Пути пересекаются

      Андреа и Милтон в это утро проснулись чуть ли не перед самым восходом солнца и после всех необходимых сборов приступили к исполнению опасного плана по освобождению Сорен из заточения. Улицы утреннего Вудбери пока пустовали и еще не оживились голосами людей, но несколько часовых уже заняли свои посты и следили, не идут ли к воротам ходячие, а также изредка обменивались краткими репликами. Ярко-оранжевое солнце медленно поднималось из-за высоких безлистных деревьев и полупрозрачных облаков.       Следившие за нужным домом диверсанты не спускали глаз с входной двери. Андреа, одетая в теплые куртку, свитер и брюки скрадывающих цветов и добротную обувь, притаилась за объемным еще не сбросившим листву кустом и перекинула за спину приличных размеров сумку с лекарствами, едой и сменной одеждой для Сорен. Находившийся на другой стороне дороги Милтон с небольшим рюкзаком прятался за выступом здания. На улице было далеко не тепло в такую рань, осенние заморозки давали о себе знать. Друзья внимательно следили за дверью, откуда вот-вот должен выйти мистер Дэвидсон, который, покинув дом, обеспечит им свободный доступ к заднему двору и, соответственно, складам и закрытой зоне.       Пришлось ждать почти сорок минут, но терпение Андреа и Милтона было вознаграждено. Человек, о котором прошлым вечером говорил Милтон, наконец вышел из дома, запер дверь и направился к главным воротам, где стояло трое часовых. Шумперт отдал ему винтовку и знаком показал следовать к дальней стене и там патрулировать. Милтон съёжился и чуть не забыл как дышать, когда мистер Дэвидсон прошел в опасной близости от домика, где он буквально врос в кирпичную стену, будто пытался слиться с нею. Но тот даже и не думал смотреть в сторону, где затаился помощник Губернатора, а тихо насвистывал себе под нос какую-то мелодию и на ходу пытался зажечь сигарету. Когда горожанин отошел на пару десятков метров, Милтон прошел по тротуару, сделал знак Андреа, а сам начал возиться с дверным замком. Блондинка, увидев, что часовые отвлеклись на отстрел группки ходячих, приблизившейся к стенам, тут же подбежала к напарнику, и они, пользуясь возможностью, юркнули в так кстати открывшуюся дверь.       - Боже, я никогда так не волновалась! – Андреа глубоко отдышалась. Приятель коротко улыбнулся в ответ. Они вышли через черный ход, затем проникли в коридоры складов и вскоре добрались до заветной каморки. Пулей влетев туда, напарница Милтона начала будить спавшую пленницу.       - Сорен, просыпайся. Подъем, дорогая! – женщина трясла ее руки и похлопала по щекам. Увидев, что девушка реагирует на звуки и прикосновения, она проговорила: – Сейчас будем удирать. Я же говорила, что мы тебя вытащим!       - А? Что? А Губернатор? – забеспокоилась Райс и помотала головой. Сон как рукой сняло.       - Не волнуйся. Он скорее всего еще спит, сейчас около шести утра. На улицах ни души, только часовые на стене, – быстро объясняла та, доставая из сумки какой-то инструмент.       - Значит, у нас получится по-тихому слинять! – пришла к выводу Сорен и приободрилась.       Андреа кусачками сломала наручники, разрезала веревку, стянувшую ноги пленницы, затем помогла ей принять сидячее положение и дала бутылки с жидкой пищей и водой. Оголодавшая девушка жадно припала к ним и вскоре опустошила.       - Андреа, вставай к двери. Иди, карауль. Нельзя, чтобы нас застали врасплох, иначе всем достанется, – поторопил ее Милтон. Когда они поменялись местами, блондинка начала наблюдать в узкую щель и на всякий случай держала руку на пистолете. К счастью, пока ничего не предвещало опасности. В это самое время Милтон, пошарив в своем рюкзаке, вывалил на стол медицинские принадлежности, какие смогли там поместиться. Также он дал Сорен воду, обезболивающие таблетки и мокрую чистую тряпку, чтобы она смогла стереть кровь с рук, лица и с переда.       - Даже представить боюсь, во что превратилась моя спина. Все очень плохо, да? – обратилась Райс к Милтону, старательно промокавшему антисептиком ее раны и убиравшему запекшуюся кровь.       - Лежать на ней неделю точно не сможешь. Большинство ран уже зарубцевалось, останутся шрамы, но я сейчас попробую зашить хотя бы парочку, а остальные заклею пластырями, – объяснял доктор, приступая к наложению швов на самых крупных рубцах. Сорен под действием обезболивающего расслабилась, и манипуляции Милтона не вызывали дискомфорта.       - У нас не так много времени, чтобы делать из меня красотку, – предупреждающим тоном ответила пациентка.       - Я сделаю все, что в моих силах. Доделаю то, что начал. В тюрьме тебе должны помочь, – торопливо ответил мужчина, не отрываясь от работы. По нему было видно, как он нервничал.       - Тсс! – прошипела Андреа. – Не болтайте так громко, иначе могу прошляпить возможных гостей!       Пока что удача благоволила друзьям. Через несколько минут уже второй рубец на спине освободившейся пленницы был зашит, а на остальные раны были наложены пластыри, пропитанные лечебной мазью. Милтон еще раз оценил свои труды и покачал головой.       - Если бы так не спешили, я бы сделал все гораздо аккуратнее, – сокрушался он.       - Я понимаю, – успокоила его Райс, аккуратно натягивая на себя рубашку и объемную толстовку. – Лучше уж так, чем совсем никак.       - Все равно будь осторожна, иначе швы разойдутся или пластыри отвалятся, и снова пойдет кровь, – предостерег ее Милтон и дал небольшую коробку с препаратом, которую та убрала в карман верхней одежды. – Обезболивающее действует часа три, когда дойдешь до убежища, снова прими таблетку.       - Вы закончили? Если да, то пошли, а то у меня уже паранойя, что сюда кто-то идет! – тревожилась Андреа.       - Валим, валим нахрен из этой проклятой дыры! – проговорила уже готовая и одетая Сорен.       Троица быстро выскочила из опасного коридора в другую сторону к двери, ведущей на задний двор, где содержались ходячие для арены. Пока было чисто, но по периметру стояло несколько вооруженных часовых, которые, услышав подозрительные звуки, задержали взгляд на складских помещениях. Убегавшие затаились за железными бочками и ждали, когда люди отвернутся. Райс скривилась из-за того, что рубашка натирала искалеченную спину и причиняла неудобство.       - Что такое? – встревожилась Андреа, увидев болезненную гримасу на лице подруги.       - Кажется, шов разошелся или пластырь отпал, – сдавленно прошептала девушка. – Ну как же не вовремя. Кровь теперь всю одежду испачкает!       - Чисто, бегом! – скомандовал Милтон, и они, согнувшись, стали перебегать. Вскоре он подвел их к забору и оттянул вперед фанерный лист, образовавший щель, в которую мог протиснуться один человек. Первой пролезла Сорен, за ней Андреа, а вот Милтон не спешил следовать за ними.       - Эй! Ты чего стоишь? Пролезай! – воскликнула Андреа.       - Я остаюсь, – помотал головой тот, все еще не отпуская лист.       - Почему?! – Сорен просунула голову в щель. – Давай-ка не глупи! Нас и так чуть не засекли.       - Нет! – его губы задрожали, а взгляд нервно забегал по сторонам. – Бегите! Сейчас же!       - Без тебя мы не уйдем! – возразила бывшая коллега Милтона и даже попыталась дернуть его за руку. – Тебе опасно здесь находиться.       - Я должен выиграть вам дополнительное время. Если Губернатор заподозрит неладное, то тут же стянет к тюрьме своих людей! – аргументировал он. – Вы даже не успеете добежать до своего убежища, потому что вас догонят и пристрелят. То же самое случится и с вашими друзьями. А Сорен еще слаба, чтобы быстро передвигаться. Поэтому прошу вас, идите и не медлите! У вас есть фора примерно в два часа.       - Но он же убьет тебя! – Андреа чуть не заплакала.       - Лучше я погибну, зная, что спас вас, чем буду всю жизнь жалеть о том, что закрывал глаза на его зверства и ничего не делал, чтобы это остановить! – грустно улыбался мужчина. Сорен до глубины души растрогали его слова, и она не смогла удержаться от слез.       - Чуть не забыл! – Милтон полез в рюкзак и вынул оттуда пакет. – Тут антибиотики, стерильные шприцы, лекарства, шовный материал в полном комплекте, таблетки обезболивающего, много всего! Это пригодится.       Андреа тут же взяла пакет и наскоро запихнула в свою сумку. Милтон все так же беспокойно оглядывался по сторонам.       - Если и был в Вудбери по-настоящему хороший человек, то это ты, Милтон! – заулыбалась Сорен. – Спасибо тебе за все.       - Выздоравливай! – пожелал тот освободившейся девушке. Райс благодарно кивнула.       - Возьми. Защищайся! Тебе это как никогда пригодится! – Андреа сорвала с пояса свой пистолет и протянула ему.       - Но я не умею обращаться с оружием, – возразил собеседник.       - Придется научиться! Андреа права, ты должен сражаться. Милтон, когда-нибудь твои руки все равно запачкаются кровью, а в нынешней ситуации это может произойти прямо сейчас! Этого не избежать, – поддержала свою компаньонку Сорен. – Поэтому защищайся как можешь! И если тебе удастся прорваться, беги. Тюрьма недалеко, беги туда!       - Я постараюсь. Желаю вам удачи, – сказал Милтон.       Он прощально кивнул и выпустил фанерный лист, который закрыл брешь и отделил его от беглянок. Девушки теперь уже уверенно шагали, все дальше и дальше уходя от Вудбери.       - Губернатор не пощадит его. Милтону нужно было бежать с нами! – сокрушалась Андреа.       - Милтон решил дать нам шанс. Пусть он выполнит свое обещание… Честно говоря, я не ожидала от него такой смелости. Обычно он и взгляд при Губернаторе боялся поднять, а тут… Молодец просто, – комментировала впечатленная поступком помощника Губернатора Сорен. – Надеюсь, он сможет выбраться. Лично я не хочу, чтобы он умер от руки этого гаденыша!

* * *

      Андреа и Сорен через некоторое время вышли к небольшому шоссе, тому самому, куда Райс несколькими неделями ранее вывела Рика и его друзей после ночной перестрелки. Девушка улыбнулась, когда поняла, что им удалось уйти от городка на приличное расстояние, но вдруг почувствовала слабость и стала оседать на землю. Сопровождавшая ее спутница поняла в чем дело – у ослабевшей Сорен почти не было сил идти, а значит придется сделать вынужденную остановку. Андреа достала из сумки еду – контейнер с консервированной фасолью и ветчиной, пластиковую вилку, а также бутылку с водой. Еда, разумеется, остыла, но бывшая пленница опять так проголодалась, что была готова съесть все вместе с коробкой.       - Сначала выпей воды, а то желудок скрутит! – напомнила блондинка. Райс сделала все, как она сказала и меньше чем за пять минут подкрепилась. Однако это лишь заморило червячка, а до тюрьмы предстоит идти не меньше часа. Выжившие, сделав необходимые дела, продолжили путь, но Сорен вдруг ойкнула.       - Что такое? Болит? – Андреа заметила, что та побледнела.       - У меня точно швы разошлись! Вся рубашка в крови! – девушка высунула окровавленные пальцы из-за спины, прерывисто задышала и чуть не упала.       - Сорен, прошу тебя, не теряй сознание. Пожалуйста, не сейчас! – забеспокоилась ее подруга, услышав отдаленные хрипы ходячих. – Только мертвецов нам еще не хватало!       - Я знаю, что от меня воняет кровью за километры, но Хершел, который бы мне помог, далеко! – пробормотала пострадавшая. – У меня нет оружия, а пистолет только у тебя. Другой ты отдала Милтону. Даже если ты дашь мне свой нож, я не смогу помогать тебе валить ходячих, так как у меня сил нет быстро от них уворачиваться. Меня могут укусить, и тогда плакало мое освобождение.       Андреа придерживала Сорен, чтобы не упала, и они снова побрели по дороге. Путь в тюрьму растянулся надолго – обессилевшая Райс не могла быстро идти и, тем более, бежать, поэтому приходилось делать короткие передышки. Она обхватила руками сосну и приводила дыхание в порядок, пока Андреа зорко смотрела по сторонам и вслушивалась. Женщина очень боялась услышать рёв автомобилей – уже прошло почти полтора часа, и Губернатор мог уже броситься в погоню. Он знал, что кроме тюрьмы беглянкам податься некуда, а даже если бы и не нашел их там, то все равно сравнял их убежище с землей как и задумывал.       Неожиданно вдали что-то громко бахнуло, заставив обеих выживших вздрогнуть и насторожиться. Громыхнуло в той стороне, откуда они бежали.       - Это что такое? – прошептала Сорен.       - Может, гроза где-то вдалеке, – предположила Андреа.       - Вряд ли, октябрь уже на дворе. И на небо посмотри – ни облачка! – воскликнула собеседница. – Это явно взрыв. Сейчас все ходячие туда сбегутся!       И правда, небольшая толпа мертвяков, которую можно запросто увидеть среди облысевших деревьев, направилась на громкий звук. Зомби находились достаточно далеко от затаившихся беглянок и не успели бы подобраться к ним.       - Если это прогремело в Вудбери, то это дает нам фору! Потому что звук явно оттуда, – рассуждала женщина. – Сорен, соберись, прошу тебя! Надо дойти до тюрьмы до вечера, пока нас не настигли.       - Я пока что могу идти, но если не возражаешь, я подержусь за тебя, – та отошла от дерева, взяла спутницу под руку, и отважные девушки продолжили путь.       Проплутав еще час, Андреа и Сорен вышли на асфальтированную дорогу. Погода вскоре начала портиться – небо затянулось серыми тучами, собирался дождь. Было трудно определить который час. Выжившим казалось, что они брели целые сутки, хотя от Вудбери до тюрьмы можно дойти кратчайшей дорогой быстрым шагом за сорок минут. С обеих сторон убегавших выживших окружал безмолвный лес. Блондинка прислушивалась, пытаясь понять с какой стороны могли появиться ходячие, чтобы заранее продумать путь отхода.       Вот вскоре показалась ржавая табличка на столбе. Надпись гласила «Автостопщик может быть сбежавшим заключенным». Сорен устало улыбнулась – осталось совсем немного. Очень скоро она окажется в безопасности и ей окажут помощь. Она увидит брата и Мерла, которые наверняка волновались за нее, а может даже бросились на поиски вместе с остальными членами группы. Несчастная была так измотана, что Андреа пришлось буквально тащить ее на себе.       - Давай же, Сорен, последний рывок! Пожалуйста, не сдавайся. Тебе скоро как следует зашьют раны! Потерпи! – подбадривала ее блондинка.       - Я стараюсь, но у меня почти не осталось сил. И я опять хочу есть. Желудок уже прилип к спине! – та тяжело задышала, ее лицо покрылось испариной.       - Надо спешить, пока ты не истекла кровью! – воскликнула Андреа. Она заглянула за спину раненой и увидела, что выглядывавший из-под тёмно-серой толстовки край рубашки насквозь пропитался ею. Алые мелкие капельки падали на асфальт, оставляя позади дорожку крохотных блестящих точек. Женщина молниеносно вскинула пистолет, когда заметила, как из кустов вывалилось несколько ходячих. Они еле шевелили ногами, мерзко рычали и сверкали мутными глазами, устремляясь к живой пище. Отважная Андреа стала отстреливать голодных зомби, но обойма быстро опустела. Чтобы другие мертвяки не увязались, девушки легкой рысью побежали по дороге.       Вот бетонка впереди изогнулась в кривую, а лес постепенно редел. Преодолев еще несколько сотен метров, выжившие увидели знакомые верхушки сторожевых вышек, а затем и корпуса тюрьмы.       - Почти пришли! – радостно воскликнула Андреа и облегченно выдохнула. Сорен смогла только слабо улыбнуться. Картинка перед ее глазами поплыла, ноги стали будто ватными и не слушались. Андреа закинула руку пострадавшей себе на плечо и помогала ей преодолеть последний километр до убежища. Женщина тоже устала от долгой ходьбы и не могла передвигаться быстро. Она заметила так кстати дежурившего на вышке лидера группы, из последних сил ускорила шаг и начала махать рукой.       - Рик!!! – что есть мочи крикнула Андреа. Граймс тут же увидел своих людей, к которым стягивались ходячие, привлеченные запахом свежей крови. Рик сделал отмашку другим дежурившим рядом, а сам быстро спустился вниз и стал отстреливать мертвяков, которые подобрались слишком близко к девушкам. Когда Сорен и Андреа оказались во дворике тюрьмы, он начал прикрывать их с тыла. Навстречу добравшимся до тюрьмы членам группы бежали Дэрил, Гленн и Мэгги, которые также помогли шерифу расчистить путь.       Окончательно обессилевшая Сорен больше не могла держаться. Она потеряла сознание и сползла на землю. Друзья Рика ужаснулись, когда увидели кровавое пятно на ее одежде. Диксон младший, не мешкая, поднял на руки бездыханную девушку, и все побежали в безопасную зону.       - Что с ней такое?! – воскликнула Мэгги.       - Долгая история! – Андреа вся запыхалась. – Мы еле доползли! Сорен так слаба, что не могла идти быстро, а этот марш бросок забрал ее последние силы.       - Она ранена? Ее укусили?! – насторожился Рик.       - Губернатор! Он пытал ее и морил голодом! – на ходу выпалила та. – Осторожно, Дэрил! У нее травмирована спина!       - Пытал?! – переспросил Гленн.       - И не спрашивай! Мы еле удрали! Давай я расскажу все, когда войдем внутрь, – ответила блондинка.       Друзья вбежали на безопасную территорию, не забыв запереть внутренние еще целые ворота. Когда Дэрил внес на руках оставлявшую за собой кровавую дорожку Сорен, в жилом блоке поднялся переполох. Кэрол и Бэт вытаращили глаза от ужаса, Хершел встал с места, а Райан и Мерл, увидев Сорен, чуть не скатились кубарем с галереи, пытаясь догнать Дэрила.       - Это Сорен?! Что с ней? У нее кровь! – слышались возгласы.       - Уложите ее на свободную койку! Бэт, неси чистые тряпки, инструменты и лекарства! – скомандовал Хершел, и младшая дочка тут же умчалась исполнять поручение. Около двери камеры столпилась почти вся группа, особенно рьяно стремились прорваться Райан и Мерл.       - Отойди, Диксон, там моя сестра! – ругался Райан, намереваясь первым войти туда.       - И что ты сделаешь, чтобы остановить меня?! – задирал парня Мерл.       - Так, ну-ка не шумите! Быстро отошли! – рассердился Хершел. – Райан, Мерл, вы не войдете к Сорен, пока я не осмотрю ее.       - Хершел, у меня есть кое-что! Это Милтон передал, он даже записал несколько рекомендаций насчет лечения Сорен, – Андреа достала из сумки пакет с медикаментами и сложенную вчетверо бумажку. Грин старший улыбнулся сквозь седые усы – тихоня-очкарик из Вудбери хорошо подготовился.       - Ну Милтон дает! – воскликнула она, удивившись количеству лекарств, которые уместились в небольшом пакете. В камеру впорхнула младшая Грин с инструментами и бинтами.       - Помоги мне раздеть ее, Бэт, – скомандовал отец, и они аккуратно стащили с пострадавшей окровавленную одежду. Райс оказалась права – почти все наспех сделанные швы разошлись и кровоточили, пластыри намокли, а на плече мутнели волдыри от ожога. Тело девушки было так измучено, что она лишь слабо простонала, когда прилипшую к ее спине рубашку пришлось почти отрывать. Когда все стоявшие около входа в камеру увидели, во что превратилась спина Сорен, то охнули от ужаса. И опять вперед пытался прорваться Мерл, которого еле удерживали Рик, Дэрил, Гленн и Райан. От вида таких ран он буквально лишился рассудка.       - Отвалите! Пустите меня к Сорен! Я нужен ей! – вопил Диксон старший, вырываясь из рук.       - Не ори, Мерл, ты сейчас будешь только мешать! Дай Хершелу сделать свою работу! – пытался осадить его Дэрил.       - Этот ублюдок одноглазый изуродовал Сорен, я ему мозги вышибу! – не унимался тот, предвкушая жестокую расправу над мучителем возлюбленной.       - Присоединяюсь! – злобно поддакнул ему Райан.       - Замолчите! Хершел ясно вам сказал, что к ней сейчас нельзя! Хватит орать! Отойдите от двери! – пытался угомонить их Граймс. Дэрил даже загородил неугомонным мужчинам дорогу и приподнял арбалет.       Тем временем Грин старший старательно накладывал крепкие швы, а Бэт аккуратно смазывала мазью ободранные участки кожи.       - Моя спина останется ужасной, да? Это не лечится? – в голосе пациентки стала проскальзывать боль.       - Шрамы останутся, но я постарался сделать так, чтобы они были по максимуму тонкими. Я захватил иглой часть здоровой кожи, это позволит сделать их не такими заметными, – стал просвещать девушку в тонкости хирургии Хершел. – Милтон передал очень полезную мазь-антибиотик, она ускорит заживление. Пока раны свежие, этим надо воспользоваться.       Сорен всхлипнула и благодарно кивнула. Мягкие пальцы Бэт, наносившие мазь, успокаивали ее, и Райс уже не дергалась, а чувствовала лишь приятное покалывание в спине.       - Бэт, смазывай каждые два часа ее раны, – попросил младшую дочь отец. Та кивнула. – Позови Кэрол. Пострадавшую надо покормить.       - Она уже идет вместе с Андреа, – ответила сестра Мэгги, выглянув за порог камеры. Пациентка приподнялась на локтях и уставилась в проход.       - Пока придется полежать без верхней одежды, чтобы мазь впиталась. Не перегружай спину, – дал наказ пожилой мужчина.       - Спасибо вам, – тихо ответила девушка, и укрыв обнаженную грудь чистой простыней, присела на кровати. Кэрол принесла тарелку супа из оленины и разогретую консервированную фасоль в томате. При виде блюд глаза Сорен сделались такими большими, что остальные черты ее лица стали казаться крошечными. Она тут же схватила ложку и начала подкрепляться.       - Она не ела почти трое суток, – констатировала блондинка.       - Андреа удалось дать мне попить, пока я была заперта, но это мало чем помогло, – рассказывала Райс, жадно поглощавшая наваристый бульон, пар которого источал аппетитный аромат. Голод так сказался на ней, что она ела, не боясь обжечься.       - Тебе вообще не давали поесть все те дни, что ты провела в заточении? – спросила Кэрол.       - Верно. Я своими ушами слышала приказ Губернатора. Меня запретили кормить, поить и лечить до тех пор, пока я не попрошу пощады, а делать этого я не собиралась. Еще чего! – процедила Сорен. – Мне приходилось скусывать свою застывшую кровь, которая натекла, после того как меня выпороли цепью от бензопилы и резиновым шлангом. А этот мудила одноглазый еще и обжег меня зажигалкой! Вон волдыри на плече остались.       Кэрол закрыла лоб ладонью, Андреа опустила голову, у Бэт скривилось лицо. Слышавшие это остальные – Мерл, Райан, Рик и Дэрил округлили глаза от ужаса. Сорен смахнула крупные слезы, которые не получилось сдержать.       - Этот негодяй ума лишился! – выдавила Кэрол, но заметив, как расстроилась подруга Мерла, стала успокаивать ее. – Все уже позади. Ты в безопасности.       - Губернатор хотел, чтобы я тоже так делала… Также била ее по спине. Он так и сказал, что хотел проверить меня на преданность ему и отправил следить за Сорен в эту пыточную, – поделилась Андреа. – Но я бы никогда не опустилась до издевательств. Я вообще удивлена, что Филип не раскусил меня, ведь я соврала, что Сорен не узнала меня.       - И он поверил? – спросила та, облизнув пересохшие губы.       - Не знаю, – ответила женщина. – Думаю, что нет, просто не подал виду. Сейчас это уже не важно, главное, что мы с тобой благополучно добрались.       Райс доела еду и попросила добавки супа. Кэрол было нетрудно сбегать на кухню и налить еще тарелку. Ерзавшие в нетерпении Райан и Мерл никак не могли войти в камеру, поскольку Хершел запретил вваливаться туда толпой. После того как успокоившаяся Сорен еще раз поела, мужчина осмотрел ее и дал таблетку.       - Тебе надо выспаться, но можешь не волноваться, о тебе позаботятся. Если что, зови, – ободряюще сказал Грин, помогая ей лечь на правый бок.       - Где мой брат? Где Мерл? Я слышала, как они кричали и спорили, – беспокоилась она.       - Они здесь, но лучше пока поспи, потом поговоришь с ними, – настоял Хершел. Девушка не могла не согласиться с рекомендациями старика. Как только ее голова коснулась подушки, она тут же заснула. Хершел кивком позвал Райана, но с ним подошел и Мерл.       - По очереди! – тихо, но строго сказал Грин старший. – Сорен только что уснула, не скандальте между собой, не тормошите ее и не утомляйте разговорами. Когда проснется, позовете меня.       Райан сел у изголовья кровати, где лежала сестрёнка, и погладил ее слипшиеся от пота волосы. Парень едва сдерживал слезы – он был счастлив, что девушка выжила, но в тоже время его сердце разрывалось, когда он представил, сколько боли ей пришлось вынести. Райан слышал каждое слово – о голодовке, о пытках, о намерениях негодяя. Мерл стоял, уперевшись в дверной косяк и наблюдал то за ним, то переводил взгляд на уснувшую Сорен. Вид ее спины, пусть уже и закрытой повязками, вернул Диксона в далекое прошлое, заставив всколыхнуться в памяти события давно минувших лет. В его сознание мрачной тенью проскользнули неприятные воспоминания об издевательствах отца, когда он избивал его в детстве и юности. Он тоже бил его так, что на спине оставались полосы, которые не зажили бесследно даже через несколько лет. Затем, когда брат Дэрила подрос, то тоже стал давать отцу сдачи, но мужчина был сильнее и все равно калечил сына.       Потом Мерл вспомнил, как показал Сорен свои давнишние шрамы и как был поражен ее реакцией. Они тогда спрятались в жилой комнате церковной пристройки, чтобы переждать ночь и спрятаться от ходячих. После изрядного количества алкоголя их пробило на разговоры, и они не стеснялись говорить даже о том, что обычно прячут в самых потаенных уголках сознания. Девушка нежно прикоснулась к его изуродованной спине, погладила, утешила. И теперь, когда они жили в одной камере и делили узкую койку, ночью Мерл ощущал кожей легкие прикосновения губ, когда лежал к любимой спиной. Она обнимала мужчину своими тонкими руками, прижималась щекой к его плечу, машинально покрывала его поцелуями.       Оторвавшись от воспоминаний, мужчина тяжело сглотнул. Он не хотел, чтобы брат Сорен увидел тоску на его лице. Мерл оперся спиной о стену и выдохнул, пытаясь справиться с эмоциями и успокоиться. Райан не сводил глаз со спящей сестры, гладил ее волосы и держал за руку. Прошло около часа, но ни Диксон, ни Райс младший не произносили ни слова. Однако через некоторое время Мерл попытался согнать брата возлюбленной с заветного стульчика у изголовья кровати.       - Слазь-ка, пацан, теперь моя очередь с ней сидеть! – как можно тише проговорил тот, но его скрежещущий голос заставлял брата Сорен скривиться как от головной боли.       - Отвали! Я не уйду, пока она не проснется, – заупрямился Райан и непроизвольно съёжился, когда мужчина угрожающе навис над ним.       - Ты уже час тут проторчал, иди погуляй! – Мерл старался не сердиться, но упрямство парнишки заставляло его все делать наоборот.       - Если тронешь ее, прирежу! – пригрозил Райс младший.       - Ты совсем дурак или прикидываешься?! – вскипел Диксон. – Меня тоже волнует здоровье и жизнь твоей сестры. Да, прикинь, я не такой кусок дерьма, каким ты меня считаешь!       - У тебя есть младший брат, вот о нем и пекись, а о сестре я позабочусь сам! – огрызнулся молодой человек. Мерл рывком поднял его со стула и вывел за порог камеры.       - Я бы набил тебе морду, будь ты мне равным по силам. Ты уже давно меня бесишь! – процедил он, приблизившись к Райану так, что дышал ему в лицо. – Не тягайся со мной, парень. Сорен твоя сестра, но также моя девушка. Любимая девушка! Ты даже в теории не представляешь, как она дорога мне… Так что смирись! Скажи спасибо, что у нее есть я.       - Не поверю я, что ты любишь ее. Ты только бухаешь и задираешь остальных! Тебя все ненавидят! – Райан пытался спихнуть руку Диксона, которой он припечатал его к стене.       - Мне насрать, что они думают! – тот сплюнул сухим плевком и убрал руки с плеч оппонента. – Тебе придется мне поверить хотя бы потому, что я бы никогда не сотворил с ней то, что сделала одноглазая тварь, которой я вспорю за это живот. Пусть он только явится!       На эти слова у Райса младшего не нашлось ни упрека, ни аргумента. Юноша моргнул зелеными глазами и удалился из коридора. Вернувшись в камеру, Мерл пристроился рядом со спящей возлюбленной и всмотрелся в ее умиротворенное лицо. Она спокойно дышала, а ее организм восстанавливался благодаря сытной пище, уходу и целительному сну. Мерл поджал губы, когда увидел новые синяки на ее красивом лице. Значит, этот мерзавец Филип опять бил ее. Мужчина даже засопел от ревности и накатившей ярости, которая закипела в нем, подобно раскаленной смоле в адском котле. Уже из-за одного маленького синяка на скуле, который Мерл увидел, когда привел Райс в тюрьму, он был готов порвать ублюдка на куски, а тут на ее лице и теле была целая плеяда побоев и увечий.       Диксон просидел так какое-то время, неотрывно глядя на спящую девушку, а потом задремал сам. Он чуть-чуть подвинул стул к стене и оперся на нее спиной, чтобы не заваливаться по сторонам. Его сон был чутким – Мерл слышал все звуки, раздававшиеся в блоке. Было слышно, как лязгала входная дверь, как гремела посуда, которой занималась Кэрол; бормотание Гленна, Мишонн и Карла, тихий голос Бэт, читавшей вслух за стенкой. Отдаленно слышались голоса Рика и Дэрила, Хершела и Мэгги.

* * *

      Мерл проснулся, когда увидел, что на столе включился светильник, заряжавшийся от солнечной энергии. Лампа давала желтый рассеянный свет. За окном догорал багровый закат. Вот и Сорен, снова почувствовавшая голод, проснулась и заворочалась на койке. Подняв полусонный взгляд, девушка увидела сидевшего рядом Диксона.       - Мерл! – улыбнулась она и протянула руку.       - Я здесь, не шабуршись, – ответил мужчина и спрятал ее тонкую ладонь в своих. Пальцы Сорен были холодными. Она всмотрелась в его лицо и увидела полосу на лбу – недавно снятый шов, и почти заживший синяк под глазом.       - Ты тоже пострадал. Как вы с Мишонн дошли тогда? Вас не преследовали? – тихо говорила Райс, но ее голос звучал уже бодрее.       - Ты же пинками толкала нас, – усмехнулся Диксон. – Даже прощальный стриптиз устроила.       - Диксон! – недовольно рыкнула Сорен и крепко сжала его пальцы. – Ты хоть помнишь, как тебе раскроили плечо ножом? Ты чуть не умер тогда! Нужно было остановить кровь хоть как-то. Я так испугалась, что мне кроме как сделать жгут из собственной рубашки ничего в голову не пришло.       - Блин, я и забыл! – Мерл потер лоб другой рукой. – Меня так вырубило! Шоколадочка большую часть пути тащила меня, потом Дэрил неизвестно откуда прибежал. Так мне они рассказывали. Когда я спросил о тебе, они будто языки проглотили. Я хотел искать тебя, даже твой неугомонный братец намылился, но мне было так хреново, что пришлось эту затею отложить.       Сорен горько вздохнула в ответ, но руку Мерла из своей не выпускала. Однако Диксон уловил ее настроение и насторожился.       - Он опять издевался над тобой… – ревность снова завладела его здравым умом. – Ты из-за него загрустила?       - Ты прав, – она задышала так, будто сейчас заплачет. – Он приходил со своими дружками и издевался надо мной. Хотел, чтобы я умоляла о пощаде и раскаялась в ошибках, которых я не совершала… Я подставилась под удар, потому что хотела умереть, чтобы не доставить этой мрази удовольствие видеть мои страдания. Я не хотела вручать ему очередную победу… Этот ублюдок даже признался, что убил мою мать и сжег дом в Нэшвилле! Он так и ответил на мой вопрос! И еще бессовестно утверждал, что любит меня, представляешь?! Да как такой человек как Губернатор вообще может любить?! Тот, кто любит, никогда не сотворит то, что он сотворил со мной. Он лживый и эгоистичный насквозь. Клялся, что сделает меня счастливой, а на самом деле хотел с помощью меня забыть свою зомбированную дочь. В общем, я ему была нужна в качестве бесплатного дополнения, красивой игрушки, которую можно выкинуть, когда сломается или надоест…       Глаза Мерла вылезли на лоб от новой порции ужасных откровений. Больше всего его поразило, как об этом говорила Сорен. Ее интонация, сведенные в злую гримасу брови и колючий взгляд даже пугали его. Злоба и жажда мести, словно ядовитая субстанция, вытекавшая из самых тайных закоулков ее существа, были готовы обрушиться ураганом на Губернатора. Вот только Райс пока была слишком слаба, чтобы прямо сейчас пойти и прикончить его своими руками.       - Он все-таки добился своего? – задал тот самый неприятный вопрос Мерл, которого стремительно охватывала ярость. Сорен поняла, к чему он клонил, но не решалась ничего сказать в ответ, а лишь опустила взгляд.       - Отвечай! – потребовал Диксон.       - Нет. Сначала собирался сделать это, но потом передумал, – честно ответила девушка. – Этот урод сказал, что убьет тебя и моего брата у меня на глазах, чтобы я сломалась и стала послушной, такой, какой он хотел меня видеть. Когда я в очередной раз отказалась просить пощады, он опять оприходовал мою спину шлангом, и я потеряла сознание.       Пораженный этими словами как током, Мерл несколько раз вдохнул и выдохнул. От безумной ярости у него даже потемнело в глазах.       - Я хотела умереть, Мерл! – Сорен почти кричала, даже злые слезы потекли по ее щекам. – Лучше бы я тогда умерла! Я подождала бы вас с Райаном в другом мире… Только так я могла остановить этого урода… Я ненавижу его! Он хотел сделать меня своей игрушкой! Хотел забрать всех, кого я люблю! Тебя, брата!       Мерл будучи не в силах справляться с собой после услышанного, вскочил со стула как ошпаренный.       - Ублюдок! – заорал он и так ударил кулаком по стене, что сбил костяшки в кровь. Сорен вздрогнула от его голоса, от раздавшегося эха и звука удара. Ее мужчина был по-настоящему страшен в гневе. – Мразь одноглазая! Скотина! Я убью его!!! – не переставал орать тот. Мужчина не сразу заметил, что от нескольких мощных ударов, внешняя сторона ладони обагрилась кровью. Но Диксон даже не почувствовал боль и только шумно дышал.       Райс уткнулась лицом в подушку и притихла. Немного успокоившийся Мерл заметил, что ее спина и плечи задрожали. Потом послышались приглушенные всхлипывания, которые становились то тише, то громче. Сорен опять плакала. Сказался стресс и то, что девушка все держала в себе, ведь когда Филип издевался над ней, она не издала ни звука. Но сейчас бывшая пленница не могла сдержаться – вся боль, которую ей пришлось вытерпеть, тревога, мучившая ее и высасывавшая жизненные силы, все это непрерывным потоком вырывалось наружу. Сорен зарыдала громче, смяла пальцами подушку. Ее тело дрожало так, будто вот-вот разорвется на части.       Мерл сел на стул и погладил возлюбленную по голове, а ту руку, которой стучал по стене, спрятал за спину. Сорен подползла чуть ближе и прильнула лицом к его пальцам. Горячие слезинки, упавшие на его ладонь, заставили Мерла вздрогнуть. Она покрыла робкими поцелуями его пальцы, затем уткнулась в тыльную сторону носом и губами и затихла.       Через некоторое время камеру заглянул Хершел, пришедший осмотреть пациентку. Он решил не сгонять Мерла со стула, видя как Сорен нуждалась в нем, но попросил его подержать лампу. Девушка открыла глаза и привстала.       - Как ты себя чувствуешь? – поинтересовался Грин.       - Я поспала и мне гораздо лучше, – уверенно ответила она. Плакать больше не хотелось. Стресс прошел. Хершел еще раз обработал раны и наклеил сухие пластыри.       - Спина может чесаться, но это нормально, – предупредил ее пожилой мужчина. – Но старайся не вертеться во время сна, чтобы не сорвать пластыри. И лучше на спине пока не лежи.       - Хорошо. Можно мне пройтись? Я больше не могу лежать, все бока затекли, – попросила Сорен.       - Конечно, но тебе надо сменить одежду и заняться гигиеной. Вот, Бэт оставила вещи, – старик взял с верхней нары чистую футболку и штаны. – Сейчас она принесет подогретую воду и поможет. Как управишься, подходи к столу. Мерл, сопроводи свою даму, раз так порывался быть у нее сиделкой.       - Не сомневайся! – бросил ему в след мужчина.       Сидевшие за поздним ужином члены группы вытаращились на Мерла, который бережно придерживал Сорен, уже уверенно шагавшую и выглядевшую гораздо лучше, чем когда Дэрил принес ее на руках несколькими часами ранее. Райан тут же подсел к ней, а с другой стороны пристроился Диксон старший. Кэрол протянула им наполовину полную кастрюлю, и оставшийся суп перекочевал в тарелки. Райс с аппетитом ела, чувствуя, как новые силы наполняли ее организм. Девушка была уверена, что к утру слабость и ломота в теле пройдет, а раны на спине не будут саднить при каждом движении.       Вдруг в помещение влетели Гленн и Дэрил, державшие за руки незнакомого человека. Он был уставшим, весь в копоти и даже крови. Вытаращившаяся от изумления Андреа с трудом узнала в нем Милтона.       - Это еще кто такой? Зачем вы привели его сюда?! – воскликнул Граймс и тут же встал из-за стола.       - Он клялся, что сбежал из Вудбери навсегда и хочет помочь! – обратился к Рику Дэрил. – Я его помню, этот очкарик был на переговорах!       Шериф узнал подручного Губернатора и недоверчиво всмотрелся. Милтона уже не держали, но Дэрил был готов в любой момент всадить в него стрелу.       - Милтон, как ты дошел?! Почему ты в таком состоянии? Ты ранен? – бросилась к нему Андреа. Мужчина не сразу заговорил, поскольку был очень напуганным. Его глаза нервно стреляли по сторонам.       - Когда вы с Сорен убежали, я вернулся, чтобы подготовить диверсию против Губернатора, – сбивчиво рассказывал бывший житель Вудбери. – Я подтащил небольшой газовый баллон, открыл на нем вентиль, чтобы выпустить газ, и поджег арсенал. Пожар разошелся так, что из-за разрыва снарядов и этого баллона обвалилась часть забора, и загорелось другое здание. В образовавшиеся дыры набежали ходячие.       Члены группы удивленно переглянулись. Даже восхищенный ропот пронесся среди некоторых.       - Значит, когда мы убегали, то взрыв раздался оттуда? – подала голос Сорен. Тот кивнул. – Губернатор сразу заметил, что мы с Андреа отсутствуем?       - Думаю, что он уже рвет и мечет, – Милтон побледнел, представив перекошенное от ярости лицо Филипа. – Сначала он отвлекся на пожар, а потом все жители были подняты отстреливать ходячих, которые проникли в город и разбрелись по улицам. Полагаю, что когда ситуация более-менее разрешилась, он узнал обо всем. И о том, что я все подстроил, наверняка тоже догадался.       - Хорошо, что ты смог сбежать и добраться до нас, – подбодрила его Райс. – Здесь тебе ничего не угрожает. Так что можешь быть спокоен.       - У них осталось еще оружие? – осведомился Рик.       - У Филипа имеется резервное хранилище, но огневой перевес теперь точно не на его стороне. К тому же, нескольких боеспособных горожан покусали, – заверил его бывший подчиненный Губернатора. – Мне было нетрудно организовать этот поджог, ведь я долгое время являлся его ближайшим помощником и знаю каждый уголок Вудбери.       - Ну очкарик дает! – прокомментировал Мерл. – Есть у тебя яйца, раз ты такую фишку отмочил! Что же ты сразу не прикончил своего чокнутого босса? Пристрелил и дело с концом. Глядишь, избавил бы нас от грязной работёнки! Мы не очень-то жаждем видеть его тут!       - Может быть, он и погиб в том пожаре, я не знаю. Я постарался убежать, пока все были заняты, – мрачно ответил тот. – Взрыв нанес городку такой урон, что восстановительные работы могут затянуться, а значит штурм тюрьмы Филип может отложить.       - Вряд ли. Губернатор умеет давать пинка, чтобы быстро залатать прорехи в укреплениях, – опровергла его догадку Сорен. – Этого психа отмороженного не остановят попорченные стены. Он соберет своих оставшихся шестерок и притащится к нам в гости. И он по-любому жив! Самые худшие подонки всегда остаются в живых как по закону подлости.       - Если он придет, то нанесем ему последний удар! – произнес Рик.       - Они правы, – поддержал Граймса и Райс Хершел. – Губернатор сейчас в ярости и одержимый местью приедет штурмовать тюрьму. Он никого не пощадит. Мы все должны быть готовы!       - Поддерживаю, – добавила Сорен.       Итак, группа Рика стала больше – вернулась старая подруга Андреа, а также был принят Милтон. Граймс еще раз подробно рассказал план по обороне тюрьмы, распределил роли. Оружие было рассредоточено, вещи погружены в автомобили. Обитателям тюрьмы лишь оставалось покинуть ее рано утром и затаиться, а потом нанести удар врагу, застать его врасплох и уничтожить.