Грязные танцы

Илья Утро стрелецкой казни... Дело за малым, щас стану стрельцом и меня казнят. Хуже не станет. И вроде выпил немного, но где я, кто я, зачем я и прочая философская хрень наводила на мысль, что пил я что-то не то. Ну не с Юлькиного же чая такой отходняк?! Кстати, я ж у нее... Офигеть, провел ночь в ее квартире, и при этом ни разу не потрахамшись... Куда катимся, так ведь и демографическую программу выполнять некому будет... Ой, понесло мою больную головушку... В квартире грохотало и слышались сдавленные проклятия. Я побрел на звук, оказавшись на кухне, где Юля воевала со сковородкой и ее содержимым. Запах был подозрителен, но я за свои пять органов чувств сейчас не отвечаю. - Э-э-э, что творишь? - от неожиданности хозяйка подпрыгнула, сковородка тоже, и подгоревшие куски чего-то оказались на полу. - Может, не стоило подкрадываться? - Дорогая, я тебя напугал? Ну прости, милая, твой пупсик так больше не будет, - с чего меня клинануло на пупсиков, я не понял. И ладно. Главное, Юлька выпала вслед за сковородкой. - Тебе плохо? - она смотрела на меня с испугом. - Мне хорошо. Давай так - я вымоюсь сам, а ты вымоешь сковородку, а потом я тебе покажу, что такое настоящая яичница. Она пожала плечами и отвернулась к мойке. Я пошлепал в ванную, не забыв НЕ закрыть за собой дверь. Через минуту влетела Юлька, узревши меня в чем мать родила, швырнула полотенце и вылетела обратно, припечатав дверь. Кажется, я опять веду в счете. *** Или это действительно только кажется. Я вышел из душа, оставив на себе лишь набедренную повязку из полотенца, надеясь вогнать Юльку в краску. Ага, щас, три с половиной раза. Она преспокойно сидела за столом, болтала ногой, грызла яблоко и листала журнал. - Сковородка, плита и холодильник к твоим услугам, - сказала эта вредина, не отрываясь от журнала, - только зря ты в одном фартуке разгуливаешь, еще шерстку подпалишь. - Какую шерстку? - офигел я. - На ногах, - с удовольствием пояснила она. Я подобрал челюсть и ушел в комнату натянуть джинсы. С рубашкой решил пока повременить. Мало ли, еще испачкаю... Открою страшную тайну - я умею готовить. Причем не просто умею, но и люблю. В курсе моего хобби были только мои домашние и Серега, остальным знать, что брутальный мачо Илья Ильченко в состоянии изладить карпаччо или состряпать торт из шести слоев, совсем необязательно. Но для этой девушки я, так и быть, сделаю исключение. Тем более что она, кажется, умеет готовить только отраву для тараканов. Между прочим, яичница с помидорами - это вкусно и быстро. Юлишна уплетала за обе щеки, закатывая глаза: - Обалдеть, ты готовишь не хуже Лешки! - А Лешка у нас кто? - Муж. - Ты... замужем?! - приплыли... - Уже нет. В разводе. - А что так? - я участливо вздохнул, переводя дух. - А, - махнула она вилкой, - не сошлись... пристрастиями. - Ну, бывает, - я пожал плечами. - Ага. Илюша, очень вкусно, иди в шеф-повара, тебя с руками оторвут. - Угу, лишь бы мне их не оторвали. - Мы посмеялись, стало тепло и уютно, как будто она замужем за мной, а не каким-то неизвестным Лешкой. - Юль, так ты будешь со мной встречаться? - Это нечестно, ты лишил меня воли своей яичницей. - Значит, будешь? Она вздохнула. - Ну... мы можем попробовать... У меня хватило ума и выдержки не выказывать неуместные эмоции. Лишь легонько коснулся ее щеки и обрадовал: - Ты не пожалеешь... - Посмотрим, - она повернулась ко мне и поцеловала сама. *** Дальше поцелуев дело опять не зашло, и я счел за лучшее откланяться. Она не возражала, видать, тоже хотела побыть сама с собой. Естественно, как только я добрался до дома и зарядки от телефона, начались звонки. От Сереги. - Ты совсем охуел? - Нет, частично! - Позвонить не мог? - Не мог! Батарея - полное гэ. - Есть такая волшебная штука - зарядник. - Ага, дома. - А ты где был? Уж не у Юлии Михайловны? - У нее... - Подробности горячей ночи. Я записываю. - Да не было ничего... - Дожили, я ему, можно сказать, и кум, и сват, и брат, а он молчит как рыба об лед! Колись, удод, пока я добрый. - Ты тупой? Сказал же, не было ничего. Мы просто поговорили... - Мда-а-а... Тут одно из двух - или ты идиот от рождения, или идиот по жизни. И то и другое - неизлечимо. Какой смысл был тогда вообще у нее сидеть? - Ну... мы вроде как теперь встречаемся... - Поздравляю, когда свадьба? - Иди на хер. - Не, мне там нечего делать, я не пидор. - Угу, просто дебил. Ладно, потом поговорим, - и, невзирая на вопли протеста с той стороны, нажал отбой. *** Понедельник шел своим чередом. Я проспал и прогулял Юлькин урок, надеюсь, она на меня не обидится - разве можно сердиться на своего парня из-за такой ерунды? Поэтому долгожданная встреча со “своей девушкой” состоялась не в 8.00, а после четырех. Подойти к ней на перемене я так и не решился, вместо этого с удовольствием и без оного выслушивал разнообразные варианты случившегося в пятницу. Самый безобидный из которых гласил, что Юлия Михайловна появилась в клубе почти без ничего, исполнила стриптиз и изнасиловала меня под громкие аплодисменты собравшихся. И теперь мои родители должны нанять адвоката и прокурора в одном лице, чтобы получить с нее моральную компенсацию за мою поруганную честь. Откуда ноги росли у этих бредней, я догадывался - одной из приглашенных была Светка, которую природа одарила ногами от ушей и задницей вместо головы. Иначе она бы хоть иногда думала, что мелет ее язык. Я вспомнил, что встречался с этой дурой почти две недели, и мне реально поплохело. Юля, как обычно, сидела на полу и перебирала диски. - Привет, - я обернулся на дверь и чмокнул ее в шею. - Выспался, что ли? - Ну не сердись, - залебезил я, - так получилось, будильник не прозвенел, бабушку через дорогу переводил, жирафа спасал из горящего зоопарка, налаживал контакт с инопланетянами. - Ну что с тобой делать, а? - Любить, холить и лелелять. - Пф, - фыркнула она, - ладно, я сейчас. Она ушлепала в неизвестном направлении, а я остался сидеть. Кстати, а куда она ушла? Я закрыл дверь на замок, так, на всякий случай, и пошел за ней. Звук льющейся воды свидетельствовал об одном - Юлька принимает душ. И, кажется, я знаю, как сделать этот процесс еще интереснее... - Тебе спинку не потереть? - поинтересовался я, когда любоваться на капли, сбегающие по ее спине и ягодицам, стало невыносимо. Я подошел вплотную и обнял сзади. А дальше... дальше все по-обычному сценарию: глубокий вздох и... удар ногою в пах. Да сколько ж можно?!