Глава 5.Я сойка-пересмешница. Часть 1.
2 января 2015 г., 20:55
Я согласилась быть сойкой, и сказала свои условия для этого. Президент Койн должна была это объявить на общем сборе. В центре бункера собралось огромное количество людей. На трибуну вышла Койн.
— Добрый день! Спасибо, что смогли отложить ваши дела, — что я заметила, так это то, что здесь совсем не было детей. Неужели, все дети погибли?
— Китнисс Эвердин, согласилась быть сойкой-пересмешницей, при всех выполненных условиях, а именно, при первой возможности, мы бросим все силы на освобождение трибутов. Катон Браун, Джоанна Мэйсон и Энни Креста, -все недовольно кричали и возмущались. Многие считают, что они добровольно встали на сторону Капитолия, особенно Катон.
— Финник, я попросила и за Энни.
— Спасибо, Китнисс, — он слегка улыбнулся и вновь поднял голову на Койн.
— Когда их освободят им будет даровано помилование, -продолжала Койн, — Если Китнисс не выполнит свою задачу, сделка отменяется. Спасибо за внимание!
После окончания речи мы отправились в столовую, там я увидела Эффи, которую было трудно узнать без парика.
— Эффи! — я впервые была рада её видеть.
— О, моя дорогая! — она обняла меня.
— Как ты здесь оказалась?
— Я политическая беженка.
— Плутарх тебя забрал?
— Да. Здесь просто невыносимо, — конечно, ей трудно было принять такую жизнь.
— Вроде неплохо.
— Дорогая, мы живём в подвале и носим ужасные комбинезоны. Здесь нет, даже простого кофе! Ну да ладно. Переходим к нашей теме, — она достаёт папку и отдаёт её мне. На ней написано Цинна.
— Цинна! Он погиб, да?
— Да, милая. Он заставил Плутарха поклясться, что пока ты не согласишься быть сойкой, ты это не увидишь. Он верил в эту революцию и в тебя.
Я вспомнила, как в последний раз разговаривала с ним. Он всегда верил в меня. Всё что он делал он делал, он делал с душой, он всегда помогал мне и мне ужасно больно от того, что я его больше некогда не увижу, но у меня будет его костюм.
— Как красиво! -на каждом эскизе была нарисована сойка.
— Костюм есть, они его сшили. Мы сделаем тебя самой красивой мятежницей в истории, -я кивнула в ответ.
После нашего разговора, на меня надели костюм и сделали грим. Со мной должны были снять ролик, но у меня никак не получалось говорить искренне и Плутарх уже начинал злиться. Мы пробовали раз за разом, но всё заканчивалась провалом.
— Вот так, друзья, и проваливаются революции! — знакомый мне голос прозвучал в темноте, — Привет, Китнисс, — от туда вышел Хеймитч.
— Надо же, кто пожаловал! -не привычно видеть его трезвым и таким приятным на вид.
— Надоело сидеть без дела. Хоть постараюсь помочь.
Плутарх показал всем что получилось за час работы. Честно говоря, ролик был ужасен. Даже я сама бы в это не поверила.
— Госпожа, президент, кажется, я знаю решение этой проблемы, -сказал Хеймитч.
— Я слушаю.
— Давайте вспомним когда Китнисс растрогала вас.
— О, я знаю, когда она пела песню маленькой Руте! Это было очень трогательно, -говорила Эффи.
— Хорошо, это первое. Есть ещё мысли?
— Когда она прощалась с Катоном, -сказал Гейл.
— Отлично! Это второе!
— Самое трогательное и волнующее- это смерть Пита.
— Хорошо, и что же общего между всем этим?
— Эй никто не подсказывал. Она делала это сама.
— Вот именно! Оставьте её в покое. Пусть делает всё сама.
— И уберите этот грим, она же девочка, ей не 60,- сказал Боггс, — И здесь очень мало возможностей, чтобы раскрыться.
— Вы предлагаете, отправить её на поле боя?
— Да, может и это и нужно.
— Это исключено! Она не подготовлена и может погибнуть, -сказала Койн.
— Я готова! Главная задача снять это видео, -уверено сказала я.
— Хорошо, мы отправим вас в Дистрикт-8. Там более-менее безопасней.
Все согласились и мы отправились к планолёту, чтобы отправиться в Дистрикт-8.
