Грязные танцы

Юлия Знаете, какое самое губительное чувство для русской женщины? Жалость. Если бы не она, не жалели бы мужей-алкоголиков, детей-наркоманов, тунеядцев-попрошаек. Илья стоял, согнувшись пополам, открыв рот в беззвучном крике, и смотрел на меня глазами, в которых не было гнева, раздражения или злобы. Нет, там были лишь боль и непонимание. И я осознала, что сейчас мне жаль этого глупого озабоченного мальчика, который постоянно что-то кому-то доказывает - себе, мне, окружающим... Если бы я могла посмотреть со стороны, то узрела бы классную картинку - душевой дождик поливает нас, стоящих друг напротив друга в библейских костюмчиках, один корчится от боли, вторая созерцает и жалеет.... Мда-а, с этим надо что-то делать. Например, закрыть воду, закутаться в полотенце самой и прикрыть этого мачо-неудачника. Хороший план действий. Осуществимый. Я села на скамью в раздевалке, посадив Илью рядом. Он тут же навалился на мое плечо, а потом и вовсе улегся, устроив голову на коленях. Народ в моем лице безмолвствовал. Парень продолжал жалобно смотреть на меня: - Юль, больно... - Тебе, блин, может, еще болячку поцеловать, чтоб не болело? - ай, надо ж сначала думать, а потом изощряться в остроумии. - Можешь, так быстрее заживет. - Щас снова получишь. - За что? За что ты так со мной? Ты хоть представляешь, каково это? - Ну... не очень. Знаю, что, эм-м... неприятно. - Неприятно? - Илья даже задохнулся. - Да ты меня инвалидом так оставишь! - Извини, но ты сам виноват... - опять этот взгляд из серии “Вселенская печаль”. - Хорошо, обещаю, третий удар - будет последним. - Почему третий? - Бог троицу любит, - пожала я плечами. - Я не выдержу еще один удар, - ох, да шрековский кот и рядом не валялся, - и некому будет спасать демографическую ситуацию в России. - Ладно, сегодня бить не буду. Я добрая, - кто ж меня за язык тянул-то? - Спасибо тебе, добрая фея, едва не отбившая мне яйца! Этот хитрый жук повертелся, устраиваясь поудобнее. Аккуратно взял меня за руку, внимательно рассмотрел маникюр, а потом положил мою ладонь на свой... э-э-э, как бы сказать помягче... да ладно, и так уж все понятно - на свой член. Одернуть руку я не могла - он ее держал, выпустить когти - тоже. Сама ж, дура, только что пообещала, что членовредительством заниматься не буду. Вот и думай, что сейчас делать?! Илью подобные размышления явно не занимали, он точно знал, что я буду делать - водить рукой вверх-вниз сначала поверх полотенца, а потом уже и без дополнительных преград в виде куска махровой ткани... Бли-и-и-ин, да если бы год назад мне сказали, что я окажусь в такой ситуации - убила бы на месте. Причем одним лишь презрением. Сейчас остается только убиться самой. Ага, вот посмотрю в зеркало и самоубьюсь. Илья, напротив, был доволен и весел. Слишком доволен. - Обманул? - Неа. Слегка приукрасил. Ты ж на меня не сердишься? Я отвернулась. - Ну какая разница, неделей раньше, неделей позже... Теперь я смотрела на него ласковым взглядом тигра-людоеда с психическими отклонениями. - Эй, меня нельзя обижать. По крайнем мере, сегодня. Ты обещала! Вот поганец! - И это... - он застегивал джинсы, совершенно не стесняясь меня, - у тебя такие нежные ручки, - подошел поближе, - особенно левая! Убью!!! *** Илья проводил меня до дому, от чашечки чая он не отказывался, потому что я не предлагала. Ничего, перетопчется, хватит с него удовольствий. Я старательно отгоняла воспоминания о произошедшем в раздевалке, решив забить голову другими вещами. Например, хорошо бы проверить почту, а то мой ящик лопнет, забрызгав спамом все интренет-пространство. Мусор, рассылка, подписка, опять какой-то мусор. О, а это еще что? Тяжелое письмецо. А, вложения. Да еще и фотки, Лешка, наверное, прислал или подруга. Или нет, я этот адрес не знаю, надо бы удалить не читая, но любопытство слишком страшная вещь. Хотя... не страшнее того, что я увидела на трех фотографиях - на первой Илья прижимает меня к себе в клубе, ну это ладно, полгорода видело. Так, вторая, это в спортзале, Ильченко обнимает меня за талию, положив голову на плечо, хм, а он фотогеничен, в отличие от меня. А вот третья запечатлела страстный поцелуй с полуголым парнем в моих родных пенатах. Хороший ракурс - и меня видно, и его, и то, чем мы занимаемся тоже не секрет для тех, кто увидит. Я наблюдала за этой красотой в состоянии ступора, из которого меня вывело следующее сообщение того же отправителя: “Понравилось? Продолжение следует...”