Доигрались

Таня шла, не разбирая дороги. Снег, залепляющий глаза в неровном поединке с бесперебойным потоком слез, горячей влагой заливал лицо. Внутри бушевало такое же пламя. Как? Как она могла?! Джулия... Та, к которой она так стремилась. Рвалась из последних сил. Которая была ее единственной надеждой. Любовью. Верой в то, что все будет хорошо. Нет... Не будет. Она предала ее... Вместе со всеми. Она все знала и ничего ей не сказала. Дура… Зачем? Для чего она снова решила над ней поиздеваться? Зачем, зачем она посмела довериться этому существу Хаоса? У которого на уме черт знает что. На сердце – еще большая загадка. Если оно существует. А если нет? Как Ларина вообще могла надеяться на любовь с ее стороны? Но Татьяна же видела, ясно видела на ее глазах искренние, человеческие слезы. Она страдала. Она была счастлива ее видеть. Джулия не уехала. Ради нее. Глупая улыбка развела уголки губ. А взгляд на финале. Она не могла это сыграть. Незачем. Да и возможно ли обманывая публику, обмануть себя? К черту логику – прерогатива Далецкого. Она чувствовала. Знала. Джулия любит ее. Соленые, слезы горького сожаления покатились по лицу. А Ванг… Посмела ее отпустить. Как глупо. Как нелепо. Как необратимо…Что теперь делать? Куда идти? Одно Татьяна знала точно – она не вернется к этим предателям, так подло разрушившим ее жизнь. Скамейка у одного из случайных подъездов очень кстати подвернулась под руку. В бессилии опустившись на лавку, Таня сверлила близлежащее пространство невидящим взглядом. Долго. Бессмысленно. Безнадежно. Чрезмерно знакомые звуки до боли знакомого голоса вернули ее в сознание. - Татьяныч, твою мать! - почти на весь двор орала Бантеева, отчаянно тряся ее за плечо. - Ты совсем охуела! Хочешь примерзнуть к этой скамейке и провести остаток жизни в этом дворе? Или еще хуже - в больнице с воспалением легких. А ну вставай... Однако, медленно выбирающаяся из оцепенения Ларина, не спешила поддаваться на ее уговоры. Ярость дикой памяти пустила кровь по венам, расставив все по своим местам. - Таня, что за шутки, - нахмурилась она, хватая ее за руку. - Пойдем в машину, я отвезу тебя домой. Не говоря ни слова, сумеречная ведьма, со всей силы ударила ее по руке, освободившись от железной хватки. - Блять! Ты что, совсем охуела? - заорала Бантеева, потирая ушибленную руку. - А ты, - оскалилась Таня, вскочив с лавочки. - Как ты посмела?! - Странно, у меня к тебе тот же вопрос, - зло усмехнулась Наталья, отблагодарив звонкой пощечиной главную жрицу ковена. - Ты че, подруга? Сканировав звуки дикого зверя, Таня отбросила ее ладонь, переходя в прямое наступление. - Вот значит как, да? Решили выставить меня дурочкой. Великий комбинатор Наталья Бантеева. Молодец! Пиар удался на славу! Вся страна заценила и я в частности, - захлопала в ладоши она, истеричным смехом аккомпанируя сказанному. - Слышь, истеричка, уймись! - закричала Бантеева, почти выведенная из себя. – Ты что, последние мозги себе отморозила? - Не притворяйся! Я читала вашу стратегическую переписку! Что, решила, воспользовавшись моим беспомощным состоянием подложить меня под своего любимого Юлика? И будь добра - шагай под венец, Танечка! Совет да любовь! - капли отчаянного, звонкого смеха, нещадно хлестали по лицу, раскалившемуся докрасна. - Молчи, дура, - прошипела Бантеева, схватив ее за плечо. - Ты что за концерт здесь устроила с собой в главной роли? Здесь камер нет - играть не для кого. А если я и сватала вас с Юлием - я делала это исключительно из благих целей. Не ты каждый божий день жаловалась мне на свою жизнь, бесцельно коротаемую в одиночестве? Мне надело слушать это нытье. Да как ты вообще смеешь мне что-то говорить, - ее глаза полыхнули холодным пламенем. - Да на протяжении пяти лет нашего тесного общения, я только и делала, что устраивала твою судьбу: утешала, учила, буквально вытаскивала тебя с того света! Благодаря мне о тебе узнала вся Россия. И это замужество было завершающим штрихом в счастливой твоей жизни. И у тебя не хватает совести даже меня поблагодарить... - Вот спасибо, - шутовски поклонилась Ларина, вообще не думая перенастраиваться на мирный лад. – Может, тебя еще и расцеловать? - А вот это необязательно, - процедила она, увлекая за собой подругу. - Достаточно будет того, что ты пойдешь в машину. - Никуда я не пойду, - пискнула Таня, не терзаемая муками совести перед обиженной наставницей. - Пойдешь, - рыкнула та, не оставляя шансов на сопротивление. Через минуту, вопреки своей воле, Таня уже сидела на заднем сидении салона, куда ее буквально запихала Бантеева. Не сразу, но ей все-таки удалось заметить черты знакомого силуэта, находящегося рядом. - Юлий, - изумленно выдохнула она, вытянув руку, ловко схваченную другой рукой. - Да, да Танюша, - пропел он, стремительно приближаясь к девушке. - Где ты была? Я проснулся - тебя нет. - Что ты тут делаешь? - по слогам спросила Таня, обращаясь скорее к наставнице, чем к жениху. - Обеспокоенный твоим внезапным исчезновением, он позвонил, чтобы суммой наших общих способностей отыскать любимую невесту на просторах города, - хрипло ответила Бантеева, крутя руль. - Как видишь, наши поиски увенчались успехом. Еще немного, - повернулась она назад. - И пришлось бы тебе, Юлик, ее со скамейки соскребать. - Какая скамейка? Что ты там делала? - повернулся он к невесте. - Представляешь, решила променять ее на ваше брачное ложе. - Ну что же ты, милая, - пропел Далецкий, уткнувшись носом в плечо девушки, зарывая пальцы в светлых локонах. - Непослушная девочка. Дома я тебя накажу. - Хватит, - рявкнула она, сбрасывая с себя ненавистные руки. - Я больше не намерена эта терпеть! Останови машину, - приказал она, дергая за ручку. - А спинку тебе не почесать? - рявкнула Бантеева. - Значит так: закрываешь рот на предохранитель, и едешь, не издав не звука. Поняла? - Поняла, - кивнула Таня, ненавидя саму себя. Она хотела сказать совсем другое! Но железный гипноз, как и сотни раз, сковал волю, не оставляя собственных желаний. Снег отливал золотом вечерних огней. Казалось это они - такие маленькие и незначительные умножали их во сто крат, озаряя весь мир волшебным свечением. Таня вспомнила белоснежные волосы Джулии под переливами лунного света. Щемящая тоска сжала сердце, выдавливая слезы, совсем некстати выступившие на глаза, к счастью, незаметные в темноте салона. Глотая горькую соль, Таня уже не чувствовала отчаянных приставаний Далецкого, казалось облобызавшего ее со всех сторон, сжегшего все уши похабными шутками. - Таня, - неожиданно громко позвал он, отстранившись от девушки. – Ты меня слышишь? - Я ее потеряла, - в беспамятстве прошептала она, по инерции включенная в реальный мир. - Что потеряла? - весело спросила Бантеева, не осознавая масштаба катастрофы. – Скажи, - мы сразу найдем. - Ничего, - также машинально ответила Ларина, прожигая зеркало заднего вида невидящим взглядом. - Ну, вот и хорошо, - ответила Наташа, не замечая, или не захотев заметить состояния подруги. - Ну ладно тогда, - сказала она, внезапно остановив машину. - Вы сидите тут. А я в магазинчик сбегаю. За шампанским. Надо же отпраздновать вашу помолвку - пропела она, выскальзывая из иномарки и оставляя молодоженов наедине. - Ну, вот мы и вместе, Танюша, - пропел он, в попытках поцеловать невесту, тут же пресеченную ей самой. - Не надо, Юлий, - устало выдохнула Татьяна. - Я все знаю. Давай прекратим этот никому ненужный фарс. Зрители уже разошлись - играть не для кого. - Что ты говоришь? - изумился он не спеша отпускать девушку. - Не притворяйся хоть ты, - умоляюще выдохнула Таня. - Я знаю вы, специально сговорились с Бантеевой, чтобы организовать этот чертвов пиар! Народ получил хлеба и зрелищ - мы можем спокойно разойтись, как в море корабли. - Но, Таня, - возмутился он, хватая ее за руку. - Что ты говоришь? Может Бантеева и предложила мне эту идею но... Я люблю тебя! И предложение было отнюдь не фикцией. Я же сделал тебе его до финала. Я хочу быть вместе с тобой! - А я нет, - парировала Таня в отчаянных попытках открыть дверь, которые не увенчались успехом, благодаря надежному предохранителю и хватке Юлия, не желающего отпускать любимую. - Пусти! - Ты останешься со мной, - прорычал Далецкий, притягивая ее к себе. - Нет, - рванулась Таня. Противный звук - и пути молнии платья стремительно разошлись, открывая нечем не прикрытую спину. Глаза парня загорелись нездоровым, яростным пламенем. Движимый низкими животными инстинктами, он прижал ее к себе в ярых попытках стянуть всю одежду или, по крайней мере - добраться до самых сокровенных мест. Попытки же сопротивления Лариной никто не учитывал. - Пусти, пусти! - кричала она, задыхаясь от гнева и бессилия, когда легким движением расстегнув застежку, скользкие руки нырнули под платье. - Сейчас придет Бантеева и она тебе... - А что она мне сделает? - весело проворковал он, опуская грязные клешни к главной цели. - Я же тебе почти уже муж. Так что, расслабься и получай удовольствие. Таня не успела даже пискнуть, когда задрав платье, он резко повернул ее к себе, усадил на колени. - Пусти, - вопила Таня, толкнув его в плечи, уже чувствуя затвердевшую в жажде решительных действий плоть на себе. Ей не оставалось ничего другого, как закрыть глаза, Недлинные, но острые ногти впились в ухмыляющееся лицо, когда мерзкие руки одернули резинку трусиков... Резкий, оглушительный хлопок, неожиданно прекратил потасовку…