Невидимый свет

      Когда я зашла в дом, старик сидел на табурете перед лампой и внимательно смотрел на меня. Мне не потребовалось объяснений, чтобы понять, что он нас боится. И было столь же очевидно, что он хотел позвонить в полицию. Но пока еще не успел. Он боялся. Но не ожидая еще спасения. Повезло.       - Доча, а что с вами случилось-то? - спросил он, повернувшись ко мне вполоборота. Как же ему страшно. Разумом я понимаю, что мне должно быть его жалко. Забавно даже выходит. Наверное, сейчас я бы сошла с ума, если бы могла чувствовать все в полной мере. Лешу тоже должно быть жалко. Его насильно втянули в это, а теперь еще и ранили. Надо его вылечить, насколько это возможно, пока не пришлось снова куда-то бежать. Но вот что делать с этим стариком? Он же позвонит в полицию как только выдастся возможность. Убить. Самое простое решение. В конце концов, он итак уже отжил свое. И это будет надежнее, чем запереть его где-то. Он может выбраться, позвать помощь.       - Колеблешься, да? Это ты зря. Придется тебе привыкать к таким решениям, дорогая, - неожиданно сказал дедок. Я отпрянула, а он усмехнулся. Страха как не бывало. Казалось, это другой человек. Причем видящий палитру.       - Кто вы? - удивительно, но мой голос не дрогнул. Было похоже, что мое тело больше не подчиняется чувствам, только разуму. Удобно. Но даже разум может испугаться.        -Я? А так ли это важно? Хочешь знать, как зовут твою первую жертву? Не узнаешь. Но ты права, как только ты отвернешься я вызову копов. Вас найдут, арестуют, привезут в участок, где без особого труда вас найдет тот, кто за вами гонится. Готов поспорить, что сейчас вы убежали благодаря тебе. Вероятно, ты наплевала на все правила и создала хороший такой взрыв. Судя по всему, тебя не успели просветить. Понимаешь ли, тут такое дело. Люди обычно очень удивляются, когда видят что-то, не поддающееся объяснению с точки зрения физики. Поэтому нам вообще говоря, запрещено что-то такое вытворять. Потому что если это кто-то увидит, то этого кого-то быстренько убирают. Чпок. И нет больше свидетеля. Или нескольких свидетелей. А может, даже маленького городка. Припоминаешь такое в истории, а?       Он не шутил. Или умел врать так, что этого было не видно даже на палитре эмоций. Он не то, чтобы злился, скорее даже хвастался могуществом своего мира. Интересно, какое отношение он имеет ко всему произошедшему. Может, это очередной способ заманить меня куда-то. Думаю, несложно поверить в то, что Стрекоза могла вытворить что-то подобное. Собственно, она же считает себя выше всего человечества. И в какой-то степени имеет на это право. Скоро вернется Леша. Он уж точно не даст мне никого убить. Костьми ляжет, но не допустит. Это логичная для человека реакция, но вот понимает ли он, чем может обернуться милосердие? А дедок спокойно ждал. Ждал, что же я решу. Можно было бы его привязать куда-нибудь и заставить рассказать все, что он знает. Во мне начали просыпаться очень нехорошие чувства. Отсутствие эмоций начало постепенно сказываться на восприятии морали. Теперь все четко разделилось на два оттенка: один - черный. Ему было плевать на всех. Особенно на этого наглого старикашку. Чуть меньше на Лешу. Но в целом - плевать. А другой - белый. Ему было страшно. Страшно, что я утрачу человечность. Основным его аргументом было то, что я не переживу крови на своих руках, когда ко мне вернется оторванная часть души. Я уже почти забыла о боли в груди. Как в той сказке из детства. Мне ее мама когда-то читала. Там девочка продала душу за богатство и власть. Ей на шее завязали серую нитку, которая поначалу ее душила, а потом, по мере ожесточения души все меньше и меньше замечалась. Но, как и положено в сказках, у девочки нашелся до фанатизма благоразумный братик, который ее спас, вернул ее душу, и все жили долго и счастливо. Только вот вопрос. А счастлива ли была девочка снова оказаться в сарае после дворца?       - Не думаю, - усмехнулся дедок. Он определенно читал мои мысли. Ну и плевать. Может, ты тогда скажешь, зачем ты хочешь, чтобы я тебя убила?       - Нет, не скажу. Сама решай, но имей ввиду, твой водитель уже скоро придет сюда, - водитель? Да, не думаю, что после всего произошедшего у меня есть право называть его другом. Думаю, он меня по меньшей мере боится. А скорее так открыто ненавидит. Но без него будет сложно, поэтому стоит по возможности наладить отношения. И убийство этому никак не способствует. У задачи нет логически верного решения. Хотя, если бы сюда примешались чувства, то стало бы еще хуже. Как же это раздражает. Я почувствовала, как меня окружает тьма. Да, кажется, я так злюсь, что сама начинаю видеть свою ауру. Забавно. Ужас в глазах моего собеседника. Страх. Он больше не контролировал себя. Он упал со стула, споткнулся о какую-то коробку и стал медленно отползать к стене спиной. Власть. С моей силой я могу подчинить себе всех. Белка. Да, это теперь мое новое имя. С днем рождения тебя, Белка. И с днем смерти. Как же опьяняет это чувство превосходства. Я делаю шаг и чувствую, как колотится его сердце. Чувствую, как он пытается нашарить что-то на полу. Кочерга? Не смеши меня. Темные лоскуты вылезают из тени и сгибают ее пополам. Старик в ужасе отбрасывает ее в сторону. Еще шаг. Он вжимается в стену так, что кажется, будто сейчас он растечется по ней пятном. Уже не смешно? Думаешь, если тебе много лет, это что-то изменит? Я подхожу вплотную и наклоняюсь так близко, что чувствую его дыхание у себя на лице. И улыбаюсь. Он не может кричать. Кажется, что моя темная аура сделает все за меня. Она душит его. Тени обвиваются вокруг иссохшего горла, выдавливая из него последние хрипы. Тонкие щупальца медленно скользят выше, обдавая лицо холодом. О, какая паника появилась в его глазах. И тут старик испарился. На его месте возник молодой мужчина, смутно знакомый мне. Я отпрянула, темная аура ослабила хватку, давая сделать вдох.       - Кто ты? - повторяю я свой вопрос. Парню не многим больше Ястреба. А может, меньше. Он хватается за горло и пытается отодрать от него тень. Это выглядит смешно. Он царапает себя, вытягивает шею, стараясь еще раз вздохнуть, в глазах безумие и отчаянье. Что, не это ты хотел от меня получить, да? Щупальца обвивают его руки и разводят их в стороны. Беспомощное тело, еще минуту назад источало уверенность. Тебе самому-то не смешно?       - Нет, - о, ты нашел силы ответить. Очень мило с твоей стороны. Может, ты ответишь и на вопрос, кто ты? Почему ты не хочешь со мной разговаривать? У нас не так много времени, помнишь? Может, скажешь все-таки? Тень снова медленно ползет к лицу парня. Тот зажмуривается и пытается съежиться. Какая же сила воли нужна, чтобы сохранять сейчас достоинство? Щупальца дошли до твоего рта. Ты чувствуешь холод? Хочешь, чтобы я продолжала? Стойте. Щупальца отступают, будто вопросительно на меня уставившись. Стойте. Что я делаю? Я пытаю человека? Парень упал на пол. Я пыталась его убить? Что я хотела сделать?       - Ты хотела ответа. Думаю, если бы ты действовала достаточно аккуратно, чтобы не убить меня, ты бы рано или поздно их получила, - прохрипел парень, схватившись за горло. Оно все было в красных полосах. Я хотела его убить. Мне нравилось смотреть на его страх. На то, как ему больно. Нет! Нет, это не я! Нет… Я не помню, что было потом. Кажется, я упала. Упала перед тем, кого только что грозилась убить. Кто я теперь? Все как в тумане. Я протянула руку к парню, он дернулся и замер, ожидая, что же теперь придет мне в голову. Я его лечила. Так, как только могла. Его синяки на руках заживали очень быстро, но ужас из глаз никак не уходил. И тут мне в голову пришла идея. Странная, не знаю даже откуда. В этом мире можно все. Мне доступна любая магия. Я могу создать все, что угодно. Так отдай мне свой страх. Отдай свою боль. Я не могу ничего ощущать, так пусть хотя бы боль вернет меня в этот мир. Пожалуйста. Пожалуйста… ***       Что произошло? Где я? Боже, как все болит. Сон ли все это был? Или я действительно пыталась… Меня вырвало. Самым отвратительным образом. Я свесилась с кровати и меня вырвало. Это не мой дом. Значит, это все не было сном.       - Проснулась? - мрачно спросил Леша. Он сидел напротив меня на соседней кровати, уперев локти в колени и сцепив пальцы. Его рука была перебинтована. А бинт слегка порозовел. Он меня ненавидит. И у него есть на это право. И у всех на это есть право. Почему все так вышло?       - О, наша спящая красавица очнулась. Рад тебя видеть, - из кухни вышел тот самый парень, неся в руках две кружки. Он встретился взглядом с Лешей, но ничего не сказал.       - Что?.. - говорить было неимоверно сложно. Хотя, думаю, им и так было понятно, что я хочу узнать.       - О, думаю, тебе интересно, что же произошло. Ну, я Леше не стал рассказывать всех интимных подробностей нашей встречи, - Леша презрительно фыркнул, - но вкратце - ты пыталась меня убить. И еще пытала. Рад знакомству снова, я - Аист.       Я опешила. Просто впала в ступор. Я. Пытала. Аиста.       - Я забрал это тело у одного парнишки, недавно прошедшего через Инферно. К сожалению, он был слишком вспыльчив, чтобы контролировать себя. И слишком удобен для сильных мира сего. Поэтому я его отсюда выгнал. Нехорошо, конечно, получилось, но что поделать. Бывает. Зато теперь я могу читать ваши мысли. Напряжно немного, но ничего, привыкну. Это тело я, пожалуй, просто так никуда не выкину, очень уж оно симпатичное. К тому же, смотри, какие у меня мускулы, - он напряг руку, демонстрируя свои слова. А я все повторяла про себя одни и те же слова. Я пытала человека. Я хотела убить человека. Я хотела убить Аиста. И тут мне вспомнились события прошлой ночи. Я позволила Ястребу погибнуть. Я позволила Боре погибнуть. Я позволила ранить Лешу. Я пытала и хотела убить Аиста. И так по кругу. Я уже не воспринимала, что происходит вокруг. Потом я снова отключилась. ***             Проснувшись в очередной раз, я поняла, что проспала уже много суток. Леша спал на соседней кровати, свернувшись калачиком. Он постоянно вздрагивал и что-то сжимал здоровой рукой. Я еле нашла в себе силы, чтобы сползти с кровати и доползти до него. Он не проснулся. У него был жар. И все это из-за меня. Я поняла, что единственное, что сейчас могу сделать, это лечить. И я собрала все силы. В одном фильме была фраза: “пусть вся благодать, дарованная мне, перейдет к нему”. Я повторяла ее снова и снова, пока снова не заснула. ***       В следующий раз я проснулась снова на прежнем месте. Леши не было, зато на его месте сидел Аист.       - У тебя неплохо получается. Ты его очень хорошо подлатала. Вылечила ему кариес и даже изжогу. Но в следующий раз лечи целенаправленно. А то, знаешь, в наших телах так много болезней, что тебе никогда не хватит сил, чтобы все их вылечить, - Аист засмеялся. А мне было не до смеха. У Леши была прострелена рука, а что я сделала?       - Да не переживай ты так. Знаешь, когда у тебя отшибло все эмоции, ты мне немного больше нравилась. Не люблю нервных девиц. От них только проблемы.       - Прости, - второе слово, которое я смогла произнести. Аист склонил голову набок и очень внимательно на меня посмотрел.       - Знаешь, что я тебе скажу? Я не буду рассказывать тебе правила этого мира. Тебе они не нужны. Они только помешают. Знаешь, что ты тогда сделала? Ты вызвала у меня дикий, животный страх и забрала себе, заполняя им пустоту. Не самый лучший выбор, скажу я тебе. В какой-то момент мне показалось, что ты умрешь. Потому что чужой страх в собственном сознании приобретает совершенно невероятные последствия. Поэтому так делать запрещено. И именно поэтому ты так сделала. Я не просчитался, когда подставлялся под удар. Правда, пришлось отсюда выгнать лесника, но, думаю, он не в обиде.       - Ты его убил? - спросила я, хватаясь за край одеяла. Аист задумался.       - Ну, в какой-то степени - да. Да, нет, не в какой-то. Да, я его убил. Мне нужен был дом и тело. Хотя, я его не уничтожил. Он теперь дух и может помогать своей дочери. В общем-то, это одно из самых моих гуманных убийств.       - Ты.. - я хотела назвать его чудовищем. Но потом поняла, что я точно такая же. Абсолютно ничем не отличающаяся от него. А может, и того хуже.       - Да ладно тебе, хватит травить себе душу. Она и так у тебя по швам разъезжается. Думаешь, тебе больше никогда не придется никого убивать? Ошибаешься. Людей мы убиваем часто. К сожалению. Но нельзя провернуть дело совсем без свидетелей, - Аист закинул руки за голову и лег на кровать. - Я убийца. Им был и при жизни. Мне нравится видеть страх в глазах жертвы. Как и тебе. Мы этим похожи. Я не стал говорить этого Леше, он не такой. Он хоть и вспыльчивый, но добрый. И наивный. Тут такие долго не живут. Он очень скоро погибнет, защищая что-то, что ему дорого. Например, родителей. Думаю, Констанция уже догадалась взять их в заложники. И теперь у вас будет выбор. Она всегда дает выбор. Только вот вы все равно сделаете так, как ей нравится.       - Постой, сколько мы уже здесь? - я совершенно потеряла счет времени. Но то, что мы были здесь больше одной ночи, не оставляло сомнений.       - Около недели. Да, да, ты права, нас должны были найти уже давно. Но почему же мы так мило тут беседуем, совершенно не опасаясь быть обнаруженными? - он обучал меня строению этого мира. Хотя, сейчас у меня совершенно не было сил на разгадывание его загадок. Но тут в голове мелькнула идея.       - Духи. Хранители. Они могут отводить глаза. Но…       - Да, Боряныч, скорее всего, мертв. Как и Ястреб. Хотя насчет последнего я сомневаюсь. Он не сдался бы просто так. Слишком у него большой опыт. Но да, ты права. Не только у тебя есть Хранители. А я, будучи духом, попросил одного знакомого нам помочь. Так что пока мы здесь, нас не найдут. Но имей в виду, это не может продолжаться вечно. Как только ты восстановишься, нам надо будет решать, что делать дальше. А пока спи. А то итак выглядишь как оживший труп.       - Прямо как ты, - сказала я, но глаза уже закрывались. С этим миром становилось совершенно непонятно, где кончается реальность, и начинается что-то потустороннее.