Состояние не совсем стояния.

Каркат никогда особо не любил людей, и чужому обществу предпочитал одиночество. Но в то же время, он почти никогда не мог спокойно реагировать на чужие проблемы - видимо, от старшего брата ему досталась мания помогать всем и вся. Оба этих положения часто приводили к сложноразрешимой дилемме. ...кто бы мог подумать. В этот раз, однако, она проявилась особенно остро. Выйдя из квартиры в магазин, он совершенно непредсказуемым образом наткнулся на притулившегося в углу подъездной "парадной" младшего из Нитрамов, со своей коляской занимающего едва не два квадратных метра, умудряющегося сливаться с обстановкой даже так. Остановившись рядом, Каркат в привычной своей грубоватой манере вопросил: - Какого черта ты здесь забыл, чувак?.. Таврос смял в подрагивающих пальцах клетчатый плед и привычно тихо произнес, то и дело облизывая пересыхающие губы: - КК, слушай... ты не мог бы... - он нервно выдохнул куда-то в сторону. - ...это... ну... приютить меня на пару недель?.. Вантас с содроганием сердца и какой-то обреченностью подумал, что если он пустит к себе этого неуклюжего паренька, выглядящего как мечта заправского педофила - в свои шестнадцать!.. - в квартиру, там не останется ничего целого, вздохнул, сердито взглянул в наивные охристые глаза испанца, снова вздохнул и раздраженно вопросил: - Какой мудак?.. Нитрам-младший снова облизнулся и произнес - с явным, надо сказать, трудом, - одно-единственное имя: - В... вриска. ...Вантас сразу все понял. Закрывая ногой дверь за собой и испанцем-колясочником, брюнет пробурчал, стараясь не смотреть в его сторону: - Полотенце в ванной - черное, вещи не трогай, за комп - придушу. Понял?.. - А...ага. - Нитрам, кажется, выглядел даже более испуганным и забитым. ... Поначалу Карката бесило ВСЕ. Ему приходилось - не без матов и раздраженных воплей - поднимать все, что ронял отвыкший от коляски Таврос, выслушивать длинные сбивающиеся извинения, которые бесили даже больше, чем постоянно падающие вещи. Компьютер тоже пришлось отдать пареньку - все-таки, тот учился дистанционно, а своего не имел... А потом как-то даже привык. Привык просыпаться под негромкое жалобное "Ой, опять...", привык готовить на двоих, привык орать на Вриску в телефонную трубку и капать ей на мозги в командном чате... Жаль только, на общекомандных сборах не удавалось вразумить эту "высокомерную сучку" (так Серкет упорно называл их координатор, Соллукс). В один из особо нервных дней он долго не возвращался домой. Младший Нитрам даже заволновался. Впрочем, когда тот вернулся в состоянии легкого нестояния, положение вещей не особо изменилось. Таврос знал, знал прекрасно тот запах перегара и сладковатого дыма, который принес на себе хозяин квартиры, мутными глазами оглядевший единственную комнату, крепко выругавшийся на весь мир и себя разом и рухнувший поперек единственной, отданной испанцу в полное владение кровати. Таврос не стал его беспокоить - да и не успел бы, Вантас отключился прежде, чем голова его коснулась подушки. На утро Карката разбудил запах жженого сахара и свежего кофе. Голова трещала, раскалываясь, вставать не хотелось абсолютно - но надо было. Цепляясь за стены, покачиваясь и матерясь - как ни странно, даже не так громко, как обычно, - КК буквально вполз на кухню... и замер, как громом пораженный. На плите уютно шкворчала сковородка с яичницей, паром исходила чуть подкопченная джезва, а "неуклюжий неудачник" Таврос, что-то напевая себе под нос, крутился около стола. Заметив застывшего в проеме Вантаса, паренек неловко улыбнулся: - Я тут... ну... немного похозяйничал... Он удивленно проследил за рухнувшим на стул хозяином квартиры и тихо добавил: - Ты же не очень сердишься, КК?.. Вантас поднял взгляд, в глазах его, винно-красных, читалось явное намерение обладателя переосмыслить все постулаты своей прежней жизни. И вдруг Таврос оказался грубовато сграбастан в слабые по причине похмелья объятья. - Вриска - лицемерная тварь, да и я - тот еще мудак, Тав. А вот ты - настоящий друг. - прохрипел Каркат, внезапно шмыгая носом. Нитрам недоуменно погладил его по спине и только спустя пару секунд осознал - нелюдимый лидер их команды, более-менее близко общающийся только с Гамзии, назвал его... другом? На лице его отразился широкий спектр эмоций, и испанец недоверчиво переспросил: - Д-друг?.. Правда?.. - Нет, мудилище, я просто тебя наебал. - с непередаваемым сарказмом откликнулся младший Вантас, кое-как справившись с непослушными руками и чуть крепче обнимая соседа. Кажется, в этом доме Таврос теперь мог жить хоть вечно.