Убежать от себя.

Кипреано лэ Нагастиаль сегодня был пьян. Со стороны это было не слишком заметно, но сам он понимал, что им уже движет не столько собственная воля, сколько третья бутылка сухого белого. Первые две-то вели себя прилично, слегка разогрев кровь и добавив терпения в переговорах с семьями - своей собственной и предполагаемой невесты, вдовствующей княгини Лувертен. Но двух бутылок не хватило, а третья оказалась лишней. Он просто на грани приличия прервал очередную беседу с отцом насчет незамедлительного вступления в брак и под надуманным предлогом ускользнул. Удружил ему таки Его Высочество принц Вильтен - нашел завидную невесту, свою кузину, и все еще одну из первых красавиц столицы. Только Кипреано прекрасно знал норов этой дамы - ей бы мужчиной быть, причем полководцем. Все в своих нежных ручках удержит, а что не удержит, то уничтожит. А Нагастиаль не желал ей ни трофеем быть, ни врагом. Никем. Он тысячный раз пожалел, что нет рядом Эстаниса. Вот кто был опорой для него в любом деле - советчик, сообщник, собутыльник. Кто спокойствием своим делился, как водой из фляжки, и поддержкой - как плащом в холод. Но остался Эстанис лэ Тиммерлен в далеком Тиривоне, сам захотел… Кипреано решил не ночевать сегодня у себя. Его уже не первую неделю охотно привечала еще одна вдовушка - ни принцесса, ни княгиня, всего лишь эрманесса. Зато собой хороша и в жены не набивалась. Купеческая дочка, за красоту и приданое взятая замуж обедневшим аристократом и овдовевшая в расцвете женской прелести. Въехав в уютный зеленый дворик, он бросил поводья лошади подбежавшему мальчишке-слуге и решительно двинулся в хозяйкины покои. - Ой, сударь, - камеристка вдовушки почему-то заступила ему дорогу, - вы к госпоже? А она… ей что-то нездоровится нынче. Кипреано приостановился, медленно удивляясь сквозь легкий туман сухого белого. Нездорова? Ну, бывает у женщин… Так чей же смех раздался из окна ее комнаты? С лекарем она там смеется? Он отодвинул побледневшую прислугу с пути и успел войти как раз, чтобы увиденная сцена не оставила ему никаких сомнений. - Тиннет, детка, - произнес он самым галантным тоном, сдерживая вызванный неожиданностью истерический смешок, - я помешал или могу присоединиться? Дальше все происходило по сюжету, сотни раз описанному в пошлых байках и душещипательных балладах. Дама взвизгнула, обнимавший ее мужчина ухватился за оружие… Однако Нагастиаль был не настолько пьян, чтоб у салонного вояки был против него хоть один шанс. Но слишком пьян, чтоб удержаться от смертельного удара. Визжать она перестала, глядя на него с беспросветным ужасом и, видимо, припомнив, какую славу привез ее обманутый любовник из последней военной кампании Короны на землях мятежного Тормланда. А потом томно подняла округлые белые руки к груди и плавно соскользнула в непритворный обморок. Нагастиаль, трезвея, несколько мгновений смотрел на два неподвижных тела на полу будуара, потом аккуратно отер клинок, вложил в ножны и вышел. - Кипреано, спятил ты, что ли? Из-за юбки так подставиться… Добро бы жениться на ней думал, а то так, на месяц забава. Вот не хватило ж ей ума как-то скрыть это все… И она теперь из завидных невест выбыла… Кому нужна с таким пятном на имени - любовники из-за нее передрались прямо в ее же покоях! А тебе теперь впору не свататься, уехать бы куда подальше, не дожидаясь, кто до тебя первым доберется - Его Высочество или родня Мурра, того хлыща, которого ты заколол. Подошлют полдюжины громил из бывших вояк, и ничего ты против них не сумеешь. К семье твоей они не сунутся, даже хорошо, что ты с отцом не в ладах, но вот к тебе… Кипреано молча, бездумно глядя в окно, слушал слова Теренца, бывшего коллеги еще по курьерской службе. Тот всегда был нудноват, умом и отвагой нигде не блеснул, но сегодня сам примчался с плохими новостями и предложением помощи. - Принц позлится, но простит, - буркнул он наконец, не желая обижать приятеля молчанием. - Может, конечно, в каземат упечь для вразумления, но вряд ли надолго. Теренц лишь покривился. Он-то в снисходительности Вильтена так уверен не был. - Но семья Мурра так этого сейчас не спустит, - нашел он довод. - Сам еще пожалеешь, что не в каземате. Обвинить тебя не в чем, дрались вы по правилам, но они постараются поквитаться с тобой без суда. Значит так, оружие, деньги есть? Коня хорошего дам запасного, если надо. Было бы где пока переждать, я бы… но нет у меня места надежного, да и сам ты не вытерпишь, наверное, сидеть-прятаться. Уезжай пока, я помогу всем, чем могу. Что надо - говори. Нагастиаль угрюмо молчал. Глупо вышло, но сожалеть и терзаться он не собирался, поздно уже. Да и в этой беде видел пользу - жениться на кузине принца ему сейчас не грозит. Мирелла не из тех, кто на скандал глаза закроет. Княгиня… Выезжать на Восточный, иначе Степной тракт, было ближе всего через Белые ворота. Но присущее Кипреано от природы и отточенное годами волчье чутье заставило его дать изрядный крюк через ремесленные слободки, заплатить какому-то цеховику за возможность выбраться за городские стены с его маленьким караваном. Проверять, не ждут ли его у главных ворот наемные убийцы, он не хотел. Впрочем, ждали-то не наемники, а брат да кузены убитого, но раз уж не дождались, то не все ли равно?.. Отвязавшись от говорливого ремесленника, который вообразил, что может нанять его сопровождать караван дальше к югу, он напоказ порасспрашивал дорогу на Ренгальт. Это даже не ложь, а маленькая военная хитрость. Убедился, что проследить за ним некому, и свернул на восток. Вот когда на удивление полезны оказались старые навыки курьера - в этом постыдном бегстве, когда он впервые не мчался к цели, а напротив, убегал лишь бы куда-нибудь. Наметил маршрут, ни разу не глянув на карту, благо помнил тракты и пути не хуже столичных улочек, придумал, где можно сменить направление, если появятся сомнения в безопасности. Добраться до границ Степи, а дальше бывалому путешественнику затеряться проще простого: люди - не оборотни, нюхом не найдут. Переждать грозу, а там будет видно.