Пасьянс в четыре руки: Пики

Влада на работе не было. Алиса толкнулась в его кабинет и отступила. Заперто. И что теперь? Позвонить? А стоит ли? Вчера она вернулась в гостиницу почти в час ночи. О том, во сколько домой явился Влад, она даже думать боялась. Значит, обойдется без звонка. Он – оперативник, значит, рабочий день ненормированный. Это она… Крыса кабинетная. Но делать все равно что-то нужно, не сидеть же перед его дверью… - Алиса… - вчерашний оперативник, которому она отдала список телефонов, вырос перед ней внезапно. - Можно просто Алиса, - она улыбнулась ему, правильно расшифровав причину его заминки. - Спасибо, - тот кивнул и протянул ей ее листочек. – Я сделал ксерокопию. - Что-нибудь выяснили? Парень покосился на закрытую дверь, перед которой они стояли, и кивнул куда-то в сторону: - Может, пройдете к нам? Там удобнее. - Да, конечно, - Алиса кивнула и пошла следом за ним. Маленькая комнатка, два стола… Ничего лишнего, все безлико. Кабинет настоящих «особистов». Парень, представившийся Антоном, усадил ее на стул и предложил кофе, от которого Алиса отказалась: завтрак в гостинице был плотным. - Два номера зарегистрированы на другие фамилии, одна сим-карта заблокирована, а одной не пользовались очень давно. И три – наши жертвы. Мы запросили детализацию, но она будет только к вечеру. - И кто остался? - Вот эти два номера, - Антон перегнулся через стол и сделал пометки на ее листке, сверившись со своими данными. - Им уже звонили? - Рано еще, - Антон покоился на часы. - Почти девять, - Алиса только чуть сдвинула брови. – Знаете… Мне все равно делать нечего, так что, если позволите, я этим займусь. - Конечно, - Антон выдохнул почти с облегчением, и Алиса спрятала улыбку в уголках губ. Особисты или нет, но мужчины такие предсказуемые… …Марьяна ждала ее в кофейне. Дерганная, нервничающая – она постоянно оглядывалась и едва Алиса опустилась за столик, сжала с силой ее пальцы: - Помогите мне, пожалуйста… Мне так страшно. Ее брат, этот сумасшедший… - Успокойтесь, пожалуйста, - пожимать в ответ ее руки Алиса не стала. Только улыбнулась как можно мягче. – И расскажите, что случилось. Уговаривать Марьяну Ивлеву ей не пришлось. Стоило столько представиться сотрудником Особого Отдела, как она тут же назначила ей встречу. Судя по всему, девушка была изрядно напугана. - Это все брат Риты, да? Это он убил… - она всхлипнула и закусила губу. - Мы не знаем этого точно. Но у нас есть все основания так предполагать. - Это он. Это точно он. Рита… мы справляли день рождения Сергея, когда ей позвонила мама. И она… Она просто ушла. А потом мы узнали, что Никита сбежал из колонии. - Рита уехала? – осторожно поинтересовалась Алиса. В последнем разговоре с матерью Риты та утверждала, что ее дочь собиралась уехать из Москвы. - Не знаю, - Марьяна покачала головой. – Они с Сергеем собирались в свадебное путешествие, ждали только визу, а теперь… Он ее ищет, да? Никита… Он ее ищет. - Возможно. Сергей тоже уехал? – Алиса напряглась. - Завтра, - выдохнула Марьяна. – Он собирался уезжать завтра. Какая-то короткая командировка. - Думаете, он может знать, где Рита? - Не знаю. Рита была очень напугана. Могла и не сказать. Алиса только вздохнула. Она понимала Риту, но отсутствие информации усложняет ее поиски. Впрочем, Никите тоже нелегко будет, так что, может, это и к лучшему. - Вы можете дать мне адрес Сергея? Я хотела бы поговорить с ним. Вдруг он что-то знает. В опасности не только Рита, но и… - Мы все, я знаю, - собеседница вздохнула и, достав зеркальце, принялась приводить себя в порядок. – Я тоже собираюсь уехать. Мой самолет вечером. - Мы не нашли в списке контактов Лиды ваш телефон. Ни ваш, ни Сергея. - Лида?! Ее он, что, тоже… - Вчера, - Алиса нахмурилась. - Я думала, вы знаете. - Нет, мы… Мы с Лидой почти перестали общаться. - Теперь понятно, почему там не было звонков ни от вас, ни от Сергея. Она ведь была знакома с Сергеем? Марьяна неожиданно отвела взгляд, покусала губы, а потом выдохнула почти зло. - У нее была интрижка с Сержем. Еще до Риты, она крутила с ним роман. А потом разошлись. Лида какое-то время еще пыталась его вернуть, но после того, как Сергей сказала ей, что не желает ее видеть… - Лида выпала из вашей компании, - закончила за нее Алиса. – И ваших телефонов не было в ее списке контактов. Никита пришел к ней, но она ничего не знала, - она прикрыла глаза, анализируя. В ее списке телефонов, которые дала мать Рита, Лида была. Значит, она все еще считала ее подругой своей дочери. И у Никиты тоже была устаревшая информация. И она может увести его в сторону. И если сейчас круг предполагаемых жертв они максимально сузили, то теперь… Черт. - Скажите, у Лиды был один телефон? В нем могли сохраниться ваши контакты. - У нее была записная книжка, - Марьяна кивнула, серея на глазах. – С адресами, телефонами и фамилиями. И из нее она никогда никого не вычеркивала. На всякий случай. - Записная книжка? – Алиса вытянула телефон из сумки и свой блокнот с номером Антона, который записала перед уходом из Департамента. - Да. Маленькая, с переплетом из черной кожи. Она всегда носила ее с собой в сумочке. Антон взял трубку почти сразу. Явно хотел что-то сказать, но Алиса успела первой: - Вчера в квартире жертвы… Маленькая черная записная книжка. Ее кто-нибудь видел? На той стороне какое-то время слышался только шорох бумаги, а потом Антон выдохнул: - Нет. Ничего похожего. Алиса поджала губы. - Значит, он забрал ее. Марьяна побелела, вскочила, явно готовая куда-то бежать, но Алиса успела схватить ее за запястье. - Успокойтесь. Если у него есть адрес Сергея, вы ему больше не интересны. Мне нужен этот адрес. И все контакты. И быстро… …Телефон Сергея не отвечал. Ни домашний, ни сотовый, ни рабочий. Алиса почти рычала от нетерпения. Только бы успеть, только успеть! Никита придет к Сергею. Не может не прийти. А, может, он уже там, а она застряла в пробке, и двигается с черепашьей скоростью! Алиса поймала философский взгляд таксиста и отвернулась. Черт, она же хоть и частично, но иммунная. Но вот это чувство – раздражение. И еще искра злости. Странно… Алиса медленно выдохнула и тут машина наконец стронулась с места. Таксист ударил по газам, свернул в какой-то переулок и, словно подгоняемый нетерпением Алисы, рванул дворами, ловко объезжая прохожих и «собачников». И спустя пятнадцать минут он лихо притормозил у нужного дома. Алиса, не глядя, сунула ему какую-то купюру и вылетела из салона, благодаря уже на ходу. Не дожидаясь лифта, взлетела на четвертый этаж и замерла, чувствуя, как глаза наполняются злыми слезами. Дверь в квартиру была открыта. А еще она не позвонила Владу. Тот, возможно, мог бы быть здесь гораздо раньше. Алиса сглотнула и, вытянув телефон, набрала Влада. Толкнула дверь, шагнула в квартиру и застыла. А когда в трубке раздался усталый, будто неживой голос Влада, произнесла: - Я нашла жениха Риты. Он… Вызови «скорую», Влад… - Ничего не трогай… выйди из квартиры и диктуй адрес… - Было слышно, как он разговаривает с кем-то, просит изменить маршрут, параллельно звонит еще кому-то. – Я буду у тебя минут через пятнадцать. Постарайся закрыться. На всякий случай. Хорошо? - Ты не понял, - Алиса прикрыла входную дверь. - Он жив, Влад. Но ему нужна «скорая», - она подошла к лежащему на пороге гостиной парню, опустилась перед ним на колени и легко коснулась плеча. – Он без сознания. И у него кровь, Влад. - Твою мать! – Влад отчаянно выругался. – Быстрее. Непредвиденная ситуация… у меня есть полномочия, так что вы можете нарушать правила. У нас нет времени. Ну вот! В его голосе все отчетливее пробивалось раздражение. И, кажется, он все-таки победил. Двигатель незримого авто взревел, наращивая обороты и вокруг принялись сигналить нарушителю. Но Ястребова это, кажется, совершенно не волновало. - Ты одна там? Никиты рядом нет? Хотя… он же может глаза тебе отвести, ты и не почувствуешь. Алиса вскинулась, огляделась. Беспорядок в комнате, но, похоже, в квартире она одна. - Нет, его нет. Да и зачем ему здесь оставаться? Влад, «скорую». Пожалуйста… Я буду ждать здесь, никуда не уйду, - она сбросила вызов, отправила смс с адресом и так и села рядом с лежащим парнем. Тот тяжело, со всхлипами дышал, из брови сочилась кровь, и Алиса только сжалась в комок. Как жаль, что она – не «карта». Жаль, что не Пика и не может снять боль… На месте происшествия Влад оказался быстрее «скорой». Он буквально взлетел на нужный этаж, несмотря на то, что всего сорок минут назад за малым не умирал от слабости. В квартиру он вошел по всем правилам. Не прикасаясь ни к чему, глядя по сторонам, бросая короткие быстрые взгляды под ноги, но здесь действительно было пусто. Никого. Тишину нарушало только частое хриплое дыхание раненного молодого человека и… фон. Тревожный фон Алисы. - Как ты? Скорая сейчас будет. Я их немного опередил. – Он осторожно коснулся плеча девушки, а потом, подняв, крепко обнял. - Я опоздала… - Алиса напряглась, а потом прижалась к нему, словно прячась. – Я могла успеть! И с ним было бы все в порядке! - С ним все будет хорошо, - Влад гладил ее по волосам, пристально глядя на бесчувственного парня. Крови немного. Значит, основные каналы не повреждены. Может быть внутреннее кровотечение, но он его не определит точно. Нужно осторожно прощупать живот. Быстрее всего кровью наполняются полости, которых в человеческом теле хватает. Порядком подпорчено лицо, и рука, лежащая на неровно вздымающейся и опадающей груди. На площадке, а потом и в коридоре послышались быстрые уверенные шаги. Врачи неотложки. И довольно быстро. - Сюда, скорее, пожалуйста, - и отошел, отводя в сторону и Алису. Мешать специалистам он не собирался. – Алиса, посмотри на меня, пожалуйста… Все хорошо, ты его считай спасла. Если бы не ты, скорой здесь сейчас не было бы, а когда мы его все-таки бы нашли, ему бы понадобился совсем другой транспорт. Слышишь?.. - Я могла успеть… Понимаешь? Я могла приехать раньше, если бы не эта чертова «пробка»! – Алиса с силой зажмурилась, закусывая губу. Надо успокоиться. Просто успокоиться. Она аналитик Особого отдела, а ведет себя, как девчонка из сопливых сериалов. Пара глубоких вдохов, и она медленно подняла ресницы. – Спасибо. Все… уже в порядке. Врачи сновали по квартире бесшумно и аккуратно, вполне понимая что это помимо всего прочего – место преступления и сохранение обстановки в неприкосновенности необходимо почти так же, как сохранение жизни пострадавшему. Группа прибыла парой минут позже. И в квартире тут же стало тесно. Влад выбрал единственное относительно спокойное место – кухню и увел туда Алису. - Посиди здесь минуточку, ладно? Я сейчас отдам распоряжения и вернусь... Алиса выдохнула. - Он может прийти в себя в любой момент. Нужно, чтобы кто-то был рядом. Он может рассказать… Я хочу поехать с ним. - Поедем вместе. Считывать здесь особо и нечего. Никита был здесь и это, увы, факт. Он воздействовал, и воздействие засекли. Во только... либо пострадавший слабоимунный, либо у Ника на него были совершенно другие планы. Парень жив. Ястребов тенью скользнул в коридор. Бригада врачей уже закончила укладывать пострадавшего на носилки, а один из оперативников – записывать номер больницы, в которую его повезут. - Антон, отправь кого-нибудь с бригадой. Макар здесь? – дождавшись утвердительного кивка, Влад продолжил – Не хочу, чтобы Сергей оставался один. Никита может знать, что он выжил и вернуться, чтобы закончить дело. Заканчивайте здесь без меня. Я забираю Селезневу и Макара и еду в больницу. Парень понятливо кивнул и вернулся к экспертам. Влад устало потер лицо ладонями. Жених Риты – жив. И главный вопрос – почему? У Никиты была возможность разделаться с ним. Пусть не воздействием даже. Просто придушить, сломать шею, сбегать на кухню за ножом... Он не сделал этого потому, что надеется, что Рита узнает о случившемся и примчится? Это логично. Но ведь она знает, что охота ведется на нее. Что в ней одержит верх? Чувства к парню или страх перед братом? - Ну что, поехали? – он вошел в кухню. – Макар нас отвезет. В любом случае нам придется приставить охрану. Алиса, которая за это время успела немного успокоиться и привести мысли в порядок, покачала головой. - Он мог его убить. Но не сделал этого. Значит, он не вернется. Если только он, конечно, не посчитал Сергея уже мертвым, - она встала, одернула майку. – Сегодня я встречалась с одной из подруг Риты. Она рассказала мне, что у Лиды, нашей ночной жертвы, была записная книжка со всеми адресами, которую она всегда носила с собой. В квартире ее не было. Никита ее забрал. Именно поэтому он нашел Сергея так быстро. Но почему не убил… Он не может не знать, что мы в курсе его цели. И если он оставил его в живых, чтобы поймать Риту, то не может не предполагать, что мы выставим самую серьезную охрану. Разве только он не займет круглосуточное наблюдение снаружи больницы. Он может надеяться перехватить ее у входа, например. - Меня больше интересует, почему он решил, что найдет Риту. Или он уверен, что она узнает обо всем, что он творит, или она в городе и никуда не уезжала. Где она работает? Кто она? Мы бьемся над этим делом который день, но ни на шаг не стали ближе. - Дизайнер. В Москву приехала на курсы повышения квалификации и осталась. Нашла работу, жилье. Ну а потом встретилась с Сергеем. Не уверена, но, кажется, изначально она работала над интерьером в его квартире, - она огляделась, словно только сейчас заметила, где находится. Действительно, все очень стильно, четко и функционально. Действительно работал профессионал. – Это все, что я смогла узнать у ее родителей. Она часто выезжает по вызовам, но вряд ли дальше Москвы или области. - Лисенок, - вздохнул Влад, покачав головой. – Такой информацией делиться надо сразу, а не по ходу дела. Никогда не знаешь, что может потребоваться в тот или иной момент. Ладно, поехали. Сергей не будет выбирать момент, чтобы в себя прийти. - А ты не спрашивал, - Алиса невольно улыбнулась. Так согрело и словно окутало мягкой шалью это простое, но милое «лисенок». А ведь и правда – лисенок. Рыжая и маленькая. – Поехали. В машине у тебя будет время задать вопросы. Вдруг я еще что-то не рассказала. Коридор, комната, опять коридор, лестничная клетка. Они спустились вниз, и едва только лица коснулся холодный осенний ветер, Влад достал пачку сигарет и закурил. Впервые, наверное, с наслаждением затянувшись ароматным дымом. - Я не понимаю логики ее действий. Поехала попрощаться с братом. Сообщила «радостную» весть тому, кто был ею одержим. Чем она руководствуется? - Думаю, она просто хотела поставить точку, - Алиса покосилась на сигарету в руках Влада и обошла его, встав с другой стороны. – Попрощаться с ним раз и навсегда. Возможно, убедиться, что поступает правильно. Вряд ли она могла предполагать, что он сбежит. Да и Никита… Она может и не знать, как именно одержим. Его запрет на ее инициацию больше напоминает инстинкт собственника. Отчего-то вспомнился Илья, который вымолил у Короля Пик право для Киры никогда не становиться Пикой. Вот только Кире это мало помогло. Дама Пик не то же самое, что Червонная Королева. О чем думал Илья, когда расплачивался за эту просьбу? И что он думает теперь? - Не знаю. Я не понимаю этого. «Скорая» уже уехала, а Макар сидел в служебной «Хонде» и вдумчиво прогревал двигатель. К машине он относился очень трепетно. - Человек ведь свободная независимая личность, и считать кого-то своей собственностью – так же ошибочно, как считать, что весь мир вертится вокруг тебя одного. - Эмоции, Влад, - Алиса отвела взгляд, но все же спросила. – Та, что научила тебя и что не с тобой… Ты никогда не хотел, чтобы она принадлежала тебе? Чтобы любила не кого-то там, а тебя и только тебя? - Нет, - покачал головой он. – Я злился на нее только однажды, когда решил, что я для нее только средство для достижения поставленных целей. Но это было совершенно иное. Мне было по-настоящему хорошо с ней. Мне хотелось бы повторения. Но если она захочет уйти – я не стану принуждать ее ни к чему. «А если захочет остаться?..» Он обещал ждать ее. Просто ждать. Даже если Илья ждать перестанет. - И все-таки тебе хочется, - улыбка Алисы была, наверное, грустной. – Но ты не можешь чувствовать все эмоции. А Никита – может. И он хочет, чтобы она была рядом. Смотрела только на него, любила только его. Я читала, что для обычных людей это естественные желания, в основе которых лежат эмоции. Окурок Влад привычно затушил о стену дома и выбросил в урну и медленно пошел к машине. - Знаешь в чем наше отличие от людей? Не только в том, что мы пусты. Мы принципиальны. Мы придерживаемся норм морали неукоснительно. Для того чтобы быть похожими на обычных людей. Да, мне до определенного момента индифферентно с кем спать. Но я никогда не стану м-м-м... делиться с кем-то другим. Она любит другого. Если она выберет его... а она выбрала его, я даже не поцелую ее при встрече, хоть знаю, что ей этого хотелось бы. - Мы искалеченные, Влад, чтобы ты не говорил, - Алиса догнала его и открыла заднюю дверцу машины. – Вот только из-за того, что можем чувствовать хоть что-то, понимаем это. И знаешь, в такие моменты я жалею о том, что не абсолютная. Поехали, Влад, Сергей может прийти в себя в любой момент. А мы – застрять в «пробке», - она села на заднее сидение и отвернулась к окну. Внезапно захотелось домой. Туда, где пусть и скучно и все ясно, но без боли и эмоций. Лисенок. Наверное, это называется любопытством. Все аналитики так наивны? Или только маленькие и рыжие гости из Новосибирска? Как ни странно, но до больницы добрались быстро. И в молчании. Долгую паузу заполняла только музыка какой-то радиостанции. Макар, здраво рассудив, что тишина на пользу не пойдет, включил что-то веселенькое и мурлыкал, подпевая известным мелодиям. Из машины Алиса вышла первой. Уже спокойной. Отстраненной. Она – аналитик Особого Отдела. И вот об этом забывать не стоило. Может, право ее начальства, считая, что девушке, тем более частично иммунной нечего делать на этой работе? Ястребов медлить тоже не стал. Сразу направился внутрь. Развил бурную деятельность и Макар. Быстро выяснил, куда прибыла «скорая» с Сергеем, созвонился с оперативником, которого к бригаде приставил Антон и спустя минут пять уже дежурил у приемного покоя, сверкая жетоном всякий раз, когда к нему приставали с расспросами на тему того, какого лешего делает посторонний у приемного. Заведующего отделением Влад отыскал не сразу. Пришлось вызывать его через громкую связь. Его и главврача. И долго объяснять, почему в здании будут находиться оперативники и в каком количестве. И только этим двоим Влад объяснил истинную причину происходящего. И естественно, попал под шквал вопросов. И негодования. Оперативники подвергают опасности жизни пациентов. На что получили отпор от Влада. И не шуточный. - Вы давали клятву Гиппократа? Вот и спасайте жизни. Я давал другую клятву. И не менее важную, чем ваша. И врачи сдались. …- внутреннего кровотечения нет. Все раны внешние. Очень болезненные, хотя угрозы для жизни нет, - серьезный врач с уставшими глазами пытался объяснить Алисе почему сейчас лучше не заходить к Сергею. - Мы зададим ему всего пару вопросов. Думаю, он сам будет рад пообщаться с нами. Речь идет о жизни его невесты, - Алиса была непреклонна. И готова была хоть самого Никиту притащить, лишь бы ей позволили поговорить с Сергеем. А на помощь Влада рассчитывать не приходилось: тот был и так занят. - Ну хорошо, - выдохнул врач после недолгого колебания. – Но только под вашу ответственность. - Безусловно, - кивнула Алиса. – Он пришел в себя? - Да. Но еще не сказал нам ни слова. - Надеюсь, что со мной он будет разговорчивей. Спасибо, - Алиса кивнула и, открыв дверь, вошла в палату. Неслышно дошла до кровати и опустилась на стул. Бинты, повязки… Ясные глаза, но пустой взгляд… На ее появление он даже не отреагировал. - Сергей, - Алиса коснулась его руки, привлекая к себе внимание. – Сережа… Посмотрите на меня. Пожалуйста. - Зачем? – его голос был хриплым. Словно он долго кричал. – Кто вы? - Я… Алиса. Я из Особого Отдела. Это ведь Никита сделал с вами, да? Сергей вздрогнул, а потом сжался, свернулся в комок. На бинтах тут же выступила кровь, но он, похоже, этого даже не заметил. - Он забрал ее… - тело сотрясала дрожь, и Алиса сначала растерялась, а потом застыла, когда до нее дошел смысл его слов. - Кого? Риту?! Что значит забрал?! Сергей сжался еще больше, закрывая лицо руками. - Я ждал его. Знал, что рано или поздно он придет ко мне. Идиот, думал, что без труда справлюсь с ним. У меня иммунитет на Пиковые воздействия. Но он был сильнее. Он просто был сильнее! – выкрикнул Сергей и обмяк, кусая губы. – Сначала он пытался на меня воздействовать, а потом просто достал нож. Мы начали бороться, а потом… потом позвонила Рита. Я отвлекся, и он меня ударил. И взял телефон вместо меня. Он заставил ее приехать. Угрожал ей моей жизнью, а она… Моя девочка… Она даже не додумалась позвонить в полицию. Он забрал ее. Он забрал ее! Наверное, здесь и должно было накрыть. Тем самым прописным отчаянием. Как героев книг. Преступник перебил кучу народу, добрался до объекта вожделения и скрылся, обведя вокруг пальца полицию и особистов. Зэ энд. И этот самый энд отнюдь счастливым не был. Он подошел слишком близко, чтобы понять это, даже не входя в палату. Оббегав этажи, получив кучу разрешений, вызвав группу – он все равно проиграл. Он не успел. И куда фатальнее, чем Алиса. Хотя... Лисенок осталась жива. Поймет ли она, насколько ей повезло? Ведь успей она вовремя – шанс на то, что она осталась бы в живых, напоровшись в квартире Сергея на Никиту, которому наконец подфартило поймать сестру, равнялся бы нулю. Глубоко внутри вспухал огромный тяжелый шар. Он давил, распирал, вынуждая сжиматься сильнее и сильнее, только бы не заорать, только бы не... Странно. Почему по щекам текут соленые капли? Он никогда не плакал. Ни от боли, ни от страха. Только когда Севка влип. Но Севка – его брат, родная кровь, а эта девочка, Рита – никто. Просто жертва. Тогда почему?! Влад отвернулся от двери. Нельзя чтобы его слезы увидел хоть кто-то. Не избежать тогда служебного расследования и комиссии о профпригодности. Ладони размазывали слезы по щекам, и так хотелось выть. Орать. Кидаться на стены, громить посуду. Сделать хоть что-нибудь, чтобы выплеснуть из себя ЭТО. Он развернулся и почти бегом направился в единственное место, где можно было бы хоть недолго побыть в одиночестве, не рискуя встретиться с кем-то из вызванных оперативников. И на его счастье в туалете не было никого. Алиса еще пару минут посидела рядом с Сергеем, просто не зная, что сказать, а потом встала. - Мы найдем ее. Обязательно найдем, - сжала его плечо, кусая губы от разочарования и непонятной обиды. – Держитесь. Вы ей нужны. Сергей только мотнул головой, и Алиса вышла. Окинула взглядом коридор и почти бегом направилась к выходу. Вылетела из больницы и, найдя во дворе пустующую лавочку, опустилась на деревянное сидение. И что теперь?! Никита нашел Риту. Забрал. И что… что он может сделать с ней теперь. Не очень развитое воображение с лихвой заменила логика, и Алиса зажмурилась, сжав голову ладонями. Она не будет об этом думать. Просто не будет. Не об этом… Нужно найти Риту. Найти. Но как? Больше Никита не тронет никого из друзей Риты: они уже не нужны. Эта ниточка оборвалась. Остался только Король Пик, тот самый Илья. Но ниточка ли он теперь? Или теперь и к нему потеряет интерес Никита? Алиса судорожно вздохнула, стиснув зубы. Больно… почему-то. Не смогла, не успела. Не остановила. И Рита… Зачем она пришла? Из-за эмоций. Опять чертовы эмоции! Влад появился спустя четверть часа. Вышел из здания, медленно пересек двор и сел рядом, не вынимая рук из карманов куртки. Покрасневшие глаза, изможденный вид. Казалось, что-то подкосило его. И весьма основательно. От спокойного уверенного особиста, почитай, ничего и не осталось. - Даже когда я искал брата, я знал, куда мне пойти и что делать. А сейчас я не знаю, куда мне идти и чего ожидать, - нарушил он молчание. - Он научился закрываться, - тоскливо выдохнула Алиса. – Мы даже проследить его не можем. Только ждать, пока «масть» снова не потребует своего. Если она начнет инициировать Риту… У нас больше нет никаких ниточек. Только сидеть и ждать. И я даже не знаю, придет ли он к Илье. - Сегодня вечером я иду к нему. Я... должен быть у Ильи. Так что есть вероятность, что об ЭТОМ я как раз узнаю, - он помолчал, не глядя по сторонам, а потом взял Алису за руку и снова сунул руки в карманы, согревая ее озябшие пальцы. – Лисенок, если бы ты успела, тебя бы уже не было в живых. - Это только вероятность. Но все равно спасибо, - она повернулась к нему. Пару мгновений просто смотрела на его профиль, а потом потянулась и коснулась кончиком пальцев его ресниц. Слипшиеся в стрелочки. Еще влажные. – Ты странный. И теплый, - провела по залегшим на лице глубоким морщинкам. – Ты выглядишь усталым. Показалось, или ее пальцы достали до самого его сердца? Прикоснулись, погладили, причиняя самую настоящую боль. Может потому поцелуй вышел именно таким. С пиковой горчинкой, отчаянным и болезненным. На той самой грани, до которой его проводила Кира. Проводила и оставила, позволив дальше идти одному. Он сминал ее губы, вторгаясь в рот, проникая в нее, кажется, всем собой, всеми ошметками собственной души, горящей внутри него чужой силой. И целовал, целовал, больно, страстно, утопив собственную растерянность и беспомощность в этом поцелуе. Алиса выдохнула в терзающие ее рот губы, а потом закрыла глаза, отдаваясь этому поцелую, почти невесомо ероша его волосы. Странно. Почти дико. Ему больно. Очень больно. И страшно. Она чувствовала это так ярко, словно эти эмоции она пробовала своими губами. Милый… хороший… Тише… Наверное, это было нежностью. Вместо того чтобы уйти от болезненного поцелуя – погладить словно сведенные плечи, скулы. Странный поцелуй. И внутри словно огонь горит. Никогда… Словно первый раз ее губ касаются чужие. - Если это называется «инстинктом собственника» то да... я не хочу, чтобы... Чтобы что? Чтобы она увязла в этом расследовании? Чтобы вообще попала в оперативники? Чтобы однажды какая-нибудь съехавшая с катушек «карта» выжгла ее? Влад зажмурился, и вдруг обнял ее, понимая, насколько странно они оба смотрятся сейчас со стороны. Алиса обняла его в ответ и, уткнувшись лицом в плечо, выдохнула: - Я не знаю, что делать. Я просто не знаю… Мне нечего делать в Департаменте, а в отеле я сойду с ума. Наверное… наверное, нужно вернуться домой, - она сама вздрогнула от этих слов и только сильнее прижалась к Владу. «Не хочу уходить. Не хочу», - упрямо твердило сошедшее вдруг с ума сердце. Что за глупость. Сердце не может сойти с ума… - Нет, не нужно, - Влад со странным удовольствием пропускал сквозь пальцы мягкие рыжие пряди. – Я не могу просто взять и позволить тебе уйти. Это будет неправильно. Алиса улыбнулась и вдруг потянулась к нему сама. Коснулась губ легко, мягко. - Спасибо. Я так и скажу, когда меня спросят, почему я все еще здесь, - еще один невесомый поцелуй. – И, кажется, я тоже странная. Он ответил на поцелуй, но углублять его не стал. Просто дрогнули губы, и все. Вот только объятия он разжимал нехотя. Очень нехотя. - В Департаменте нам действительно нечего делать. Разве что писать пояснения типа: как мы упустили беглеца и что дальше будет. – Влад вздохнул. Клейменов его со свету сживет. – У меня есть время до вечера. До вечера... А за это время сукин сын может начать инициацию. Алиса отстранилась: - Мы ничем не можем помочь. Я… даже не представляю, что делать. Плохой из меня аналитик, - не попытка вызвать жалость. Констатация факта. – Может, кто-нибудь из Колоды что-нибудь заметил? Телефон разразился трелью и Влад, нахмурившись, принял вызов. - Здравствуй, Дима, – не официоз, конечно, но с последней встречи особого тепла между ними так и не возникло. Брат Киры не пылал к нему особо теплыми чувствами, хоть они провели вместе немало тяжелых часов. - Здравствуй, Влад, - голос Димы был спокойным, но даже через телефон можно было почувствовать, какими усилиями дается ему это спокойствие. – Звоню узнать, когда ты последний раз разговаривал с Кирой. - После того, как она села во Владивостоке. Она отзвонилась, сказала, что в норме, жива-здорова, - Влад нахмурился еще сильнее. – После этого говорили еще раз всего. Утром следующего дня. И все. Я не могу дозвониться до нее. Как будто она сменила карту. - Она бы сообщила, - беспокойство Димы прорвалось в его голос, и он дрогнул. – Я разговаривал с ней чуть позже. Она была расстроена. А потом «абонент отключил телефон», и я не могу с ней связаться. И Илья… Вчера тот тоже не отвечал на звонки, и я даже не знаю, предупредил ли он Колоду Владивостока о ее приезде. - Он... – Влад тяжело сглотнул. – Он не знал, куда она летит. - Твою мать… - забывшись, выдохнул Дима. – Черт! Влад… Пожалуйста… Илья, похоже, не желает со мной разговаривать, но у него должен быть номер телефона Короля Пик Владивостока. - Я постараюсь, Димка. Только не факт, что он... понимаешь, Илья ненавидит меня. Хоть мне бы хотелось думать, что мне это только кажется. Он не сказал этого прямым текстом. Но при нашей последней встрече он будто... черт. Я боюсь, что уход Киры выбил его из колеи. И боюсь, что у него поедет крыша. - Мне все равно, как это прозвучит, но мне плевать на Илью. Я знаю, что Кира его любит, но… Черт, Влад, если это не сделаешь ты, я сам приеду и вытрясу из него этот номер! – кажется, у Димы началась истерика. – И тогда все станет еще хуже, чем есть. Я знаю, чувствую, что с ней что-то случилось. Нельзя тянуть. - Димка, послушай меня, - Влад бросил быстрый взгляд на замершую рядом Алису. – Все очень плохо. И на самом деле, как мне кажется, хорошо, что Киры в городе нет, потому что было бы еще хуже. Сегодня вечером я встречаюсь с Ильей. Я... нахватался. Киры нет, и если Илья мне не поможет, то к утру меня уже не станет. Если потребуется – я сам позвоню во Владик, пробью по своим каналам номер тамошнего Короля. Если успею. - Ты не понимаешь… - выдохнул Дима. – Ладно, забудь, я сам… - короткие гудки отбоя ударили по ушам. Алиса шевельнулась, коснувшись его руки, спросила тихо: - Влад? Что случилось? - Ничего хорошего, - Влад прикусил губу, пытаясь решить, что же делать. – У меня проблемы. И очень серьезные. И не только у меня. Думаю, тебя это не коснется ни коим образом, и все же... Если сегодня что-то пойдет не так, уже завтра утром я сгорю. И никто и ничто не поможет. Кроме одного-единственного человека. Но с Кирой нет связи. А значит, к Илье я поеду сейчас. Кира, девушка, о которой я говорил. Она сейчас во Владивостоке. И не известно в курсе ли тамошняя Колода о ее приезде. Ты знаешь правила, «карта» обязана представиться, вернее сказать, заранее предупредить о приезде в другой город. В противном случае, ее уничтожат как агрессора. Я... завишу от нее. Если не станет ее – не станет и меня. И не скажу, что такой смерти мне хотелось бы. - Я ничего не понимаю, но… не буду спрашивать, - Алиса выдохнула и встала. – Это твое дело и только твое. Иди, я найду, чем себя занять. Влад медленно поднялся за нею следом, шагнул ближе и обнял, всем телом вжимаясь в нее, позволяя почувствовать себя. Почти слепо мазнул ладонью по точеной шее, подушечками пальцев погладил высокие скулы. - Я хочу увидеть тебя снова. И не просто увидеть. Хочу целовать тебя. И я не просто хочу тебя. Я хочу заниматься с тобой любовью. Это большая разница, поверь. Только не знаю, будет ли для меня завтра. Потому, просто хочу, чтобы ты знала… - Для тебя будет «завтра», - Алиса зажмурилась. – Не может не быть. Потому что… Потому что я тоже этого хочу. Здесь нет логики, одни эмоции, но я никогда раньше… Никогда раньше не чувствовала такого. Спасибо тебе за это, - она погладила его скулы, улыбаясь. – Все будет хорошо. - Тогда до завтра, Лисенок? – он коснулся губами зажмуренных ее век и нежно коснулся губ. - До завтра, - выдохнула Алиса, качнулась навстречу почти невинному поцелую, а в следующую секунду уже шла по больничному двору к выходу. *** Всякий раз, когда приходилось куда-то бежать, Влад думал про себя, пытаясь анализировать все, что с ним уже приключалось: такого со мной еще не было. И отнюдь не удивление владело им в такие мгновения. Жесткий самоконтроль в попытке сохранить трезвое мышление. Слишком часто в последнее время вокруг него происходило то, чего с ищейкой априори произойти не может. Он не должен был стать «картой». Он не должен был умирать из-за того, что его переполняет чужая сила. Он не должен был проиграть схватку со спятившим беглецом-Пикой. Он не должен был запасть на рыжую девчонку, которую всего-то второй день знает. Эти самые «не должен был» взрывали его мозг. Так любил говорить Севка. Он не должен носиться за автобусами. Не должен скатываться в метро. Он не должен, тыча в физиономию сотрудников и охраны метрополитена жетон, перепрыгивать через турникеты. Он не должен быть героем дурацкого сериала о правильных ищейках, хороших и плохих «картах». Но он им был. С того момента, как вошел в кафе, ощутив остаточный след воздействия и увидев там за столиком красивую девушку, Королеву столичной Колоды. Вся жизнь, такая простая, логичная, последовательно-правильная жизнь ищейки в один момент пошла кувырком, полетела псу под хвост потому, что его брат оказался полной и абсолютной его противоположностью. Жизнь любит пошутить. Еще сорок минут вырваны из жизни. Пел какой-то певец... Сюткин, кажется. Сорок две минуты под землей. Сюда-туда. Каждый день. И почему именно под землей он чувствует себя так спокойно? Забывает о безумии, что творится с ним изо дня в день? Он задремал в углу вагона, устало прикрыв глаза всего на минутку. На одну минуточку. И чуть не проспал свою станцию. Вскинулся и снова побежал. Беглец. И почему у него такое ощущение, что теперь он не успевает? Отчаянно не успевает. Уже не успел. Даже стоя у служебного входа в здание продюсерского центра. Илья сидел в кабинете, глядя в одну точку. И точкой этой был его телефон. Вернее сказать, его новый телефон. И именно этот гладкий металлически-черный аппарат Селин и гипнотизировал взглядом. - Ты планировал быть вечером, - не поднимая на Влада глаз, сказал он. - Непредвиденные обстоятельства, - подташнивало. После быстрого бега, от головокружения и странного напряжения, сковывающего тело. И еще... от воздействия, слабого остаточного его следа. Это случилось почти что здесь, совсем рядом. Вот только кто был объектом? – Ты знаешь, что Кира во Владивостоке? Тяжелый черный взгляд вперился в него, почти вцепился, придавив на месте. - Знаю, - медленно и лениво. – А тебе что с того? - Ты звонил тамошнему Королю? Молчание в ответ. Темная, вязкая как битум тишина. - Ты звонил Королю Пик Владивостока?! Ты же знаешь, чем твое молчание ей может грозить! - Что тебе с того? – глаза Селина сузились и сверкнули, как два обсидиановых осколка. – Жить хочется? Влад медленно прошел через кабинет и остановился возле стола, глядя на хозяина сверху вниз, со всей отчетливостью понимая, что на самом деле все с точностью до наоборот и это Илья созерцает его с высоты своего положения. - А тебе нет? – с внезапной злостью процедил Влад. - Ты погибнешь с вероятностью в девяносто три процента, если не станет ее. И снова молчание с ответ. Долгая пауза. - Мне звонила Король Владивостока. К сожалению, мой телефон был отключен. - Позвони ей, - теперь Влад буквально нависал над столом, буравя Илью взглядом. – Пока не стало поздно. Как при замедленной съемке. Тонкие сильные пальцы мягко скользят по кнопкам, на экране вспыхивает имя. Гудок. Еще один. Еще... В груди сжимается сердце и к горлу подкатывает противный липкий ком. В этих черных глазах – приговор. Но почему? Этого Влад ни понять, ни объяснить не мог. Просто не умел. Потому что тот Илья, которого он знал до отлета Киры, и это чудовище, спокойно вслушивающееся в длинные гудки в трубке – совершенно разные люди. Десять гудков. Вежливый голос: - Простите, Татьяна Владимировна не может ответить, перезвоните, пожалуйста, немного позже... - Доволен? - Не понимаю, - покачал головой Ястребов. - Чего ты не понимаешь? – Илья сбросил вызов и откинулся на спинку кресла. - Что с тобой. - А что со мной? – выгнул бровь Селин. – Я – Король Пик. Моя Дама без разрешения покинула город, не предупредив о том, куда направляется. О том, где она, я узнаю только тогда, когда приходит уведомление о пропущенном звонке от Королевы Владивостока. Меня оставила женщина, которую я люблю больше жизни. Оставила, потому что ей нужно было разобраться во всем. Бога ради, пусть разбирается. Но почему-то ты знаешь о том, в чем ей хочется разобраться, больше моего. Ты знаешь, где она. Тебе звонит ее брат. Ты, ты, снова ты… Ты ее любимый мальчик. Ты «карта», связанная с ней… - Ты ревнуешь, - выдохнул Влад, обессилено упираясь ладонями в гладкую столешницу. Все ощутимее знобило. Еще немного и его начнет трясти. Одно дело – собирать пусть мощные, но следы воздействий. Другое – нахвататься с лихвой воздействий живых. Это действительно приговор. - Уходи, Влад. - Илья, я тебе не соперник, - качнул головой Влад. - Я сказал убирайся! – рявкнул Селин. - Хорошо, - выдохнул Ястребов. – Хорошо...Возле твоего кабинета след воздействия. По бледному лицу Короля Пик пробежала судорога, точно он пытался сдержаться. Сдержаться и не убить его на месте. Мгновение, и тяжелые веки опустились, скрывая бешеный взгляд. Влад медленно вышел, аккуратно прикрыв за собой дверь. Коридорами сновали люди. Бесшумно, как тени. И никто не знал, что человек, только что покинувший кабинет Ильи Селина, уходил умирать.