Когтевранка

      Поначалу Линда не придала большого значения тому, что все преподаватели, за исключением Амбридж и Снейпа, стали наблюдать за ней пристальнее, спрашивать чаще и проверять строже. Но очень скоро это стало бросаться в глаза. Даже Флитвик заставил переделать превращенное из уксуса вино, хотя оно было безупречно. Линде будто давали понять, что впредь не доверяют. Она могла объяснить это лишь тем, что Дамблдор действительно прочел её мысли.       Благодаря занятиям контроля Империуса, Линда уже со второй попытки стала сопротивляться. Она оставалась относительно бодрой лишь благодаря многочисленным зельям, которые пила несколько раз в день. Корвус постоянно предупреждал, что может появиться обратный эффект, но когтевранка стояла на своём, повторяя, что у них нет времени.       Уизли перестал появляться за каждым углом, куда бы не пошла Линда. Отказываясь признаваться даже себе, она мельком наблюдала за близнецами, выцепляя взглядом Фреда. Но и он научился смотреть на неё тогда, когда она того не замечала.       Вот и в этот раз, когда Линда проходила через толпу учеников, спеша из библиотеки на сдвоенное Зельеварение, Фред с усмешкой провожал её взглядом. Даже торопясь, она сохраняла грациозность походки, неизменно высоко держа голову и откидывая длинные чёрные волосы на спину, хмурясь, когда нерасторопные первокурсники попадались под ноги. Фред скрестил руки на груди, в который раз вспоминая близость последней встречи.       — Ты это всерьёз, Фред? — заметив взгляд брата, спросил Джордж. — Или хочешь заполучить самый дорогой приз на свою полку?       — Всегда приятно получать то, что никому недоступно, — ответил Фред и тихо рассмеялся, услышав, как Линда на кого-то прикрикнула. — Только представь: заполучить Гринвуд, да ещё и отбить её у вратаря команды Слизерина. Увлекательнейшая перспектива.       Линда старалась избавиться от воспоминаний, заполнявших её голову перед сном, во время занятий и даже в моменты погружения в транс. Она без конца осуждала себя за проявления слабости и не могла поверить, что кто-то смог нарушить её равновесие.       Когтевранка не знала, посодействовала ли Амбридж, вечно находящаяся рядом с министерским преподавателем, или же всё благодаря собственному таланту, но к апрелю она была освобождена от занятий, получив временное разрешение на трансгрессию. Оставалось лишь подтвердить его в Министерстве магии, чем сразу же занялась её мать, написав очередное письмо, в котором хвалила дочь за успехи и достижения. А Линде было неизменно стыдно перед родителями за секреты и обман.       Но и лояльности Амбридж был предел, и однажды она вызвала Корвуса и Линду на ковёр.       — Пришло время напомнить ваши обязанности, — произнесла Долорес, улыбнувшись. — Мистер Лэндон прекрасно справляется, доказательством чего служит целый сейф конфискованных вещей. К сожалению, мы так и не можем поймать нарушителей за руку. Но Белинда, от вас я не получила ничего, — приторно-сладким голосом сказала она. — Как мне следует это расценить?       — Но проф… — начал было Кори.       — Во-первых, профессор, у меня по-прежнему нет возможности снимать с учеников баллы и требовать у них что-либо. Я не являюсь старостой, поскольку это право дает лишь директор, — отчеканила Линда с непроницаемым лицом.       — Мы уже говорили об этом, мисс Гринвуд, — вдруг улыбнулась Амбридж, и девушка поняла, что ей нужно суметь удержаться на этом месте.       — А во-вторых, зачем бы мне хранить все эти безделицы? Я избавлялась от них, как только уличала момент конфисковать.       — И каким же образом? — спросила Амбридж, пристально смотря на неё.       — Примерно так, — ответила Линда и взмахом палочки сожгла найденные товары Уизли прямо на столе Амбридж, заставив её отпрянуть. Отставив образы, связанные с этим местом, она продолжила. — Вы можете мне доверять, профессор.       — Главное, чтобы вы не забывали об этом, Белинда, — произнесла Амбридж с ехидной улыбкой.       — Почему ты не сказала, что оставила невыполненными её указания? Я бы замолвил за тебя словечко и что-нибудь придумал, — сказал Кори, догоняя торопливо уходящую Линду.       — Я справлюсь, не нужно помогать мне хотя бы в этом, — резко бросила она. Слизеринец остановился, смотря ей вслед.       — Ты сама не знаешь, что тебе нужно.

***

      Глубоко после отбоя Линда направлялась из Выручай-комнаты на свой новый пост неподалёку от учительской. Который раз у неё не получалось до конца определить, какой же будет её анимагическая форма. Утомление с каждым днём сказывалось всё сильнее, и вот сейчас, по привычке прокручивая в голове необходимые действия для превращения, Линда силилась вспомнить один из этапов, но никак не выходило.       Бросив книги на подоконник, она удостоверилась, что горгульи не смогут заметить её на таком расстоянии, и прикрыла глаза. Нужно было расставить по полочкам в голове каждое действие, каждую мелочь, не отвлекаясь на мысли о…       — Не спится? — прозвучал уже слишком знакомый голос.       — А ты что здесь забыл, Уизли? — открыв глаза, спросила Линда и увидела как всегда довольное лицо. Ну откуда он каждый раз появляется?       — Прогуливаюсь. Видимо, как и ты, — хмыкнул Фред и уселся на подоконник. — Сегодня замечательное ночное небо. Идеально, чтобы провести время на Астрономической башне в приятной компании.       — Имеешь в виду быть с неё скинутым? — улыбнулась Линда, но у неё не было ни сил, ни желания пререкаться с прежней пылкостью.       — Вариантов множество, выбирай, какой больше нравится.       Оглянувшись на Фреда, Линда вспомнила последнюю претензию Амбридж и задумалась.       — И откуда вы берёте все свои игрушки?       — Создаём их, — ответил Фред, удивившись вопросу. — Или думала, воруем в Зонко? Каждая наша вещица — плод безграничной фантазии и непосильного труда. А что, хочешь ознакомиться с ассортиментом?       — Мне это ни к чему, — отмахнулась Линда. — Но трудно поверить, что у таких шалопаев достаточно мозгов для настолько оригинального волшебства.       — Мерлинова борода, это что, комплимент от Гринвуд? — воскликнул Фред, рассмеявшись. — Я отмечу этот день и буду праздновать каждый год! Постой, но откуда тебе знать, что это за товары?       — Трудно не заметить, когда они попадаются на каждом углу в руках нерадивых младшекурсников, — заметила Линда, обернувшись к нему. Как Уизли удавалось быть всегда таким насмешливым и… весёлым? — К тому же, ваша репутация у преподавателей заставляет считать, что вы вряд ли сможете наскрести хоть какие-то баллы на ЖАБА. Что уж говорить об изобретениях?       — А вот это называется успешная конспирация. Зачем нам тратить время на такую бессмыслицу, как доклады, когда можно использовать его с толком? — проговорил Фред, замечая, что и на этот раз Линда вела себя иначе, слишком спокойно для неё. — А ты, значит, метишь в лучшие ученицы?       — Я и так лучшая ученица, — твёрдо сказала она, крутя в руке волшебную палочку. — Думала, ты заметил это, когда оказался обезоруженным и опрокинутым на лопатки.       Фред рассмеялся, и Линда с интересом взглянула на него. Его поведение было столь отличным от её, что казалось непонятным и оттого даже немного удивительным. Усталость сказывалась, и прежние преследующие мысли притупились, оставив неизвестный ранее осадок. Она смотрела на Уизли и пыталась понять, что за эмоции возникают внутри.       — Всё вспоминаешь прекрасные времена? Пора бы заменить их новыми воспоминаниями, не думаешь? — спрыгнув с подоконника, спросил Фред, смотря на неё тем самым заинтересованным взглядом. Линда прищурила глаза, подбирая очередную колкость.       — Гринвуд! И Уизли…       Они ошеломлённо обернулись, услышав голос Снейпа, направившего на них светящуюся волшебную палочку. Линда поджала губы, понимая, что потеряла бдительность и впервые попалась преподавателю.       — Какое неожиданное сочетание, — протянул Снейп, оглядывая их обоих. — Гринвуд, что вы забыли в столь отдалённом от Башни Когтеврана коридоре? Надеюсь, готовились к завтрашней контрольной работе по Долголетним эликсирам?       — Профессор, я… — начала было Линда, понимая, что ему известна истинная причина. Ещё пара слов, и он выдаст её.       — Это моя вина, профессор! — выпалил Фред, шагнув вперёд и заслоняя Линду собой. Она уставилась на него в непонимании и изрядном удивлении. — Это я задержал Гринвуд. То есть… просил встретиться со мной…       — Мне безразлично, чем вы здесь занимались, Уизли, — скривив губы, произнёс Снейп и одарил Линду многозначительным взглядом. — Вы оба находитесь вне ваших спален после отбоя, и за это нарушение следует наказание. И раз уж вы не планировали спать, оно начнётся прямо сейчас. За мной!       Снейп быстрым шагом направился по коридору. Линда и Фред не могли поступить иначе, кроме как последовать за ним. Сердито взглянув на Уизли, она хотела было бросить ему обвинительную колкость, но Фред, как всегда легко улыбаясь, пожал плечами и подмигнул ей. И тут Линда осознала, что он заступился за неё перед Снейпом. Уизли мог сказать что угодно, мог использовать её в качестве оправдания, мог обвинить, но вместо этого попытался выгородить перед преподавателем, сильнее всего ненавидящим гриффиндорцев в целом и Уизли в частности. А теперь им предстояло отбывать наказание. Очевидно, вместе. Линда тяжело выдохнула, не веря в происходящее и переводя взгляд с тёмного силуэта Снейпа на нахально бодро шагающего Фреда.       — Что ж, — ледяной голос декана Слизерина отразился от стен подземелий. — Разберёте доставленные ингредиенты по коробкам и флаконам, предварительно пересчитав и указав на каждой этикетке количество. Вздумаете делать это с помощью магии, и я запру вас здесь до конца ваших дней, — процедил Снейп, оглядывая стиснувшую зубы Линду и нагло ухмыляющегося Фреда. — Хотя, вероятно, это именно то, чего вы так жаждали. Приступайте! Время — до завтрака.       Дверь каморки захлопнулась, и когтевранка с гриффиндорцем остались наедине. Линда силилась погасить злость от того, что в первый раз за шесть лет получила наказание от Снейпа. Она посмотрела на Фреда, который плюхнулся на стул, закинув на стол ноги, и принялся рассматривать ящички с глазами тритона.       — Что ты наделал? — сердито произнесла Линда, пихнув ногой большую коробку.       — Спас тебя от необходимости объясняться перед Снейпом, — как само собой разумеющееся ответил Фред. — Ты ведь явно там не Руны заучивала.       — Какая разница? Если бы не ты, я бы никогда ему не попалась!       — Откуда такая уверенность? У тебя что, есть антиснейповский радар? — усмехнулся Фред. — И потом, взгляни, какое богатство. Что-то из этого наверняка можно будет позаимствовать.       — Ты и правда настолько недалёкий, что думаешь, он не заметит пропажу? — выпалила Линда, уперев руки в бока. — Здесь же десятки больших коробок, и в каждой ещё больше мелких!       Она резко опустилась на табуретку, пытаясь успокоиться и жалея, что вообще вышла из Выручай-комнаты.       — Если наказания избежать не удалось, из него стоит извлечь пользу, — тоном знатока заявил Фред, заставив Линду поразиться, ведь эти слова были уж слишком похожи на её собственные. — Спорим, здесь найдётся то, что ты ещё никогда не использовала?       — Пытаешься смягчить мою злость перспективой получения знаний? Не думаю, что собрание Снейпа сможет меня удивить, — заявила Линда.       — Вот и проверим, — улыбнулся Фред. — За работу, мисс лучшая ученица!       Линда прожгла его взглядом и открыла первую коробку. Корень асфоделя. Поджав губы, Линда искоса наблюдала за Уизли, напевающим под нос мелодию. Сегодня он вёл себя иначе, даже не пытался зажать её в первом попавшемся уголке. Интересно, что бы сказал Корвус, увидев столь необычную картину? И расскажет ли Снейп об этом наказании Амбридж?       Уизли был до странного молчаливый, а Линда не собиралась провоцировать его на светские беседы или ещё что похуже. Руки так и просили использовать магию, но это повлекло бы грозные в своей неизвестности последствия. Линда уговаривала себя не думать и не вспоминать ни о чём, сосредоточившись на деле. Вскоре первые пять громоздких коробок были разобраны.       Трансформировав грубую табуретку в кресло помягче, Линда опустилась в него и запрокинула голову. Она никогда не жаловалась, неизменно помня о целях, но не признаваться самой себе, что цели отнимали все силы, было бы глупо. В ушах уже привычно звенело, а глаза хотели вот-вот закрыться.       — Ты устала? — мягко спросил Фред, разрезав тишину.       Удивившись непривычному тону, Линда усмехнулась.       — Откуда тебе знать, от чего я могу устать, Уизли? — медленно ответила она вопросом, не глядя на него.       — Мне необязательно знать детали, чтобы видеть это.       Слова Фреда заставили Линду приподняться и посмотреть на него. Уизли стоял, опираясь ладонями на стол, заваленный коробками, и, чуть улыбаясь, глядел на неё открытым, добрым взглядом. Линда тяжело выдохнула, почувствовав себя уязвимой. Кори никогда не смотрел на неё так. Было беспокойство, тревога, забота, но… ещё никогда на неё не смотрели с таким теплом.       В глубине души возникла странная пульсация, будто что-то, давно превратившееся в лёд, начало медленно оттаивать. Линда смотрела на Фреда и будто впервые разглядела его по-настоящему. Это был не тот мерзкий Уизли, опозоривший её перед всеми. И не тот напыщенный Уизли, которого она несколько раз одолела. И даже не тот раздражающий Уизли, пытавшийся уломать её присоединиться к Отряду. Сейчас перед Линдой вдруг возник Фред, неожиданно обретший для неё истинное лицо.       — Не делай вид, что понимаешь меня, — ответила она, опомнившись и заставив эмоции умолкнуть.       — Мне очень нравится пытаться тебя понять, — заявил Фред, приступив к другой коробке. — Но ты так и не рассказала, что связывает тебя с Амбридж? Может, она твоя пятиюродная тётка?       — Судишь по собственному чрезмерно разветвленному древу? — выдохнула Линда, положив подбородок на руку. — Кажется, твой отец работает в Министерстве? Тебе бы очень хотелось, чтобы его уволили по твоей вине?       Фред оторвался от пересчета перьев болтрушайки и посмотрел на Линду, задумавшись.       — Но ведь твой отец, кажется, работает в Аптеке Малпеппера?       — Верно, — кивнула Линда. — А моя мама, Хелена Гринвуд, является международным корреспондентом Ежедневного пророка и отвечает за налаживание магического сотрудничества. Несложно догадаться, что многие хотели бы занять её место. И как ты считаешь, перед кем из высокопоставленных министерских служащих моя мать непосредственно отчитывается? У кого есть полномочия уволить её за малейшую провинность, совершённую ею или кем-то из её семьи?       — Амбридж? — выдохнул Фред, сдвинув брови.       — Браво! Десять очков Гриффиндору! — воскликнула Линда, хлопнув в ладоши.       — И много её приказов ты исполнила?       — Я не выполняю ничьи приказы, Уизли, — сердито ответила она, хмыкнув. — Тебе давно стоило бы заметить, что я не такая послушная, как многим хотелось бы.       — Почему, в таком случае, Амбридж всё ещё держит тебя при себе? — спросил Фред, перекрестив руки на груди.       — Потому что каждый хочет, чтобы я была на его стороне, — улыбнулась Линда, подавив зевок. — В том числе и ты.       — Согласись, это было бы очень удобно, ведь вряд ли ты попытаешься убить своего соратника, — Фред усмехнулся, придвинув ящик с пучками лаванды. — Но убеждать всех в том, что ты остаёшься исключительно на своей стороне и ни к кому не примыкаешь, глупо, когда в то же время спасаешь Гриффиндор и остальных от перспективы быть разоблачёнными. Зачем так тщательно скрываешь, что ты не такая злобная стерва, какой хочешь казаться? — проговорил Фред, заставив её тихо рассмеяться.       — Настала твоя очередь комплиментов, Уизли? Почему, по-твоему, Снейп ведёт себя так с учениками?       — Потому что он нас ненавидит! — заявил Фред.       — А кроме этого, он обеспечивает порядок и строгую субординацию, не позволяя никому переходить границы дозволенного. Вот и я давно установила правила, по которым позволяю с собой играть, — произнесла Линда, откинувшись в кресле.       — Как удачно, что моё любимое занятие состоит в том, чтобы нарушать даже самые строгие правила, — сказал Фред, улыбнувшись.       Не услышав язвительного ответа, он поднял взгляд на девушку и увидел, что она мгновенно заснула, опустив длинные ресницы на щёки. Фред усмехнулся и, взмахнув палочкой, наложил на неё согревающие чары.       — Проснись, Гринвуд! Проснись же!       Сквозь сон, Линда почувствовала, как её тормошат, а мягкое кресло вмиг превратилось обратно в табуретку.       — Ты спятил? — выпалила девушка, когда Фред рывком поднял её на ноги.       — Итак, — протянул Снейп, войдя в каморку. — Надеюсь, вы прекрасно провели эту ночь?       Линда машинально сжала волшебную палочку, готовя себя к новому наказанию. Как она могла уснуть? И как Уизли мог не разбудить её? Линда проводила взглядом шагающего вглубь комнаты профессора, и тихий удивлённый вздох слетел с её губ.       — Надо же, какая плодотворная работа, — со смешком произнёс Снейп. — Оказывается, Уизли, чтобы вы хоть немного занялись делом, вас надо запирать. Или это Гринвуд как всегда не смогла допустить, чтобы кто-то обошёл её, и сама выполнила задачу? Впрочем, мне всё равно. Свободны! И удачи на сегодняшней контрольной, мисс Гринвуд, — кивнул Снейп, а Фред и Линда поспешили удалиться.       — Почему ты не разбудил меня? — шикнула Линда, продолжая сердиться.       — Неужели и здесь хотела завоевать первенство? — усмехнулся Фред, шагая как всегда вальяжно. — Что плохого в том, что ты хоть немного выспалась?       — Откуда такая забота? — спросила девушка, сощурив глаза.       — Уже не в первый раз вообще-то, — ответил он, резко остановившись, отчего Линда чуть было в него не врезалась. — Ты не заметила? Я не впервые тебя выручаю: в тот раз, когда ты пробралась в гостиную Гриффиндора и тебя чуть не заметили, потом, когда Филч ворвался в кабинет Амбридж, а теперь Снейп. О, целых два раза: возле учительской и с ингредиентами, — проговорил Фред и наигранно задумался. — Да я просто невозможный джентльмен!       — Это твоя расплата за прошлые вредительства, — заявила Линда и попыталась обойти его, но он шагнул в ту же сторону. — Что ещё, Уизли? Ты не слышал Снейпа? У меня сегодня зачёт по зельям!       — Как будто ты к нему не готова, — с насмешкой произнёс Фред, как вдруг на него оказалась направлена очень хорошо знакомая волшебная палочка.       — Не стану благодарить тебя за волшебно проведённую ночь, — съехидничала Линда. — Отодвинься! — бросила она, и Уизли всё же уступил.       — Могла бы хоть доброго утра пожелать! — крикнул ей вслед Фред, и его губы растянулись в улыбке.

***

      Амбридж не забыла об обещанной проверке, и к её удивлению, абсолютно все студенты прошли её, не признавшись ни в едином проступке. Генеральный Инспектор была в ярости, с особенной ненавистью оглядывая гриффиндорский стол за ужином. Хотя искать причину стоило чуть левее, среди студентов с синими галстуками.       Встретившись с вопросительным взглядом Корвуса, Линда самодовольно улыбнулась и кивнула. Это не укрылось от Фреда, тоже наблюдавшего за девушкой. Мельком заметив это, Линда вскинула бровь, на что Уизли лишь улыбнулся и подмигнул ей.       Когда Кори вошел в Выручай-комнату, Линда с помощью заклинаний сражалась с семью мечами, нападавшими на неё. До этого она, конечно, заколдовала их именно на такую функцию. Слизеринец, раздумывая, хочет ли задать вопрос с неизвестными последствиями, подошел к оставшимся двум котлам с зельями.       — Поведай мне эту великолепную историю о том, как ты спасла Отряд от разоблачения, — произнёс Лэндон, наблюдая за её отточенными движениями.       — Что ты имеешь в виду?       — Сыворотку правды, которая неожиданно не сработала.       — Ты знал об этом? — воскликнула Линда, разом отбросив все мечи в стену. Кори усмехнулся.       — Я услышал о сыворотке от Малфоя, которому Снейп похвастался, что Поттеру и всей ей честной компании вскоре может прийти конец. Однако, этого не произошло, — подытожил Корвус. — И судя по всему, и особенно по твоей реакции, тебе было известно об этом с самого начала.       — Можно сказать и так, — усмехнулась Линда, вновь приводя мечи в действие. — Считаешь, стоило оставить всё как есть и позволить Амбридж узнать обо всём?       — Конечно же, нет. Но Линда, — Корвус, пройдя мимо мелькающей стали, приблизился и заглянул ей в лицо. — Почему ты не поделилась со мной? Я бы помог, отвёл бы Амбридж и её соглядатаев от тебя подальше. Ты рисковала.       — Это не стоило того, чтобы ты тратил время в День всех влюблённых.       Кори задумчиво сдвинул брови, поняв, когда именно она всё провернула. Вновь посмотрев на увлечённую девушку, он вспомнил её переглядки с Уизли и то, что тот не попадался ему на глаза в Хогсмиде. Ладонь сжалась в кулак, и слизеринец протяжно выдохнул.       — Я волнуюсь, когда ты совершаешь подобное в одиночку, — произнёс он, наблюдая за её реакцией, но на сосредоточенном лице не дрогнул ни один мускул. — Мне Амбридж вряд ли сделает что-то серьёзное, а вот ты в случае неудачи можешь пострадать. Линда, почему ты…       Среди звуков ударов стальных мечей вдруг различимо раздался протяжный скрип дверцы. Оглянувшись, Кори посмотрел на шкаф, который долгое время не поддавался, и увидел, что дверца чуть приоткрылась.       — Линда!        Она обернулась, тут же отразив очередную атаку, и проследила за его взглядом. Откинув заклинанием остальные, Линда тут же подошла к стоящему перед шкафом Кори.       — Держи палочку наготове, ведь не зря он столько времени был заперт, — произнес Лэндон.       — Настало его время, — азартно улыбнулась Линда и потянула дверцу на себя.       Вначале ничего не произошло, и они почти было подумали, что секрет был в самом шкафу. Но через мгновенье из него вылетело черное облако, закружившееся вокруг своей оси. Кори и Линда сделали шаг назад, распахнув глаза.       — Боггарт, — хмыкнул Кори. — Рид…       Но тут произошло неожиданное: не сумевший сразу принять какую-либо форму, боггарт рухнул на пол и обернулся Линдой. Кори замер, а настоящая Линда направила на вторую себя палочку, но не могла вымолвить ни слова. Она оцепенела, ведь её копия была мертва. Вторая Линда была вся изранена, покрыта кровью, продолжающей вытекать с невероятной силой. Чёрные волосы были в пыли и крови, посиневшая кожа покрылась ссадинами, изодранная одежда тоже была в крови и грязи, а в руке не было волшебной палочки. Синие глаза… Глаза, потускневшие, невидящие смотрели прямо на настоящую Линду, заставляя дрожь охватить ею всю.       — Нет, — смотря безумным взглядом, прошептал Кори и рухнул на колени рядом с видением, пытаясь прикоснуться, но не в силах дотронуться до крови, которой было слишком много.       Линда не могла пошевелиться. Она просто смотрела на собственный труп, забыв, как сделать вздох. Кровь застыла в жилах, паника наполнила мысли. Но Линда очнулась. Она услышала бессвязный шёпот Корвуса, увидела его дрожащие руки и вспомнила, что произошло и что это был лишь боггарт. Но собраться с силами оказалось чрезвычайно трудно.       — Риддикулус! — вскрикнула Линда, обратив копию себя в куклу и, резко махнув палочкой, загнала боггарта обратно в шкаф. С силой захлопнув дверцу, она наложила запирающие чары.       Онемев, Линда запустила пальцы в волосы и попыталась прийти в себя. Вот, какой её истинный страх. До невозможности банально: собственная смерть. Но мёртвое тело было слишком реальным, слишком жутким, отдающим могильным холодом. Её копия была трупом, не человеком, а лишь оставленным телом, которое больше никогда не откроет глаза. Линда впервые почувствовала, что такое страх.       Она тряхнула головой и посмотрела на Корвуса. Он всё ещё сидел на коленях и смотрел в никуда взглядом, полным боли и отчаяния, всё продолжая что-то тихо говорить.       — Кори! Кори, я здесь, я в порядке, — произнесла Линда. Он не реагировал, и она попыталась обратить его взгляд на себя, положив холодные руки ему на щёки, но Корвус ничего больше не видел. — Лэндон, очнись, это был боггарт! — крикнула она, встряхнув его за плечи, но парень был будто не здесь. — Корвус! — послышался звук звонкой пощечины, от которой он, наконец вздрогнул.       — Боггарт? — непонимающе повторил он, посмотрев на Линду.       — Да, это был только боггарт.       — Слава Мерлину! — выдохнул Кори и рывком обнял девушку. — Ты жива!       От неожиданности Линда замерла. Он сжимал её с невероятной силой, и Линда обняла его в ответ, задумавшись. Она чувствовала, как колотилось сердце Кори, как он цеплялся за неё, утыкаясь в плечо, и не могла поверить в происходящее. Неужели они боялись одного и того же?       — Нужно избавиться от этого, — произнесла Линда, отстранившись, и поднялась. Растерянный, Корвус лишь кивнул, проведя ладонью по лицу.       Боггарт оказался не единственным сюрпризом. Уже на следующий день, когда Линда явилась в Выручай-комнату, слизеринец, будто бы более улыбчивый, чем раньше, дождался отбоя и повёл её по замку.       — Что происходит, Лэндон? В честь чего внезапная ночная прогулка?       — Терпение, — сказал он, самодовольно ухмыляясь. — Думаю, ты не забыла это место.       — Что с ним сделали? — выдохнула Линда, смотря на дверь их бывшего кабинета.       — Я вернул его нам! — гордо произнес Кори, открывая перед Линдой дверь.       — Какими же заслугами? — спросила девушка, но улыбнулась, увидев их родной кабинет, где начались все затеи, планы и безумные идеи. — Как ты это сделал? Здесь ничего не изменилось…       — Спросил у Амбридж, — усмехнулся Кори. — Я взял разрешение вернуть к жизни бесхозное помещение, чтобы…       — Школа соответствовала министерским стандартам, — произнесла Линда, по-прежнему улыбаясь и этим заставляя сердце слизеринца биться сильнее. — Но что нам с ним делать, если есть Выручай-комната?       — Здесь не будет сюрпризов по типу боггарта, — заметил Кори. — Кто знает, вдруг там появятся еще и оборотни. В тот момент, например, когда ты будешь в трансе.       Линда кивнула и хитро улыбнулась, умолчав о том, что приблизилась к разгадке своей анимагической формы — это была птица.

***

      После окончания занятий Линда направилась в библиотеку. Она хотела изучить, по какому принципу боггарты вытягивают из человека его страхи и выкинуть из головы Фреда Уизли, который снова нагло и неприкрыто наблюдал за ней в Большом зале.       — Гринвуд! — взвизгнула Паркинсон, вдруг подбежав к ней. Линда вопросительно вскинула бровь, рассердившись, что её отвлекли. — Тебя вызывает Амбридж. Иди за мной, — сказала она брезгливо, но в глазах мелькали огоньки, а на приплюснутом лице растянулась предвкушающая улыбка. — Сейчас начнется!       Линда распахнула глаза, понимая, что могло вызвать такой восторг продажной слизеринки. Паркинсон выбежала из библиотеки, и Линда, не раздумывая, метнулась за ней.       Они бежали на восьмой этаж — именно этого Линда и боялась. На лестнице был слышен шум голосов и перекрики. Сердце упало в пятки, и она поняла, что на этот раз не смогла помочь.       Крэбб и Гойл пробежали в левый коридор, и Линда наконец-то приблизилась к месту, где должна быть Выручай-комната. Она ахнула, увидев в той самой стене огромную дыру от заклятья, вокруг которой валялись камни. Линда не знала, что делать, что она может предпринять, ведь было поздно. Стиснув в руках волшебную палочку, она увидела запыхавшуюся Амбридж, на лице которой сияла мерзкая победоносная улыбка.       — Мы нашли их!       — Профессор! Один есть! — послышался издалека голос Малфоя. Амбридж ринулась туда, и Линда за ней.       — Это он! — радостно воскликнула Амбридж, едва завидев лежащего на полу Гарри. У Линды сжалось сердце от мысли, что будет с Отрядом. — Прекрасно, Драко, прекрасно! Просто великолепно! Пятьдесят очков Слизерину! Я сама его заберу. Встать, Поттер.       Гарри поднялся на ноги, исподлобья глядя на них обоих. Никто еще не видел Амбридж такой счастливой. Вдруг он заметил Линду, и та готова была провалиться под землю. Непонимание на лице Гарри сменилось недоверием, а затем презрением. Когтевранка отчетливо читала в его глазах «предатель», и теперь о ней так будет думать каждый и особенно гриффиндорцы, ведь она ответила отказом на все их предложения вступить в Отряд. Линда отвела взгляд, думая лишь о том, куда делся Кори, теперь единственный её соратник.       Амбридж схватила Гарри за руку и широко улыбнулась стоящим рядом Малфою и Линде. Слизеринец непонимающе уставился на девушку.       — Бегите и попробуйте изловить ещё кого-нибудь! — сказала Долорес. — А вы, — добавила она самым вкрадчивым, самым зловещим тоном, на какой только была способна, — вы, Поттер, пойдете со мной в кабинет директора.       — Ты! Ты почему здесь? — с отвращением процедил Малфой, когда Амбридж и Поттер ушли. Осознание того, что Малфой чего-то не знал и что Линду, полукровку с Когтеврана, поставили в один ряд с ним, оскорбило его самолюбие.       — Я — член Инспекционной Дружины, Малфой, — с ответным презрением сказала Линда, усмехнувшись, довольная произведенным эффектом.       — Этого не может быть!       — Хочешь посоревноваться, кто первый попал на столь почетную должность? — жестоко ухмыльнулась Линда.       Лицо Малфоя исказила гримаса злобы — на этот раз он всё понял, включая своё поражение.       — Беги, Драко, ищи сбежавших, — насмешливо произнесла она, — выполняй свою работу.       — Ты ответишь за это, Гринвуд! — прошипел Малфой, но девушка уже ушла.       Линда направлялась на этаж к кабинету директора, ведь именно там могло быть всё сборище. Филч с выражением абсолютного восторга бегал по лестницам, чувствуя долгожданную победу. Девушка ускорила шаг и вскоре увидела Корвуса.       — Кори! — громко шикнула она, подбегая и чувствуя, как сердце захватила тревога.       — Всё в порядке. Для нас, — выдохнул он, явно нервничая. — Не подавай вида, что что-то не так, ни гриффиндорцам, ни слизеринцам. Настал момент, когда мы только на своей стороне.       — Что там происходит? — кивнула Линда в сторону кабинета директора.       — Там Дамблдор, Макгонагалл, Фадж, Бруствер, Амбридж и Мариэтта Эджком, — на одном дыхании выпалил Кори.       — Кто? — воскликнула Линда, надеясь, что ослышалась. — Мариэтта? Она же моя однокурсница.       — Именно. Она и выдала их.       — Она? То есть, как? — Линда растерялась. Она думала, что Амбридж обнаружила Отряд с помощью поисков и шпионов. Что со всеми остальными? Что мегера сделала с Уизли?       — Все они внесли свои имена в специальный список, заколдованной умницей Грейнджер, — с усмешкой сказал Кори. — Суть в том, что у того, кто выдаст их тайну, на всем лице появятся прыщи, образующие слова «Ябеда», чтобы не ошибиться в предателе. Умно, правда?       — Даже слишком, — выдохнула Линда, посторонившись от пробежавшего Гойла. — Но как она выдала их? Призналась сама? Ведь когда Амбридж устраивала проверку, все её прошли!       — Она устроила ещё одну, использовала собственные запасы.       — Почему именно Мариэтта? Откуда она вообще взялась? — яростно процедила Линда, сжимая кулаки от злости.       — Может, попалась под руку, а может, было, чем надавить, — рассудил Корвус.       — Надавить, — повторила Линда, смотря в одну точку. — Но там Дамблдор! Значит, всё будет в порядке. О чём мы можем говорить, когда дело касается директора?       — У них прямые доказательства против Поттера.       — Где он? — послышался вопль из кабинета. Кори и Линда рывком обернулись к двери. — Где он?       — Не знаю!       — Он не мог трансгрессировать! — закричала Амбридж, и ребята переглянулись.       — Поттер? — предположил Кори.       — Лестница! — послышался крик, и через секунду двери распахнулись. — Где Дамблдор, он был здесь? — с бешеным взглядом воскликнул седовласый волшебник, наткнувшись на них.       — Нет! — одновременно выпалили Линда и Кори, и волшебник побежал вниз по лестницам.       — Дамблдор покинул Хогвартс? — чуть ли не прошептала когтевранка. Она понимала, чем это грозит в нынешние времена.       — Он не мог, кто тогда…       Из Большого зала вынесли преподавательский стол, и теперь на его месте красовалось директорское кресло, больше похожее на трон. Вместо четырех столов были ряды одноместных парт с пером и листом пергамента на каждой. Их было ровно столько, сколько имён в списке Отряда Дамблдора. Для остальных же студентов были выделены скамейки в задней части зала. Таким образом, лишив всех ребят ужина и вместе этого произведя публичное наказание, Амбридж пыталась уничтожить в учениках саму мысль о том, что можно иметь точку зрения, отличную от её, и как следствие, от Министерства.       Новый директор расхаживала между рядами провинившихся с видом победителя. Торжественная улыбка играла на её лице, всё ещё остававшимся жабьим. Амбридж высокомерно смотрела на учеников, с рук которых от Чёрных перьев на пергамент капала кровь.       Сидя на скамейке, Линда стискивала зубы, мельком оглядывая наказанных ребят. Ей казалось, согласись она тогда присоединиться, этого бы не произошло, уделяй она больше времени слежке за Амбридж, она успела бы отвести её. Но теперь было поздно. Время шло, Отряд продолжал писать собственной кровью, а Амбридж, восседавшая на своем троне, вдруг встала.       — Продолжайте, — с удовольствием произнесла она, заметив, что несколько ребят оглянулись на неё. — Я хочу сделать объявление. В этой школе, кроме нарушителей и мятежников, к моему огромному счастью, есть и талантливые студенты, думающие наперед. Их нет и не будет в числе отбывающих наказание, поскольку они знают, что хорошо, а что плохо, — сказала Амбридж и с приторно-кокетливой улыбкой оглядела зал, не встретив ни одного ответного радушного взгляда. — Пока вы запоминаете лучше свои ошибки и проступки, — она обратилась к провинившимся, и тут же ее пронзили ненавидящие взгляды, — я объявлю тех, кем Хогвартс может гордиться, — она достала розовый пергамент и торжественно раскрыла его.       Линда уставилась на Амбридж, не веря своим ушам. Сейчас она огласит список Инспекционной дружины, и через пару часов Линде придется сражаться с разъяренным Отрядом Дамблдора, если не со всем Хогвартсом, ведь Когтевран — не Слизерин, ей такое не простят.       По обыкновению, Линда оказалась права. Объяснив всем, что такое Инспекционная дружина и для чего она нужна, Амбридж по одному перечисляла её участников. Они проходили через весь зал, чувствуя на себя испепеляющие взгляды отрядовцев, и становились рядом с Амбридж, которая вешала им на правую сторону груди синюю ленту — знак отличия.       Линда переглянулась с Кори, когда около директорского кресла уже стояли Малфой и Паркинсон, помимо остальных слизеринцев. Лэндон уверенно посмотрел на неё, стараясь не выказывать, что прекрасно знал, что произойдёт, если Амбридж назовёт и Линду.       — Корвус Лэндон! — подобно Макгонагалл на первом курсе произнесла директриса, получая истинное удовольствие.       Линда слабо надеялась, что её имя не прозвучит, ведь пока все были со Слизерина. Но надежда была чересчур глупой и наивной.       — Белинда Гринвуд, — радостнее всего за этот вечер крикнула Амбридж, улыбаясь.       Перья всех замерли, повисла тишина. Все обернулись на Линду с полным непониманием, и лишь Гарри продолжал выводить буквы, вспоминая, что её они хотели назначить руководителем.       Линда словно оцепенела и приросла к скамейке. В синих глазах, смотрящих на Корвуса, читался вопрос: «Что делать?». Слизеринец еле заметно кивнул. Выбора не было.       Когтевранка поднялась, приподняв подбородок, тяжёлой поступью прошла к Амбридж и встала рядом с Кори. Тот слегка коснулся её руки, пытаясь успокоить, но это лишь вернуло невыносимое ощущение реальности. Линда была не в силах посмотреть на кого-то, лишь невидящим взглядом смотрела куда-то вдаль, надеясь, что это всего лишь мерзкий сон.       — Я с радостью хочу сообщить, что мисс Гринвуд за свои заслуги и старания назначается главой Инспекционной Дружины, — хихикнув, добавила Амбридж и повесила Линде на грудь круглый с синей лентой значок. — Поприветствуйте лучших студентов Хогвартса! — Долорес захлопала в ладоши, и это звонким эхом отразилось от каменных стен. Малфой побагровел от ярости, а Кори, поджав губы, опустил голову.       Собравшись с духом, Линда перевела взгляд на Фреда, избегая остальных. Лучше бы он посмотрел на неё с презрением и ненавистью, сжал кулаки и мысленно оскорбил её всеми возможными способами. Но Фред взглянул на Линду с задумчивым разочарованием и печалью и опустил голову, продолжая выводить буквы, но теперь гораздо сильнее нажимая на перо.