в этой проклятущей темноте, что не сдерживается и стонет, запрокидывая голову назад и в последний момент пугаясь, что Он исчезнет. Но голова находит точку опоры на Его плече, а Он впивается жалящим поцелуем в шею чуть пониже уха, и Колина выгибает от такой ласки. Он так соскучился по Его поцелуям, что непроизвольно подставляет Ему свои губы. Колину все равно, что Он, схватив за волосы на затылке, оттягивает сильнее голову назад, до хруста в позвоночнике, и дышит в его губы горячо и рвано. Колину плевать. Потому что единственное что он сейчас хочет, чтобы Он наконец-то поцеловал его. Горячо. Влажно. Долго. Так, как может только Он… Колин хочет, чтобы Он не уходил. Не исчезал до утра. Терзал его тело своими поцелуями и ласками. Колин слишком долго ждал Его… И Он не уходит. До самого утра…