Чувство любви.Часть 3. Искра восстания.

После ужасного сна, я хотела срочно найти Хеймитча. Интересно где бы он мог быть? Ведь здесь действует сухой закон, наверно, ему здесь не нравится и он ходит в поисках выпивки.Смешно, конечно, но не для него. Я подошла к комнате Финника. — Привет, Финник. — Привет, — он выглядел так ужасно. Мятый и сломленный. Я прекрасно его понимала, ведь любимая девушка в руках Сноу. Он был раздавлен как и я. — Финник, ты не знаешь где Хеймитч? — В конце коридора его комната. — Хорошо, спасибо, — только я собралась уходить. — Китнисс, постой. Это правда, что Катон жив? — Я не знаю. Поэтому хочу узнать это у Хеймитча. — Если это правда, значит мы с тобой оба лишились любимых. — Финник, мы не лишились, они живы. Поверь, мы сможем вернуть их. Мы сможем! — Если бы это было так, — он совсем потерял себя. Я должна ему помочь, но сначала нужно поговорить с Хеймитчем. Я покинула комнату Финника и отправилась к концу коридора. Подойдя к последней двери, я постучалась. — Кто там? -прокричал голос. — Хеймитч! Открой! — Открыто, — я зашла и сильно удивилась, ведь я никогда не видела его таким трезвым и чистым. Он сидел на кровати и читал газету. Комната была не такой просторной, как у меня. — Привет, солнышко, — я злобно смотрела на него и старалась не наброситься, -Что, даже не обнимешь своего ментора. — Может я просто не узнаю тебя таким трезвым? — Хм, возможно! Зачем ты пришла? Хочешь убить меня? — Может быть, но тогда я не узнаю правду. — Правду, значит? — он встал и открыл шкафчик комода, в котором были маленькие бутылочки с прозрачной жидкостью. — Что это? — спросила я. — Это средство от депрессии, — он сделал глоток и сразу было понятно, что это медицинский спирт. — Почему? Почему ты не сказал мне? — Китнисс, я узнал это совершенно случайно, одна некая особа рассказала мне об этом. Ты была тогда уже на платформе. Конечно, для меня это был шок, сначала я думал, что это не правда, но теперь все в курсе. Говорить тебе было рисковано. Ты могла просто забыть обо всём и погибнуть в самом начале. — Надо же какой заботливый! Ты хоть представляешь, что я пережила, когда увидела его? Что я чувствовала? — Догадываюсь. — Как он выжил? Ведь я видела, что он умер, его сердце не билось. — Этого я не знаю, детка. Но главное, что он жив, разве нет? — моя злость на него немного уменьшилась, ведь отчасти он прав. Мне нужно было думать прежде всего о себе. Если Катон жив, я должна спасти его от лап Капитолия. Мне в голову пришла одна мысль. Если Койн хочет чтобы я была сойкой, то пусть выполнит мою просьбу. После разговора с Хеймитчем, я пошла в кабинет Койн. Плутарх и Койн сидели за столом и что-то обсуждали. — Извините, можно? — Да, конечно, проходите, -Койн разрешила мне войти, — Ну что мисс Эвердин, вам у нас хорошо. — Да, спасибо. — Вы подумали над моим предложением? — Да! Я буду вашей сойкой-пересмешницей, но у меня есть условие. — Какие? — Все трибуты: Катон Браун, Энни Креста и Джоанна Мейсон, будут освобождены при первой возможности. И все они будут помилованы. Она смотрела и нагло улыбалась. А её ответ меня просто ошарашил. — Нет! — Что? — Я сказала, нет. — Они не виноваты, что вы бросили их. — У нас здесь, граждане не могут нечего требовать. Всех ждёт трибунал и справедливость. — Трибуты будут спасены! -ударив по столу, сказала я, -Или можете искать другую сойку-пересмешницу, вам ясно! — Вот она смотрите! Огненная Китнисс! -сказал Плутарх, -Представьте, костюм, выстрелы, знамя. Госпожа президент, дайте ей шанс. Люди отступают, у них падает боевой дух им нужен толчок. — Хорошо, вы меня уговорили. У вас есть ещё условия? — Да, можно я оставлю кота? — Хорошо. Можете идти. Она так похожа на Сноу. Только Сноу на всю страну показывает свою сущность, а она скрывает это. Выставляет себя милой и доброй, а на самом деле хочет такой же власти, но как и Сноу, она не будет мной управлять!