Пути пересекаются

      К вечеру, когда почти стемнело, группа собралась в общем зале на ужин, и Сорен тоже позвали. Еда была весьма скромной – консервированная кукуруза, отварная фасоль, по одной сосиске и немного хлебцев. Из напитков имелось несколько пачек соков с трубочкой, срок годности которых еще не истек.       - Что-то Кэрол, Карл и Райан задерживаются, – с беспокойством в голосе проговорила Бэт. – Оставлю еды для них.       - А куда они подевались? – поинтересовалась Сорен.       - Ушли в подвал зачищать, – ответила младшая Грин. – С полудня отсутствуют.       Райс хмыкнула и продолжила трапезу, а затем, закончив есть, понесла тарелку к мойке, где трудилась Бэт. Она только хотела забрать ее, однако новенькая вызвалась помочь.       - Чего ты надрываешься одна? – жалела она девушку. – То с малышкой сидишь, теперь моешь тут за всех. Вместе все быстрее сделаем.       - Спасибо, – смущенно поблагодарила ее Бэт. Они забрали пустую посуду у тех, кто поел, и стали мыть ее, попутно рассказывая друг другу незамысловатые истории. За ними наблюдали чуть поодаль сидевшие за столиками другие члены группы – Мэгги, Гленн, Хершел, Мишонн, Рик, Дэрил и Мерл.       - Какая же она противная! Теперь к сестре подлизывается! – злилась Мэгги, ревниво наблюдавшая за девушками.       - Дорогая, не злись на нее, – мягко сказал отец. – Сорен уже потихоньку втягивается и старается помочь, а это большой шаг вперед.       - Но папа! – возразила та. – Она же невоспитанная и драчливая! Вспомни, на кого она до этого работала! Не удивлюсь, если эта нахалка опять что-то выкинет, тем более, что еще и с Мерлом спелась.       - Тише! – Хершел приложил палец к губам, чтобы их не расслышали другие. – Ты сама была с ней не очень любезна, когда Диксоны привели ее сюда. Сорен защищалась, пусть и довольно грубо. Постепенно она адаптируется и найдет общий язык со всеми.       - Но ты помнишь, как она скандалила на ферме? А еще меня чуть не поколотила, когда мы ушли из Вудбери! Потом при всех начала оскорблять! – сестра Бэт никак не унималась. – И теперь ты защищаешь ее!       - Дочка, что было, то прошло, – также спокойно говорил пожилой мужчина. – Я никого не выгораживаю, а хочу, чтобы мы все сплотились. Нам некогда ссориться и соревноваться в умении ёрничать. Посмотри на них! – он кивнул на смеявшихся над чем-то Бэт и Сорен. – У нее получается. С Бэт они уже подружились. Ты можешь также. Чем ты хуже, Мэгги?       - По-моему твой папа прав, дорогая, – счел нужным добавить Гленн. – Сорен сейчас ведет себя как культурная и трудолюбивая девушка. Первое впечатление действительно обманчиво.       Старшая дочь Хершела понимала, что отец и возлюбленный правы. Она прикусила губу от неловкого ощущения. Сестра Бэт все еще не могла признать близкую подругу Мерла одной из своих и думала, что если избегать ее, то так будет правильно и безопасно для ее нервной системы, уж очень ей не нравились манера речи Сорен, ее резкий голос и немного надменное выражение лица. Но после слов отца Мэгги понимала, что нужно пересилить свою гордость, побороть неприязнь и принять девушку. Доев свой ужин, она понесла тарелку и столовые приборы к мойке и подошла к помогавшей ее сестре Сорен. Та подняла взгляд и молча приняла посуду из ее рук. Девушки кивнули друг другу в знак благодарности и разошлись, не сказав друг другу ничего обидного. Мэгги даже почувствовала странное облегчение, но не стала показывать этого.       Когда с посудой было покончено, Райс решила остаться с Бэт и помочь ей доделать кухонные дела. Одна убирала чашки и миски на полки, а другая протирала столы, на которых остались крошки и мокрые пятна. Они быстро управились, а после сидели за столиком и общались. Сорен стало любопытно, когда из уст Бэт прозвучало имя некого Райана, который отправился зачищать подвал от ходячих вместе с Кэрол и сыном Рика, и она решила расспросить ее о нем.       - Он присоединился к нам, когда мы еще искали убежище. Около трех месяцев назад мы приняли его в группу, – мелодичный голос младшей Грин раздавался в мрачных застенках тюрьмы как веселый ручеек. – Смелый парень, но не очень разговорчивый. Я с ним дружу, хотя он чуть младше меня.       - Сколько тебе лет? – спросила Сорен.       - Восемнадцать недавно исполнилось, – ответила сестра Мэгги, теребя светлый хвостик. – А ему скоро будет шестнадцать. Райан не возражает, если я прихожу к нему поговорить, когда он отдыхает. Иногда подменяю его на дежурстве, приношу поесть, а то совсем заработается.       - Ты большая молодец, – одобрительно кивнула собеседница, барабаня пальцами по крышке стола. Эта хорошенькая девушка ей почти ровесница, а внешне выглядела еще младше своих лет.       Жительницы тюрьмы не успели продолжить диалог, поскольку одна из решетчатых дверей с лязгом распахнулась, и в помещение вбежали три человека – женщина средних лет с короткой стрижкой, высокий широкоплечий подросток, лицо которого скрывал шлем, и мальчик в шерифской шляпе. Они были уставшие, с ножами и битами в руках, перепачканные в крови. Выжившие быстро поздоровались, затем отошли в жилой блок, чтобы переодеться, поскольку их одежда и снятые с мертвых тюремных охранников бронежилеты и элементы защитной экипировки пропахли гнилой кровью мертвецов, и ее мерзкий запах тут же разнесся по помещению. У женщины в руках был ящик с инструментами, который она поставила к стене, а затем устало опустилась на стул.       - Ну как успехи, Кэрол? – оживилась Бэт.       - Мы выяснили, что ходячие проникают в тюрьму откуда-то извне, но пока не добрались туда, их слишком много! – ответила она. – Поэтому перекрыли несколько решеток и зачистили. Но не знаю, надолго ли этого хватит. Их все труднее сдерживать с каждым днем.       Кэрол так устала, что не сразу обратила внимание на то, что их группа пополнилась новым человеком. Бэт представила Сорен. Женщина всмотрелась и узнала хамоватую девчонку, которая год назад пришла с Мерлом на ферму, на пару с ним учинила скандал, накричала на Лори и ударила ее, говорила гадости Рику. Серые глаза Кэрол непроизвольно сузились. Райс ничему не удивлялась, ведь за такое поведение ее хвалить не будут. Но Пелетье было не до выяснения отношений и чтения занудных нотаций, она хотела лишь поесть и лечь спать. Сорен тут же подала ей тарелку с едой и пакетик с соком и пожелала приятного аппетита. Та благодарно кивнула.       К столу подошли Карл и его спутник, лицо которого несколько мгновений назад скрывал защитный шлем. И тут Сорен застыла на месте с широко раскрытыми глазами – Райан, о котором говорила Бэт, оказался… ее братом! Девушка на какой-то момент даже не могла ничего сказать, так она была поражена. Райс всмотрелась – юноша переоделся к ужину в болотно-зеленые штаны, серую футболку, поверх которой накинул тёмно-синюю толстовку и наспех отчистил от грязи свои ботинки. Сорен заметила, что его прическа претерпела изменения – каштанового цвета отросшие волосы лежали немного небрежно, а раньше Райан предпочитал брить виски и оставлять на темени что-то вроде ирокеза. Она вспомнила, что брат любил рок-музыку, в частности панк, и часто ходил с такой прической. А еще его любимый кожаный напульсник с шипами и заклепками, с которым тот не расставался, был на запястье. Точно, это Райан.       - Райан? Неужели это ты?! – прошептала Сорен, не веря своим глазам. Парень посмотрел на нее круглыми глазами, узнав знакомый голос. Да, перед ним действительно стояла родная сестра. Девушка, по его мнению, почти не изменилась – все так же коротко стригла волосы, любила носить кожаные куртки и шнурованные ботинки. Она выбежала вперед и крепко обняла его.       - Ох, Райан! Ты жив! Как же я рада тебя видеть! – она прижала его к себе и гладила то по широкой спине, то по волосам на затылке.       - Сорен, и ты здесь?! – проговорил он уже настоящим мужским голосом. – Уже и не помню, когда последний раз виделись! Для меня тоже приятная неожиданность встретить тебя. Когда ты приехала? Как нашла нашу группу?       Сестра заметила, что младший брат заметно вырос с их последней встречи, а это было около двух лет назад. Девушка училась в Атланте и приехала домой в Нэшвилл на День Благодарения. В основном она приезжала на студенческие каникулы, из-за чего с братом виделась не часто. Райан тогда еще был бойким мальчишкой, а теперь заметно возмужал, несмотря на то, что ему всего пятнадцать.       - Это долгая история. Как я рада, что ты жив! Я искала тебя! Полштата перерыла, а ты, оказывается, вот где обосновался, – Сорен не смогла сдержать счастливые слезы и гладила его по щекам, на которых пробивался легкий пушок.       - Ну только не плачь, я уже не маленький и способен постоять за себя. Ходячих могу валить не хуже остальных, – усмехнулся Райан.       Бэт, Кэрол и вошедший в помещение, именовавшееся столовой, Карл, обомлели – тот несловоохотливый молодой человек, который самоотверженно дрался с мертвяками, орудуя клинком, являлся братом подруги Мерла.       - Райан, что же ты молчал? – воскликнула Бэт. – Я и не знала, что Сорен твоя сестра!       - Я и не рассказывал, – ответил парень. – Я вообще не думал, что смогу застать ее живой.       Сорен улыбнулась, прижалась к Райану и погладила его по лицу, затем усадила его за стол и накормила. Он очень устал и проголодался, поэтому с ужином управился быстро. По лицу Кэрол скользнула улыбка радости. Она уважала юношу и была искренне рада, что он воссоединился с родным человеком. Один раз Райан рассказал ей о своей сестре, и что хочет найти ее, но не знал с чего начать, а теперь проблема с обеих сторон разрешилась наилучшим образом. Бэт и Карл тоже заулыбались, а потом отправились по своим камерам.

* * *

      Когда Райан поел, то отвел сестру в свою камеру на первом ярусе. Им было о чем поговорить после стольких лет разлуки. Сорен взяла брата за руку и стала поглаживать его ладонь.       - Даже не знаю, что сказать… Я думала, что ты погиб! Я приезжала в Нэшвилл в октябре и увидела, что стало с домом и с мамой. Я нашла это! – она вытянула из-под воротника рубашки подвеску-сердечко. Райан тоже узнал любимое мамино украшение и загрустил. – Расскажи мне, что произошло в нашем доме. Ты наверняка что-то знаешь. Как тебе удалось спастись?       - На нас напала группа вооруженных людей. Мы этого никак не ожидали, – начал рассказывать молодой человек. – Их было много, около двух десятков, они ехали на джипах и грузовиках, вооруженные до зубов. Понятия не имею, что эти бандиты забыли в Нэшвилле. Когда начался апокалипсис, много людей умерло – кто скончался от укуса и обратился, немногие выжившие сбежали из города в поисках надежного убежища. Мы с мамой не захотели уезжать, поэтому укрепили заборы и заколотили окна, чтобы отгородиться и переждать, когда все более-менее утихнет. То же сделали и наши ближайшие соседи, но двое из той семьи обратились, а оставшиеся в живых покинули дом.       - А что этим вооруженным людям надо было от вас? – недоумевала собеседница.       - Я полагаю, что они лазили по заброшенным домам и искали, что можно забрать, и, видимо, решили, что наш дом тоже пуст, и вошли, чтобы разграбить, но мы с мамой не позволили, – объяснял Райан. – Был там один человек, такой хамоватый латинос, судя по всему, руководивший остальными мародерами. Он угрожал нам, что если не отдадим еду и боеприпасы, то нас грохнут или живьем скормят зомби. Мы дали им небольшую часть продовольствия и патронов в надежде, что они уберутся восвояси, но тот ублюдок потребовал все наши запасы! Мама попыталась объяснить ему, что иначе нам не на что будет жить, так он ударил ее прикладом автомата и снова потребовал все отдать!       Сорен слушала рассказ брата, широко раскрыв глаза от ужаса, и вскоре ее начал переполнять гнев, когда она услышала, что мародеры посмели поднять руку на ее мать. Райс младший запнулся и уже давился словами.       - В общем, у нас все забрали. Припасы и оружие… К нашему счастью, у нас было много патронов. Отец же охотился вместе с мистером Джонсом, когда мы гостили на их ферме, патроны ему были необходимы… А тут бы они очень пригодились, чтобы отстреливать мертвецов, – он говорил с паузами, поскольку слезы неумолимо подступали к глазам, пробуждая болезненные воспоминания. – В общем, когда запахло жареным, мама стала делать мне знаки, чтобы я, вместо того, чтобы идти за запасами по приказу этого придурка, сбежал через заднюю дверь, пока она отвлекала их. А после эти уроды забрали другие наши личные вещи, потом подожгли дом и бросили маму там… Ненавижу их! Они еще избили ее за отказ показать тайники!       Райан прижался к сестре, ища поддержки. Сорен обняла его и всхлипнула – она столько времени не видела свой дом и семью, так мечтала вернуться и застать маму в живых, но этому теперь не суждено случиться. Однако девушка была благодарна судьбе за то, что та сохранила для нее брата. Она знала, что мама сделает все, чтобы защитить своих детей, и самоотверженно пожертвовала собой, чтобы дать сыну шанс для побега.       - А ты можешь опознать этих людей? Кроме латиноса кого-нибудь еще запомнил? Как они выглядели? Особые приметы какие-нибудь были? – расспрашивала сестра.       - Я почти ничего не помню, все так быстро произошло, да и приглядываться особо некогда было, – грустно ответил тот. – Только помню, что они ехали на джипах, к которым были приделаны пулеметы, а их главарь, который приказал своим людям рассредоточиться по окрестностям, был одет во все черное. И голос у него такой… Громкий, что ли… Его все слушались и не пререкались. А латинос – видимо, близкий помощник этого человека, вообще тушевался перед ним.       Сорен от этих слов будто током ударило. Джипы, главарь, пулеметы… Вооружены до зубов… Его слушались… В зеленых глазах девушки заплескался страх, а в сознании ураганом бушевали страшные догадки. Неужели это сделал он?!       - Что такое, сестра? – забеспокоился Райан, увидев, как та замерла. – Тебе нехорошо?       - Я… я… – она даже стала задыхаться от волнения. – Кажется, я знаю, о каком человеке идет речь.       - О ком же? – не понял брат Сорен.       - Мы теперь с ним сражаемся! – осенило ее.       - Губернатор?! – воскликнул Райс младший. – С чего ты взяла, что это именно он?       - Потому что все приметы, что ты назвал, указывают на него, – сказала Райс. – Джипы с пулеметами я знаю, хамоватого латиноса тоже. У него, кстати, были тогда при себе бейсбольная бита и автомат-обрез? Он обычно с ними не расстается.       - Угу, – был ответ.       - Вот! – она подняла указательный палец. – Значит, это точно сделал Губернатор и его люди.       - Охренеть! Вот ублюдок! Я ему и его дружку-латиносу голову проломлю, когда встречу! Я им за все отомщу! – рассердился Райан и сжал кулаки. – И теперь этот мудак чокнутый подкинул нам проблем. Даже к ручью или во двор погулять спокойно не выйдешь!       - Та перестрелка еще только начало. Мне надо будет с Риком поговорить насчет Губернатора и его планов на тюрьму и помочь придумать, как защититься, – сказала Сорен. От ее взгляда не укрылось любопытство, читавшееся на лице брата. – Я только сегодня присоединилась к группе. Ты бы видел, какой скандал тут произошел, когда решали принимать меня или нет. Балаган, да и только! А началось все с того момента, когда Гленна и Мэгги похитили люди Мартинеза – так зовут этого латиноса, о котором мы говорили. Мишонн, каким-то образом добравшаяся до тюрьмы, рассказала Рику об этом, он взял с собой ее и собрал своих людей, чтобы вызволить друзей из плена. В тот же вечер в Вудбери началась перестрелка, Губернатор отправил меня вместе с остальными бойцами искать чужаков. Но я тогда и представить не могла, что это окажутся люди, с которыми я виделась год назад. Я думала, что на самом деле какие-то террористы проникли в город и устроили беспорядки! Позже Рик и Мэгги вернулись за Диксонами, которых поймали люди Губернатора. Если бы они не подоспели, братьев бы казнили по его приказу. А я, не теряя времени, сбежала вместе с ними и помогла им выбраться из Вудбери. Оказавшись на свободе, я хотела найти на шоссе какую-нибудь исправную машину и уехать подальше из этих краев, но Дэрил и Мерл уговорили меня вернуться с ними в тюрьму.       - Ничего себе! Кроме как удачей такое стечение обстоятельств не назовешь. А как ты оказалась в Вудбери? – не на шутку удивился собеседник.       - После неудачной поездки в Нэшвилл я долго скиталась в поисках убежища, чтобы пережить зиму. Приходилось перебегать с места на место, потому что ходячие преследовали буквально по пятам. Бывало так, что спать удавалось всего два-три часа. Меня не покидало желание найти тебя, так как я будто чувствовала, что ты жив и где-то рядом, но после Нэшвилла понятия не имела, где ты мог находиться. Я была так подавлена и сломлена, что не хотела жить… Думала, что ты все-таки мертв и искать тебя – только время и силы тратить… – рассказывала Райс. – А Губернатор случайно нашел меня на заброшенной заправке, когда я собиралась уже свести счеты с жизнью. Он пожалел меня и привез в Вудбери. Я думала, что побуду там пару дней, а заодно подлечусь от простуды, но из-за накопившейся усталости и осложнения пришлось задержаться на три недели. Когда я выздоровела, то хотела поблагодарить Филипа – такое у него настоящее имя, за оказанную помощь и попросила дать мне работу, потому что все-таки на меня ресурсы потратили, ухаживали, хотя могли и не заморачиваться. Но мое трудолюбие и инициативность сыграли со мной злую шутку. Губернатор стал интересоваться мной, а потом, что называется, повысил в должности, оттеснив других своих помощников, которые служили ему уже очень давно. Они меня сразу возненавидели. Я их понимаю, ведь я не хотела быть одной из его приближенных… Как иначе это назвать? Если бы я могла поменяться местами с Мартинезом, который так хотел повышение, то с радостью! Более того, этот чокнутый Губернатор начал флиртовать со мной. Мне очень больших трудов стоило не вестись на его уловки, я всегда старалась не оставаться с ним наедине надолго и каждый раз придумывала очередную отговорку, чтобы побыстрее покинуть его общество. Когда Филип предложил мне стать его девушкой, я не выдержала и прямым текстом отказала ему. Я знала, что сильно рисковала, но ничего не могла с собой поделать, мое терпение не бесконечно… Это человек пугал меня, при нем я чувствовала себя подавленной. Ощущение необъяснимого страха не оставляло меня ни на минуту. Губернатор только с виду был добрым и радушным, а на самом деле он тот еще псих. Ну разве станет нормальный человек держать на привязи дочку-ходячую? А коллекционировать отрубленные головы ходячих в аквариумах? Я случайно узнала эти его секреты и поняла, что пора делать ноги! А еще он любил устраивать гладиаторские бои с беззубыми ходячими, называя это развлечением. Весь Вудбери ходил на это смотреть, хотя я считаю, что восторгаться таким зрелищем могут только те, у кого не все дома. Филип еще раз показал свое истинное лицо, когда ударил меня по лицу, вывел Диксонов на арену и приговорил их к смерти, и я уверена, что эта стрельба всего лишь репетиция расправы с нашей группой…       - С ума сойти! – только и смог вымолвить брат. – Хорошо, что тебе удалось покинуть это место и отвязаться от этого подонка. Как ты его терпела столько времени?       - Ты прав. Я очень рада, что у меня получилось вырваться. Однако за время моего пребывания в Вудбери я многое запомнила. Что где находится, сколько выживших на данный момент, а также кое-какие маршруты, по которым его люди ездят на вылазки, чтобы пополнять запасы еды, медикаментов и оружия. Когда я и Диксоны шли к тюрьме, то Дэрил посоветовал мне поделиться информацией с Риком, чтобы помочь группе выстроить план обороны тюрьмы и выиграть, даже находясь в меньшинстве. Что ж, я сделаю все, что в моих силах. К тому же мои знания это гарантия того, что меня не выгонят, ведь недоверие Рика и других ко мне небезосновательно. Я и так столько ошибок наделала, что сейчас самое время их исправить, – пустилась в откровения Сорен.       - Дэрил дельную вещь сказал, – одобрил Райан, но потом его тон снова стал грустным. – Знаешь, я тоже искал тебя, ездил в Атланту, но понятия не имел, где ты могла быть. У меня насчет тебя были точно такие же мысли! А эта группа пожалела меня и приняла, с тех пор я в их составе. С конца зимы вместе странствовали.       - Ты ладишь с ними? – спросила девушка.       - Ну, со всеми, кроме Мерла, – парнишка даже поморщился. – Мы все время ссоримся, причем он задирает меня первый. Я, по его мнению, все делаю не так, и руки у меня из пятой точки растут. У этого человека какой-то ужасный характер, он как будто ловит кайф от того, что подкалывает других.       - Ничего себе! – удивилась та. – Так, ну я с ним поговорю, когда он придет!       А Диксон старший был легок как на помине, о чем возвестил его скрипучий голос и надтреснутый смех, который, раскатываясь по сводам тюремного потолка, звучал немного жутковато. Он о чем-то спорил с Дэрилом, который как всегда неразборчиво что-то отвечал и фыркал. Мерл сделал несколько шагов и заметил Райсов, уютно устроившихся на койке одной из камер.       - Ооооу! А я думал, куда убежала моя пантерка! – ухмылялся Мерл. – Воу, только я за порог, как ты тут с мальчишками уже заигрываешь!       Сорен так взбесило это высказывание, что она рывком поднялась на ноги, схватила Диксона за руку и отвела в сторону.       - Ну-ка поаккуратнее со словами! – сердилась она. – Мальчишка, о котором ты говоришь, мой родной брат!       - Нихрена себе! – воскликнул мужчина, не ожидавший такого поворота, но потом быстро нашел, что ответить. – Что, уже наябедничать успел? – эта фраза была адресована Райану.       - Прекрати! – вскричала Сорен и даже достала нож из крепления. – Еще хоть раз скажешь про него что-то плохое, я тебя убью!       - Сорен, остановись! Перестань! – брат пытался оттащить ее от вытаращившегося от такой дерзости Мерла.       - Красотка, остынь, – уже спокойнее говорил тот. – Ты на нервах после сегодняшней передряги, наверняка устала, вот и злишься.       - Ты мне зубы не заговаривай! – прорычала она, держа руку с ножом поднятой.       - Эй, парень, ты не хочешь угомонить свою сестрёнку, а то она с катушек слетела! – обратился Диксон к Райсу младшему. – Не иначе как от Губернатора нахваталась.       - Да я тебя за это! – еще больше взъелась та от обидного сравнения и подняла клинок выше.       - Сестра, убери нож! Убери, прошу тебя! Это явно лишнее! Приди же в себя! – Райан стал трясти разъяренную Сорен за плечи. Девушка так и сверлила Мерла свирепым взглядом и не слышала слова Райана. Она всегда стояла за брата горой и никому не позволяла его обижать, особенно теперь, когда после стольких скитаний, наконец, встретила его. Сделав несколько вдохов и выдохов, Райс успокоилась и опустила нож.       - Мерл, я не треснула тебе только потому, что помню о твоем намерении помочь мне найти брата и потому что обещала тебе больше не уходить. А также потому, что группе не нужны скандалы, – уже тише говорила девушка, не сводя помутневших от ярости глаз с Диксона. – Но запомни, если тронешь Райана или скажешь ему плохое слово или то, что у него руки не из того места, тебе не поздоровится. И напоследок – никогда больше при мне не упоминай Губернатора! И не смей сравнивать меня с ним. Понял меня?       Мерлу оставалось только молча кивнуть, так как он признал, что наговорил лишнего. Успокоившись, она убрала нож в крепление, а Райан облегченно выдохнул. Он помнил, что когда сестра пребывала в таком состоянии, то многие прятались, поскольку шанс огрести тумаков возрастал до максимума. Сорен развернулась и направилась к общему залу, чтобы дождаться Рика и Хершела там. А вот ее брату захотелось задать странному ухажеру сестрицы несколько вопросов.       - Так, погоди. Откуда ты знаешь мою сестру? И почему так разговариваешь с ней? – Райс младший с недоверием воззрился на Мерла. – Что это за фамильярные обращения – «красотка», «пантерка»?       - Да я не просто ее знаю! – съязвил Диксон. – Скажу тебе больше – я трахал твою сестру! Она так горяча!       Однако Сорен услышала это и снова вернулась к спорившим. Ну ни на минуту оставить Мерла нельзя! Девушка, конечно, любила его, но за некоторые неуместные слова была готова из него душу вытрясти.       - У тебя, кажется, в одно ухо влетело, а в другое вылетело! – крикнула она и оттащила Диксона в сторону. – Как ты смеешь говорить так обо мне моему брату?! Да и еще в моем присутствии! Я вообще-то еще здесь! Зачем ты позоришь меня?       - А что такого, красотка? – стал выкручиваться Мерл, широко улыбнувшись. – Рано или поздно он бы узнал о том, что мы вместе, да и остальные и так в курсе. Тут уже ничего не скроешь!       - А сейчас покорректнее ты выразиться не мог? Я тебе не какая-нибудь шлюха подзаборная, – Сорен почти дышала ему в лицо. – И вообще, наши с тобой отношения – это личное дело, другим трубить необязательно! Что ты голосишь на всю тюрьму? Сейчас опять Рик с Хершелом прибегут и начнут мораль читать!       - Да я вообще удивлен, что твой братишка так долго умалчивал о том, что вы родственники! – ушел от опасной темы Мерл. – Сорен, если бы он сказал мне о тебе, я бы скооперировался с ним и мы вместе подумали как найти тебя, но ведь с ним ни разу не получалось нормально поговорить!       - Обсудим это позже, – уже спокойно сказала та. Она отошла от Мерла и приблизилась к шокированному брату. Райану очень это все не нравилось.       - Сорен, это уже слишком! – негодовал парень. – Как ты его терпишь? Он невыносим!       - Брат, я не буду распинаться о том, что надо жить дружно, особенно сейчас, – тихо говорила девушка. – Я так рада, что ты и Мерл со мной, что не хочу терять вас обоих! Если бы не неслыханное везение, не знаю, смогла бы я вас когда-либо увидеть… Так что вам придется поладить. Мне уже потихоньку удается сблизиться с другими членами группы. Думаю, что у вас тоже получится.       - Что-то я не уверен, – буркнул Райан.       - Прекратите для начала ссориться. Мне плевать кто начал первый и по какой причине! Будьте мужчинами, в конце концов! Что вы как маленькие дети, дерущиеся за игрушку в песочнице?! – жестко сказала Райс. – Если я узнаю, что вы еще и тумаки друг другу даете, обоим по подзатыльнику прилетит. Ты знаешь, что у меня тяжелая рука, поэтому не зли меня!       - Скажи это и своему… Эээ… Молодому человеку! – парировал юноша. – Я не хочу, чтобы мне одному все шишки перепадали!       - Скажу, скажу! – ответила она и сменила тему: – Слушай, я хочу, чтобы это хранилось у тебя, – Сорен сняла подвеску-сердечко и отдала брату. – Это последнее что осталось от нашей семьи.       Райан открыл кулон и увидел внутри крохотную слегка потрепанную фотографию мамы, папы, сестры и себя. Он тут же спрятал ценное украшение в карман своей толстовки.       - Отдыхай, ты за сегодня прилично устал, – Сорен ласково погладила брата по плечу. – Я навещу тебя завтра, и мы еще поболтаем.       Райан кивнул, обнял сестру и удалился к себе. Наступила ночь, и члены группы стали потихоньку готовиться ко сну. Перед этим Рик и Хершел немного поговорили с Сорен о Губернаторе и попросили ее завтра набросать по памяти то, что она записывала, когда жила в Вудбери.

* * *

      Сорен шла на верхний ярус в их с Мерлом камеру, чтобы, наконец, лечь спать, так как дневная беготня, выяснение отношений и уборка в новом жилище прилично утомили ее. Помимо этого в ее голове роились тревожные мысли. Девушку очень насторожили слова брата о группе мародеров, которые напали на их дом в Нэшвилле. Джипы, пулеметы, суровый главарь… Не похоже это все на простое совпадение! У нее от волнения задрожали руки, очень ей это напоминало Губернатора и его людей, ведь когда они выбирались на вылазки, то перемещались на джипах, к которым были прикручены крупнокалиберные пулеметы, и всегда основательно вооружались. Неужели именно Губернатор убил ее мать и ограбил дом? Если это так, то Сорен не без помощи брата, Мерла и группы Рика отомстит ему по полной.       Девушка так задумалась, что не заметила, как переступила порог камеры. Мерл пока еще не пришел, поэтому она в темноте расстелила постель, поправила подушку. Райс расшнуровала обувь, сняла и отряхнула штаны и осталась в трусах и легкой майке, которая была у нее под блузкой. Она легла лицом к стене, зажала между ладоней уголок одеяла и попыталась заснуть, но сон не шел к ней.       Столько всего произошло за последние сутки! Сначала неожиданный побег из Вудбери, куда бойцы Губернатора притащили на арену плененных Диксонов, осуждающий взгляд Мерла, когда Сорен целилась в него, но потом невольно уронила оружие… Потом встреча со старыми знакомыми – Гленном, Мэгги и Риком, а затем и остальными обитателями тюрьмы. Райс помнила всех: Хершела, тогда еще безбородого и ходившего своими ногами, его дочек – красавицу-шатенку Мэгги и робкую светловолосую и сероглазую Бэт, рассудительную и спокойную Кэрол, изобретательного и шустрого Гленна и охочую до всего нового Андреа. А вот Шейна, Лори, Ти-Дога и Дэйла, который тогда показался ей самым адекватным из всех, не застала, но потом ей рассказали, что с ними случилось.       Больше всего Сорен радовалась встрече с братом и Мерлом. Теперь она чувствовала, что не одинока, так как дорогие ей люди находились рядом, но страх за них будто парализовал ее. Что если Филип Блэйк доберется до них и убьет? Хотя нет, этот лишившийся рассудка человек не так прост – он отомстит ей за все ее выходки и сделает это самым жестоким способом. Снова вспомнив ненавистного Губернатора, девушка всхлипнула. Уверенность в том, что именно он убил ее мать и чуть не отнял брата, вернулась, потому что все приметы, которые назвал Райан, указывали на него.       Вскоре на галерее раздались тяжелые шаги, и в камеру вошел Мерл. Увидев, что Сорен уже улеглась, он снял рубашку, расшнуровал обувь и лег в штанах и майке. Койка была узкой, поэтому Диксон вплотную прижался к девушке и обхватил ее рукой, но та сжалась, словно противилась его прикосновениям.       - Сорен, я не знал, что Райан твой брат… И да, я переборщил со сказанным, признаю это… – начал Мерл, пытаясь раскаяться за свои слова. Вместо ответа он услышал частое и шумное сопение и приподнялся, но увидеть лицо Райс ему не удалось, так как она уткнулась им в подушку. Диксону показалось, что Сорен опять плачет. Уже второй раз за этот день.       - В чем дело? – поинтересовался он. – Я знаю, что ты плачешь, можешь не скрывать это.       - Я не злюсь на тебя… – шмыгнув носом, подала та голос и тоже присела. – Райан мне кое-что рассказал о том, что меня очень волновало, а еще описал внешность тех людей, что напали на наш дом в Нэшвилле и убили маму…       - Что он сказал? – подхватил тему Диксон.       - Губернатор. Это сделал он, я уверена. Все приметы указывают на него – джипы с пулеметами, вооруженные головорезы и чертов Мартинез! Все совпадает! – процедила Сорен и снова напряженно засопела.       - Охуеть просто! – не смог воздержаться Мерл. – Теперь я окончательно убедился, что этот ублюдок с головой не дружит. И как я уже сказал, я замочу его за то, что он сделал с тобой! Он за все поплатится!       Девушка сидела насупившись и не решалась посмотреть на Мерла. Ей очень не хотелось, чтобы он опять видел ее слезы, хотя в помещении было темно и кроме смутных очертаний ничего не разглядишь. Диксон приподнял ее подбородок и приблизил к себе.       - Послушай, я всегда держу свое слово. Мне насрать, что думают про меня остальные, считая вечно пьющим дебоширом и бесполезным, хотя я вкалываю для группы не меньше остальных, – уверенно произнес брат Дэрила, стирая слезы с лица возлюбленной. – Но за своих я готов убить любого. Верь мне!       - Я верю, – Сорен кивнула и крепко обняла мужчину. – Я люблю тебя. Только тебя, слышишь?       Она уткнулась носом в его мускулистое плечо и вдохнула запах его кожи. От него пахло потом, алкоголем и какими-то посторонними запахами, но именно тот, что имелся у каждого человека, Райс ощущала, а ее губы стали касаться его шеи. Сейчас ей хотелось выплеснуть всю свою нежность, которую она берегла только для него. Диксон почувствовал сильное желание и немедленно ответил на ласку Сорен со всей своей страстью.       Она скучала по нему. Она хотела его. Девушка поняла, что ей так не хватало его объятий, поцелуев, голоса, да и вообще нахождения рядом с ним. Конечно, Мерл был прав тогда – она сама будет просить! Диксон тут же оказался сверху, быстро раздел партнершу, а сам остался в одних брюках, которые спустил с бедер. Он вытащил из кармана презерватив, надел его и, не тратя время на лишние движения, вошел в Сорен. Мерл низко простонал, так ему было приятно вновь почувствовать узкие и влажные стенки ее лона. Райс закусила губу, чтобы не застонать слишком громко, но тихий носовой звук все же вырвался.       Мерл зажал ей рот ладонью и стал резко и глубоко толкаться. Сорен впивалась пальцами свободной руки в его спину, шумно дышала, выгибалась и запрокидывала голову. Диксон обхватил ее бедра и приподнял, чтобы сильно не сотрясать скрипучую кровать, а сам закрыл ей рот поцелуем, на который та с охотой отвечала. Он был тяжелым, сильным и грубым, но это так сводило с ума его партнершу, что она дразнила его, доводила чуть ли не до экстаза, и Мерл впивался в нее пальцами и уже успел наставить на ее нежной коже багровые следы.       Мужчина перевернул Сорен спиной вверх, и она смогла дать волю эмоциям. Райс приглушенно стонала в подушку, а простыня под ее пальцами сильно смялась. Диксон дьявольски ухмылялся – стоны девчонки кружили ему голову и возбуждали еще больше. Он покалывал своим небритым подбородком ее плечи, сжимал в ладонях ягодицы и так глубоко толкался в ней, что казалось, что вот-вот проткнет ее. Через некоторое время долго копившаяся страсть вырвалась в виде сильнейшего оргазма с обеих сторон – Сорен сладко выдохнула, когда горячая жидкость закапала из нее на простыню, а Мерл тут же стянул презерватив, который доверху наполнился его семенем. Выкинув резинку в ящик, выглядывавший из-под койки и служивший мусорным контейнером, Диксон застегнул штаны и лег к Сорен. Она была в такой истоме, что тут же заснула лежа на животе. Мерл дотронулся до спины – кожа горела от ее острых ногтей, и даже кое-где выступило немного крови. Диксон понял это, облизнув палец.       - Ишь царапучая какая! – шепнул Мерл, прижал обнаженную возлюбленную к груди и перед тем как закрыть глаза поцеловал ее в губы. Девушка сквозь сон погладила его плечо. Вскоре Диксон провалился в сон, как и остальные обитатели тюрьмы. Так прошел первый день Сорен на новом месте и с новыми людьми.