Синие горы, синие вершины

Аянэ спала долго, наверное от того, что видела до боли знакомые сны, в которых было очень много тяжёлой, тёмной синей воды, пробитой слегка раненными лучами настойчивого серого света. Она видела свои руки, которые тянулись к другим рукам. Ей каждый раз казалось, что схватить их очень просто, стоит только поглубже нырнуть, поддаться их влечению, поверить им. Первое время было страшно окунаться в эту сине-чёрную бездну, никак не могла пересилить себя, но потом пришло понимание, что эти руки куда желаннее слабой, странной надежды выбраться наружу. Аянэ пыталась снова и снова, забывая о воздухе и прочих страхах, диктуемых чувством самосохранения. Пыталась изо всех сил дотянуться до его пальцев, веря в силу их спасения. И в тот момент, когда она почти коснулась их, в её ладони немного грубо вплывал круглобокий, оранжевый баскетбольный мяч. Дайки исчезал в этой бездонной пропасти, оставляя за собой лишь тишину подводного мира, от которой сначала очень сильно шумело в ушах и хотелось дышать. Очень хотелось дышать снова. Именно это желание заставляло жмуриться и пытаться выбраться на поверхность. А там Аянэ ждала серия тех же снов, что и всегда. Снова эти деревянные отлакированные горчичного цвета столы, жёлтый, почти что охристый свет из окон без занавесок, много знакомых вокруг, и эти два парня, севших рядом с ней, потому что хотели понравиться, а потому и поспорили между собой, кто первый добьётся успеха. Кагами Тайга и Аоминэ Дайки. Девушка снова смотрела на то, как ловко крутили шариковую ручку длинные смуглые пальцы. Она пыталась вслушиваться в разговор рядом, но ничего не получалось. Ей уже никогда не услышать этот глупый диалог между ними, никогда уже не посмеяться снова над их шутками в сторону Кисэ, который обиделся и сел рядом с Мидоримой, который в свою очередь замучил его своими дотошными замечаниями уже через десять минут. Этих звуков не вернуть, будто они утонули в этой тёмной синей воде уже навсегда. Аянэ с нескрываемым наслаждением снова всматривалась в почерк Дайки, а затем ощущала, как он подсаживается к ней ближе, чтобы объяснить ей то, что она и так прекрасно знала. Но ей очень нравилось слушать его, а затем идти за ним по университетскому скверу с огромными мохнатыми елями, на которых должны были отдыхать тысячи богов, покровительствующих студентам. Девушка ждала именно этого момента каждый свой сон, когда его рука хватала её запястье, когда он притягивал её к себе... Но потом его губы шевелились, а слов не было. Их и тогда не было. В тот день, возможно, Дайки сказал бы ей обо всём, что думал и чувствовал, а она ответила бы ему тем же, но им просто помешали. А потом? Что потом? Просто обстоятельства сложились не самым удачным образом. Она уехала, не успела ничего сказать, а когда вернулась увидела, что Момои настойчиво плачет, ища успокоения на её плече, потому что влюблена в друга своего детства, но знает, что тот уже признался другой. И эта другая почему-то ляпнула, что это была именно она, но ей так и не признались ни в чём, потому что Кисэ помешал, или потому что ничего не было, никаких чувств. После чего и дружбе конец пришёл, исчезла бойкая подруга. И Дайки... Нет, именно эта часть в голове не вяжется никаким образом до сих пор. То ли не смог дождаться, то ли солгал тогда под елями, то ли ещё что. Он уже проводил своё время в компании Сацуки, а Аянэ просто уехала на практику, пытаясь выбросить всё из своей головы и ноющего сердца. Теперь не было Момои. Но сейчас рядом с ним полно других женщин. И Рёта вовсе не мешает, наверное, и тогда ничему не помешал. Потому что ничего нет и быть не может с её видением мира и представляемыми о жизни. Но эти сны ей всё равно очень нравилось смотреть. Кагами тогда был искренним и добрым, очень наивным и начинал кричать всякий раз, когда кто-нибудь решался над ним пошутить, нарушая его серьёзность. Они всегда донимали друг друга и бродили огромной гурьбой по университетским закоулкам и вечеринкам. А она просто была рядом и смотрела на всё это, понимая, что эти смуглые руки слишком крепко держали её рядом. Но слов не было. Просто не было. Аянэ никогда не думала, что познакомится со своими лучшими друзьями в университетском бассейне. Просто нырнула поглубже, а там утащили её ко дну эти крепкие руки, касание которых она уже не забудет никогда. Странно, но они долго ругались после этого. Не то чтобы ругались, но видеть этого смуглокожего нахала ей совсем не хотелось. А Рёта пытался ежом крутиться, чтобы усугубить в ней это чувство. Если бы не Тайга, так и задирала бы нос дальше в своих глубоких обидах на то, что её чуть не утопили, а потом преследовали на каждом углу, доставляя неприятности. Сколько молочных напитков пролил на неё этот якобы дико ловкий парень. Сколько раз сбивал с ног. Сколько ночей галдел под окнами со своими друзьями. Сколько глупостей наговорил. Сколько раз смущал и заставлял краснеть своей прямолинейностью. Все думали, что они будут вместе. Наверное, они тоже так думали. Поэтому и целовались, прячась под лохматыми еловыми ветками от дождя. Тогда очень сильно пахло смолой и его кожей. Получилось горько. Так оно и осталось. Наверное, судьба решила, что столкнуть их вместе будет здорово. Долго не виделись. И опять стали жить в одном городе, встречаться в гостях у общих знакомых, посматривая на их детей или любовниц, а иногда друг на друга, пряча взгляд всякий раз, когда другие это замечали. А теперь в ход пошли природные катаклизмы, людские несчастья... Да, Аянэ думала именно о плохой стороне этого вопроса. Просто стечение обстоятельств, за которыми не последует ничего. Так было тогда, так должно остаться между ними всеми и теперь. *** - Аянэ, зачем ты режешь ещё? - нотки пикантного нетерпения слегка приглушали его голос. - Я люблю много зелени. Это красиво, - отмахнулась девушка, шинкуя в салат ароматные пряные травы. Ей уже улыбались яркими красками из салатницы жёлтый и красный болгарские перцы, щедро усыпанные кусочками цукини и рукколы. Здесь уже лежала белая капуста, оранжево-розовая земляная картошка и бледно-бежевый топинамбур. Она не позволила залить это маслом, потому что хотела всё это заправить лёгким творожком. А кто-то почти что терпеливо ждал исполнения её гастрономических желаний. Но терпение кончалось. - А ещё вкусно. - Я жрать хочу, - грубо напомнил парень о своих потребностях, но не о всех сразу. Другие салатом не удовлетворить. - Готово уже, готово, - будто уговаривала она салатницу быть наполненной чем-то вкусным и полезным. - Рёта звонил, сказал, что приедет через час примерно. - Э? - Не надо на меня так удивлённо смотреть, - Аянэ осторожно села рядом, боясь потревожить очаги заснувшей под действием лекарств боли. Взгляд собеседника сложно было назвать удивлённым. Скорее там было что-то смертижелательное этому самому Рёте. Но зачем так откровенно говорить об этом всем своим видом? - Я его не приглашала. Но он такой, может и без приглашения появиться, будто волшебник или дикий попугай. - Лучше бы Сантой прикинулся, так хоть польза была бы от его болтовни, - буркнул Дайки, засовывая себе в рот довольно большую порцию салата. Голод был зверский. Надо было срочно его заесть. - Рыбу положить? - почему-то спохватилась девушка, удивляясь его аппетиту. Ух, замучила единственного мужчину в доме. Парень положительно кивнул и постарался поскорее прожевать всё то, что у него было во рту, потому что хотел дальше высказать на тему Кисэ-куна и его способности к многочасовой болтовне. В этом деле его только Такао мог переплюнуть. Но если они встречались, то это было подобно шумовой бомбе длительного действия на мозг. После такого можно было просто отупеть на всю жизнь. Очень опасные ребята. Им просто противопоказано встречаться на людях. И всё же торопился он зря, потому что его собеседница об этом уже не думала. Её мысли занимали планы и дела, которые потихоньку возвращали её в какое-то странное русло жизни, из которого так внезапно выпала, окунаясь в немую пустоту жестокой катастрофы, что накрыла её волной ужаса и шока. - Я завтра к врачу поеду. Поэтому не беспокойся, мне в больнице перевязку сделают. Его синие глаза недоверчиво впились в бледное лицо девушки, которое по его мнению до сих пор отдавало нездоровой зеленцой. И когда это зелёное в цвете кожи было нормальным для существ, именующих себя люди и берущих своё начало на планете Земля? Конечно, в её глазах стало больше зелёного, но это не значит, что и вся позеленеть должна теперь. - С чего ты решила, что поедешь сама? - прозвучало не слишком нежно и с долей тяги к порабощению других. Аянэ слегка опешила. Как лучше же хотела. А получается что-то из оперы и рутинного балета под ритуальную музыку «Как всегда». - Приём рано утром. Не хочу, чтобы ты из-за меня пропускал пробежку. У тебя ещё тренировка с утра. Поэтому... Это банально и плохо звучит. Но это правда. Я не хочу доставлять тебе неудобства, - ей хотелось пожать плечами или что-нибудь в этом роде, но страх перед болью был сильнее. Особенно просыпаться от неё не нравилось. Поэтому лежала в кровати последние несколько часов и не могла пошевелиться до тех пор, пока спаситель не выспался, а он оказывается давно встал и ждал, когда она проснётся. Лучше не придумаешь. Просто звёзды на небе сошлись, только не друг с другом. Не нравилось быть такой беспомощной. Ничего в этом не было ни красивого, ни хорошего, ни романтичного. В частности последнее было менее ожидаемым. - Я тебе уже всё сказал на эту тему. И завтра я отвезу тебя к врачу. - Но это займёт несколько часов, - она немного округлила глаза, заглядывая в его слегка каменное лицо. - А у тебя тренировка и... - Я всё сказал, - он демонстративно откусил кусок рыбы, или рыбу от куска, показывая свои белоснежные зубы, которые безжалостно рвали тушку когда-то живого существа. - Хорошо. Тогда последний аргумент. Или даже два, - она привлекала его интерес, щуря глаза. Ей не хотелось видеть его таким сердитым внезапно. Хотела же как лучше. Пусть этот большой дурак улыбается, даже если его улыбка выглядит порой исключительно как припадок психически больного человека. Ничего же не произошло плохого, и на его власть никто тут не покушается. Только вроде как собственность куда-то намылилась. Но такая вот у неё натура, в рабыни не годилась из-за своенравия. - За бензин надо много платить. А мне как бы платить нечем, совсем рядом другие расходы на жизнь. Там жильё всякое, одежда, мебель. Так что такие долги мне не скоро удастся покрыть. Его губы немного дёрнулись, пытаясь улыбнуться. На неё не получалось злиться или сердиться. Никогда. Не за что было попросту. И это дурацкое расстояние выдерживать совсем не хотелось. Почему они это делают? Так долго уже. И будто тупые и непонимающие ловят взгляды друг друга и двигаются исключительно в такт, но ходят по кругу, не приближаясь, изнывая от мук этой разлуки. И всё молча. Как всегда, все проблемы только потому, что не могут поговорить. Глупо. Так глупо. - Натурой расплатишься, мне сойдёт. - Э! Я не в том возрасте, чтобы мне такое предлагать! - девушка демонстративно упёрлась рукой в здоровый бок и склонила голову немного на бок, заглядывая в его нахальные глаза. Копна густых пушистых волос мягко упала на её плечо, немного завораживая его своим густым золотистым цветом. - Аянэ, мы с тобой как раз в том возрасте, когда именно это и надо предлагать. А не всякие там ужины с детским сиропом, - последнее было его чистой фантазией. А навеяла эти мысли одна странная футболка, которую натянула на себя его собеседница. И когда Кагами успел ему эту гадость подарить? Что за утка там в красном квадрате? Совсем вкуса нет, Бакагами! - Тогда надо было мне к Рёте жить идти, - тут же нашлась девушка. - Он и деньгами берёт, и натурой, - быстро вставил парень, выдавая наклонности своего друга. - Тогда к Тайге! - выискала Аянэ самый беспроигрышный вариант. - Он мне ещё сам заплатит за украшение моим женским обществом его холостяцкой берлоги с одним столом, диваном и чучелом упоротого медведя. - Лиса, - поправил парень. - Поздно уже. Пойдёшь к нему проситься, я тебе процентов сверху накручу. И он тебя ещё больше переломает, доктор фигов, - все вспомнили несчастную спину Хьюги, которую Кагами должен был потереть из глубокого уважения к своему семпаю. - И это якобы я к тебе в вечное рабство попаду? - её рука застыла в воздухе, удерживая палочки подобно рту цапли, что ждала свою еду. - У тебя всегда такие хорошие идеи, Аянэ, - он снова откусил рыбину. - Я вообще-то не собирался о чём-то подобном думать, но теперь даже запишу, чтобы не забыть. - Вот сижу теперь и чувствую себя дурой. Съем лучше салатика, - девушка обиженно посмотрела в свою тарелку. - Ага. Завтра... Дайки не успел договорить, потому что его мобильник ожил и стал издавать громкие, протяжные звуки. Пришлось ответить на телефонный звонок, который почему-то начался как-то не сильно дружелюбно, а развился в то, что Аоминэ округлил глаза и спросил: - Что ты тут делаешь? Я сказал тебе, что я не один! Ты совсем тупая что ли? Женский голос тут же заявил, что он тут, а в подтверждение этому ещё и в дверь позвонил. Мало было мобильника. Надо было со всех мест достать. Аянэ внимательно смотрела на парня рядом с собой, который с раздражением отключился от неприятного разговора. Он выглядел напряжённо и явно не собирался открывать. Снова раздался звонок в дверь. Одновременно с ним снова запел мобильный телефон. Дайки напряжённо смотрел на еду, будто пытался убить её взглядом. Парень знал, что за концерт сейчас начнётся. Долго себя гостья ждать не заставила. Даже не пришлось спрашивать Аоминэ о том, собирается ли он открывать. - Дай-чи! Я знаю, что ты дома! - закричала незнакомка уверенно. - Да, мы тоже знаем, что ты дома, - Аянэ невинно посмотрела на своего собеседника, который почти с ненавистью всматривался туда, откуда доносился весьма дотошный голосище пьяной женщины. - Если ты мне не откроешь, я войду через окно! Я разобью стекло и войду через окно! - последнее «о» она тянула особенно долго, пытаясь похоже петь, чтобы все соседи слышали. Но они уже привыкли к этой «певице». - У меня с собой кирпич! - а вот и очень весомый аргумент в её пользу. - Это она имеет ввиду окно в ту комнату, где я сейчас сплю? - предположила Ямаао. Для обычного обывателя, который знал, что в доме, где жил Аоминэ, было очень много этажей, всё это звучало бы очень странно. Как можно войти в квартиру через окно на кот его знает каком-то там этаже высоко над асфальтом? Но способ был. И это была лестница, которая надёжно крепилась к стене и пролегала практически рядом с окном комнаты Аянэ. Надо было, конечно, немного прыгнуть, если человек маленького роста, но Дайки обошёлся бы тем, что просто руки протянул. А прыгал он для собственного удовольствия. Аоминэ явно не собирался отвечать на поставленный вопрос, понимая, что соседи уже ничего не скажут на все эти крики под его дверью, а вот перед Ямаао как-то неудобно. Парень с грохотом водрузил свою тарелку на стол, встал и двинулся в прихожую, где тут же очень грубо обратился с просьбой к настойчивой барышне: - Саюрико, заткнись уже! - Ты так быстро открыл сегодня! - взвизгнула тут же гостья, пытаясь наброситься с объятьями, или же пролезть в образовавшийся проход. - Э? - тут же прервалось её не начавшееся сладенькое щебетание. - Не дашь мне войти? - Я сказал, что я не один, - чётко проговорил Дайки. - Мне всё равно. Мы можем и втроём. Ты же знаешь, что для меня здесь нет никаких проблем. Это брюнетка? - гостья сразу высказалась о своих предпочтениях в области женского пола. А ещё ей нравились маленького роста, потому что со своим проблемы были в сторону огромности, даже некоторой громадности. А так хотелось носить каблуки почаще. Но куда? И так дылда каких поискать. Саюрико щебетала бы дальше, если бы ей не помогли выйти на лестничную клетку, предварительно захлопнув дверь, чтобы всякие любопытные блондинки не подслушивали. Аянэ некоторое время почти что внимательно ела салат. Она всматривалась в каждый листик, что отправляла себе в рот, в каждый помидорчик, разрезанный Дайки на две равные части, в каждую редисочку, морковочку и тому подобное. Надо было отвлечься и стресс заесть чем-то, от чего потом лишнего веса не будет. Ямаао много слышала о бурной личной жизни своих друзей. Но частью всего этого богатства ещё не была ни разу. Вот, довелось. Было сразу не сильно интересно, поэтому быстро закрытая дверь в мир проблем других людей была к месту. Но что-то всё же скребло по сердцу и пело гадким скрипучим голосом старой ведьмы о том, что с этой самой Саюрико этот парень точно спит. И, наверное, очень часто. Да, и ей так нравится, что она приходит и звонит, и даже угрожает. Смысл говорить о чём-то с этим парнем после всего этого? Кто-то говорит, что у неё нет причин молчать. Но они есть. Стоят и голосят за дверью о своих желаниях и чувствах. - Это меня не касается, - буркнула самой себе Аянэ под нос, накалывая кусочек огурца на палочку. Она его прямо проколола насквозь, будто было недостаточно того, что его и так уже убили методом разрезания. На зубах он тоже довольно звонко хрустел. Так ему. Входная дверь внезапно раскрылась, и странные звуки ворвались в комнату. Нет, это не было песней спаривания морских котиков или китов. Просто одна дамочка очень громко спросила или высказала свою претензию: - Так вы всё-таки устраиваете групповуху! На этом звуки кончились, а за ними появился Кисэ, немного мокрый и растрёпанный, потому что за окном моросил мелкий дождик, беззвучно постукивая маленькими капельками в прозрачное стекло. Этот начинающийся ливень был таким же немым, как и сны Аянэ. Возможно, как и она сама, когда надо было что-то всё же сказать. Но нет, оставляла так как есть, думая, что здесь ей уже делать абсолютно нечего, раз не настаивают на её участие. Не стоит навязываться. Стоять на краю и смотреть на всех было гораздо привычнее, и кто-то ещё ей для этого был не нужен. Потому что может захотеться его услышать. - Привет, Ямаао-чи! Принимаешь здоровую пищу? - Рёта будто тут же залил комнату каким-то весёлым золотистым светом, прогоняя из неё настойчивую пасмурную синеву, в которой было довольно приятно, пока не появились все эти люди здесь. - Привет, - Аянэ немного неловко приняла его короткие объятья. Подобное делать было очень больно. Но настойчив был гадёныш. - Как всегда ужинаю по расписанию. - Хм, и это ужин? - Кисэ презрительно осматривал овощи и фрукты, нарезанные всеми возможными способами. Он явно искал что-то среди них, но не мог отыскать ни глазами, ни шестыми чувствами. Хоть руками ковырять начинай. - А где мясо? - вот и простое объяснение тому, почему ему вся эта красота не понравилась. Баскетболист это за еду даже не считал. Ему не то что гостям такое предлагать стыдно было бы, но и самому себе тоже. - Какое мясо? - тут же сощурила глазки девушка. - Какое-нибудь жаренное, паренное, - он плюхнулся на диван рядом с ней, занимая место Дайки. - Можно ещё запечь, закоптить. Рёта небрежно надавил пальцем на край тарелки, заставляя её крениться на один бок. Таким образом он пытался обнаружить продукты животного происхождения хотя бы в порции Аоминэ, веря из последних сил, что его друг ещё не сошёл с ума. И парень нашёл сыр. - Мясо стоит на лестничной клетке и галдит, - сразу напомнила Ямаао о том, что все вокруг такие же как и продукты животного происхождения. - А, ты про Саюрико. Я тебе сразу предлагал жить у меня, - хитренькая мордочка Кисэ нарисовалась милой картинкой под его модной чёлкой, которую он еле-еле заставил снова красиво лежать пока ехал в лифте. Медленный гад. - Тогда бы я жила на лестничной клетке, а концерт был бы у тебя в квартире. Знаю я все эти твои наклонности к распространению идей любви и старого доброго спаривания, - теперь всё выглядело так, будто Рёту отнесли в категорию кроличьего мяса. Быстро, вкусно и легко. Но подобное всё же лучше говорить о салате. - Ямаао-чи, зачем ты так сразу? - скорчил Кисэ ещё одну мордочку, вытягивая губки и лукаво подмигивая глазюликами. Явно уже что-то выпил или задумал. - Я только зашёл, а ты уже. - Как так? Я просто правду говорю. Салат хочешь? - смягчилась девушка, понимая, что слишком бурно реагирует на всё, поддаваясь каким-то странным эмоциям внутри. Нет-нет. Так нельзя. - Воздержусь, - выглядел так, словно ему яд предлагали. - Эх, лучше бы ты от беспорядочных половых связей воздерживался, - вздохнула девушка, отставляя пустую тарелку. Никак не могла успокоится. Если ли смысл читать ему эти пустые нотации? Всё равно его это не поменяет, а свои чувства на других выплёскивать не надо. Плохая черта характера. Такую уж точно надо убить. Но она слишком живучая. - Зато, ты можешь помочь мне помыть посуду. Целую мою тарелку. - Вот про беспорядочные половые связи, это ты лучше нашему другу скажи, - Рёта подхватил опустевшую тарелку своей собеседницы и заодно тарелку Дайки. - Он мог бы как-то тебя в это не вмешивать. Переживаю я за твою психику. - Он ещё не доел, - заметила она быстро, пропуская мимо ушей информацию о всяких наклонностях хозяина квартиры и своих слабостях вроде впечатлительности и веры в абсолютную невинность людей вокруг. - И не доест. Это быстро между ними не заканчивается, - ему даже на себя вид знатока проблемы не пришлось напускать, интонации говорили за себя сами. - Значит мне ждать никого не надо, можно пить чай и идти спать, - Аянэ потихоньку начала покидать своё место, намереваясь направиться к чайнику. Но от боли немного перекосило, поэтому пришлось застыть в странной позе полуприсяда. Немного это было неожиданно. Не надо было думать так много на посторонние темы. - Ямаао-чи, что с тобой? - отреагировал блондинчик на странное поведение подруги. - Больно мне тут, - она медленно вернулась на своё место. И с этого момента Рёта Кисэ решил привести все свои коварные планы в действие. Надо же было спор выигрывать. - Тут? Это вот тут? - тут же подлетел он к своей жертве и поспешил похлопать её по одному из боков. И выбрал парень явно тот самый, который болел. Просто как данк забить. Причём почти что с такой же силой. Аянэ тут же пронзительно взвыла от боли и сильно вытянулась. От резких движений начало болеть ещё сильнее. Обезболивающее уже сходило на нет, поэтому всё ощущалось гораздо острее. - Кисэ-кун! Я тебя убью! - на глазах девушки выступили слёзы. Она не собиралась плакать, просто так вышло, и больно было дико, поэтому не выдержала и начала как-то тихонько подвывать в такт пульсирующим болевым ощущениям. А пульсировало всё потому, что что-то тёпленькое растекалось по бинтикам. Теперь можно было только догадываться, что именно издало такой странный звук под этими тряпочками. - Ой, прости! Ямаао-чи! Не двигайся! Я тебе сейчас помогу! Вот после этих слов надо было драпать, что было сил, или орать, что было мочи о том, чтобы этот мужчина не приближался даже на расстояние вытянутой ноги Мурасакибары Ацуши или трёхметровой пушки Фугаку. Неважно, что он прошёл курс первой помощи. Его таланта к вредительству и почти что убийству это не мешало. Кисэ уверенно схватил Аянэ за плечо и собрался помочь ей выпрямиться, но его нагло и грубо отпихнули. - Лучше Дайки позови, а то я с тобой точно помру! - сообщила она своему мучителю о неверности его действий. - Э, ну это проблематично сейчас. Ямаао-чи, прости. Погоди, у тебя кровь! - снова засуетился молодой человек. - Сиди спокойно, я за полотенцем! На этот раз он всё же взял себя в руки и принёс не только полотенце, но и целую аптечку с собой. - Надо перевязывать, - умно заявил он. - Спокойно сиди. - Нет, надо к врачу. Сказано же было, что если откроется, то к врачу. Швы разошлись. Резвость во мне проснулась так внезапно, - вину она уже брала полностью на себя. - И что я себя козой возомнила? - Ох, Ямаао-чи, прости. Я не хотел, - на этот раз звучало куда более по-взрослому чем обычно. Его лицо стало намного серьёзнее. Но шутливого тона ему сбавлять не хотелось. Это было его защитной реакцией, правда перед этим человеком она его подводила. Постоянно чувствовал себя словно голым перед ней. А это было уже похоже на какую-то странную и слишком взрослую жизнь. - Всё нормально. Лучше шить надо было, - теперь обвинения шли в сторону доктора. - Ты отвезёшь меня в больницу? - пришлось в итоге довериться этому парню, который выражал обеспокоенность сейчас каждой клеткой своего тела. - Конечно! Если хочешь я тебя понесу, - тут же предложил Рёта. Сил у него для подвигов было предостаточно. И звучало практично. - А вообще, - что-то острое и немного тёмное промелькнуло в его глазах, - сиди спокойно, - в который раз повторил его голос, но этот раз звучало строже. - Я принесу твою обувь и куртку. Где твоя медицинская карта? - В сумке, в комнате, - Аянэ прижала полотенце покрепче, как ей показывали руки Рёты. Ему не первый раз с этим сталкиваться приходилось. Поэтому знал, что делал. - Только Дайки не говори, - внезапно проговорила девушка. - Почему? - не сразу понял Кисэ. - И так ему много неприятностей из-за меня. У него кажись там личная жизнь рушится, - её губы немного нервно улыбнулись. - Я бы не назвал это личной жизнью. У них чисто постельные отношения, - молодой человек не хотел лукавить и ложью зарабатывать себе очки её внимания. Всего этого концерта на лестничной клетке и так было достаточно для демонстрации того, что с этим смуглокожим типом ей не по пути. К тому же, Ямаао сама умела много всего додумывать и быстро занимать позицию наблюдателя, который мог в итоге повернуться ко всему спиной и сказать, что его здесь более ничего не касается. - Меня это не касается, - быстро отрезала Аянэ то ли из-за боли, то ли из-за ревности. А может и болело, только не физически. Так девушка чисто случайно подтвердила всё то, что о ней знал её собеседник. Эти слова были каплями удовольствия для него, но насладиться ими он решил позже, сейчас имелось что-то более важное в качестве проблемы, требующей внимания. - Извини, забиваю тебе тут голову всяким, - Рёта снова заулыбался, пытаясь быть мягким и пушистым. А всё складывалось даже быстрее, чем предполагал. Аоминэ сам себе делал хуже в данном случае. Характер этой девушки требовал иного поведения со стороны мужчины, чтобы она решила быть с ним, отдаться ему, довериться. Хотя с последним было всегда вопросительно. Аянэ выбрала Дайки, а не Кисэ, когда встал вопрос о жилье. Но ей хватало то ли ума, то ли глупости бороться с чувствами к этому человеку, убивая их капля за каплей каждый светлый день. А здесь это всё должно только ускориться, потому что Саюрико всегда появляется вовремя. Стоит только намекнуть, что Аоминэ сегодня дома. Аянэ промолчала. Кисэ бережно помог встать своей спутнице, натянул на неё куртку Дайки и обувь на плоской подошве. Они медленно прошли к двери, девушка ещё раз проверила, хорошо ли удалось спрятать полотенце в складках. Всё было в полном порядке. Такое поведение удивляло Рёту, но немного радовало. Ямаао намеренно отстранялась от их общего друга, скрывая то, о чём тот беспокоился сейчас больше всего на свете, используя это как повод, чтобы быть с ней рядом постоянно, опекать и оберегать её без настойчивых взглядов со стороны, которые заставляли выдерживать определённое расстояние между ними. За распахнувшейся дверью ждали звуки звонкого настойчивого женского голоса, который требовал и обещал что-то сомнительного характера своему собеседнику, его другу и даже их подруге. Молодые люди явно стояли лестничной клеткой выше, поэтому Аянэ не видела лица говорящей. Дверь захлопнулась, останавливая набирающий обороты мысли злой голос Дайки. - Аянэ? - тут же среагировал он, сбегая вниз по лестнице. Ему удалось нагнать своих друзей у лифта. Тот как всегда не торопился, но уже шумел в своей шахте, приближаясь. - А? - легко и непринуждённо. - Куда ты собралась? - звучало раздражённо и по-хозяйски. Что-то без его ведома. Как осмелились? - В магазин. Надо мне кое-что, для женщин, - тут же умело соврала девушка, думая о том, что в магазин они тоже заедут, поэтому доля правды тут есть и немалая. - Кисэ-кун меня отвезёт или отведёт. Погуляем заодно, - она попыталась улыбнуться. Но ей явно никто не верил. - Ой, не надо так на нас смотреть, Аоминэ-чи! Ты нас словно убить хочешь, - Рёта занимал позицию плюшевого мишки, готового излучать лучи добра и надежд на светлое будущее. - Мы туда и обратно. Ты как папочка прям. Тебе не надо быть всё время с Ямаао-чи, я тоже смогу о ней позаботиться, - он приготовился к тому ответу, который готов был сорваться с губ Дайки. И эти слова явно будут очень злыми, если судить по его выражению лица. Бешеный... Но пронесло. - О, а это та миледи, с которой вы сегодня забавляетесь? - Саюрико так же решила спуститься ко всем, чтобы побыть частью доброй компании. И так это вышло к месту, что не дала договорить никому из них, сбивая их мысли в странную кучу, которую можно было разгребать у себя в голове ещё добрых несколько часов. Что и случилось с Дайки впоследствии. Ему не понравилась эта странная отстранённость в глазах Аянэ, эта фальшивая социальная вежливость и притворная правда. Он слишком хорошо знал её, слишком сильно чувствовал даже микроскопические изменения в её голосе и поведении. Сейчас всё выглядело именно так, как не должно было случиться, а ещё происходило то, чего парень боялся с момента прихода незваных гостей. Они встали плотной стеной между ним и ей. И опять Ямаао просто уходила, чтобы посмотреть, что же будет дальше с ними всеми, но уже без неё. - Лифт, - тут же протянул Рёта, почти запихивая Аянэ туда. Вылупила глаза и разглядывает тут всяких качков. Слюни бы вытерла! - Ключи взяла? - почти рявкнул Дайки готовый рукой выломать металлические заслонки, если ответ будет отрицательным. - Ага! - кричал девичий голос из лифта. - Не надо было пихать, - тихо добавила девушка, когда дверки плотно закрылись, а коробочка поехала вниз. - Покажи, - голос Кисэ снова стал серьёзным. Она открыла полу куртки и немного отняла полотенце от раны. - Затекает в штаны, - пожаловалась Аянэ то ли на сами штаны, что давили, то ли на неприятные ощущения, что раздражали. Наверное, именно этот дурацкий пояс спровоцировал такие печальные последствия. Да и резвой козочкой прикидываться не стоило. Нет в её фамилии намёков на животных! Не надо делать вид, что есть с ними вообще какое-то сходство. Она гора! Синяя. Вот и сидела бы нахохлившись на мягком диване, не дёргаясь! Только поздно саму себя ругать. Надо уже спасать. - Так сильно течёт? - удивился он. - Не в этом дело. Порез длинный, а порвалось где-то внизу, - попыталась определить она размера бедствия. - Справимся. Немножко только надо потерпеть. - Обопрись на меня, - его рука уверенно обхватил её плечи. - Аянэ? - М? - Извини. Всё, что угодно сделаю, только извини. - Всё нормально. Не помру. Потом будешь есть салат недели две, - пыталась пошутить Ямаао. Но никто не засмеялся. А дома Аянэ ждала пустая квартира. Рёта отправился туда же, куда уволокли Дайки, ведомый женскими голосами, что манили его к себе. Тем более, что Ямаао от лекарств и часа не продержалась, провалившись в сон в машине. Еле проснулась, чтобы добраться до кровати и заснуть там снова. Мир застыл и снова стал немым. Можно было спокойно отправляться в мир привычных грёз. Только сегодня совсем не хотелось дотрагиваться до него. Зачем же нырнула в эту пустоту?